Свидание в Хеллоуин

Они прилетели всего пару часов назад. Успели только принять с дороги душ и перекусить бутербродами, прежде чем были поглощены стандартными для сегодняшнего вечера хлопотами. У входной двери аккуратным столбиком друг на друга были наставлены тыквы приблизительно одного размера. А пыльный след засохшей земли тянулся от них дальше в дом, где превращался в неравные кучки овощной стружки и крошки. Во всем доме пахло имбирем, пряностями и апельсином, что напрочь заглушало свежий запах резаных овощей. Этим приятным теплым ароматом веяло с кухни, где женщина в годах покрывала очередную порцию печенья в форме пауков густой шоколадной глазурью, которая обязательно стекала по краям на клеенку на столе. В это время в духовке горит свет и видно, как поднимаются и румянятся совсем нестрашные привидения. Для них глазурь томилась на плите. Прямо в небольшой гостиной, устроившись на полу, пожилой мужчина отставил от себя тыкву с вырезанной на ней страшной рожей и потянулся, разминая затекшую спину. - И на кой черт каждый год одно и то же? Неужели нельзя обойтись без всего этого мытарства и мусора? – Сидящий рядом мужчина вдвое моложе усмехнулся краем губ, сосредотачиваясь на своем творчестве, подводя последние штрихи. - Ой, пап, ты так говоришь все время. Только стоит ребятне позвонить в дверь, как ты подрываешься с места первый, хватая на ходу корзинку с печеньем и раздавая всем угощение. Жан все еще подчищал свой шедевр, не показывая его никому, периодически подсвечивая изнутри карманным фонариком, и снова принимаясь единственной рукой за работу. - Это все только для того, чтобы эти маленькие уродцы не забросали дом яйцами или туалетной бумагой. – Брюнет даже рассмеялся на такое заявление, утыкаясь носом в отеческое плечо, пока бывший военный принялся за новую тыкву, пытаясь изобразить на ней новое лицо, которое отличалось бы от предыдущих двух. - А вот ни черта подобного. Я знаю, что ты любишь этот праздник именно потому, что эти маленькие уродцы сюда приходят и с замиранием сердца слушают твои байки. – Мундос поскреб ножом тыкву. – А еще любишь канун Рождества. Тогда эти маленькие уродцы поют для вас с мамой свою особенную песню. На какое-то время разговоры стихли и воцарилась тишина, прерванная громким «та-да!». Жан повернул свою тыкву «лицом» к другу и подопечному. По всей видимости, тыква предназначалась специально для Ноя. Ее украшением стало изображение мускулистого коня, у которого из лба торчал огромный витой рог. Силуэт специально подсвечивался изнутри все тем же карманным фонариком. - Как тебе? Разве скажешь, что еще час назад это был обычный овощ? – Мужчина развернул свой шедевр отцу, за что тут же получил крепкий подзатыльник. – За что?! - И на это ты потратил столько времени? Да мы могли бы уже закончить с теми тыквами и освободиться от этого кошмара. Но никто не обиделся. Военный только пихнул здоровым плечом гостя, улыбаясь ему и подмигивая, чтобы тот не бросал вырезать свою тыкву. Некоторые были украшены по кругу: там были целые картины с покосившимися страшными домами, полнолунием и порхающими стайками летучих мышей-вампиров, где-то были большие деревья, на ветвях которых раскачивались скелеты на виселицах. Потом они прервались на обед. Заботливая женщина накрыла сытный стол, отложив свои кулинарные заботы на какое-то время, пока кормит семью. За обедом обязательно следовал сон. На этом тоже настояла потрясающая женщина, отправляя сына и его друга после долгого перелета спать. Все еще успеется. После сна была кружка горячего шоколада за общим столом по семейному рецепту с нотами кардамона и аниса, с палочкой корицы в кружке. После этого женщина вновь занялась домашними хлопотами. С печеньем было покончено, оно остывало на заднем крыльце. Мусор от тыквы убрали, пока гости отдыхали в небольшой комнате Жана, а в остальном дом блистал чистотой. Мужчины высыпали во двор расставлять украшения, убирать лужайку, готовить двор к гостям из ближайших домов и окрестностей. Они расставили тыквы на зеленой траве, подключая к ним лампы, чтобы рожицы в сумерках угрожающе светились. По кустам и цветам раскидали комочки ваты и развесили искусственную паутину. Когда старший мужчина чертыхнулся и ушел искать в гараже необходимые инструменты для починки провода, соединяющего между собой все лампы в тыквах, брюнет воспользовался моментом и накидал немного паутины на принца, улепетывая потом от него в дом через заднее крыльцо. И только в комнате толкнул того на кровать, чтобы спастись от преследователя. И пока Ной поднимался с кровати, кинул ему чехол с одеждой. - Вот, именно за этим мы пересаживались, а не летели сразу сюда. – Под слоем непромокаемого материала обнаружилась вешалка с весьма специфичным набором – костюмом распорядителя цирка. На дне оказался даже средних размеров цилиндр и высокие кожаные сапоги со шпорами. – Как тебе наряд на этот хеллоуин? С этими словами что-то звонко хлестнуло. В руках Мундос держал стек для верховой езды, которым только что шлепнул по своей ладони. - Нравится, мой принц? – Он рассмеялся и кинул аксессуар к валяющемуся на кровати мужчине. – Не забудь еще что-нибудь сделать с лицом. Неприлично быть сегодня слишком живым. На этом военный усмехнулся и вышел, чтобы помочь с приготовлениями отцу и матери. Вечером ожидались гости, не только охочая до сластей детвора. Позже стол ломился от разных яств, родители приоделись, но костюмы проигнорировали. С первыми сумерками в дверь стали звонить дети, а самую важную роль раздачи сладостей поручили самому главному гостю, который уже успел облачиться в свой костюм. Жан тем временем уже наводил марафет. Из ванной он вышел уже в наряде, которым послужила его старая форма военной академии. Местами в раздобревших местах та, конечно, была мала, но в целом продолжала смотреться отлично. А венчал все берет на уложенных волосах, за резинку которого цеплялись солнцезащитные очки. Пряжка ремня блестела, как новая, после десятиминутной полировки. Мужчина вышел как раз в тот момент, когда Ной раздавал парочке детишек из соседнего дома лакомства, поэтому, стоило ему закрыть дверь, как на плечо опустилась рука брюнета. - И как боевое крещение, ваше высочество? – Но не успели ему ничего сказать, как вновь раздался звонок в дверь. – Кажется, теперь моя очередь. Стоило ему открыть дверь, как с порога раздались звонкие голоса: - Сладость или гадость! С улицы на них смотрели несколько пар глаз. На самом крыльце стояли две девочки в костюмах феи и ведьмы. Та, что постарше, примерила на себя роль пакостницы, держа в руках сумочку-тыквы. Младшенькая же все повторяла за сестрой и тоже тянула тыковку в своих руках, но зацепилась крылом за плащ и не могла самостоятельно отцепиться. Тогда маме пришлось подойти ближе, чтобы расцепить девочек, правда наклоняться ей мешал внушительный живот. За девочками, на шаг позади, держался мальчик, спрятавший свой пакет для сладостей за спину. На нем был костюм тех белых солдат из «Звездных войн». А чуть поодаль от него стояли двое мужчин, один из которых улыбался, держа в руках пирог, а другой явно чувствовал себя не в своей тарелке. Не сказать, что здесь ожидали всех из пришедших, но правила гостеприимства не оставляют хозяевам выбора. - Конечно, сладость! Что за вопрос! – С этими словами Жан посторонился, пропуская вперед к своим родителям детей, вручая каждому по имбирному печенью, когда те разувались в небольшом коридорчике. Самой маленькой девочке с таким простым делом требовалась помощь, но старшая сестра уже была готова и помогла ей расстегнуть ремешки на сандаликах. Маленькие красавицы умчались вперед, а оставшийся мальчик, разувшись, уткнулся лицом в живот брюнету, обнимая того за талию, напрочь игнорируя печенье. – Привет, Чарли. Он потрепал мальчика по спине и подтолкнул дальше. - Беги, там есть твоя любимая газировка. – Маленького штурмовика тут же как ветром сдуло. Беременной в очередной раз женщине тоже помогли разуться, целуя ее в щеку и далее пожимая руку ее мужу, поздравляя с очередным скорым пополнением и отмечая его скрытые достоинства уже в чисто мужской компании. - Нет, серьезно, Арчибальд, еще на свадьбе я был готов поклясться, что эта шикарная женщина будет гулять налево, а здесь, чувствую, у нее на это просто нет сил. Ха-ха! Проходите, рад вас видеть. Правда, рады здесь были не всем. Отсидевшего преступника на пороге задержали, остановив жестом, прежде чем тот успел пройти дальше. Аморай следовал за ним. - Я за тобой слежу, красавчик. Не создавай никому проблем, и их не будет у тебя. Амори вздохнул, завел глаза к потолку и отстранил руку друга, спеша его обнять, шепча в то время что-то ему на ухо. На его слова Жан только вздохнул и улыбнулся, смягчившись и пропуская оставшихся гостей внутрь. Анастасия была встречена хлопотами пожилых людей, к ней присоединился немного запоздавший муж, как всегда в костюме, но более нарядном, по настоянию жены. Они ждали третьего ребенка, срок подходил к завершению и на большой живот было тяжело подобрать что-то подобающее празднику, поэтому женщина просто оделась настолько нарядно, насколько смогла в своем положении, больше заботясь о красавицах дочерях, что уже нетерпеливо таскали закуски со стола, не в силах ждать. Мальчик довольно скромно присел на стул у стены, пока заботливая женщина не прогнала его поближе к ароматному ужину. Хозяева дома ухаживали за гостями, пугали детей страшилками и кормили сладостями. Пили чай с принесенным пирогом и печеньем, качая головами, сетуя, что две семьи не смогли увидеться в полном составе. Уже ночью гости потихоньку разъехались, Арчибальду строго-настрого наказали беречь жену, после чего наконец отпустили. Все, что осталось после гостей, убрали, хозяева ушли спать, а Жан перехватил спутника за талию, кружа его в медленном танце под напеваемую мелодию. - И? Как тебе наряд? По-моему, весьма неплохо. Особенно очень подходит к специфике нашего какого-то свидания. А теперь в душ, красавчик. Я хочу устать сегодня полностью и уснуть все же на своей кровати, а не по обыкновению в гамаке. Отсчет пошел, жду в назначенном месте.