Little kitsune

«Я сбилась со счёту времени, пока бежала по этому лесу. Мне хочется исчезнуть из этого мира. Только сейчас я осознала, что вляпалась во что-то явно не хорошее.» — думала про себя Мизуки. Она бежала ещё около часа, пока не выбежала на открытую поляну покрытую светящимися синими цветами. Она ахнула, когда увидела на ней её «братьев и сестёр». Таких же детей Луны, как и она сама. Девушка задрожала. Взгляд «старшей сестры» резко упал на неё прежде чем она заговорила — «Я дам тебе несколько минут на объяснение ситуации, о которой уже узнали все жители этого леса, » — грозным тоном произнесла «старшая» — «Ты хоть понимаешь во, что ввязалась?» Верно… Мизуки убила человека, который не как не был связан с «нижними». Если она была бы обычным человеком, то её бы возможно и оправдали… Но она является ребёнком Луны… А им настрого запрещено убивать людей, даже тех кто совершил нечто ужасное. Они были созданы Луной для того, чтобы защищать их, даже если эти люди маньяки, убийцы или воры. По телу девушки пробежали мурашки, а на щеке задрожала слеза. — «Нет, я…я не убивала его, это была не я, не я…» — всхлипывала Мизуки, хотя сама понимала, что всю указывает на то, что именно она убийца. Её платье, руки, щеки, которые она тёрла были в крови. «Старшая сестра» подозвала ещё одну «сестру» — Эми, самую младшую из всех. Эми подала ей кинжал, завёрнутый в особую ткань, которая не пропускала ауры других «детей Луны». Это был тот самый кинжал, который Мизуки держала в руке, когда «очнулась». — «Этот кинжал, он знаком тебе?» — спросила «старшая сестра» Юрико. — «Нет, этот кинжал… Я вижу его впервые, » — из-за сильного шока девушка пыталась соврать. Но она поняла, что у неё это плохо получается — «Не ври мне!» — произнесла Юрико, — «На нём твоя аура!» Она прокричала и заставила кинжал парить в воздухе. Его стал обволакивать зелёный полу-прозрачный туман. Таковы были следы от ауры Мизуки. Вдруг взгляд Юрико смягчился, и в нём появились нотки жалости. — «Извини, Мизуки… Я не могу но чего поделать, все следы указывают на тебя. Я понимаю, что ты всегда была очень добра и отзывчива. Но… Пойми меня, если я оставлю тебя с нами, то остальные жители Леса, начнут негодовать. И тогда наши с ними отношения разрушаться навсегда… Мы не можем пойти на такие жертвы. Мне жаль. Единственный выход — это твоё «отчуждение», " Мизуки была не в силах что-либо произнести. Она стояла на месте и смотрела на своих «сестёр и братьев». Их лица выражали разные эмоции: гнев, страх, жалось, печаль, насмешку… С её глаз начали течь слёзы. Она понимала что сейчас произойдёт обряд «Отчуждения», у неё заберут половину сил и выгонят из храма. Через несколько мгновений её стал окутывать пепельный туман, который начал как будто впиваться Мизуки в кожу. Она почувствовала сильную боль, и не в силах держать своё тело на ногах, упала на землю. Боль начала усиливать, а девушка жалобно кричать. Она знала, что нет смысла просить о прощении. Мизуки постепенно стала чувствовать сильную слабость и сонливость. Она на момент взглянула на Юрико. В её глазах была печаль и жалость, ведь она растила Мизуки, как дочь. Но остановить обряд она всё же не могла. Музеи всё ещё кончилась от боли на холодной земле. Она чувствовала, как силы постепенно уходили от неё. От боли девушка уже не могла оставаться в сознании… Сейчас она бы предпочла умереть, чем выдерживать эти пытки. Мизуки пыталась что-то говорить, но из её рта доносились лишь стоны от боли. Она думала, что сейчас потеряет сознание, но этого не произошло. Вместо этого туман рассеялся, а «наблюдателей» уже не было. Мизуки продолжила лежать на земле с закрытыми глазами, она не знала, что будет делать дальше, ей не куда было идти, да и к тому же, девушка была сильно истощена, поэтому она быстро провалилась в длительный и не комфортный сон