Посланная собственным миром - Том I

      Тысяча пазлов, тысяча кусочков, тысяча ответов. И когда этих кусочков станет тысяча, образуется широкая, многогранняя картина всего сюжета.       “Где”, “Как”, “Когда”, “Кто” было написано там.       Над головой медленно шла неземная мелодия, которую было невозможно описать простыми словами. Это не было музыкой: звуков струн, стучанья, протяжного и трубового звука - этого нету. Нельзя было услышать ритма. Его просто не было.       Гордость, немой вострог ты чувствуешь, глядя на результат кропотливой и долгой работы. Тысяча кусочков были по-правилам расставленны на своих положенных местах.       Все было, как должно было быть. Ни единного недостатка. Ты делаешь шаг вперед, рассматривая под своими ногами узоры маленьких деталлей, что идеально соединялись между собой, но вдруг под голой ступой что-то находится. Что-то, что не было идеально разложенно ковром вместе с остальными пазлами.       Звук был протяжным, не сбиваемым. Это напоминало пульсацию чего-то однородного. Словами просто нельзя это описать. Это надо было слышать и чувствовать телом. Да-да, телом. Тихие колебания спиралью крутились вокруг меня, еле ощутимыми волнами дотрагиваясь до меня. Я бы даже этого не почуствовала, если бы от этого не отадавало теплом. Таким…Ядренным, прям, теплом.       Ты наклоняешься и убираешь ногу, когда перед собой ты видишь непонятный кусок чего-то. Эта вещь была просто квадратной формы, что не имела никаких других выступов, как и у других деталлей. Поднимая этот предмет и поднося его к себе поближе ты осознаешь, что это тоже пазл.       Гул до скрежа зубов продолжал вращаться вокруг своей оси. Долгая мелодия, что не заканчивалась и не делала хотя бы маленькие паузы начала бесить. Хотелось уже тихо про себя ныть и недовольно мычать. Хотелось тишины.       Оглядываясь вокруг, твои брови хмурятся. Неужели ты просчитался? Где-то все таки недостает одной деталли. Но пазл уже собран. Откуда взялся этот фрагмент? Разглядев детальку по-внимательней, ты замечаешь чуть потрепанные уголки бумаги сбоку и вместе с ней сдернутую картонку под ней. Ощущение, будто кто-то вырвал у неё выступ.       “Зачем” было написанно там.       Глаза без особого труда распахнулись и сон как рукой сняло. Пробуждения всегда давались с большой трудностью. Всегда хотелось ещё подремать в своем теплом укрытие, пока снаружи, как по мне, было совсем холодно. Уютный дом, теплая кровать, сонливость, создавали все условия для продолжения сна, но сейчас было ведь все иначе? Лопаткам и пятой точке было особенно неудобно, так как подо мной был вовсе не мой родной матрас, а что-то рыхлое и жесткое. Затылок тоже был не в восторге. Под головой явно был какой-то камешек. Запракинув глаза, я увидела, как надо мной было раскинуто бесконечное, темное, ночное небо. Если стараться приглядеться, то можно даже было расмотреть некоторые звезды, но было их так мало. К тому же, даже такое темное небо могло отражать тусклый, мелькающий свет сбоку от меня. Рядом тихонько потрескивали сухие ветки, пока в воздухе витали мелкие, горящие соринки, что с легкостью можно было перепутать со звездами. Вдруг по местности прошелся сквозняк, раз мешающие пряди волос закрыли мне обзор на небо. Вместе с этим, прохладные сквозняки обдули меня ещё теплым воздухом слева. Эти минуты я просто с открытыми глазами пялилась в одну точку, пока что только анализируя все ближние звуки со мной, а так же провела и мелкую диагностику над собой. Так, ну мне уж точно неприятно так валяться на твердой поверхности, — у кого-то завтра явно будет болеть спина, — но отчаиваться не стоит, благо я хоть что-то, да чувствую. Пару раз постучав челюстью, посжимав и разжимав руки, а так же пальцев ног, — на которых так и была обувь, — я убедилась в том, что с реакцией у меня все в порядке и все нужные мне конечности на месте. Без всяких подозрений я приняла вертикальное положение. Только собралась размять шею, как вместо приятных хрустов суставов, в районе лба голова сильно заныла, что я аж зажмурилась и, честно, еле сдержалась от болезненого воя. Только издав короткое шипение, я начала растирать круговыми движениями голову, так и не открыв глаза.       — О-о-о, Хотару, очнулась наконец, — послышался сбоку бодрый голос.       От неожиданности я аж подпрыгнула на месте, зачем-то хватаясь за край пледа, — пледа? — и отодвигаясь на сантиметр назад. Испуг сменился на замешательство, когда вместо похитителя или тех же самых страшных Дартвейдоров, — и откуда я научилась ждать только самое худшее? — я увидела во все тридцать два зуба улыбающуюся усатую морду пацаненка, которого я смогла рассмотреть только благодаря теплому освещению от костра. Небольшой огонь иногда влезал со своими полящими языками в кадр, но на это я не обратила никакого внимания. Я замерла на месте, тупо пялясь на ежа, чье лицо от радостного сменилось на недоуменное. Мозг, который только встал, слишком медленно работал, так как я даже не сразу поняла, что тут вообще делал Наруто.       А-а-а-ай, головешка моя ещё ноет. Вот серьезно, сколько бы ни ходила по их местным аптекам, — по единственной аптеке Конохи, что была только в госпитале, — ничего близко напоминающий Парацетамол не нашлось! Мигрень когда, зараза такая, явилась в мою жизнь на целых три дня и я с доверием в душе потопала в ту самую аптеку, — в надежде увидеть современную медицину в этом мире хоть какую-то, — мне вручили лишь ироничный взгляд из под двух метровых ресничек, утешающие похлопывания по головке и непонятную, но о-о-о-очень подозрительную жижу в пузырьке. Это оказалось, — не поверите, — какая-то особая, травянная водица против ВСЕХ, мать его, болезней в этом мире, — да ладно, и от рака тоже? При чем, травы эти волшебные росли только в нашей деревне, хоть и состав, как подозрительно, не прикладывался к бутылке. Что б вы знали, как студент на 2 курсе в медицинском, я не могла без крови в глазах смотреть на традиционные методы лечения Брянской бабули в маленькой, старой деревушке. Ну, поняли — растирание водки по телу, дыхание над картошкой, список всех пожеланий и “хорошего здоровья” над кружкой воды, что потом пили. В Конохе все оказалось куда веселее — мне чуть не всунули дополнительно с той проклятой бутылкой какие-то ароматические палочки с такими же лечящими травами и, сука, иголки! Еле как смогла сбежать. Лекарство, Слава Богу, помогла, но эффект был не таким сильным и быстрым, как от наших препаратов. Я могла у Сакуры, конечно, попросить, — кажется, она когда-то приносила мне пакетик лекарств, вот только не помню зачем и когда это было, — но сами понимаете…Ну, да, нету прогресса в плане общения с ней. Не тот уровень.       — Э-э-эй, да что с тобой, даттебайо? — напомнил о своем существовании еж, что вопросительно протянул предложение.       А он то что тут делает? А…А-а-а-а, блин-а, точно, экзамен на Чунина ведь. Ещё битва с троицей Звука, ага-ага, вспоминать начинаю, какой-то сбор выпускников наших там. Все последние воспоминания пришли в голову без проблем и, если с этим не было возни, то вот то, что нам отдали эти трое я никак не вспомню. Они точно нам что-то отдали в знак капитуляции. Ёма-ё, ещё башка так ноет, не вспомнишь же. Да и, к тому же, уж резко как-то прошло воспаление в декольте. Только мне пришлось вспомнить об этом, как по спине прошелся холодок при виде скупного лица в памяти, на котором разом сдиралась бледная кожа. Хотя, больше походило на реальную змеиную чешую. Полупрлзрачные шелушения тут же начали скоючиваться, как только горячий поток воздуха от огня в его руках начал обжигать лицо. Никогда бы не подумала, что память моя сможет в будущем вспоминать такие подробности, — даже если увидела я его на пять минут. Зачем надо было так близко подносить огонь к лицу, а? Жуть…Нет, понятное дело, чтобы запугать потенциальную жертву, а чтобы запугать жертву, нужно было использовать рычаг, действия которого бы заставило врага испугаться и засомневаться в правильности своих действий. Рычагом оказался наш свиток Небо, вот он его и…Сжёг…       В голове мигом что-то вспомогательно щелкнуло и тут же перед глазами появились обрывки воспоминаний, где забинтованная рука кладет на землю сверток со знакомой темно-синей оберткой.       — Наруто, — наконец выдала я, сглатывая ком в горле и как бы случайно втягивая голову в плечи от нервозности. Я помнила, как те трое ушли, оставляя свой подарок на земле, однако я не помнила того, приняли мы тот и взяли ли мы вообще этот свиток. Там был Саске…Не-нет, Саске точно бы забрал. Он ведь забрал свиток? — Свиток…Свиток. Тот свиток, где он?       — Свиток? — переспросил желтоволосый, от чего я сильнее запаниковала. Ты меня спрашиваешь? Вот зараза, а, если вы его не забрали! — А-а-а, ты про тот свиток, что нам те уроды отдали, верно?       Я растерянно проморгалась, как только услышала это. Уроды? Я не сразу смогла сообразить, кого это он уродами назвал, — нас или других ребят? Через секунды две я таки поняла, о ком он, поэтому уж как-то слишком громко выдохнула с облегчением, выдав из себя нервный смешок. Черт, а чего это я переживала-то? Наруто, конечно, выбирая между зубрежкой и навсегда остаться Генином всегда будет выбирать второе, но извилины в голове его все же есть.       Я опустила глаза вниз, на костер, сквозь собственные рестницы рассматривая яркие языки пламени и темные ветки под ними, что с легкостью трескались и ломались под действием огня. Между нами нависла минутное молчание. Краем глаза, впереди меня, я заметила чью-ту тушу, — поняла я это по равномерно поднимающимся телом из-за дыхания, — что до плеч натянул на себя такой же плед, как и у меня. Рассматривать тут было нечего. Подняв голову вперед, я глянула за спину Узумаки вдаль, — пока тот за эту минуту успел задремать, сидя на траве, и при том во сне умудряться пускать пузыри с носа. Как я поняла, расположились мы на каком-то склоне поляны: позади ежа трава заканчивалась и где-то уже внизу земля уходила далеко в горизонт. В далеке, сквозь опустившийся туман, можно было рассмотреть темные в ночи деревья. Небо, как быстро-то, чуть по-синело за это время. Сейчас утро или вечер?       — А сколько я?…— решила прервать эту тишину вопросом, благодаря чему еж тут же вздрогнул, просыпаясь. Я скептично глянула на того и на то, как мальчишка горестно вздыхает из-за недосыпа и прерванного сна и, уже упавшим голосом, продолжила, — …Проспала.       Еж растерянно промаргался, затем его лицо сморщилось в недопонимание и, придвинувшись к костру навстречу мне, тот более громким шепотом проговорил: “громче!”       А почему шепотом? Ах да, как же, как же…Я ж тут не одна дрыхну. Искоса глянув в сторону спящего товарища впереди, я закатила глаза, придвигаясь к Наруто. Чего это нас так волнует, выспится ли наш ненаглядный? Ну не знаю, наверно потому, что если недосып заставит гениальнейший мозг Учихи отключиться, то не успеем заметить, как в обхватку нас всех завалят кореши Крабуто, — нет, и все же я, кажется, неправильно произношу его имя, — так что, ни в коем разе не придумывайте себе что-то там.       — Говорю: дрыхла сколько я? — быстро пролепетала я напарнику, зубами стискивая уголки губ, чтобы не ухмыльнуться смешной картинки, где наши единтсвенные лица с Наруто освещались за счет огня, будто перед самой спящей жертвой обсуждаем его же убийство.       — Ну-у-у, — задумчиво почесал тот себе подбородок, присаживаясь вместе со мной на свои места. Тот, вместе с зевком выдал, — Весь вчерашний день мы точно тебя протоскали. Позавчерашний день я смутно помню, разве что запомнил удар от жирдяя и Сакуру там…Хе-хе, а значит, пролежала ты где-то…       Дальше дослушивать его я не стала, так как у меня чуть глаза, — шарики, за ролики, — не выкатились из-за того, с каким шоком я глазела на того. Я когда-нибудь, точно, грохнусь от его умозаключений. Как так надо глядеть на этот мир, — на эту сплошную мясорубку, — чтобы продолжать так размышлять? Клянусь вам, он 4 из 2+2 получит не путем складывания чисел, а просто зачем-то и как-то использует для сложения рамэн и календарь с фотками баб!       — С-слушай, — через зевок кое-как проговорил Наруто, у которого скоро должен был рот разорваться от постоянных зеваний. Сколько он тут просидел? — Мы с Саске здесь по-очереди на шухере стоим…А-а-ах, ё…Ну, в общем, я своё положенное время просидел, а Саске никак не просыпается, а тут ты очнулась! И я, вот, тут думаю…       Я иронично взглянула на блондина, поднимая одну бровь и безобидно ухмыляясь. Я даже поймала себя на мысли о том, что это выглядит забавно. Ну, все с ним понятно, кто-то явно заставил через силу того не спать всю ночь, пока сам видел уже, поди, пятый сон. Я, в принципе, не против была. Затылок и лопатки, конечно, капец побаливали после сна на земле, но к удивления я была выспавшейся. Не знаю, сколько там положенно охранять, — сколько на самом деле этот усатый просидел тут, — и сколько времени до утра, но посидеть и обдумать все…Произошедшее с нами стоит. А ещё, нужно самой убедиться, что свиток мы точно забрали, потому что…       — Неправда, — резко раздался голос в стороне.       Мы с Наруто, одновременно издав испуганные и девчачьи визги, вприпрыжку отскокала назад от потенциального противника. Кроме зашевелившей туши Учихи и мглы деревьев позади него, я ничего не разглядела. Господи ты мой, кто так людей пугает-то?! Черт, придурок, а менее устрашающе нельзя было напомнить о себе, а?       Весь поток мыслей, — если не один сплошной визг, — прервал Саске, что принял сидячее положение и до ужаса темнющими глазами, — что ещё и сузил в подозрении, вот же жуть, — скосился в сторону ежа.       — Договорились мы каждые два часа сменять себя, — более менее спокойно говорил сорока, но в голосе все равно отражался отблеск раздражения. Злится он, бедненький…Зол он, видите ли, за прерванный сон, когда толком мы с ежом и не переговаривались! Вообще, я, по сути, должна злиться сейчас, да таких пиздюлей им всем раздавать, потому что сейчас у всех нас, — у меня в особенности, — нервная система явно страдает от каждого микро-звука из ниоткуда. Так что, прояви ты наконец хотя бы долю понимание и, зараза, не заставляй меня подпрыгивать от страху! Резко, Саске указал пальцем куда-то на костер, что-то попутно, — нашёл время ещё, — разъясняя, пока блондин недоверчиво придвинулся и начал смотреть на указанное место. Я же не торопилась так приближаться. Сожрет не дай Бог…И где же - в лесу Смерти! — Эту ветку я кинул в огонь, когда ложился спать. Сырое дерево в огне дольше горит, к тому же, не покрывается белым пеплом.       Он говорил так же тихо, равномерным шепотом, словно нас в любой момент могли услышать все и разом напасть. Такая осторожность пугала. Голос ни в одном месте не повышался или не понижался, и звучало это, как какой-то гипноз волшебника. Неуверенно, но я всё таки придвинулась к косту, когда сорока, взяв с земли какую-ту ветку, ею пошаркал по краю костру и вытащил оттуда одну из ветвей, что в отличии от остальных лишь почернела. Я не обдуманно подняла брови вверх, когда смысл обьяснений начал доходить до меня.       —…Влажное дерево будет долго испарять из себя всю воду. Двух часов было бы достаточно, — продолжал говорить Саске, начав ощупывать маленькую древесинку на земле. Наконец на его лицо налегла знакомая тень из-за нахмуренных бровей и вся его минуту ранеем доброжелательность испарилась. Сорока поднял голову на Наруто, который только сейчас понял, что его провели, — Ты сидел здесь не больше часа, придурок.       — И ты думаешь, мы прям поверим тебе, что ли?! — неожиданно возмущенно воскликнул еж и от перепугу я аж шикнула на того, потому что мы просто были в совершенно простом лесу, где обитали совершенно простые животные и совершенно простые ниндзя, что совершенно простым способом могли нас по шуму вычеслить и просто убить. Наруто растерянно пробежался по языкам пламени, разыскивая какую-нибудь ветку, чтобы из последних сил всё таки доказать свою “правоту”. Мне вот, честно, как-то по-барабану на то, кто из них прав, мне лишь нужно прилечь…О, а вот и сон подступает,       — Я-я тоже оставил такую же веточку, не один ты такой умный!       Узумаки рывком присел над костром и поднял какую-ту мелкую палочку от туда, но не успел он ею демонстратично помахать, так тут же заойкал и начал перебрасывать её из одной руки в другую. Ситуация больше походила на цирк с жонглером и грустным клоуном…Ну, как вам шутки на тематику этого мира? По моему, я потихоньку сливаюсь с этой реальностью. Я смотрела на всё это без единой эмоции и мне уже просто хотелось сказать, чтобы они оба наконец завалились, заткнулись и спокойно себе дрыхли, пока я могла бы спокойно всё разложить по полочкам и в голове и в реальности…Да ну серьезно, что ли? Как можно было умудриться взять ветку из самого пекла без задней мысли о том, что она может быть горячей?       В конце концов, еж смог удержать проклятую веточку в обоих руках, — как-то он слишком бережно держит её, — и начал торопливо дуть на него. Его губы тут же сжались в прямую линию и глаза расширились, когда палка в его руках резко развалилась на белый пепел, превращаясь из ветки в какой-то мусор. Между нами нависло неловкое молчание.       Мне хотелось безнадежно выть, — желательно, чтобы это было демонстратично. Я отодвинулась и вернулась на своё место, как вдруг поняла, что когда я опираюсь на левую руку, то она начинает ныть от нагрузки. А ещё ладонь была словно завернута чем-то. Черт, вот прям щас мне надо это выяснять? Только собиралась раскрыть рот, дабы намекнуть всем нам, что поучиться жонглировать мы могли бы и после экзамена, желательно, как глаза невольно опустились мне на ноги и тут я уж совсем отвлеклась. Икры двух ног были плотно завернуты в бинты, аж отдавая прохладной немотой по краям, потому что ну совсем они теперь казались бледными, чем до этого. Только сейчас я поняла, что практически все мои конечности были забинтованными. Во рту пересохло от этого.       — В любом случае, а это как раз именно тот случай, — выдала я то, что хотела сказать с самого начала. Вот только мозг тормозил и я, как-то, даже не обдумала это предложение. Я примирительно повела по воздуху двумя руками, чтобы товарищи обратили на меня внимание и, в особенности, обратили внимание на мой мирный настрой, хотя я все равно поглядывала на свои ноги. Только я хотела сказать пылкую речь, как поняла, что мало того, нету у меня настроя на это, так ещё и не знаю, что сказать. Замерев с тупо открытым ртом на две секунды, я в итоге устало вздохнула, расслабляя выпрямленые плечи и неуверенно протянула,— …Агх, короче, ребят, осталось ведь совсем немного, будем мы ещё тут весь “командный дух” теря-я-ять?…       Я на миг подняла глаза на них и поняла, что пусть и в темноте много что может привидиться, но на лицах сокомандников проявилась какая-то странная эмоция, в перемешку с легкой растерянностью…но, черт, явно видным скептизмом от моих слов!       — И не смейте так глядеть на меня, да, это я сказала прямо сейчас, — возмущенно протараторила я, замахав руками и примирительно опускала их, — В общем, я как раз уже выспалась и, так сказать, вылизала все ранки на себе, по сравнению с вами. Как бы странно это не звучало, но, да, Наруто: давай теперь я уже посижу на шухере, окей?       Я поводила по каждому свой взгляд и, заерзав на месте, приняла более удобную позу для охраны, но на деле села лишь по-турецки.       Своим поведением еж начал мне напоминать кого-то после того, как тот хлопнул ладошками в знаке мольбы и с растянутой до ушей улыбкой стал тянуть слова благодарности мне, за то что его опущенные игольчато-видные волосы и вообще весь его уставший вид не были проигноренны. Кажется, был какой-то одногруппник у меня на первом курсе. Не помню уже, разумеется, каким он был внешне, но четко в памяти застряли те моменты, когда тот с такой же физианомией выпрашивал тройку за курсовую. Наруто проворно оказался возле какой-то кучи вещей, — позже я поняла, что эта же куча наши сумки, — и словно в снег нырнул туда, повозившись пару минут и рывком вытянул от туда свой плед. Я хмыкнула на такое, когда попутно еж тороторил про здоровый, крепкий сон и тот кинул уже что-то через плечо в одеяле на подобии “всем спокойной ночи, даттебайо!” Вот тогда-то переферия моих глаз заметила что-то непонятное со стороны и я обернулась, когда встертилась взглядом с Саске.       Тот безмолвно пялился на меня, когда я тем же временем пялилась на него в ответ. Все отличие аниме от реальности заключается тем, что аниме больше всего смотрят зарубежные поклонники и некоторые азиатские или, только японские, ценности и принципы в жизни сложно понять, а иногда — невозможно. Вот, к примеру, заметила во время проживания в Конохе, что женский пол тут не так уж и борется за свои права, просто потому что некогда и, вообще, заняться реально есть чем. И делить шиноби по полам тоже, нету времени. А даже если и есть время пообсуждать это, — я смотрю, никто пока из женщин претензии не предъявлял. Не то, чтобы я прям топила за феминизм и права конкретно женского пола, —ну серьезно, полуголые и разукрашенные бабы все слово “феминизм” испоганили,— но впервые в жизни скажу, что видимо, этот род деятельности тут никогда и не понадобится…В любом случае, “Объединённые Материнские войска”, — что больше звучит, как пафосное название группы чата мамзелей, — видимо, давно вложили местным в головы представления о грозной и, довольно таки опасной для жизни, стандартную жену со скалкой в руке. Хотя всё равно, — окажись, там, женщина на посту каких-нибудь крупных торговых предприятиях или на высших военных должностях, — большинство, да расширят глаза, потому что “ну, женщина?…”. Хоть чем-то миры наши, да похожи.       Я на миг вскинула бровями в знаке вопроса. Я хоть и немного, но знала некоторые предполагаемые знаки поведения Саске и ожидала, что тот что-то в качестве тихого знака хоть глазами по чему-то укажет, но он просто…Он просто моргнул. Всё. Это прикол какой-то или мне уже знак подали? Почему знак? Сложно сказать, временами мне начинает казаться, словно у Учихи какие-то речевые нарушения, раз по большей части общение выстраивается в виде каких-то сигнальных знаках, чем на словах. Я б его поняла сейчас, но, черт, он походу и это забыл! И не смейте даже винить меня в, простите Господи, в “женской тупости”! Да, да, черт! Об этом я и толдычу! Если, блять, в группе ниндзя тут окажется хотя бы одна баба, она 24 на 7 будет слышать подобные слова, как: “не лезь в бой”, “оставайся в тылу”, “нужен медик, иди сюда, живее”, “нужно разделиться, потому что имеем мы лишний груз, если вы понимаете, о ком я, парни”. Сука, агх, аж по-орать захотелось! Один, блин, сплошной секситский мир.       По итогу брюнет прикрыл глаза, поерзав, и принял свою прежднюю позу для сна: спиной ото всех. Шикарно просто. Мать твою, и что это было вообще? Знаете, что-то это теперь совсем меня не смешит, я его попробую, что ли, позже к логопеду сводить, — не дай Бог реально разучился говорить? Наконец в ушах зазвенело от ночной тишины: оба ребят тихо дремали, по-нос укутывшись в свои древние пледы, где-то отдаленно звучали колыхающиеся травы и листья от ветра, передо мной переодически трескали ветки в костре. Только в подсознании прозвучал одинокий голос.       …Да тут каждый феминисткой бы стал, на моем месте.       Какое-то время я внимательно вглядывалась в огненые оттенки, как те переливались из тухлого оранжевого в яркие, практически желтые цвета. Только сейчас я заметила, что сам костер был ничтожно мал по размерам и мощности, поэтому освещал только нас троих. А ещё дыма практически нету, он тут же растворялся в воздухе, так и не взмывая вверх над деревьями.       А это…Предусмотрительно. Ух ты, эй, да-а: не факт, что сейчас все здешние шиноби спят и не перемещаются. Есть повышенная вероятность того, что некоторые могут найти нас. Сигналом может даже стать дым от среднего размера котсра, что может подниматься в воздух и показывать местонахождение привала врагов. Да что там дым: сенсоры тут тоже находятся…Да какие, Господи, сенсоры! Фантазии хватает только на сенсоров, — да те же самые ребята из Звука могут уловить своими чудо-ушами или чем они там пользуются звуки костра. Или Киба с помощью Акамару сможет вычеслить напарвление запаха гари, — все-таки в реальном мире у нас собаки по запаху наркоту или бомбу ищут.       Я расслабила спину и позволила опереться руками назад, чтобы опрокинуть голову к небу. На долю секунды я даже ослепла от резкой смены света из костра на темноту. Постепенно глаза стали ловить одной за другой довольно таки огромные сами по себе звезды. Как-то аж даже не по себе. Нет, правда, на даче даже так не могла рассмотреть звезды, а тут прям как на фотках…Хотя-я-я, вот осенью облака подступают и становится прям, как у нас. Вдруг левая рука на сантиметр проскальзнула назад и только я собиралась шикнуть от неприятного такого сюрприза, как до слуха донесся тихий треск, индентичный рвению ткани. Я поднясла ладонь лицом к себе, когда вместо своей кожи я увидела плотно, — довольно таки хорошо завязанный, кстати, — бинт на внутреннейй стороне руки, что заканчивался кривоватым и порванным бантиком на запястье. Несколько секунд я тупила над своей рукой.       …С каких это пор я научилась завязывать во сне бинты, это раз. Два, когда это я научилась так идеально завязывать себе бинты одной рукой, так ещё и на левой руке. Я, конечно, правша, но это было равноправно нанесению лака на ноготь на левой руке, а как я помню нытье Киры — это было морокой той ещё. Ой, черт, знаешь что? Давай сначала разберемся с первым пунктом.       Я повертела своей кистью, наверно, стараясь разглядеть какую-нибудь хоть маленькую зацепку на мои вопросы. Напрягало то, что сам бинт был подозрительно чист и опрятный, — не смотря на мелкую рваную часть, что случайно порвала из-за камня. Накладывали недавно, причем, не тяп-ляп. Решили оказать ребята ещё одну услугу и помогли даже с лекарствами?…Не-е-е, погодите. Сколько там, говорил еж, дней прошло после встречи с остальными? “Один день таскали меня”. Вчера, вот, вспомнила. “Вчера весь день таскали меня…И ещё не помню день до этого”…Два дня, это типо, прошло? Черт, ну тогда вариант с мед. помощью отпадает сразу! Бинты меняются раз-два за сутки, а учитывая серьезность пореза, мне там вообще шов должны будут после наложить. Тогда кто э-…       Мысль потерялась в моей голове, как только я неосознанно подняла взгляд вперед. Напротив коста в такой же позе крепко продолжал спать Наруто. Я несколько раз поводила головой то в сторону ежа, то в сторону сороки, что бы в итоге прийти к единственному здравому или, более реальному, ответу на мучащий вопрос.       А почему я сразу убрала вариант того, что они мне бинты по пути меняли?       Нет, ну что значит “почему”? Наруто сам недавно сказал, что они целый день тащили меня. Да и ещё с такой мучительною интонацией говорил он, словно таскали не меня, а Какаши. Как я, по их мнению, должна догадаться?       Растерянно проморгав глазами, я какое-то время пялилась в сторону Узумаки, нехотя в голове обдумывая рание мысли об этом. В итоге я устало выдохнула. Пододвинув коленки к лицу, смущенно или все ещё растерянно почесала щеку.       И чем я вообще заслужила это?…Блять, свиток, точно!       Мой мозг вновь был облит здравым смыслом, когда я случайно вспомнила причину, по которой я вообще щас не сплю и отказалась ото сна. Как можно тише, я постаралась беззвучно растегнуть молнии на сандалиях. Аккуратно опустив голые ступни на землю, я почувствовала все возможные комки земли подо мной. Расстояние между нами и нашими сумками были ничтожно простые два шага, которые днем можно было сделать за меньше секунды, однако, заняло у меня это не больше минуты. Как я уже говорила, все трое мы, — горе команда, — спим в прямом смысле, на иголках. Если бы я сейчас поменялась местами с ежом и уловила через сон хотя бы хруст развалистой земли, мигом уже вскочила и всеми руками и ногами целилась ножами во врага. Присев на корточках возле этой кучи…Кучи-и-и…Возле этой кучи, я без всяких манер начала рыться в вещах. Возле сумок валялась парочка кунаев, но интересовало меня совершенно иное. Мои ножны и ножны Наруто были абсолютно пусты, не считая кунаев, взрывных печатей и мелких, полу-пустых свитков, — серьезно, нахера Наруто они нужны? Ни разу не видела, что бы он их хоть как-то использовал. Я нервно уставилась на сумку Учихи и тогда вот я наконец почувствовала давление совести. Я шуганно обернулась назад, дабы проверить, что на меня реально никто осуждающе не смотрит там, а особенно конркетный владелец сумки. Как и до этого, парни продолжали лежать на своих местах, очень даже удачно отвернувшись каждый в сторону. Даже если вдруг кто-то простнется, у него будет секунда, чтобы развернуться, а собственные инстинкты уж точно смогут сыграть роль, чтобы рывком отпрыгнуть от вещей. А дальше придумаю отговорку: жука напугалась, звезда упала или безцеремонно свалюсь в эту кучу, обьяснив тем, что мне так удобнее. Я сожмурилась и сделала глубокий вдох, молясь всем возможным богам, предкам, — тут же предкам молятся, верно? — что бы желанная вещь оказалась в этой чертовой сумке. Дрожащие пальцы тянутся к веще, дрегнанными движениями растегивая кнопку и в момент раскрывая на распашку сумку. Не стоило видеть эту смешную картину, где во время раскопок я чуть ли не носом начала рыться в вещах. Тут мне это не пригодилось. Я с глупыми глазам уставилась в сумку Саске. Со стороны явно выглядело неприлично, но знаете, по-секрету только…Да, по-секрету: мне как-то поебать. Просто немного не тот случай, где надо задумываться о приличии, мы всего лишь застряли в лесу. Нужная вещь казалась мне какой-то иллюзией мозга, но когда я достала её, одними лишь губами я протянула матерное слово. Следом за этим, не отпуская эту вещицу, я рукой зашуркала уже в другой сумке, вытащив другой предмет и когда я одновременно взглянула на эти две вещи, я не сдержала собственно мимики. Растянула самодовольную лыбу, прикрыв глаза и на миг гордо склонила голову в бок. По-хохотать бы ещё.

***

      Поспать мне так и не удалось. А все потому, что первые лучи солнца появилисись уже сразу через два часа и группа начала следом собираться в путь. Лес Смерти, а лучше сказать — Лес “смерти” в ковычках, — растерял всю свою жуткую атмосферу. Все дело в том, что титановые деревья, что вызывали у меня приступы мегалофобии, резко сменились на обычные деревья, да и наконец я смогла увидеть светлую улицу, потому что листва не была такой плотной и густой, как днями ранее. Вообще, весь наш боевой настрой никак не вписывался во весь этот зеленый пейзаж, потому что, уж больно мирно и свободолюбиво чирикали где-то синички, слишком красиво солнечные зайчики ходили с нами по тропе, да и вообще вторая арена смертного испытания перестала быть какой-то зловещей. Аж страшнее стало. Не знаю, какой был настрой у напарников там во время молчаливого пути, но вот я себя занять смогла. Испытание на завязывания бинтов на ранку, когда ещё и идешь, так ещё на самой неудобной руке явно было не из простых, зато ах-ре-не-но убивает время. Ах-ре-не-но, повторюсь. Что можно сказать насчет пореза, только то, что одним лишь постельным режимом на месяц я не отделаюсь. Дело даже не в глубине раны, — ну спасибо, хотя бы до вен не дошло, вот тогда-то был бы пиздец, — кожа разошлась, поэтому после второго этапа прийдется мне её зашивать, и то вероятность отсутствия после этого шрама очень мала…Бр-р-р, иглу в кожу. Бывают случаи, когда накладывают шов без ликодаина. Я, бля, с удовольствием зашью, но чтобы на мне зашивали! Лучше я помру от потери крови или элементарной инфекции. Говорят, не больно это, но неприятно.       Когда мы прибыли к внешней реке, тогда-то меня и пробило на осознание. Вот почему лес стал таким маленьким — мы просто вышли к краю. Наша троица одновременно уставилась на воду, где секундой ранее из-за мощного потока выпрыгнула на воздух рыба, после чего с плеском оказалась снова в воде. Видимо, подумали мы об одном и том же, раз одновременно мы уверенно переглянулись с друг другу.       Еда — вот что можно услышать между нами.       Только вот у меня, — да что ж такое-то, из всех нас и даже Какаши, первый, у кого пробудился маразм старческий, это я? — как-то это не вызывало радости, потому что я не то, чтобы волнуюсь насчет качества продукта, — хотя, не дай Бог в этой рыбе окажутся глисты! — я ненавижу рыбу вообще. Прям, презираю сущестование этого существа как и в жареном, пареном, вареном и в сыром виде. Посмотрела бы на ваши рожи, когда всем говорят, что их рыба сама боится и не укусит, пока тем временем где-то в Абхазии одного ребенка реально щипнула немаленькая рыбень. Не сложно по интонации понять, о ком речь. Терпеть не могу этих тварей, так ещё и жрать их.       …Хотя, у меня есть выбор?       Я ещё в начале подметила странную слаженность парней, хотя несколько часов назад оба спорили о тех проклятых веточках, по которым определяли точное время. Я не знаю, они может куда-то отходят, пока я не вижу? Провели душещипательный, трогательный разговор о трудном детстве и травмах, пока я там где-то в отключке день назад валялась? Мне б кто сеанс психолога бесплатный провел. Может, наконец очнусь из острала и пойму, что разноцветный мирок с высоким рейтингом жесткости оказался лишь моей поехавшей кукухой? Сборы подручных материалов не заняло много времени, так что через десять минут мы с ежом уже раскладывали в некую горку хворост, пока сорока начал рыться у себя в ножнах.       — Нам повезло выйти к реке. Рыба как раз начинает плавать у берега в это время, — не отрывая взгляда от кунаев, добавил как к факту Саске, пару раз для проверки постучав по кончику ножа пальцем, тем самым проверяя ещё пригодность оружия. Обойдя взглядом каждого из нас, он остановился на блондине, — Наруто.       — Ещё спрашиваешь, — предвкущающе заухмылялся еж, вставая со своего места. Одним движением складывая какую-ту печать и рядом с ним тут же скапливается дым, из которого рывком выбегают две полные копии оранжевых курток. Клоны, имещию тот же характер владельца техники, на всех порах понеслись куда-то вперед, что-то прикрикивая друг другу, типо: “речка, речка, даттебайо!” Ей Богу, от деревенской детворы, — а вот теперь под деревеннской имеется в виду реальная деревня в Поволжском, — не отличишь. Гадать тут не стоило, потому что оригинал этих двух вообще первее всех убежал.                   Восклики начали оставаться эхом от расстояняя, благодаря которому заметно так подчеркивалось молчание здесь. Мысль по поводу этого дала току пройтись по телу.       — Я разожгу костер, — выдала я как-то даже машинально, неосознанно и сразу же, не успев даже обдумать данное предложенние.       Учиха лишь кинул на меня взгляд, чтобы просто понять, что просьба была услышанна и тот зашагал спокойным шагом в сторону реки, где уже взлетели ввысь три, а может и больше, водянных ствола. Я осталась сидеть одна одинешенька на том же месте, пока пение птиц на заднем плане заменялись редкими всплесками воды. На меня, наверно, даже как-то тоскливо смотреть бы было. Потерянный ребенок с ежом на голове, сидит возле бедненького костра, весь растеранный и ещё не собравшийся духом, — Репин, ну я теперь великий художник, чо. Я, если честно, — ну если уж реально честно, — продолжала сидеть так минут две, может, больше. Я реально не шевельнулась, а все из-за того, что просто…Что просто не знала, что мне с этим куличом веток делать. Блять, простите, в программе обучения в Академии не было практики выживания без применения магии, колдовства, а обычным человеческим методом! Показать на доске рисунок о силе трения, палках и камнях, они-то нарисовать, а вот показать! Я обоими руками взялась за два ближайщих камнях, на ощупь выбирая подходящие по размеру и весу булыжники, все ещё с явной растерянностью это делая.       …Допустим?       Сморщив на готове лицо, зажмурив глаза и отодвинув руки с камнями вообще подальше от меня, я напрягла пальцы и с размаху стукнула друг об другу их. Камни издали неприятный скреж. Я непонимающе заморгала, когда не увидела глазами даже искр. Вторая попытка. Стукнула повтороно, но камни просто издали смачный стук. На минуту я замерла, загружая такой итог у себя в голове…В третий раз повторила, уже по-сильнее: ничего, кроме на минуту онемевших пальцев я не получила.       Ну началось…       Редкие стуки камней начали набирать темп, пока через пол минуты это не превратилось в непрерывные, агрессивные хлопки. Скорость моей точки кипения тоже нарастала.       Как вообще можно было умудриться сказать то, что вообще не в состоянии выполнить? Черт, не дай Бог сейчас ещё окажется, что не в состоянии огонь развести! Гребанные мультяшки, чтобы я ещё раз в жизни повелась на то, что огонь можно развести с помощью камней!..       Цирк позора не продлился и больше пяти минут, в итоге я устало задышала, согнувшись на пополам. Вспотевшие руки неприятно липли к грубым по текстуре камням, пока кончики пальцев возращали осязаемость. Наверно, уже во время финишнего пика я наконец додумалась, что такой фокус с камнями заработает только с кремнем. С такими грубыми и круглыми камнями нереально добыть огонь.       Силенок нету, ка-а-ашу надо было есть! — пискляво протянула я в мыслях, пародируя бабулю.       Кинув эти два проклятых камня рядом с костром, я с кряхтением под нос встала в полный рост, разминая колени и при этом оглядываясь вокруг, чтобы вдруг, ну, зацепиться за какую-нибудь идею. Еб твою ж, надо было марганцовку брать! Хотя, у меня её нету и так…       Какая нахрен марганцовка, твою мать?! Ты, блять, в мультике гребанном, могла бы уже огненный шар выучить, глядя на Учиху! — кричал отдаленно в голове голос рассудка. Хотелось согласиться. Не потому, что этот же голос всегда меня закаливал, а потому что именно сейчас этот факт как нельзя был к месту. Кулаками, руками махать научилась — молодец, а что насчет более выгодных вариантов способностей, м? Я даже не хиллер, чтоб его. Из всех особенностей этого зверинца, — именно, зверинца с лисами, сороками, псинами, — я выделяюсь только крайне удивительной печатью взрыва, о которой, — ох, божечки! —знаю только я. М-м-м-м, какая у меня, нынче, интересная уникальность. Прям до слез это “индивидуальность взрывного характера в придачку этих же взрывов, которые, хотя бы, разносят огнем по два д-… Что-что-что-что?       Я замерла на месте, вдумавшись в эту затею. Быстро присев вновь у наших сумок, я начала активно рытся в поисках своей. Через секунд таки две я в ступоре остановилась перед открытой походной сумкой, где стопочкой лежало несколько особых печатей, а другая, более большая, самых обычный. С поднятыми наверх глазами я снова обдумала затею и в итоге разочарованно вздохнула. Идея шикарная. Была бы шикарной, если бы это был обычный лес, а не Лес Смерти! Взрыв могут услышать, увидеть дым из далека, да и пацанов неохото как-то пугать резким шумом бомбы…       Блять, ну если бы только не Лес Смерти!…       Видимо, со мной такая креативность больше не проканает после прошлой драки. Бревно с хилой печатью телепорта, физика на четверочку, видимо, мой лимит.       Я вздрогнула, когда из далека эхом ко мне пришел четко сказанное, но строгое слово от сороки: “недостаточно”. После этого послышались сплошные всплески воды в перемешку с неразборчивыми криками. Единственно, что я разобрала, это только: “сам тогда лезь, даттебайо! ”. Они там точно не утонут?       Имя Учихи и огонь сразу сложились как-то в моей голове, выстраивая тем легкую схему действий. Саске знает стихию огня, а следовательно нужен его огенный шар. Значит, сейчас для этого нужно пойти и попросить его об-.       Вот ещё! — в голове резко выстрельнула эта возмущенная мысль.       Возмущаться было не к месту и не время. Гордость и ответсвенность вели сейчас в моей голове тяжелые, кровопролитные бои. Дело в том, что сейчас согласиться хотелось с чувством гордости, потому что у меня существует базовый список причин слушать это отдельное от организма чувство, — уже целых две минуты существует он, между прочим!       1. “По жизни ты всегда один ”.       2. “Я не я, лошадь не моя, я не извозчик”.       3. “В рот чужому не заглядывай- Ладно, хватит пословиц.       4. Хер ему, а не просьба.       5. Потому что, потому.       6. По спине покатал, с дерева снял, от взрыва оттолкнул — хватит с него помощи.       7. А вдруг он меня съест?       Список на этом и оборвался, как титры в Звездных Войнах. Не обошлось и без чувства сообразительности. Он меньше, ну потому что:       1. Поработай мозгами, дура.       2. Поработай мозгами, дура.       3. А вдруг он меня съест?       4. Ситуация будет намного хуже, если я сейчас не пойду и не попрошу нормальной помощи. Просить помочь это ведь нормальное дело. Норма же, да?       Разуме-е-е-ется, просить о помощи — это нормально. В моем мире, у взрослых, понимающих и адекватных людей — да, это норма. Здесь же я еле-еле пока разбираюсь в этой…В этой молодежной среде обитания. Драка с кропивой, паркур по гаражам, игрушки елочные из цветного льда явно не сочетаются с побегами в ларек какого-то левого продавца для интим журналов и джианзи в виде воланчика.       В голове вновь выстроился образ сороки, где в определенный момент руки менялись с печати на печать, из которых по итогу выпускался цельный огненный шар. Именно, печати. Не одна печать, как у мерцания. Твою ж налево, какие там печати он использует?       Сожмурив глаза, пытаясь стереть окружающий мир вокруг меня, — если сзади внезапно появятся страные звуке в облике ребят, которые лицезреют эту картину, то я больше не буду играть во весь этот “экзамен”, — начала перебирать, сплетать, сгибать пальцы рук, чтобы хоть что-то приблизительно вспомнить. Тигр очень часто используют в огненный техниках, поэтому использовать её сейчас явно стоит. Черт, а что дальше-то? Собака? Для призыва. Свинью? Вообще не к месту. Кролик? Было бы хорошо как можно быстрее сделать технику, но нет. Может ли подходить печать концентрации? В принципе, можно было. Глупо, конечно, сейчас истратить всю чакру на какой-то там шарик из огня, — вижу, сложная техника стихии для меня стала каким-то шариком? — но вообще…       Сосредоточив мысли только на визуализацию небольшого огня, я неторопливо сложила несколько неуверенных печатей, которые, как по мнению, приблизительно могли воссоздать технику огня. Концентрат, объем формы и Тигр. Не мало, не много. Печать объема сложила только ради того, чтобы случайно не спалить всю округу, — хотя-как-это-вообще-возможно-ну-конечно-спалить-все-вокруг-с-моими-то-запасами-чакры.       С чего я вообще решила, что у меня сейчас это выйдет?       Смущение одолевало тело, пока я продолжала стоять над нетронутым хворостом. В руках уже был сложена печать Тигра, оставалось только сконцентрировать чакру в нужных пальцах и…По-моему, он дул на пальцы. Типо, как дракон? Господи, без фанатизма к Китаю тут не обошлось?       Я нервно сглотнула, все ещё сомневаясь в своих действиях. Раньше, ещё в Академии, мне почему-то взбрендило, что я овладела стихией земли. Как я вообще пришла к такому выводу? Разочарование пришло быстро и понятно, почему. Это был единственный раз, когда я попыталась раскрыть хоть одну из стихий в себе. Да, было рано. Да, слишком мало чакры. Да, как всегда, делала это я самостоятельно, ну а вдруг? Я замотала головой отганяя отвлекающие мысли.       Ну все таки, чисто гипотетически…       Поднося к рту сложенные руки, я как можно больше набрала в грудь воздуха.       Чисто гипотетически.       Досчитав до трех, я сложила губы в трубочку и через пальцы печати выдохнула небольшую струю воздуха, не забыв при этом согнуться к веткам будущего костра.       Чисто гипотетически, у меня может быть Огонь? Блин, хочу Огонь! Я даже в стране Огня живу, ну, классно было бы ведь?       Кислород я выдохнула весь сразу же из легких. Прохладная чакра продолжала без изменений колющей немотой литься в пальцах. В груди появилось летучее чувство ожидание и неопределенности: были попытки предугадатть последующие события. Я замерла на месте в ожидании. За следующие три молчаливых секунды ничего так и не произошло, чакра даже не выпустилась и продолжала циркуляцию. В этот момент уже и так все было понятно и как можно быстрее, я шуганно отцепила руки друг от друга и отсела от костра на шаг назад. Щеки и нос заметно нагрелись от призрачного внимания ото всюду, поэтому я приняла как можно непримечательную позу и прикрыла напряженные веки, словно сейчас ничего и не было.       Черт, ну как знала! Что это вообще были за надежды такие, а? Чудо хотела совершить, пойти против природы, порвать грани канона? Господи, как же тупо щас было…       Сейчас мне не хотелось совершать даже легких движений, — хотелось вообще сейчас не дышать. От того, что я прекратила любую деятельность, меня со всех сторон накрыла тишина. Вокруг летал утренний сквозняк, иногда из-за него шуршала листва из кустов и деревьев, где-то слышалось чириканье какой-то неизвестной птицы, всплески воды, недовольные комментарии Узумаки. Блин, насколько же тихо, что расслышала его, ема-е…Мунуточку.       Я проснулась из транса, проморгавшись растерянно, чтобы в итоге протрезветь. Внимательно прислувшись к среде, я реально услышала голос Наруто, чьи предложения становились все понятнее и понятнее. При этом какого-то надрыва при крике не было. Брови сами поползли наверх и я в тот же миг с прыжком обернулась в сторону бережка реки, куда уходили недавно мои товарищи, а сейчас…А сейчас они не спеша приближались в мою сторону. Паника, как по команде, прополза по моей спине, при этом заставляя меня выпрямить спину и покрыться гусиной кожой. Я испуганно повернулась к костру, где якобы по моим словам ранее должен быть будущий огонь.       — Твою мать, твою мать, твою мать, твою мать! — за шаг оказавшись у дров, я присела возле них, схватив попавшие случайно под руку камни. Принявшись снова ими колотить возле веток, я снова начала попытку добыть искру. Руки нервозно дрожали и начали покрываться потом, из-за чего становилось сложнее держать булижники в руках, они попросту соскальзывали из них. Стукая их об себя, с подбирающимся страхом что-то бурчала себе под нос сипло, — Ну давай…Ну давай, давай, дава-а-ай!..       Прекрасно! Просто супер, вручите мне премию охрененного напарника! Сколько вообще времени прошло, какого фига они так быстро вернулись?! Рыбу не поймали, — я б даже чутка обрадовалась бы, — но нет, еж с довольной мордой нес весь его улов в обнимку. Если они сейчас узнают что пока они там прыгали над речкой, я сидела тут и херью маялась, — пыталась в себе пробудить богатырскую силу, — меня просто психически уничтожит нытье разочарованного, голодного Узумаки и разозленный взгляд каких-то там четырнадцати граммовых глазных яблок Саске. Ладно-ладно, прекратить панику! В самом деле, чего-то я сегодня слишком сильно волнуюсь о мнение других, хотя меня это никогда особо и не беспокоило. К тому же, это же Саске и Наруто, ну что они меня, съедят что ли?       Ментально убьют, телепатией распространят об этом всей округе, которая к великому совпадению окажутся наши одногодки.       Стучать по камням после этого я стала ещё активнее. Мотивацией послужило ещё неожиданный отклик позади от ежа.       — Хотару-у! Смотри, сколько рыбы я словил! — крикнул он радостно. Можно было с легкостью по интонации даже представить его физиономию и вытянутый нос от гордости. По большей части, все это было лишь из-за большого желания есть. Господи, блять, не важно! Прямо сейчас и прямо мне это - не важно!       — Сука, жгись уже! — чуть ли уже не плача, всхлипнула себе под нос в адрес гребанных камней, после чего замахнулась на второй из них. В удар, на этот раз, была вложенна чакра, которая была в начале предназначена для совершенно другого дела. По пальцам прошлась глухая боль и на какой-то момент уши заложило от скрежа камней. Все произошло за секунду, перед глазами заигрались светлые искры, что преливался в белые, теплые оттенки. Не успев даже сообразить, как от случившегося остались только ноющие пальцы с кистями рук и щекотящий ноздри запах гари…Гарь? Гарь?!…Дым!..       Я с выпученными глазами уставилась на новый движущийся объект прямо передо мной. Из глубин веток медленной струей поднимался темноватый дымок. Я тут же придвинулась к нему, начав раздувать более менее теплое место образовашегося огня, при этом прикрыв со всех сторон дым руками. Сзади зашуршали камни от чужих ног, ровно тогда, когда из под ветвей засветился первый огонек и я тут же пулей отсела от нарастающего костра, вытянув ноги и прикрыв недовольно глаза. Единственное, что сейчас выдавало меня, — могло выдавать, — это учащонное, измотанное дыхание грудью и взмокшее лицо. Я затаила дыхание, в любой момент ожидая какую-нибудь засаду. Единственое, что изменилось, это только пополнение людей в моей компании, да и только. Наруто довольно таки бережно разложил на землю стопку еды, как-то очень голодными глазами пронзая взглядом одну огромную рыбеху. Только через пол минуты меня пробило на осознание, что лишняя стопка тонких ветвей лежала рядом для будущего рыбного шашлыка, в качестве шпажек. Огненные языки просочились наверх, сквозь ветви костра. Через минуту, — где совесть упрекнула меня присоедениться к готовке, — перед нами трескалось сырое мясо от горячего воздуха. Попутно с тем, пока мы начаживали рыбу на шпажки, я продолжала про себя судорожно думать, просто потому что не успела за это время отойти от шока. Господи, блять, ещё бы чуть-чуть и наступило бы то будущее, которое я так боялась. Сдерживать на этот раз пришлось нервное хихиканье, так как походило это все теперь на банальную, сюжетную удачу от сценаристов. Когда пол часа нихера от слова не получается, а как только подбирается опастность, все как вдруг начинает работать. Обычно, это происходит наоборот. Со своими мыслями я не успела заметить какой-то гнетущей тишины вокруг нас, и она же начала давить на меня только когда я подумала об этом. Парни сидели каждый по своим краям у костра, думая напряженно о своем…Ну, как это - они? Саске - определенно не в духе, — не знаю, как я это определила с его-то постоянно недовольной мордой. У ежа по-большей части было не напряжение, скорее, ожидание. Подправьте меня, если круглые глаза, отвисшая челюсть и зомбирующий взгляд, что смотрят на рыбу - значит совсем другое. Я все ещё с недоверием пялилась на мертвую рожу рыбы, чье лицо застыло в животном шоке, широко раскрытыми глазами и ртом..Ну, в принципе, как и у Наруто сейчас. Щекотящий ноздри запах жареного не давало никакого чувства аппетита, просто потому что в глотке уже сдавливал ком тошноты от осознания передо мной чего-то морского, рыбного, чешуйного, скольского - Ой, фу, бля. Не-не-не, меня, походу, реально тошнит, не шутки это!       Я все равно продолжала со сожмуренным лицом в отвращении, — надеюсь, это не так сильно было видно, — осматривать со всех ракурсов рыбеху на палке, не осмеливаясь начать это есть. То начинала открывать рот, но в один роковой момент вновь закрывала его, представляя неприятный привкус чего-то речного.       — Прошло четыре дня с начала второго этапа…       Я принюхалась к мясу, надеясь, что это хоть как-то придаст мне смелости съесть это. Пахло обычным, жаренным мясом. Ну, в принципе, на запах приемлимо, хотя не знаю, как это поможет мне. Долго сидеть над этим не нужно, чтобы не было лишних вопросов от остальных, — в Стране Волн было достаточно. Я сделала вдох и задержала дыхание, как когда-то учил меня дядя Миха. При отсутсвие дыхания вкус еды при употреблении немного теряется. Не потому что это как-то останавливает работу рецепторов, просто мозг занят задержкой дыхания больше, чем разборкой вкусом еды. Тупо игнорирует его.       — …Значит, нам осталось 24 часа до окончания экзамена.       Во рту что-то неожиданно хрустнуло, когда я наконец осмелилась откусить кусок. Стараясь как можно медленее убрать изо рта еду и вообще, стараясь как можно дольше задерживать мою панику от этого смачного хруста, — потому что звук был в точности, как хруст ломающегося зуба, — я языком, как по струннам, провела вдоль тонких рёбер животного. Кусала я ровно туда же. Похоже, именно они и хрустнули. А возможно, чешуя… Блять, чешуя-я-я, какая мерзость-то…       Ладно, сдохни от голода тогда!       После этой мысли, — удивительно, как это работает, — от мнительности ничего не осталось и, разжевав пару раз плоть, я наконец уже проглотила первую в жизни съеденную мною рыбу. Через две секунды появилось послевкусие и я скривилась вновь, хотя, куда ещё больше?       Не вкусно…В жизни больше не сьем рыбу после экзамена.       По немногу откусывая еду со шпажки, я только сейчас отметила, насколько тихо стало вокруг. Вопросительно подняв глаза, я скептично взглянула на ежа, что без пауз съедал свою порцию, даже не пытаясь там ориентироваться на наличие костей и заинтересованно на Саске, что даже не стал приниматься за еду, а лишь напряженным и задумчивым взглядом таращился куда-то, но явно сквозь костер. Мне кажется, или он что-то говорил сейчас? Показалось, навверное, или вообще после всех паничек и моментальных действий глюки пошли. И вот, знаете, что-то после этого легче мне не стало. Компания молча сидела вокруг, каждый занимаясь своими делами и переживаниями, но как-то обычно это, вроде, вслух проговаривалось и прямо сейчас, сидя здесь, в такой-то ситуации, я чувствовала себя донельзя…неловко? Даже Наруто, обычно бросавшийся криками на темы даже самых абсурдных и непонятных идей, и то молча и уже спокойно доедал шашлык, нечитабельным взглядом смотря куда-то себе под ноги. Глянув на жалкую половинку съеденной рыбы, я поняла, что есть особо теперь не хочу, — даже через силу не получается это в себя пихать, — и воткнув ту ветку в ближнюю щель из камней, я облокотилась на руки и закинула голову к небу. Голова чутка закружилась от больших облаков над головой, однако тишина никуда так и не делась. Не знаю, какие инстинкты во мне работали тогда, — то ли мне стало скучно, то ли тишина казалась скучной, — я выдала:       — Но ведь есть плюсы. Было же изначально нечетное количество свитков, а когда Орочимару сжёг один свиток, теперь-то их стало поровну…Кхм, типо, теперь и шансов у нас больше-е-е? — предприняла попытку включиться в курс дела. Как видите, вышло плохо…Даже очень. От упоминания Орочимару и свитке, — нашем свитке, который сожгли, — атмосфера стала ещё напряженнее. Отвратитльно, Хотару. В службу поддержки не иди.       — Не в этом дело, — помотал головой Учиха, что до этого нервно сжал губы, и поднял взгляд на меня, — Мы не знаем, уцелели ли остальные свитки за это время, а сейчас, когда времени остается немного, мы уже не сможем незаметно украсть у последних команд нужный свиток.       Короче, мы в полной жо-.       Разумеется, говорить это в слух я не стала. Вся серьёзность ситуации давила на ребят, даже еж перестал радоваться периоду перекса и с таким же серьезным лицом сидел и слушал нас. Для меня сейчас это казалось не настолько серьезным, насколько чувствовала команда. Потому что они не знали обо всех этих условиях, а вот я…       Через минуту, в которой я хотела выдать что-то менее жестокое и глупое, в разряде: “э-э-эх, не хватает палатки и пива”, Саске с тихим, не менее от нервов рваным вздохом встал со своего места, успев пальцами подцепить за веревку бамбуковую флягу, оповестив нас о том, что нужно сходить за запасом воды и начал удаляться куда-то в сторону леса, уже исчезая за одним из валунов. Я неотрывно провожала взглядом эту странную на вид вообще “флягу”, хотя флягой это трудно назвать. Внешне она напоминала и сам бамбук, с довольно толстой и широкой пробкой, что короткой веревкой крепилась к горлошку самой фляги. Меня волнует больше другое. Как. Он вообще. Смог. Все эти немалые вещи. Запихнуть себе в сумку? Краем глаза я зацепила напротив кинутый к месту сороки свиток Земли. Быстро обойдя вокруг костра до него, еле сдерживая недовольные высказывания по поводу непредуспотрительности, я только потянулась рукой с свитку, как тут же меня опередила чья-то другая рука, что схватила молниеносно свиток и отодвинула в свою сторону. Я затупленным взглядом проследила за его движением и подняла, в конце концов, голову на настороженного ежа. Блондин опасливо прижал свиток к себе, крепкой хваткой, и переодически таращился то за спину мне, то в другие стороны.       — Эй, — уж больно тихо он прошипел мне в сторону Наруто, поерзва на месте так, чтобы быть ближе к моей стороне, — Я придумал, как получить свиток без драки.       Я не сдержала удивленно приподнятых бровей, пока еж потянулся телом к нашим сумкам и вытаскивал свою. Понимаете, всю суть ситуации? Наруто, этот Наруто, тот самый еж — придумал?       Покрутив у себя в голове эту мысль, я вновь стухла. В этот момент еж, довольно сильно втряхивая сумкой, высопал всё её содержимое на землю. Я вздрогнула, когда знакомый свёрток прокатился по камням подальше от Наруто, как раз ему за спину и от этого мурашки прошлись по спине.       — Чтобы это ни было, я не согласна, — устало добавила я, надеясь, что сейчас резко из того самого огромного валуна вернется Саске. Первый раз в жизни захотела, чтобы он вернулся.       Наруто поднял на меня недоуменный взгляд и тут же поджал губы. Впервые за это время на его лице играло для него непривычное раздражение.       — Но у нас не остается выбора! Времени почти не осталось! — досадно развел руками с остальными пустыми свитками тот, пока я нервно переводила сначало взгляд на того, а затем тому за спину.       Саске-е-е, скотина такая, куда он нахрен пошёл “за водой”, если рядом целая река?!…Минуточку, а правда.       Как только меня озарило это осознание, мне пришлось растерянно проморгаться и прийти в себя, когда блондин уверенно пододвинулся ко мне, чуть ли не пихая какой-то полу-пустой светлый свиток.       — Нам нужно сделать совершенно точную копию второго свитка, у меня есть один…       — Нам? Что-то я не помню, чтобы я соглашалась на эту авантюру! — перебила я его, на этот раз уже возмущенно воскликнув, начав бочком отползать ему за спину.       Резко на мои плечи крепкой хваткой вцепились две смуглые руки, от чего я аж дернулась и уже никак не могла сдвинуться с места без дополнительной силы. Капец, да когда этот пацан себе накачал руки? Так…Так нечестно! Я целыми днями занимаюсь тайдзюцу, — практикую больше, чем они, — а по итогу выглядит это с точности, да наоборот!       — Да послушай! Это реально может нам помочь! — я от неожиданности поджала губы, уловив в голосе Узумаки какую-ту панику и во взгляде плескалось столько испуга и нервозности, что я аж захотела резко по его воле воплотить этот план. Наруто, приняв моё молчание за готовность слушать, отсел чуть подальше и снова продемонстрировал свиток, что тот продолжал держать в руке. По удивительному совпадению, тот выглядел в точности как свиток Небо, только без самого иероглифа, — Этот - самый подходящий. Нужно только поставить “Небо” и не отличишь от оригинала.       За спину себе посмотри, придурок…       — А, да, конечно, тогда так и поступим, — наигранно-облегченно парировалла я, якобы в озарении хлопнув руками о бедра с двух сторон, — Мы-то всего лишь на экзамене на Чуунина, где нас экзаменируют сами Джоанины, да даже не Чуунины и тем более, они никак после пережитого опыта шиноби не раскроют наш обман. Ты серьезно, что ли?..       — Поэтому я предложил этот план, — я только сейчас заметила, как в его левой руке он сжимал свиток Земли и как-то запоздало до меня дошло, что он предлагал. Мне казалось, я сейчас задохнусь либо от возмущения, либо от шока, потому что я, как всегда, просрала свой шанс и позволила тому продолжать держать при себе наш свиток. Тот серьезно выдал, — Обычно, в таких случаях в свитках хранится пароль, то есть две части пароля. Когда прибудем в башню, нам надо будет отдать этот пароль Джоанинам. Точно тебе говорю! Поэтому, я…       — Глупая, — резко перебила я его речь, сквозь зубы сдерживая рвущийся голос злости. Под недоуменный взгляд напарника я зажмурила глаза и протестующе замотала головой, с каждым словом переходя на крик, — Глупая. Глупая, глупая, самая ненадежная, необдуманная и рискованная затея! Только попробуй это сделать, уж лучше будет провалить этот этап и через пол годика вернуться, чем навсегда лишиться возможности стать Чуунином, да как, с позором. Просто потому что нам больше не доверятся, какой такой верной стране ниндзя, — тем более тот, кто хочет стать Хокаге и защищать деревню, — будет во время опасной миссии рушить доверии деревни к самому себе? Не подумал об этом чутка, да?       Конечно, в реальности шиноби не блестали такой рыцарской благородностью, если бы это было таковым — я бы не видела никогда рассижывающихся по раменным и забегаловкам шиноби днями и ночами. Но отговаривать нужно было Наруто срочно и любыми способами. Лучшим вариантом для этого могло быть только его рвение в Хокаге и, как погляжу, с больной точкой я не промахнулась. До удивительного впечатлительный Наруто резко вздрогнул от моих слов, виновато опуская плечи и глаза на землю. Пацан, рвущийся к благородности и заслуженной силе точно задепрессирует после такого поведения от себя. Будто бы попытавшись сесть ровно, я рывком присела почти сбоку от ежа, чтобы свиток оказался ровно позади меня и я, тут же подцепив тот пальцами, на тяп-ляп смогла запихнуть тот себе в боковой карман. Удивительно широкий карман, а на самом деле это штаны были не моего размера, без проблем проглотил вещь и, честно, если я сейчас встану, то вообще не будет похоже на то, что я что-то туда положила. Шумно вздохнув от облегчения, я помассировала руки друг об другу и взглянула на такого же стухшего ежа.       — В любом случае, давайте придумаем любой другой план, кроме этого. Не хочу, чтобы когда нас выпнут из экзамена, у меня ещё год болел копчик, — пыталась глупо отшутиться я и даже выдала из себя легкую ухмылку, когда потянулась к руке блондина, чтобы забрать свиток Земли, как тут же она была отдернута в сторону подальше от меня. С зависшей рукой в воздуге, я немигающим взглядом подняла взгляд на напарника. Я чуть не стукнулась подбородком об его колено, когда еж резко встал и возмущенно сверху от меня воскликнул:       — Тогда что ты предлагаешь?!       — Я ничего ещё, пока что, не предложила! — вымученно кряхтела я, выпрямившись во весь рост и встав напротив Узумаки. С зажмуренными глазами потянув спину до хруста, выдала, — Подождем Саске, пока не вернется и двинемся в другое место, да обсудим план вместе.       Я приоткрыла один глаз, увидев задумчивый и обиженный на весь мир взгляд ежа, что до упрямства старался придумать сейчас какой-нибудь ещё супер-пупер-не-реально-офигенный-план-от-которого-все-рыбы-в-этой-реке-попадуют, но походу начал соображать. Что бы он ни предложил бы сейчас — это нужно ещё и обсудить с милой командой. Тот обреченно вздохнув, взглянув на меня снизу-вверх. Спустя пол минуты тот протянул мне руку со свитком Земли, пока я без колебаний забрала его.       — Хорошо, — уже поубавив пыл, практически тихо согласился еж, без прежднего раздражения смотря, как я присаживаюсь к его сумки и складываю свиток туда. Пока он приседал и мы начали на пару складывать остальные свитки в сумку, повисла тишина, от которой заложило уши. Про себя ещё недовольно отметила, как такое вообще возможно, что у себя Наруто мог носить и столько свитков, и печати взрыва, и кунаи, и сюрикены и ещё много чего. Я передернула плечами, когда еж резко заговорил рядом со мной, — Ты права, это нужно обсуждать вместе…       В груди что-то резко провалилось, оставляя за собой фонтальный холод. До щекотки просто. Мысли как-то резко разбросались в стороны после этих слов, как я тут же поняла, что зависла на целую минуту с приотрытым ртом и немигающими глазами. Благо, Наруто был занят сборами своих вещей и когда с щелчком застегивал защёл, я проморгалась для ясности ума и встала следом за ним, все ещё находясь где-то в своем тумане мыслей. Невольно, пальцы на уровне кармана, непроизвольно ощупали тот, ощутив все так же валявшуюся вещь там.       Обсуждать с командой, говоришь?..

***

      — Саске-е-е…       Подумали о чем-то другом? Не, это явно не то. Моя рожа явно выражает не то, о чем вообще можно было подумать.       С языком на плече и ведром пота, на шатких ногах практически плелась я где-то в хвосте команды, уже давным-давно потеряв ориентир в пронстранстве и вообще-я-не-понимала-где-я-зачем-я-тут-в-лесу-Смерти-мы-ещё-или-нет. Усталость смешалась с остальными эмоциями, хотелось делать всё одновременно и так же ничего не хотелось. Я вытерла об руку всё свое взмокшее лицо, хотя нихрена это не сделало лучше, — была я, как вы поняли, в одной своей майке-безрукавке. Кардиган, практически умирая на весу, болтался у меня на талии, с оргомнейшей дырыщей на спине и сказали с издевкой “пока” мои деньги. Рыдать хотелось сильно, просто потому что зараза, десять тысячи рё…       — Если я только не начала ехать башкой, то ты говорил, что до той-самой-найденной-тобой-поляной-идти-не-далеко, уже час назад…Или больше…Или меньше…— последнее проговаривала я себе под нос, пытаясь хоть что-то вспомнить пяти минутой ранее.       Либо что-то не так, — потому что блять, всё не так: и лес, и ниндзя, и магия, и чакра, и вообще вся эта плохая шутка надо мной и моё попадание сюда - всё не так, — либо я начинаю терять ориентир не только в пространстве, но и во времени, но мы явно шли долго. Очень долго.       Я воспользовалась шансом и с глухим воем плюхнулась на землю, когда мы все дружно остановились. Прелесть просто, я уже ненавижу это место, — да, в принципе, с самого начала я недолюбливала эти джунгли. Вся моя “экиперовка”, которой я могла бы, наверняка, хвастаться ещё года два-три за эти…Пять дней, по моему? В общем, мои потрясные наколенники ушли в мир иной, сделав пожертвование для лечения больных-несчастных, — а ведь даже эти больные-несчастные “спасибо” не сказали, неблагодарные! — и так же мой кардиган, без которого я теперь свыше двадцати процентов умру от мо-ро-за. Я не слышу аплодисментов в сторону моей безответственности, не слышу-у-у-у!       Джемпер реально теперь нельзя было исправить, — да даже если б я была рукоделицей, — по всей спине от ворота до конца шла рванными концами, кругловидная дыра, полностью оголяя мою спину. Носить такое, тем более, было теперь безполезно, поэтому отвязав уже покрытую землей и пылью вещь, обтерла чистой стороной той лицо с шеей. На фоне где-то спросил вопросительно еж “почему остановились?” и, не получив ни от кого ответа, решил последовать моему примеру и воспользоваться моментом отдыха. Тот подошел к ближнему стволу дерева и облокотился спиной об неё. Мы оба тут же выжидающе уставились на Саске, который только что спрыгнул откуда-то сверху из ветвей и сейчас с нахмуренным лицом совершал какие-то комбинации в голове. Как вы поняли, всё это время, — всё это потраченное время зря, — мы без возражений шли за Учихой. Послушав легенду о том, как по пути обратно он обнаружил целый лагерь чужих ниндзя из Песка, нам просто нереально-критически важно отправиться туда и убедиться в том, что у-них-наверняка-тоже-свиток-Земли-и-ещё-один-минус-час-в-кармане. Блеск просто, и кстати мой вопрос по поводу воды, к которой он шёл куда-то, хотя рядом была целая река и без проблем можно было использовать тот же самодельный фильтр, был жетсоко проигнорин. Очком чую, не ради воды он уходил, ох чую я! Наверняка просто ушёл подальше и где-то в глуши покрывал нас всех матом, в эту версию поверю даже я.       — Они точно были здесь, — покрутил по сторонам гловой брюнет, прошагал вперед на метр и присел к траве, рукою проводя по ней и уже себе под нос добавил, — Следов костра и людей нету. Будто никого тут и не было…       — А может это были не из Песка, а из Травы? Более чем уверена, воспользовались шансом поиграть в гольф и вырастили здесь новый газончик, — не в значай болтала я ерунду, строя стратегию, насколько быстро меня прибьют ребята, если расскажу сейчас или на часок позже. Собираясь духом и раскрывая рот, Наруто внезапно замирал на месте и бежал к кустам с явно неприятными звуками желудка. Ха, а я говорила, — я говорила! — что с этими речными рыбами что-то не так! Я знала, что эти водновидные твари что-то всегда замышляли против людей и говорила…Правда, я не говорила: думала. Но, ведь думала и была права!       Саске тут же стрельнул в мою сторону недовольными глазами и скривившимся лицом, в то время как я сверху-вниз из под ресниц глазела в ответ. Не прошло и пяти секунд, как зрительный контакт был прерван самим же Учихой, что прикрыл глаза и уж больно вымученно вздохнул, пробубнив точно что-то не хорошее. От такого, желание прыгать вокруг него и доставать фразами по поводу “создается ли ощущение того, что у тебя начинается синдром восьмиклассника? Скажи: небо голубое, и все сам пойме-е-ешь!” только увеличилось. Можно ли считать такие напористые попытки бесить и беситься вокруг сороки отдельным видом спорта, м? Никогда не думала, что осознание того, что при упоминание меня у кого-то кривится лицо, будет так греть в груди. Одно только моё имя и весь день испорчен у человека…Из-за меня-я-я-я, из-за меня-я-я-я!       Желчно похихикав над мыслями, я сделала шаг на встречу и раскрыла рот, дабы подколоть Саске насчет его растерянной бдительности, как округу оглушил взвинчавый крик. Мы оба со страшными глазами завертели головами по округе и скрестили взгляды на ближнем дереве…там, где минутой ранее стоял Наруто. А сейчас его нету.       — …Твою же ж, откуда он вообще взялся?! Какого черта я всегда попадаю в эти ловушки!…Ребя-я-я-ята-а-а-а, вы-ы-ы-ытащите меня отсюдова-а-а-а-а! — через ту же секунду раздался истеричный, чуть приглушенный из-за расстояния до боли знакомый нам вопль ежа, который начал приобретать смысл и больше походить на яростные ругательства, что сопровождалось ещё и какими-то странными хрустящими звуками, похожие на листву, — …Да хер его побрал этот гребанный лес! Теперь и сходить отлить невозможно…А-а-а-а-у-у-у-у, кто-нибу-у-удь, спаси-и-и-и-ите-е-е-е!..       Замерев на месте до этого, с похолодевшими руками и замеревшим сердцем, я с такими же широкими глазами согнулась на пополам и вцепилась пальцами в грудную клетку. Под майкой сердце стучало в бешеном ритме, в висках запульсировала ядренным теплом, а сама я чуть не зашлась в нервном хохоте. Скорее, в истеричном.       Твою мать, у меня инфаркт случился! Я-я, я, я не хочу больше приключений на жопу, чтоб потом “нихуя” на блюдце получить!       Тень напротив меня рывком поднялась с земли и в мили-секунде мимо меня пролетел знакомый, размытый силуэт с явной силой подавленый сквозь зубы “полные придурки!” и вот, колыхнувшиеся волосы и я в ступоре уставились в след Учихе, который короткими прыжками перемещался вперед по веткам. Как-то до мозга медленно доходило, что сейчас явно нужно рвануть следом на помощь. Я просто привыкла, что если какая-то хрень случается с ежом, то через минут пять он точно бы бежал в нашу сторону с криками и размахивал руками, а позади него бежала бы какая-нибудь огромная, невиданная природой и богом херь. Ой, что это я, на видном месте-то встала?       —…Э, эй, не оставляйте меня! — заторможенно, неожиданно для себя испуганно прокричала в след напарнику и поспешила последовать за ним.       Когда через минуту я приземлилась к точке назначения, я на секунду замерла и увидела донельзя нереальную картину: высоко над землей в сетке одиночно качался знакомый оранжевый жилет. Повиснув наверху, у основания толстого петля, на которой и держалась вся эта конструкция, Саске сбрасывал в воздух порванные им же кусочки бумаги, — явно какая-то печать, — в зубах держа кунай. Наруто, тем временем, держался руками за саму сеть, пристально наблюдая за процессом. Держа волю в кулаках и сжав губы, чтобы ни дай Бог не вырвался смех, я в два прыжка оказалась на высокой ветке, ровно под ними, случайно зацепив глазами тугой узел на ней и прыгнула вниз на сам мешок, — довольно неудачно, так как Наруто подо мной дернулся и издал болезненное шипение.       — Хотару, черт. Ты мне на лицо наступила, — сильно тер в усах щёку блондин, на котором остался еле красноватый след от сандалия и тут же недовольно спросил, в недоверии глядя, как я достаю из ножн кунай и на пару с Саске начинаю пилить толстую веревку, — Зачем вы оба залезли сюда? Вы не легкие, между прочим!       Я резко остановилась и опустила возмущенное лицо вниз на ежа.       — Мы тебя тут спасаем, между прочим! Я благодарности редко слышу, но точно знаю, звучат они не так, — недовольно пыхтела я, ещё сильнее нажимая на нож, продолжая причитать, — Я одного не пойму: у тебя самого есть ножи. Где твоя су-.       Не успела я закончить предложение, как краем глаза я зацепила где-то внизу довольно выделяющееся яркое пятно, зарывшееся в листве. Светлая сумка, из которого немного вывалились кунаи, бездвижно валялась на земле. Я перевела вытянутое в скептизме лицо на блондина.       — Ты серьёзно?       — Да она сама вывалилась! — тут же вспылил он.       Поглазев на того секунды две с неизменившимся лицом, которое так и кричало, что мне совершенно фиолетово слышать такое за столько лет знакомства и я отвернулась, чтобы продолжить его освобождение.       — Пусть только попробуют мне не заплатить за это, только попробуют…       — Если вы не перестанете тратить время зря, нам уже никогда не заплатят, — пустил комментарий брюнет, на минуту отвлекшись на то, чтобы вытереть об рукав взмокшее лицо.       На этот раз я тактично промолчала, — хотя с удовольствием бы пустила пару ласковых, — но мысли были заняты немножко другим делом и, вообще, я обиделась на него. На Наруто я сейчас подумаю, на Саске — да.       Когда разлохмаченная веревка стала с каждым разом чаще издавать треск рвения, я тут же встала на ноги и оттолкнувшись об сеть, из которой недовольно вскликнул Наруто, я прыжком взмыла вверх, кое-как дотянувшись одной ладонью до ветви. Раскачавшись, уже второй рукой зацепилась за кору, подтянувшись и разком оказалась ногами на дереве. За секунду размотав узел на ветке, крепко вцепившись руками за неё, без лишних сомнений откинулась назад, чуть не вскрикнув от внезапного чувства падения и в ту же секунду рывком дернулась в воздухе. Нижняя челюсть звонко стукнула об верхнюю, а подборотком я случайно стукнулась об ключицы, от чего перед глазами все поплыло. Вместо криков услышав где-то наверху неразборчивые речи, я поняла, что слава Богу никого не уронила там, — ну разумеется, не уронила, я ж такая легкая, будто перышко…       Сконцентрировав чакру в ступнях, я уверенно оперлась ногами об вертикальную поверхность и уже приспокойно шагала наверх, канатом держась за веревку. Про себя немного подумав, я на секунду прикусила нижнюю губу от осознания того, что когда прыгала вниз, то совсем не думала о том, что может что-то пойти не так или парни просто не держали бы веревку, хотя для себя было куда привычнее что-то, да подозревать. Прыгнула, уверенная в том, что обязательно будут удерживать, чтобы точно не упала вниз. Просто, потому что уверена в них.       Резко в двух икрах кольнула ломящая боль, от чего я болезненно сожмурилась и ноги вздрогнули от болевых ощущений. Даже не заметила, как потихоньку ноющая боль в ключицах от удара начала по новой болеть, навязчиво лезть в голову. Послышался скрёж, подошвы сандалий заскользили и вот тут-то явно что-то шло не так, ибо пришла я в себя только когда по рукам полоснуло до вскрика горяченная боль. Отвлекшись на боль, я совсем перестала удерживаться за веревку, уверенная в том, что ноги точно держатся за ствол и тут же резко из-за короткосрочного падения ладони со всей силы натерлись об грубую веревку. Тихо поскуливая, сильно сожмурилась до звездочек перед веками, что даже в уголках глаз налилось влагой. Удерживаясь теперь на весу, я медленно приоткрыла глаза и растерянно уставилась на сцепленные перед собой руки, а там уже во внутрь каната начало что-то впитываться. Я проматерилась.       Сука. До крови аж…       Пульсация под бинтами начала постепенно угасать, пока резко веревка не начала дергаться наверх. Надо мной послышался отклик и я поспешила вскарабкаться наверх, изо всех сил стараясь игнорировать щемящую боль в ладошках.       Где-то через пять минут команда оказалась вновь на земле и, пока я разматывала один большой бинт на левой руке, так же неотрывно таращилась с ребятами на полностью обездвиженное тело человека, который, оказывается, валялся в той сетке с Наруто.       Он…мертв?       Саске, что был ближе всего к телу, ощупав пульс на шее и проверяя дыхания, вынес вердикт и потвердил мою догадку, что сейчас перед нами лежит самый настоящий труп. Свежий, сказал он. От этого слова невольно скривилась. Свежее только мясо в магазине может быть…Хотя-я, плохой пример, не всегда оно там свежее, но называть мертового человека, — до этого такого же, живого, — свежим. Даже не знаю, звучит как-то…не по-человечески? По рукам начал течь холодный пот. Пот? Я что, боюсь? На теле не было никаких повреждений, переломов, синяков. Как только сорока начал рыться в одежде человека, под малым напором, но всё равно голова опустилась в сторону. От лица не осталось и следа. Длинные, будто после взмаха ножа по всему лицу шли кровавые царапины. Двое из искоса делили лицо на пополам, а одна даже резала правое веко полностью. Жирные, засохшие и даже уже потрескавшиеся пятна крови на коже свидельствовали о долгом прибывании человека с ранами. Кожа при этом сохраняла пока только раннюю для трупа бледность. Даже трупных пятен нету. То есть, все это время с такими ранами он…       В горле запершило из-за ставшего кома и вдохнув чутка поглубже, я сфокусировала всё свое внимание на Саске, что сначало тоже задумчиво смотрел на лицо парня, а затем обреченно вздохнул, когда поднял на нас свой взгляд и покачал головой. Нету.       Ну разумеется, на что надо было расчитывать? Хотя, если он здесь один и если он был главным…       Я упрямо старалась не пялиться вниз на бедалагу, но цепляющие переферией красные разводы просто заставляли какие-то инстинкты вновь обратить внимание на раздражитель.       — Неужели он в одиночку проходит этап? — спросил хриплым голосом Наруто, на лице которого не было близкой для меня сейчас страха, неуверенности, ужаса, отвращения. Просто спокойное, чуть задумчивое выражение лица. Такое же, как и Саске. Мне от этого становилось только жутче. Им что, вообще плевать? Я, конечно, не намекаю там на какое-то сострадание, на эмпатию к чуваку, — это лес Смерти, к тому же, в этом как раз и цель этапа, — но осознание того, что сама личность человека перед нами только что исчезла, стерлось с лица земли. В стране Волн на мосту я видела лежашие тела других людей, правда, из далека. Я даже не знаю, живые ли они…       — Нет, — присел чуть ближе к лицу сорока, руками нырнув под затылок головы и после секунды возни, он одной рукой вытянул во всю длину протектор. Я только сейчас обратила внимание на эмбелу на пластине, похожие на песочные часы. Из Песка. Пальцы Саске сжали ту, когда он чуть тише добавил, — Его бросили здесь.       Вокруг наступила гнетущая тишина, в которой мы с ежом одновременно переглянулись друг с другом с непонимающими лицами. Его бросили. Нет, его товарищи оставили его здесь встречать мучительную смерть. Эти ребята, что они вообще думали в тот момент? Горевали от того, что им прийдется бросить здесь парня? Плевали ли они на него? Радовались? Смеялись? Злились? От осознания того, что десять минут ранее парни могли бы поступить со мной точно так же и сейчас я, наверняка, упав с гиганского дерева, уже была бы мерта. Это реально? Такое и в самом деле есть? Но не бросили…Не бросали и не бросили сейчас. Недавние мысли моментально пришли в голову и, до зуда, как же это всё, черт, сходилось. Это отвратное местечко реально что-то творит с людьми. У реки, по пути сюда, на дереве — все подозрительно сводится к одной теме и, знаете, таких совпадений не бывает в реальной жизни. Хотя как можно связывать сюда реальную жизнь, если это всё — аниме? В атмосфере воцарила какая-то давящая сила, пока у меня в плечах резко что-то передернуло и уже рефлексионно двумя руками приобняла себя. Река, земля, дерево — да-да, я знаю, черт! Моя недосказанность может влиять на отношения с другими, я ничего не могу с этим поделать, потому что…ну, это часть моего характера, правда. И тем более, ещё стыдиться этого я не буду никогда. Даже если мне прямо сейчас еж закатит душущипательную речь, — даже если и реально мотивирующую, — про доверие и доброту, за которую может быть приятнее услышать “спасибо”, чем оплата деньгами, не в этом даже дело. Цель всего этого молчания. Молчать, чтобы испортить взаимоотношения? Ха-ха! Напугали б кота сосиской — если бы мне было реально 12.       Сохраность. Сохранность того, что уже имеется. Если меняется что-то одно - меняются и следующие действия. Не сохранив молчание, велик риск увидеть будущее, о котором я не буду знать, и уж тем более о котором буду очень жалеть. Так что, добродеятель-не-добродеятель, идите-ка нахер, а. Попади в такую ситуацию, я что-то не уверена, что тут бегала бы толпа попаданцев и ко всем прохожим кидалась со словами, в стиле коммунистов: “товарищи, давайте ж объеденимся! Будем делить хлеб, коль прокормить наш народ, дабы избежать мировой катастрофы! Все мы люди - те ещё твари.” Просто эти “твари” внутри нас могут либо любить слишком сильно спать, либо всегда капать на мозги, пока не сорвешься.       И вот, насчет тварей внутри нас. У моих сокомандников, видимо, эта тварь в спячке, — у Саске она просыпается при виде меня и потенциального второго-Учихи перед глазами, а у Наруто внутри она буквально спит.       Я ненавижу, что в нашей компании присутствует до тошно странное явление, — да что там, для абсолютно полного мира шиноби, — как “память, хоть ты и щас пытался нас убить”. То же самое, как и в стране Волн, я даже на всякий случай стала опасливо оглядываться наверх, дабы никакой больше снег не падал с неба. Знаем мы уже, и слово “метеорология” плачет где-то в сторонке. Оттащив тело бедняги подальше от полянки, в кусты, и накрыв того полностью пледом, — моим, твою мать, пледом, суки, — все как обычно провели минуту молчания. В тишине так и кричало мое внутреннее сознание, что момент донельзя подходящий. Все ровненько стоят напротив меня, молчат, никто не погружен в свои непонятные размышления, еж тоже никуда не убегает — жги! Когда я уже нырнула рукой в карман, внезапно в икры ног, под бинтами стрельнула до звездочек над головой боль, от чего аж скривилась и в порыве сцепила руку на ноге.       Епт твою ж, второй раз стреляет! Господа, ну это не дело вообще. Что там у меня?       Довольно не эстетично плюхнувшись на траву, я начала сильными щипками ощупывать место проблемы. До этого момента, под бинтами мало что можно было прощупать, — кожа гладкая, при нажатии вообще ничего не болит. Как же хорошо мне жилось минутой ранее. Руки резко остановились, даже дышать перестало. До слуха дошел звук треска ниток. Зависнув так на пару секунд, я снова с прижатой ладошкой резко провела вниз по икре. Трест. Сделала так снизу-верх ещё два раза. На этот раз что-то почувствовала. До жути что-то твердое.       Какого?..       Пальцы тут же нащупали завернутый конец бинта и я тут же выдернула ту, судорожно развязывая ленты бинта на одной ноге. Сердце замерло в груди, а пальцы начали путаться.       Какого, какого, какого, какого, ка-       — Ты что делаешь? — кто-то спросил напротив, но слова так же быстро вылетели из головы, как и влетели.       Мне казалось, пройдет секунда - и я сейчас свалюсь в обморок. Или от моральной усталости, от неизвестного. То есть! Пройдя всю херню, которая там на поляне происходила, я словила совершенно необъяснимую ни природой и ни наукой “паничку”, словила просто охренительные галлюцинации посреди огромной битвы и, в итоге, к хренам собачим вырубаюсь, а когда просыпаюсь, я нахожу на себе какого-то, мать вашу, новые раны! Твердые, безболезненные раны. В ебанутом мире шиноби!       — Хотару, — вдруг на меня и на траву налегла огромная тень, я даже не подняла головы, распутывая огромные, запутанные ленты в руках. Настал момент, когда целые мысли продетали за секунду в голове.       Там что-то твердое там что-то твердое там что-то твердое там что-то твердое там что-то твердое там что-то твердое там что-то твердое там что-то твердое-.       Только не кость только не кость только не кость только не кость только не кость только не кость только не кость не кость только не кость только не кость только не кость только не кость только не кость только не кость!!       Все что угодно все что угодно, но только не мясо, только не кость…       Резко на плечи легли руки, по больному сжимая их, будто хотели кусками вырмать мне их и резко мир очень сильно затрясся под чей-то опоры. Единственные плюсы для меня и для абонента — это то, что я сфокусировалась и что наконец до меня дозвался напарник.       — Соберись, у нас осталось всего двадцать часов!       Я вздрогнула, — подпрыгнула бы, — от неожиданного рявканья Саске, что повторно отрезвляюще подергал за плечи. Растерявшись, а скорее оглохнув от крика, мозг немного затороможенно воспринимал все происходящее, а для Учихи это могло выглядеть, как зеленый свет.       — Мы не можем теперь просто сдаться сейчас. Мы слишком далеко зашли для этого.       Проморгав оцепенение, разум снова пришел в себя и я достатончо грубо встряхнула плечами, чтобы руки сокомандника уже отцепились от меня, а следом по телу и лицу начал течь раздражающий кипяток и тут я почувствовала, что закипаю. Мы? Ох-хох, когда это к личным целям Саске присоединилась я?! Хочу, и буду паниковать, сколько вздумается! С какой это кстати послать я должна себя и свое тело ради этого хренового экзамена, который не хотела проходить с самого начала? Посмотрите только на него, думает, раз он захотел, все без возражений пойдут вслед за ним и не подумает, что кто-то возразит. А я возражу!       В голове промелькнула мысль о том, что взроваться и обматерить я смогу уже в башне, — побить даже будущего бедолагу смогу, — поэтому вдохнув как можно больше воздуха в легкие, призвала себя держать самоконтроль. Контроль, контроль! Вдо-о-о-ох, выдо-ох. Вдо-о-ох…И самое отвратительное то, что именно самоконтроль был последней вещью на Земле, которым я могла бы владеть.       — Что с моими ногами?       Слова вырвались со рта непроизвольно. Не успела вообще обдумать идею об этом спросить, как уже…ну да, поздно, пожалуй. И вообще, не стоит комментировать момент, где я продолжала в полу-наклоненной позиции держать в руке один конец уже ослабщего бинта и где в одно мгновенье, но всё же, вытянулось лицо Саске и тут же вернулось в прежднюю каменную рожу. Не лицо, а рожа, а, ей Богу. И именно когда в этот момент сзади меня упало что-то нереально тяжелое, холодное и пугающее, стоило только мне поймать позади сороки донельзя подозрительно нервного Наруто. Стоило тому увидеть наверняка мои страшные глаза, как мигом отдернул взгляд куда-то в сторону и пугающим для меня голосом выдал:       — Хотару, ну правда, давайте лучше доберемся до башни, и там уже-е-е…       Куда доберемся?..       И, слава Богу, наверно, что я сейчас не находила в себе силы съязвить, — иначе это продолжалось бы вечно. Не обратив внимание на неуклюжую попытку блондина “упрекнуть” меня, я вернула свой взгляд к Саске, что какого-то хрена продолжал стоять рядом что какого-то хрена продолжал пялиться что какого-то хрена вообще продолжал ебать мне нервы своим ебучим существованием что какого-то хрена вообще блять продолжает дышать одним кислородом со мной и вообще какого-то хрена продолжал быть здесь и все эти блядские ниндзя, лес и чакра и от этих всех бесконечных мыслей начинает плющить мозги. Не знаю, что именно нужно было рассмотреть в моих глазах, — видимо, мне было настолько херово, что сто-пудов, все мысли транслировались лентой на лбу, как слово “аптека” на улицах, — чтобы брови брюнета сдвинулись в домик и уже на меня смотрело бы абсолютно спокойное выражение лица сороки с долей какого-то неуловимого сострадания фублять. И я даже не посмотрю на то, с какой донельзя осторожностью:       — Твои ноги…       — Что мои ноги?..— предательски сипло вырвалось из меня.       И как в первоизобретенных кино, пронеслись перед глазами медленные кадры того, как я спустилась на колено, не взгянув даже ни на кого. Как уже просто блять содрала бинты с ноги и как я сейчас выблею собственное сердце что это боже мой спаси меня.       Я невольно вспомнила…Знаете, как выглядит рак кожи? Во многих факторах он проявляется. Одним из них является вторая по распостраненности опухоль или меламона кожи. Когда раны на шее, голове и плечах становятся не просто красными, а абсолютно черными. И уже идут в самую глубь кожи до самых органов. Во рту, в ушах, в глазах, в животе, в легких, в сердце - она будет везде.       Я не хочу реветь я не хочу реветь я не хочу реветь я не хочу реветь я не хочу реветь.       От начала икр и по всей её коже с внутренней стороны шел рванный, отвратительно кривой край раны, что из покрасневшей зоны переходил сразу в абсолютно темную, холодную, серую кору поверх кожи. На оболочке на некоторых кривых вмятинах виднелись желтоватые пятна Боже Господи мой умоляю нет нет и как под этой мутной оболочкой с ужасной медленной скоростью шла зеленая, тонкая вена, что с виду невооруженным взглядом продолжала качать кровь в себе. И рядом с этой же же ногой была ровно такая же и правая икра. Ха-ха! Да-да, конечно, ага. За четыре дня испытания подхватила опухоль в лесу где нихуя белого света не видно или специфическими звуками тех парней пробудила раковые клетки, ничего такого, это просто рана в ебучем мире мире шиноби ничего нету здесь такого, ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного ничего страшного страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно страшно       Страшно                   Страшно                                                       Страшно       Страшно                               Страшно                                           Страшно Страшно                               Страшно             Страшно

Страшно, сука, мне пиздец как страшно!!!!

      Страшно понимать, что вся эта необъяснимая, ненаучная хуйня на самом деле существует, она рядом, она всё это время ходила рядом и в конце концов, добралась и до меня. Страшно понимать, что не все эти чудо-хуюдо лечатся, что это блять даже не элементарный рак или хотя бы та же опухоль, что многое из всего этого вообще пока не изучено, что вся эта херь происходит именно со мной твою мать!       — Мы теряем время, — с секундной паузой выделил каждое слово сверху человек.       Ясность разума стал возвращаться, стоило только захотеть немного схватиться за него и белая пелена перед глазами стала по-немногу рассеиваться. Только сейчас до меня начали доходить моменты минуты ранее, как обеспокоенный еж сразу подошел ко мне, присел рядом и встряхивал левое плечо, чтобы помочь мне проснуться от транса. Стоило мне только медленно поднять голову наверх, как второй напарник тут же развернулся и направился в двух шагах к сумкам.       — Как только доберемся до башни, навестим госпиталь, — не поворачиваясь, спиной ответил брюнет, но все эти одолжения пролетели мимо моих ушей.

***

      — Мне кажется, или ты говорил, мы теряем время?       — Идиот…Не сравнивай свое-то козлоуперство с продуктивностью. Здесь нужен более…ловкий подход, — высунул нос из под листвы, чтобы вновь оглядеть в двадцати метрах от нас несколько вялых, слизообразных…вообще нихера не-человечновидных силуэта, что продолжали обходить всю территорию вокруг.       — Там ничего не происходит, — из под зеленых кустов опасно дернулась вврех яркая желтая волосня, как тут же чужая рука одним нажатием придавила ту обратно в укрытие. Раздалась неприличная ругань.       — Это пока, — ободрил Учиха, не сводив взгляда.       — Это всегда, — убито отчерканила я, со скрещенными руками и в полу-лежачем положении, когда затылок хило держался за толстый слой куста, намереваясь вот-вот провалиться внутрь и спалить нас, и подбородок, что лежал на ключицах. Позу я не меняла минут пять. Или двадцать. Или тридцать.       Итак, что? Что я могу сказать? Так, я вижу…Я вижу темноту, деревья, деревья, деревья. Вон, куст неподалеку. Ну, а что мне ещё делать в данный момент? Если мы проторчим, — ой, блять, простите, продолжим тратить время зря, — здесь ещё тридцать минут, это будет единственное моё занятие на ближайшее время. Так, я вижу…Я вижу, как крошками по тропинке там разваливалась моя нервная система, понятно. И было бы адекватно подумать, что недавнее проишествие, — да какое уж там, проишествия, — поубавило командный дух и, ну разумеется, мой внутренний покой. Этому пидору я припомню все, без сомнений…Однако, как всегда, не получилось как-то по-обижаться.

***

      Гробовую тишину леса портили регулярные шарканья земли и камней под ногами, а так, переодически из далека доносился щебет какого-нибудь местного скворца. За все пройденные пешком два часа это был единственный источник звука вокруг нашей крепкой, дружелюбной и доверчивой команды. Если такой командой можно было назвать ежа, что вообще не в куривал, что явно что-то не так и с такими же похуительно-узкими глазами, зевками, короткими комментариями: “этот лес не заканчивается, мы ведь точно не заблудились эй-ребята-ну-скажите-хоть-что-нибудь” веселил обстановку вокруг, как и в аниме. Вся суть ещё заключалась в том, что даже если бы мы сейчас и не посрались бы, всё равно шли в полном молчание из-за речегового развития Саске, — а то есть, из-за его полного отсуствия, — ну и, собственно, с комментариями ежа сзади. Блеск вообще. Когда я в пятнадцать лет из-за передоза гормонов мечтала о неожиданных, романтических и волшебных событиях в моей жизни, я не это имела в виду. Темы для разговора не клеились, обсуждать было нечего и вообще, времени на эти сопли не было. С каждой минутой я чуствовала, как время всё больше затягивалось. Как совершенно иное молчание уже слишком долго идет, перебор. И, разумеется, я абсолютно понимала, сколько пиздюлей я себе собираю сейчас на будущее.       Прибывая каждый в своих мыслях, мы и не заметили, как тропа привела к склону, а деревья тут же оказались уже не рядом, а внизу в полной тьме и только за горизонтом была высокая, потрепанная и обвешанная проводами башня. В воздухе повисло напряжение. Мы дошли до финиша, да вот только без нужных свитков…Ну, как без нужных?       — Идемте, — кинул нам сорока, первым зашагал дальше.       Мы на секунду переглянулись с блондином, неожиданно не увидев в наших взглядах большого желания двигаться дальше. И это, по большей части, касалось меня. Понятно дело, я не хотела идти, я всегда такая, но вот Наруто. Я отошла от тропы на два шажка, пропуская ежа вперед.       — Иди, — галантно вытянула руку в сторону открывающейся тьмы, где уже еле виднелся силуэт Учихи.       Лицо блондина вытянулось в скептизме и его левая бровь согнулась в немом вопросе.       — Почему я-то?! — возмущенно протараторил тот полушепотом, растреянно оглядываясь в сторону жуткой дороги.       — Потому что, — достаточно грозно отделила я каждое слово, так и замерев в такой позе, но уже через секунду согнула ту же руку на бок и иронично усмехнулась, — Или, погоди, неужто мне привидились убеждения о том, что ты там всех разнесешь?       Когда-нибудь отсуствие тормозов у моего языка приведут к точке невозврата…Когда-нибудь. Точно не сейчас. Эти слова явно задели мальчишеское самолюбие Наруто, так что сразу через несколько секунд еж оскорбленно сжал губы, коротко вдохнул для храбрости и широкими, смелыми шагами прошел мимо меня в сторону леса, на что я тут же молча последовала за ними. Возможно, не так уж и плохо иметь в команде какого-нибудь Наруто, по край ни мерии, такие вот моменты отвлекали от гнетущих мыслей как…Ну, в общем, ясна мысль. Стоило нам продолжить ходьбу, как вновь стало нереально делать шаги. Фантазия рисовала до тошноты неприятные картины в голове: то, что из-за абсолютно тонкого слоя кожи раны тренснут глубокими порезами, что из-за отсутствия теперь бинтов на них любая ветка, соринка, камушек мог зацепиться и порвать ногу до самой кости. Я мечтательно прикрыла глаза на секунду, воображая, как могла бы сейчас неприлично в кайф дрыхнуть где-нибудь на полянке рядом с домом до самого обеда. Конечно, это могло, — совсем-совсем немного, — но льстить, что я являюсь свидетелем событий несуществующего, приключенческого мультфильма известный на мировом масштабе, так ещё и в состав главных героев вошла. Ноги и руки мне значительно подкачала эта подготовка шиноби — вспомните себя в 12, я гребанный качок!       …А хотелось бы быть хилой, двадцатилетней теткой и жить в скучной, но хотя бы безопасной вселенной, где самое жуткое с тобой может случиться только грабеж сумочки. А у меня даже и сумочки толком не было за ту жизнь, тьфу.       Как только я оказалось в глубине зарослей, то на секунду мозг потерялся в пространстве, что аж пришлось идти вперед только ориентируясь на осязание. Если бы я не слышала шурканье ног остальных ребят впереди себя, то я уже пришла бы к выводу что заблудилась. Оглушающая тишина здесь давила физически, и эту жуть потверждало эхом раздающийся щебет дрозда…Или, погодите, так соловьи поют?       — Ауч! — спереди раздался глухой удар, треск дерева внизу и заглотанный знакомый восклик, не нужно даже было выглядывать в темноте чтобы представить, как еж недовольно бубнит что-то себе под нос, скривив нос, — Эй, Саске. Нам правда нужно было поворачивать сюда? Я не видел проблем добраться сверху по деревьям!       — Я не собираюсь выслушивать твои жалобы, — донесся сухой комментарий от него ещё дальше.       Как вообще люди понимают или между ними и вправду разницы нету?       — А-а-а? — желчно-возмущенно протянул Наруто, — Я вообще-то о нас волнуюсь, придурок! Мы не найдем здесь никого, у кого мог бы быть нужный свиток, потому что мы идиоты, раз сунулись в эту темень!       — Заткнись, Наруто.       А почему это вообще какие-то там скворцы-дрозды? Может, воробьи! Хотя, стоп, я чего-то ни разу не слышала звуков от воробьев. А они вообще тут есть? Господи…       — Чего это сразу “заткнись”, а?! Не будь ты таким высокомерным индюком, никто бы и не ссорился! — вдруг громко воскликнул блондин, от чего вывел меня из мыслей и сквозь темноту я разглядела дергающийся силуэт, что точно развернулся ко мне и тыкнул пальцем прямо на мою персону, — Хотару, со мной согласись хоть!       — Оставь его уже, — устало приложив пальцы ко лбу, замассировав, я уловила неприятную кислоту в горле за весь путь молчания и еле сдержалась, чтоб не плюнуть, — Если человеку дороже его эго, значит пусть сам с ним и проходит экзамен. Не трать ты-то хоть нервы.       Честно говоря, говорить и вправду не было сил. Ну серьезно: нас всех серьезно ранили — мне вообще до конца жизни сон поломали, — пересрались друг с другом каждый, так ещё окажется вдруг, что все эти страдания в итоге выльются в не сдаче этого дебильного экзамена. Сил расчитывать на что-то более хорошее уже не было. Я просто хочу обратно домой, в кровать…Сука, в родную Евразию, а не вот это вот всё…       Над нами нависла тишина и я снова погрузилась в забытие, не заметив, как шедший Наруто вдруг остановился и замер на месте, пока я обогнала его, а он оставался за спиной. Нужно что-то делать, срочно. Я так боялась встречи с этим беловолосым очкастым ниндзя, имя которого уже и не помню приблизительно, что оставшееся время и вправду стало давить на меня и уже хотелось для приличия встретиться с какой-нибудь ма-а-аленькой командкой. Вдруг за спиной раздалось злое цыканье.       — Да что с вами?! — возмущенно окликает позади еж, но не заметив никакой реакции от нас, продолжил, — Мы не прийдем к башне, если вы продолжите и дальше дуться друг на друга! Хотару!       Я дернулась от резкого обращения ко мне, и уже представив минус десять минут на выслушивания Наруто, я вдохнула полной грудью воздух, обреченно вздохнула и услышала совпавший в моменте такой же и от сороки. Удрученно уронив голову вниз, я наконец остановилась, но и не торопилась разворачиваться. Все равно, одна только темень видна, ей Богу. Повернув назад, я отметила, что зрение немного привыкло к темноте и в ней я могла уже без проблем разглядеть черты лица растерянного, напряженного Узумаки.       — Ты же сама мне говорила! У реки: нужно все обсуждать с командой! Мы же столько всего прошли вместе!…       — Наруто, — протянула я обреченно, зажмурив глаза на пару секунд, чтобы собрать мысли воединно.       Я уже начинала жалеть, что вообще тогда что-то подобное пустила. Вообще, зачем я в принципе, сейчас стараюсь что-то придумать как оправдание? Все это только мои проблемы, но только не Наруто. Я с самого начала не собиралась ничего обсуждать с ними. Делиться, раскрывать и, уж тем более, рассказывать.       Я уже собиралась открыть рот и сказать, что “обсуждать” мы будем это уж точно не сейчас и открыв глаза, я не ощутила толчка сердца в груди. Зловещие когди прошлись по всей длине спины и в глотке застрял огромный ком. Гиганская тень позади блондина оказалось слишком быстро и неожиданно. Не успел мальчишка спросить меня, в чем дело, как в заложенных от страха ушах и по всей местности раздалось громкое, искаженное стрекотание и как над макушкой свистнули ножни.

***

      Два дня назад       В большом светлом зале с потрескавшей плиткой, если в последние три дня постоянно проходили команды под радостные восклики, то сейчас единственным звуком в помещение были только тихо звенящие светильники. Тишину нарушил скрип массивных дверей. Солнечный свет осветлил ещё больше зал и дало очертание трем теням. Когда позади раздалось громкое хлопонье, розоволосая девушка облегченно выдохнула, ощущая, как дрожали колени от усталости. Борясь с желанием упасть ими на плитку и не расшибить их до синяков, куноичи предприняла последние усили сделать шаг навстречу своими сокомандникам, которые уже ждали её неподалеко.       — Это было трудно, — подбадривающе сказал Аки, перевев взгляд с Сакуры на большую афишу с иероглифами.       — Надеюсь, Саске-кун уже здесь, — про себя проговорила девушка, опустив задумчивые глаза куда-то в пол, сжав в ладонях кусок платья. Она помнила, какими глубокими были ссадины и порезы на парне. А ещё, какими страшными пятнами были покрыты ноги…Хотару, если правильно помнит? Не смотря на недавние воспоминания из последнего года в Академии, голубоволосая макушка не раз появлялась в воспоминания Харуно. Она уже не могла точно сказать, при каких обстоятельствах и когда они встречались в детстве. Может, это просто игры памяти.       — Дайте мне свитки, — не поворачиваясь к ним, протянул только руку к ним третий сокомандник, не отрывая взгляда от надписи на стене.       На секунду, шатен и розоволосая переглянулись друг с другум. Увидев, как Аки в очерендной раз понимающе улыбается и пожимает плечами на привычное поведение друга, он зарылся рукой глубоко в сумку и уже через секунд пять бросил пару нужных свитка в руки Хико, что тот успешно поймал. От такой атмосферы девушке вновь стало не по себе. Ещё с самого начала, когда она только присоединилась в команду уже ощутила, что не сможет влиться. Двое ребят с самого детства дружили, не смотря на различия характеров и темпераментов, и для них не было большой проблемой на основе такой дружбы стать сокомандниками. То дело Сакура, она…Она никогда не знала их. Она помнит их, как своих одноклассников, которых она видела каждый день и так же быстро забывала. Видя, как парни без проблем понимали друг друга без слов, она чуствовала себя такой лишней. Не в своей тарелке. Не в своей команде…Она все равно была благодарна тому, что познакомилась с таким человеком, как Аки. Шатен был понимающим, эмпатичным человеком, который мог найти общий язык с любым человеком. В отличии, от его приятеля. Чем-то, пепельно-волосый напоминал Сакуре Учиху. Клановые черты лица, большие успехи в учебе, взгляд, поведение, движения - это делало их похожими, однако в Андо было что-то такое единное, что-то такое…Она не могла объяснить словами, но могла ответить только одно: слова Хиро не унижали. Парень часто хмур, местами грубый и необщителен…Но в памяти за все время она не могла вспомнить момента, когда его слова могли заставить стыдиться. Однажды ей пришлось поделиться этими мыслями. В глубине души ей хотелось, чтобы эти слова были сказаны ею дорогому брюнету, но в тот момент она никак не ожидала, что её слушателем окажется именно Хико…       — Не старайся равняться на остальных…Просто, оставайся собой.       Девушка тут же помотала головой, как только в затуманенном разуме вновь появились слова из воспоминаний. В этот момент она с неким шоком ощутила, как в этот момент в груди стучащий орган сжался до предела. А она знала это чувство. За всеми этими размышлениями, Сакура не заметила, как разом причина мыслей раскрыл оба свитка. Раздался звонкий хлопок, как при призыве и на ребят резко накатили порывы ветров с плотным дымом. Не ожидав такого подвоха, все от неожиданности глотнули того воздуха и разом закашляли. Сквозь слезившиеся глаза Андо старался разглядеть хоть что-то впереди, так как от испуга он случайно забросил два свитка вперед и те затерялись в тумане. В белом облаке медленно стал вырисовываться массивный силуэт. Резко из тумана вытянулась морщинистая, бледная рука, которая тут же резким взмахом вымохнул преграду. Мальчика от вида знакомой фигуры бросило в холодный пот. Ноги не вовремя приклеились к полу и стали невероятно тяжелыми, чтобы сделать шаг навстречу. Аура, исходящяя от человека напротив него придавливало Андо с каждой секундой. Набираясь сил, Хико сглотнул вязкую слюну и только открыл рот, как уже зеленой кимоно пролетело мимо него вместе с тяжелыми шагами. Позади него раздался удвиленный женский вздох:       — С-Сенсэй!..       Осознание произошедшего не успело уложиться в голове, но сознание вернулось как только кулаки непроизвольно сжались. Искра, которая за секунду зажглась в ту же секунду и погасла, стоило только медленно обернуться в сторону знакомого герба на спине. Голова мужчины неторопливо водила по Аки и Сакуре, а последней положил огромную ладонь на макушку спустя минуту молчания.       — Неплохо.       Девушка удолетворенно улыбнулась и зеленые глаза тут же загорелись от похвалы. Взгляд пепельно-волосого парня был прикован вовсе не к девушке, а уже к тому моменту, как знакомая рука продолжала лежать на розовых волосах. Невольно лицо его скривилось, сам того не осознавая. Этот жест казался слишком заботливым. Слишком любящим, для такого человека. В его воспоминаниях, он не является таковым. Постаравшись взять под контроль мимику лица, синеглазый вдохнул как можно больше воздуха.       — Как вы здесь?..       — Вы были правы, — перебил блондин своего друга, сделав шаг навстречу и подняв уверенный взгляд на спину человека.       Фигура так и не двинулась с места, даже видно не было дышит ли. Растреявшаяся Харуно смотрела недоуменным взглядом на напарника, пока морщинистая рука не соскользнула с её головы и, заведя руки за спину, тут же с плеча на него взгянули пронзительные, темные глаза. На долю секунды, Андо пожалел о таком действии, но делать уже было нечего. Перед его глазами вертелись уже другие, более шокирующие воспоминания. В кадрах так и появлялись кровавые пятна на чужих икрах, что сопровождалось жутким шипением как от жаренного мяса, как на некоторых местах отрастала темная корка и как посреди поля битвы из темного тумана выскользнуло эта чудовищная мордца. По прежнему от пережитого впечатления мальчик не успокаивался все эти дни и единственная причина, по которой он так рвался в башню был именно тот, кто прямо сейчас вопросительно изогнул седую брови полу-корпусон повернулся к нему.       — …Я не понимаю, — маска безразличия дала трещину и белое лицо сменилось на нарастающий шок, пока Хико заправил руку в волосы, глядя уже куда-то в пол, — Все это время…Все ваши слова, предупреждения. Они…всё совпало. Вы не могли знать, вы просто не могли, но!…Дядя, как?…       В какой-то степени Хико ощущал очередную волну восхищения, стоило ему поднять растерянный взгляд на своего наставника, в чьих жилах текла общая с ним кровь. Старик казался ему словно тем избранным, которому Бог доверил все знания и истину этого мира. Он мог видел всё. Начиная с прошлых конфиктов клана, заканчивая той последней информацией, которой он осведомил каждого из них. Черты лица мужчины не дрогнули ни на миллиметр. Лишь переферией блондин заметил, как между собой переглядывалиь сокомандики, не зная, как реагировать в этот момент. От неожиданности Андо вздрогнул, когда к его удивлению наставник двинулся к нему. Стоя перед ним, тот чуть пригнулся вниз к тому для того, чтобы парень точно услышал:       — Вам лучше приготовиться. Они точно пройдут в финал, — хрипло озвучила предпуреждение тень.       Брови невольно нахмурились и Кэзухико сжал плотно губы, уверенно кивнув. С каждым воспоминанием его лицо искажалось холодной злобой, стоило перед глазами появиться знакомому лицу и двигающейся голубой макушке…Однако он уже никогда не сотрет из своей памяти момент встречи с этими чудовищными глазами.