Финетта

С девочками Сима почти не пила. Не хотелось смешивать все виды спиртного, она знала не понаслышке, чем это чревато. Она делала вид, что пьёт, а на деле, пока никто не видел, сливала водку в пустую бутылку под лавкой, которая как раз стояла около неё. А когда водка закончилась, было принято решение вернуться в зал и потанцевать, там как раз началась дискотека. Играл качающий бит, под который так нравилось дрыгаться молодёжи. Варя и другие девочки растворились в толпе, не успела Сима и моргнуть глазом. Они уже атаковали старшекурсников, а те начали с ними заигрывать. — А я думал, ты домой ушла, — услышала Сима сзади громкий голос, который пытался заглушить шум и бас музыки. Это был историк. — Да я попала в смешную ситуацию… — смущённо отмахнулась девушка, — простите, что ничего не сказала, Дмитрий Сергеевич. — Можно на «ты»! Тебе уже давно можно, — подмигнул он. — А вы чё не дома? Время позднее. Жена не заждалась? Тот что-то ответил, но Сима не услышала и дала знать об этом ему. Он ещё раз что-то сказал, но тщетно. Музыка была слишком громкой. И тогда Дима не нашёл ничего лучше, чем взять Симу за руку и вывести из зала. Когда они вышли в более тихое место в коридоре, Дмитрий сказал: — Я с женой разводиться буду. — Что? Ты серьёзно? Он закивал. — Что-то я не вижу сожаления… Страданий… — ехидно произнесла Сима. — Я уже своё отстрадал. Ты прекрасно знаешь, о чём я. Ты видела это всё. Сима поджала губы. Она всё прекрасно поняла. — Мне жаль… — А мне-то как. Десять лет вместе были. Шесть лет так, а четыре в браке пробыли. Ребёнка заделали. — А почему всё так получилось? — Давай не будем на эту тему разговаривать. Хорошо? Не хочу. — Ладно, — согласилась Сима, — затолкать тебя в тачку силой? Отвезти тебя к пацанам, где банька, рыбка и пиво? — И ты мне сдохнуть не дашь? — расплылся в улыбке историк. — Именно. — У меня пива, конечно, нет, есть другое. Там самбуки ещё бутылка осталась. Пойдём? — Звучит заманчиво! — засмеялась Сима. — Пошли. Они вернулись в тот кабинет, где начинали. Но на сей раз они были только вдвоём. В кабинете было очень холодно. Сима поёжилась. Там было отворено настежь окно, а на подоконнике стояла сама виновница — самбука. Дмитрий быстро закрыл его и забрал бутылку. — Всё нормально. Просто самбуку надо охладить было. Её принято пить холодной, — сообщил он, ставя запотевшую бутылку на стол. — И откуда такие п-познания? — заикнулась девушка, стуча зубами от холода. — Работал когда-то барменом, — отвечал Дмитрий, доставая пустые пластиковые стаканы. — К-когда успел? — Сима всё никак не могла согреться. По телу бегали противные мурашки. Заметив это состояние девушки, Дима снял пиджак с себя и протянул его ей со словами: — Надень. Невозможно уже слушать как стучат твои зубы. Она послушно накинула его на плечи. — Если бы не лифчик, пришлось бы ещё увидеть, как торчат мои соски, — зевнула она, кутаясь в тёплый пиджак. — Ну, почему «пришлось бы»? Как будто это что-то отвратительное. Это обычный физиологический процесс… Так, давай пить… Дима налил им по стаканам и они одновременно выпили. Они оба замолчали где-то на пару мгновений, а потом Дмитрий спросил: — Согрелась? Сима покачала головой. — Не особо. А чё, пиджак надо вернуть уже? Срок проката закончился? — Нет, я думаю, может, ты хочешь потанцевать, чтоб согреться? — Надо подготовиться. — Понял, — кивнул историк, снова наполняя стаканы. Они опять выпили. Сима захотела курить. Дима решил её поддержать. Пришлось только снова открыть окно. Они курили у открытого окна и болтали, глядя на суету, которая происходила на улице. Снова накрыл тот ни с чем несравнимый вайб уединения у окна, где они выпускали дым на морозную улицу. Смех, шутки, болтовня, переглядывания и улыбки. Всё это было только для них и об этом никто не знал. Это вызывало у девушки бабочки в животе. — А почему именно я, Дим? — спросила вдруг Сима, выкидывая бычок в окно. — Что? — недоумевал тот, следуя её примеру и закрывая его. — Почему я тут с тобой, а не другие студентки? — Потому что слишком много нас друг у друга в жизнях. Взаимопомощь была ещё. Да и вообще, нравишься ты мне, Кажарова. Крутая ты девчонка. — Серьёзно?! — Сима не верила своим ушам. — Абсолютно. Девушка засмеялась. Кажется, эта обстановка ей окончательно вскружила голову. А самбука стала катализатором. — Я готова танцевать! — смело заявила она. — Настроение сделать это под… Сима быстро включила медленный и плавный трек на своём айфоне, отложив его в сторону. И заиграла музыка. Девушка скинула пиджак прямо на пол и начала медленно двигать руками и тазом. Дмитрий задрал одну бровь и слегка улыбнулся. А Сима тем временем подошла к нему и насильно усадила его на первый попавшийся стул и продолжила сексуально двигаться. Самбука конкретно ударила в голову, что она уже не контролировала себя. Первой на пол полетел лонгслив, а затем и юбка. Сима осталась в одном белье. Оно было чёрным. Бюстгальтер и стринги. Вот тебе и белый и пушистый образ, под которым скрывалась тёмная сущность. Реакция Дмитрия была бесценна: он пребывал в шоке, но ничего с этим делать не хотел. А девушка продолжала наступление. Она вела себя как опытная стриптизёрша, которой заказали приватный танец. — Мне перестать? — поинтересовалась она. Сбитый с толку Дмитрий покачал головой. И тогда девушка села к нему на колени и обвила руками его шею. Она подвигала тазом вперёд, приближаясь вплотную. Она почувствовала своим телом затвердевший бугор у него между ног и это раскрепостило её ещё больше. Она обхватила его лицо руками и пристально посмотрела ему в глаза: — Сделай это. Их губы встретились в поцелуе. И после этого разум будто отключился, будто бы сорвался пёс, которого очень долго держали на цепи. Дима судорожно освобождался от своей одежды, а Сима от её остатков. Не прекращая поцелуи, они продолжали раздеваться. Когда они оказались полностью голыми, мужчина схватил подмышки Серафиму и по-хозяйски усадил на стол, закидывая её ноги к себе на бёдра. — Что мы делаем… — шёпотом, задыхаясь произнесла девушка, на секунду оторвавшись от губ мужчины. — Не знаю, Сима, — так же шёпотом отвечал он, и, глядя ей в глаза, одной рукой держа свой эрегированный член, вошёл в неё. Та ахнула. Историк осторожно сделал пару движений, а Сима вцепилась в его спину ногтями. — Ты очень красивая, — откровенничал тот, продолжая двигаться. Та отвечала тихими стонами. А он продолжал говорить ей всякие комплименты с придыханием. Ей казалось, что она кончит прямо сейчас, настолько ей было сейчас хорошо. Она и не помнила, когда последний раз ей приносил такое удовольствие сам процесс. Поэтому она изо всех сил сдерживала стоны, чтобы на них не сбежался весь универ. — Какая сладкая девочка и такая мокрая, впервые такое вижу, — продолжал шептать Дмитрий, сжимая её бёдра руками, а шею покрывая поцелуями. А та была больше не в силах сдерживать эмоции и застонала громче. Поэтому мужчина ускорил фрикции, чтобы совсем не дать расслабиться студентке, а та уже вся извивалась и уже почти кричала. — Я скоро… — простонала Сима, сильнее впиваясь ногтями в спину Дмитрия. Тот прибавил темп ещё больше, насколько это было возможно. Стол под ними аж зашатался. Секунду спустя Сима забилась в конвульсиях и закричала. Но историк не остановился. Он чувствовал, что уже на подходе, поэтому не сбавлял скорость. Его оргазм был не такой яркий, но именно после него наступила тишина.

***

— Лар, я понимаю, ты, возможно, его ещё любишь, но его поведение… — Мам, хватит! Алла Валентиновна аж вздрогнула. — Это потому что сегодня день влюблённых, а ты впервые не проводишь его с ним? Вечер. Женщины в домашних халатах и тапочках сидели на кухне и пили вино. Малыша Валеру уже уложили спать. Поэтому они старались разговаривать вполголоса, хоть и мальчик спал в другой комнате. — Это потому что ты лезешь в наши отношения! Ты постоянно в них лезла! Мы молодые и горячие, как поссорились так бы и помирились. А ты всё только усугубила. Я остыла и поняла, что не хочу его терять! И не потому что у нас ребёнок. Я его люблю. Если бы не ты, я бы с Димой сейчас… — Ты бы продолжила жить с алкашом, оно тебе надо? А Валере? Поверь моему опыту… — Он не алкаш как папа. Я его знаю. Мать вздохнула. Лариса нервно вращала между пальцев ножку от бокала и вино в нём слегка колыхалось. — Ну давай, позвони ему и убедись, что ты ему и даром не нужна, — с долей презрения произнесла женщина, медленно отпивая из бокала. — А вот и позвоню, — девушка взяла телефон со стола. — Нельзя просто так взять и вычеркнуть десять лет жизни. — Мало ты пожила… Некоторые и по тридцать лет выкидывают. — Я не «некоторые». Я так не хочу. Воодушевлённая Лариса набрала мужа. Пошли гудки. Шли они долго, но трубку так никто и не снял. Девушка поникла. — Я же говорила, — расплылась в ехидной улыбке мать, скрещивая руки на груди, — не нужна ты ему. Не нужна. — Может, он спит уже! Время почти одиннадцать. — Всегда удивлялась твоей тупой наивности. Лар, ну когда у тебя уже глаза откроются… — Откроются на что, мам? Всё пошло под откос, когда ты начала лезть в наши отношения! Женщина закатила глаза. — Ты потом поймёшь, что я права была. А сейчас давай уже спать ложиться.

***

Она не почувствовала вины, стыда или угрызений совести, когда вошла в эту квартиру ещё раз. Когда прошла мимо детской кроватки и сушилки для вещей, где до сих пор висело несколько детских пелёнок и ползунков, мимо большой свадебной фотографии на стене, чтобы, будучи пьяной вместе с таким же убитым алкоголем хозяином квартиры снова предаться плотским утехам. И было им точно не до гаджетов. Как звонила Лариса Дмитрий, естественно, не услышал. А она звонила не раз. Когда мама ушла спать, она вышла на балкон, чтобы попытаться достучаться до мужа. Она до последнего не хотела даже думать, что мама может оказаться права. Но ей никто так и не ответил. Даже с десятого раза. Лариса совсем поникла. Внутри всё просто разрывалось на части. От обиды слёзы сами полились из глаз, а руки задрожали. Балкон был не застеклён, поэтому от влаги лицо стало быстро замерзать, но уходить девушка не спешила. Поправив капюшон на куртке, она открыла их с мужем диалог в «WhatsApp» и записала голосовое, чередуя его со всхлипами: — Дима, я не хочу тебя терять… Я тебя люблю. Я правда всё осознала и хочу перед тобой извиниться. Я…Я была не права. Я приеду завтра к тебе с Валеркой и мы поговорим! Ты может ещё злишься на меня, но пожалуйста… Я не хочу разводиться с тобой. Я тогда погорячилась, да и думаю, что ты тоже. Я прекрасно поняла, почему ты так не любишь мою маму, она и правда просто треш полнейший! — горько усмехнулась девушка. — Странно, что я поняла это только сейчас. Дима, я правда очень скучаю. Невозможно. Я поняла, ты самое лучшее, что со мною было… Отпустив значок микрофона, Лариса сглотнула очередную порцию слёз. Сегодня предстоит бессонная ночь…

***

Утро субботы. Сима обнаружила себя на полу спальни без одежды. Её тело было прикрыто простынёй, а рядом валялась пустая бутылка из-под коньяка, пепельница и ещё какой-то хлам. Бумажки, одежда и крошки еды. Как она спала на этом, она понятия не имела. Адреналин и кайф закончился и каждой клеткой тела она почувствовала боль и тяжесть в мышцах, а кожа была в помятых следах и во вмятинах от тех самых крошек. Поднявшись со второй попытки, Сима по инерции посмотрела на кровать, где на животе, в позе морской звезды такой же голый спал Дмитрий, едва прикрытый одеялом. Стараясь двигаться как можно тише и незаметнее, девушка, собрав свою одежду и бельё, пошла в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок. Дмитрий тоже вскоре проснулся. Разлепив веки, он первым делом поискал взглядом Серафиму. Не обнаружив её, он моментально вскочил с постели. Боялся, что девушка могла уйти, не попрощавшись. Но, услышав шум воды из ванной, сразу успокоился. — А который час… — пробормотал он, снова засуетившись. Кое-как натянув трусы, он отправился на поиски телефона. Нашёл он его под кроватью почти севшим. На часах уже было почти десять утра. Но это было полбеды. Когда он увидел, сколько у него пропущенных от жены и её сообщение из «WhatsApp`а», он окончательно запаниковал. Первым делом он решил послушать голосовое. «Дима, я не хочу тебя терять… Я тебя люблю…» — начал слушать он. И с каждым словом жены его всё больше накрывала волна стыда, отчаяния и осознания того, что же он натворил. И что немедленно надо это всё исправлять. Поэтому он тоже отправил ей голосовое сообщение: — Лариса, солнышко, я тоже тебя очень люблю, прости, что не ответил, я вчера нажрался с друзьями и блевал пол ночи. Я алкаш, да, твоя маман права, но и я так тоже больше не могу. Мне тоже очень стыдно… Давай, я сейчас в квартире уберу весь срач и я вызову вам такси… Вернулась Сима. Взбодрившаяся, одетая. — Доброе утро, Дмитрий Сергеевич. Почему я вижу вас в субботнее утро? — блаженно заулыбалась девушка, подходя ближе. Она уверенно положила руки ему на плечи. В голове снова пронеслись воспоминания от прошлой ночи. И его образ скромного и даже стеснительного мальчика днём и самого настоящего демона ночью никак не вязались между собой. Как будто это были два разных человека. Утром он будто дотронуться боялся, а ночью его руки будто развязывались и вытворяли такое, о чём Сима даже и подумать не смела. Да что там. Она просто думать не успевала. Настолько он ей вскружил голову, что она как будто до сих пор пребывала в состоянии эйфории. — Доброе, — ответно улыбнулся тот, слегка отстранившись. — Сим, тут такое дело… — Что? — улыбка сползла с её лица. — Ты не пойми меня неправильно, но… — Но я должна пойти нахуй? Получил, чё хотел и всё? — тихо возмутилась Сима и резко убрала свои руки от историка. — Н-Нет, — опешил тот, — сейчас просто должна жена приехать и не надо, чтобы она тебя тут видела… — В смысле?! Вы же разводитесь и всё такое… — Да… — замялся Дима, — да она за вещами кое-какими приедет. Но всё равно. Ты понимаешь. — Ну ясен пень, не надо, чтобы она меня видела, — слегка усмехнулась девушка. — А ещё этот бардак тоже. Желательно. — Я могу помочь, если сильно попросишь! Вскоре квартира блестела и сверкала от чистоты уже через полчаса и Сима спешно покинула её, всю дорогу до такси и после улыбаясь как дурочка. Надо Варьке всё рассказать, а то ей уже не терпится…