История одной парты в кабинете химии

      Прозвенел звонок на урок. Всему классу в этот день он казался похожим на протяжный удар башенных часов, так как вторая химия, да ещё и лабораторная работа на ней казались адом на яву. Учитель объявил тему лабораторной работы: «Изучение влияния условий проведения химической реакции на её скорость».       — Так-с, влияние температуры, значит. Стас, дай пожалуйста… Что ты делаешь?! — Никита с ужасом смотрел, как его товарищ сгрызает серу с головок спичек, которые он постоянно таскал с собой, как самый заядлый курильщик в классе.       — Я панк, мне похуй. — ответил он с холодным голосом и взглядом безумца в глазах.       — То что ты ходишь в рваных тряпках и неделями не моешься, ещё не делает тебя панком. — съязвил он и отобрал коробок.       — Бля, что вы делаете? — наклонилась вперёд Валя.       — Этот кретин решил закурить прямо в кабинете. — объяснил Никита, опуская пробирку с цинком и соляной кислотой в горячую воду.       — Слышь, Пихайло, я тоже прикурить хочу. — Валя чуть толкнула Стаса в плечо.       — Котова, у тебя какие-то трудности? — послышался голос учительницы, с другого конца кабинета.       — У неё просто гранулы цинка нет. — соврал Никита, толкая подругу назад, от чего та чуть не упала со стула. — Чума, настанет день и я тебя прикончу лично. — процедил он, показывая кулак ей прямо в лицо.       — Гробарь, что делать? — заглянул Стас в тетрадь соседа.       — Короче, в эти две пробирки, — он постучал пальцами по стеклянным колбочкам с кислотой, — кидай по грануле цинка.       Парень взял пробирку, но внезапно выронил её, из-за чего всё её содержимое разлилось на парту, тетрадки и на самого виновника торжества.       — Пихайло, блять! — шёпотом возмутился Никита, пытаясь стряхнуть кислоту со своей тетради. — Нахуя ты вообще её в руки взял, уебан?!       — БЛЯТЬ! Руки щиплет! — прошипел с болью Стас, после чего открыл кран и промыл руки под струёй воды.       — Прекрати брызгать, иначе сейчас всю школу на воздух поднимем! — почти срываясь на крик возгласил Алпатов.

И тут он услышал это...

"Ай, какой урод пролил на меня кислоту?!" в голове Гробаря раздался переливчатый голос, которого он никогда в своей жизни не слышал.       — Чт.. Кто это сказал..? — пролепетал парень скорее про себя, чем вслух.       — Чего? — спросил его товарищ по парте, вытирая свои руки об штаны. Однако его слов Никита не услышал: в его голове он слышал душераздирающие крики и мольбы о помощи того же голоса. Пытаясь понять, что за чертовщина происходит, Гробарь обернулся к Валентине:       — Чума, у тебя же есть салфетки?       — Ага, а что? На тебя тоже брызнуло?       — Угу... Дай, пожалуйста.       — А ты дай списать! Никите было сложно воспринимать мир вокруг в принципе: вопль, раздававшийся у него где-то в голове не давал отвлечься, поэтому он не задумываясь передал подруге тетрадку, получив в обмен пачку влажных салфеток.        Парень начал вытирать кислоту со стола, вымечая даже самые маленькие брызги и капельки. Увидев это, его товарищ по парте спросил:       — Какого хера ты делаешь?       — Ну... Парту вытираю..       — А нахуя? Неужели тебя настолько ебут эти остатки от Совка?       — Ну... ей больно? — Никита ответил как есть, ибо у него больше не было никаких аргументов. После этих слов Стас сначала скорчил максимально недоумённую гримасу, а затем скептически глянул сначала на парту, потом на друга, и наконец-то спросил с каким-то подозрением в голосе:       — Ты укуренный, что-ли..?       — А что, похож?       — Очень даже да! Вдруг, в спину Никиты ткнули пальцем. — Спасибо. — Валя передала тетрадь владельцу. — Угу.— хмыкнул Алпатов. Лабораторная подошла к концу, друзья сдали тетради и пулей вылетели из кабинета на следующий урок, но до конца дня Никиту не отпускала мысль о загадочном голосе, который никто кроме него не слышал...