загадочный сандал

Весь их город гудит от того, что к ним наконец-то прибыла делегация степных волков. Никто о них ничего толком не знает. Степняки — скрытный, осторожный и довольно таинственный народ. Чонгуку, если честно, всё равно. А вот то, что его действительно интересует, так это кто скрывается под этой чёртовой тряпкой, скрывающей чужака с ног до головы. Запах, замечательный томный восточный аромат дразнит обоняние. Чонгук бы схватил этого омегу в охапку и поволок бы в свой дом. Но он же не какой-то дремучий волчара, он так не может. Потому-то прошёл уже почти чёртову половину города, держа нос по ветру. Он старается сокращать дорогу, петляя узкими улицами так, чтобы не потерять высокую стройную фигуру из поля своего зрения. И на одном таком повороте нелепо поскальзывается, едва не мокнувшись во внушительную лужу. И всё это перед объектом своей внезапной влюблённости. — Приветик?.. — полувопросительно крякает он, пытаясь подняться с коленей. Солнце наконец-то благоволит, разгоняя тень в чужом капюшоне, и Чонгук едва не давится слюной, встречаясь взглядом с серебристо-серыми глазами. — Красивый, — глупо роняет. — Спасибо, ты тоже ничего, — не остаётся в долгу омега, фырча, как ёж с лёгким незнакомым акцентом. — И острый на язык, — как идиот разговаривает сам с собой Чонгук, принимая чужую помощь, и хватаясь за протянутую ладонь омеги, цепляя взглядом многочисленные перстни, украшающие тонкие пальцы. — Познакомимся? Я Чон Чонгук, лучик. А тебя как зовут? Омега морщит нос, отбирая свою руку. Чонгука это даже ранит, честное слово. — Я не знакомлюсь на улице, Чон Чонгук, — насмешливо оглядев его, заявляет омега. А потом изящно обходит его, продолжив свой путь. — Нет, ну что это такое? — дуется Чонгук. — Эй! Красавчик! Я же не отстану! Не хочешь на улице знакомиться, пойдём в таверну! А? Ответом ему становится наглая ухмылка, мелькнувшая в тени, когда омега на мгновение оборачивается. — Шикарный, — цыкает себе под нос Чонгук, уперев руки в бока. — Хочу себе.