Чуя, что случилось???

      Не каждое пробуждение проходило так же прекрасно и гладко, как это было вчера. Тот день был исключением, причём очень странным и непохожим на обыденную жизнь Дазая и Чуи. Было всего два вида дней в их жизни. Первый - Дазай просыпается, а Чуи уже нет, как и сигарет на их обычном месте. Легко понять, что тот пошёл курить, а значит, опять приснился кошмар. Плохие сны уже очень долгое время мучали Чую и они не были похожи на бытовуху. То были какие-то странные существа - каждый раз очень страшные и изуродованные, они чём-то смахивали на людей но, наверное, мёртвых и еще не начавщих разлагаться. Эти существа внушали страх похуже смерти или рака.       Сегодня Накахаре было нужно в школу, у него учебное воскресенье. Дазай поднялся с кровати и пошёл в подъезд, где позвал Чую несколько раз, но ответа так и не услышал. Единственное, где еще он мог быть, это в парке у школы. Дазай бегом спустился и добрался до места, где Чуя гулял первого сентября. Там он застал его сидящим на лавочке, казалось, что эту лавочку Чуя практически приватизировал. Парень сидел, не обращая внимания на только что подошедшего Осаму. То же, в свою очередь, сел рядышком и стал поглаживать Накахару по спине. Говорить что-то было бессмысленно, потому что он знал, что уже через пару минут парень встанет и в той же тишине отправиться домой. Дойдя до дома, он все же подал голос: - Прости... - Совсем тихо говорит Чуя. - Было бы за что извиняться. - Дазай подошел к холодильнику, доставая оттуда яйца и начав готовить яичницу.       Вскоре, парни уже были готовы пойти в школу. Чуя оделся примерно в таком же стиле, как и Дазай. Единственным отличием были цвета - у Чуи преобладали темные, но с вкраплениями оранжевого, что очень ему шло. Дазай с начала года постепенно его откармливал, так что рыжик, всё ещё худой, но уже и не скелет.       Они собрались. Ни шоппер, ни рюкзак Чуя не взял: никакие учебники он носить не собирался, все равно книги Осаму разрешил оставлять у себя в кабинете, да и уроки делать не особо хотел. В школе всё прошло более-менее хорошо: день проходил как всегда, только вот на улице шел снег, а после болезни Дазай не отпускает Чую на улицу в плохую погоду, так что тот нередко помогает учителю с его обязанностями.       Чуя никогда ранее не задумывался о будущем, от слова совсем, он даже не думал о том, проснётся завтра или сгинет во сне. Но при жизни с Дазаем в голову все чаще стали закрадываться мысли о завтрашнем дне, о том, что будет через год, два или десять. Но Чуя понял, что ему нравится ставить оценки, проверять задания, хоть в большинстве он ничего не понимал и, наверное, не хотел понимать. Если и становиться учителем, то уж однозначно не точных наук - они парню казались не очень интересными, да и нравились ему больше литература или русский. Пока он дожидался Дазая с совещания, прошла, кажется, целая вечность. За это время Чуя успел уйти из класса и прошвырнуться по школе. Днём тут нормально не походишь: к его классу здесь относились как к отбросам, которые мешают жить. Ребята часто выходили из своего крыла и дрались, но директор спускала это с рук что классу Дазая, что своим ученикам. В итоге Осаму был вынужден выслушивать замечания аж на двух пед.советах: в школе, в которой он работал, и в той, в которой он, как бы это сказать, обитает. Ему это, конечно же, не нравилось, а кому же понравится?       Иногда эти собрания выпадали на один и тот же день, и вот это была жуть: чтобы доехать до того здания, где восседали директор и его замы требовалось около получаса, а у него только только заканчивалось первое собрание. Опоздания все же прощали и, слава Богу, относились снисходительно. Дазай был очень этому рад. На местное собрание Чую не брали, а вот на собрание его школы брали охотно. Дазай сначала, как приличный учитель, отнекивался, но потом смирился. Накахаре же заваривали чай и угощали пирожными. Он дружил со всеми учителями, не бузил на уроках не срывал их, а потому и добился большего расположения к себе. Немногие преподаватели знали о том, как раньше жил Чуя, но могли догадываться по его внешнему виду, и хотя ровесники этого не понимали, но сейчас уже многие из них знали, что он живёт с Осаму. Никого это особо не напрягало. На собрании в этот раз обсуждали когда лучше открыть отремонтированный корпус. Строители закончили свою работу на прошлой неделе. - А если мы оставим всё как есть? - Спросила учительница литературы. Было даже понятно почему: школа, в которую перевели её класс, была практически перед окнами её дома. - Я не хочу оставлять детей по разным корпусам! Это непрактично и они не получают должного образования, как если бы они находились на одной территории. - Наконец высказалась завуч. - Я предлагаю проголосовать за или против, а потом подсчитать голоса. Нас чётное количество из-за того что у директора закрытое собрание, ну а при равном количестве голосов я предоставлю выбор Чуе. Никто не против? - Пока она это говорила, у Дазая чуть не случился сердечный приступ. Он не особо любил, когда Чую смущали, а тут и ещё такую ответственность возложили, а делать всё равно уже нечего, так как перечить администрации не хочется. Получилось так как и сказала женщина, голоса были поровну. Чуя поднялся с насиженного места. - Я так понимаю что ответа "за" или "против" от меня в этой ситуации будет мало. - Накахара начинает говорить тихо, но потом чувствует себя более уверенно. - Я за то, чтобы мы, школьники, были в одном здании, но я не против того, чтобы всё уроки вёл один учитель. Это очень даже удобно, и я не хотел бы, чтобы каждый урок вели разные люди как это было раньше. Я сейчас не о том, что Дазай плохо их ведёт, нет, он делает классные тематические презентации, очень интересно их преподносит, но, как мне кажется, он изучает этот предмет вместе с нами, а учитель должен знать явно больше своих учеников, чтобы хоть что-нибудь вложить им в голову или, например, ответить на сложные и заковыристые вопросы. - Накахара настолько неплохо отстоял свою точку зрения, что учителя были даже немного были удивлены такому чёткому и разборчивому ответу. Осаму про себя подумал, что это точно его "дитя". - Дорогие учителя и не только, - завуч многозначительно посмотрела на Накахару и продолжила, - мы приняли взрослое и осознаное решение и, как администрация, - уже смотря на завхозов и остальных, - постараемся сделать всё возможное что бы исполнить его как можно быстрее. - Она улыбнулась и на этом, похоже, собрание было окончено.       Обычно они уходили сразу, но сегодня Дазай остался обсуждать что-то с учителями, и Накахара все же остался вместе с ним. Он там не мешался и не помогал, просто сидел и ждал. Нечего интересного не происходило, так что он уткнулся и листал ленту в телефоне. Там ему попалось на глаза одно интересное видео, которое он позже взял на заметку.       Когда Осаму закончил, они собрались, попрощались с теми, кто остался, и вышли из, так называемого, основного корпуса. - Почему же ты не говорил, что в школе ты довольно важная персона? - С иронией спросил Дазай. - О, великий господин, простите, что потревожил обычную жизнь вашего превосходительства, я не думал, что это нанесет вам такой ущерб, впредь буду стараться говорить обо всем заранее. - Чуя, говоря это, еле сдерживался, чтоб не засмеяться в голос. Под конец этой тирады засмеялся уже Осаму, да и Чуя всё же не сдержался и прыснул. Тогда на всю улицу раздался громкий смех.       Младший успокоился чуть раньше и уставился на своего учителя. Тот выглядел очень мило, Чуя некогда не любил и вроде бы не любит любовные романы, не дай бог два "типо" влюблённых персонажа обнимутся или как нибудь проявят внимание друг к другу, книга сразу была бы закрыта и отложена на сдачу в библиотеку с претензией о том, почему "это" в книге о приключениях и почему его не предупредили. А тут он осознаёт, что ему симпатичен человек, стоящий рядом. Чуя особо не задумывался над своей ориентацией, да и не то чтобы его когда-нибудь привлекали девушки или парни. Ему было не до этого, но со временем, которое он прожил в квартире Осаму, он понял, что нравится ему только его сосед по квартире. Он точно различал дружбу и любовь, ведь у него есть друг, тоже парень, с которым он тусуется на переменах и такого к нему не испытывает, хотя тот тоже парень. -Знаешь, я никогда не умел говорить нужные вещи и у меня никогда не получалось найти правильный момент для важных слов. - Начал Чуя, чуть потупившись. - Обычно я пугал людей своей резкостью и нетактичностью но, наверное, сейчас не лучший момент и, возможно, ты сейчас думаешь: "Зачем он мне это говорит, в чем же смысл этих словах, они кажутся мне полным бредом". Но, знаешь, я хочу топтать эту землю вместе с тобой, мне не надо никого другого и, наверное, не надо даже Луны - я смогу и без неё! Главное, чтобы ты был рядышком, смеялся, когда я падаю снег, и всё равно помогал мне встать, вытаскивал из таких передряг, каких свет не видывал. В конце концов, ты мне помог с жильём и вытащил из такой задницы, что, наверное, в скором времени я закажу тебе памятник. Если честно, я не люблю длинные монологи: они, обычно, у меня не получаются но, я надеюсь, что ты сделаешь хоть какой-нибудь вывод из моих слов. - Чуя то говорил медленно, то тараторил. Его сложно было понять, но Дазай искренне старался, но все же какое-то время просто простоял, переваривая сказанные ему слова.       Дальше они добирались в тишине. В общественном транспорте было очень мало людей, да и ходил уже только ночной автобус, один на весь район, так что пришлось проехаться на пол часа дольше. - Чем мы будем ужинать? - Спросил Накахара. Он недавно перекусывал сладким, но этого, конечно, оказалось недостаточно. - А что бы ты хотел? - Спросил Осаму. - Хочу макарошки по флотски. - Ну ты и запросил! Ладно, у нас, вроде бы, есть ингредиенты, но если что - отравишься один. - Хорошо. Они зашли в квартиру, отдышались, так как оба не любили лифты, а точнее один единственный лифт в их доме, и пришлось подниматься по лестнице. Дазай, не снимая обувь и верхнюю одежду, прошел внутрь, чтобы посмотреть, всё ли есть для запрошенного Чуей блюда. - Накахара Чуя, у нас есть всё ингредиенты, вам не придется топать в магазин, можете раздеваться. - Уже войдя в прихожую, сказал учитель, на что сам Накахара улыбнулся и стал стягивать сапоги. Дазай нашёл обучающее видео на ютубе и готовил по нему, а Чуя ушёл курить, что никого не удивило и не смутило.       У Чуи в голове крутились разные мысли: -"Может, признаться по-нормальному? Может, перестать быть трусом? Может вообще промолчать и сгинуть со своими чувствами?"       Он скурил две сигареты за раз, нервно поднялся и пошёл в квартиру. Резко дёрнув ручку двери, он застал Дазая, мнущегося у двери, из-за чего начал немного переживать. - Чуя, нам надо поговорить, давай пойдём на кухню? - Ошарашил Накахару хозяин квартиры. Они зашли на кухню, где на столе стояли две тарелки с голубой каймой по бокам. - Я бы хотел спросить, имел ли ты скрытый подтекст, когда говорил про то, что хочешь гулять, смеяться со мной и провести со мной всю свою жизнь? - Дазай оперся на стол руками, внимательно смотря на парня напротив. - Э-э, - протянул Накахара, ощущая себя неловко под этим взглядом, - тебе надо знать правду, чтобы всем было проще, так что - да, я имел скрытый подтекст. - У Чуи безумно стучало сердце, но с этим стоило разобраться сразу, здесь и сейчас. - Тогда, я бы хотел чтобы ты знал, что ты мне тоже нравишься. - Кончики ушей Дазая чуть покраснели. Но, когда он посмотрел на своего ученика, то ему поплохело. - Чуя, успокойся, что ты плачешь? Не плачь, пожалуйста, не переживай, все уже хорошо. - Ага, не переживай! Заставил меня потрепать себе нервы, дай мне поесть. - Чуя вытер слезы, взял тарелку со стола, отвернулся и стал кушать. Было даже вкусно.       Они долго обсуждали, что им теперь делать с их чувствами. Совместно было принято решение начать отношения. Спать легли вместе. Долго не получалось улечься так, чтобы обоим было удобно. После эмоционально тяжелого вечера хотелось спать в обнимку, что Накахара и исполнил, закинув руку на спину учителю. Тот же обнял Чую за талию. Так они и уснули.