Дочь-копия тебя

      - Ну и что за очередная срочность, помешавшая мне пропустить пару стаканчиков в баре с Поляковой? – брюнетка разочарованно причмокивает, закрывая за собой входную дверь, - Маш?       Белокурая ожидала её на кухне, и настроение у неё было, откровенно говоря, пакостное. Нервно посмотрев на циферблат наручных часов, Третьякова удовлетворенно покачала головой, поджав тонкие губы.       «Она все-таки нашла возможность приехать домой пораньше».       - Ты меня вообще слышишь? – Лаура небрежно бросила шарф на кухонный стол. От её одежды веяло ноябрьской прохладой и дымом сигареты, выкуренной минуту ранее, - Маша, не испытывай моё терпение, что стряслось?       Едва ли сумев сдержать улыбку, блондинка нежно обнимает старшую, покрепче прижимаясь к холодному пальто. Нет, ничего страшного(скорее, необычного) не случилось. Её просто умилял сам вид растерянной Лукиной, которой перекрыли дорогу в бар пятничным вечером.       - Вот теперь я совершенно ничего не понимаю, миледи, - Лаура сдержано отстраняется от Маши, - может все-таки объяснишь?       - Тебе определённо стоит поговорить со своей дочерью, - неуверенно начинает Третьякова, предугадывая наперёд довольно бурную реакцию, и не ошибается.       - Ты только из-за этого меня вызвала домой в срочном порядке? – женщина вопросительно сводит утонченные брови, мучительно выдыхая, - что она снова натворила?       Ника была не из самых покладистых детей. Откровенно говоря, переходный возраст девчушки играл с ней злую шутку. Каждый день Третьяковой поступали звонки со школы, с просьбами неукоснительно посетить кабинет директора вместе со своим чадом. «Этот столетний папоротник в кабинете все равно никому не нравился», или «Она сама себе плюнула в суп» - стали постоянными фразами, звучавшими в оправдание своих проделок. Машу это ужасно расстраивало, Лауру- веселило. Это могло бы длиться вечно, если бы не очередной инцидент, за который девятиклассницу грозились отчислить.       -Что на этот раз? – брюнетка балластом падает за кухонный стол, и, прикрыв уставшие веки, пытается хоть как-то унять боль в шейном отделе, покачав головой со стороны в сторону, - надеюсь, она никого не убила?       -«Очень смешно», - Маша возмущенно поднимает брови, - давай ты будешь хоть капельку серьёзнее? Лаура, я ужасно волнуюсь за её состояние. Может, нам стоит обратиться к психологу?       -Ещё чего, - безответственно отмахивается брюнетка, - он и одного сеанса с ней не продержится.       -Лукина! Я не о ней, а о нас! – прядь, выбившаяся из домашнего пучка, плавно качнулась на эмоциональном выдохе.       -Что, она уже и тебя довела? – скрестив руки на груди и оголив ряд белоснежных зубов, Лаура издевательски ухмыляется.       — Это бесполезно, - отчаявшись окончательно, Маша умело закатывает глаза, - я так устала, Лукина. Ника-особенная девочка. Мне действительно сложно найти к ней подход, учитывая, что это полная копия тебя!       - Не вижу в этом ничего плохого, - гордо произносит женщина, запивая последний слог яблочным соком, — это же моя дочь тоже.       -Правда?- наигранно спрашивает блондинка, - а, ну конечно! У неё твоя фамилия, твои повадки, манеры, стиль общения и увлечения. Недавно она захотела сделать стрижку как «у мамы Лауры». У неё даже твои глаза! Вот только почему-то мне в одиночку приходится работать с её характером, решать проблемы и хлопать глазами в кабинете директора, пытаясь отреагировать на фразу «Ищите другую школу» менее эмоционально, чем это обычно у меня выходит!       -Ну почему же? По крайней мере, она очень начитанная и образованная, - выдержав секундную паузу, брюнетка продолжает, - по какому поводу тебя беспокоили в этот раз? Было видно, что спич жены произвел на неё неизгладимое впечатление, и теперь Лаура интересовалась более осознанно, - драка?       -Угу, - мягко произносит Маша, мучительно выдыхая, - поставила однокласснику смачный фингал, когда тот не захотел отдать ей толстовку, - устало подперев ватную голову, Третьякова вновь погрузилась в раздумья.       - Правильно! А чего он её забрал? – абсолютно не понимая сути конфликта, женщина с первых секунд защищает дочь, - а может, она замерзла?       - Его толстовку, Лукина!       - Подумаешь, - нелепо пожав плечами, Лаура расплывается в улыбке, вообразив описанную сцену, но увидив, насколько сильно Машу беспокоит произошедшее, моментально осекается, - прости. Ну, куплю ей ещё вещей.       -Лукина…       -Так, ладно, - шлепнув себя ладонями по ногам, брюнетка прочищает горло, - Вероника! Подойди сюда, пожалуйста!              Минутой позднее на кухне появляется подросток, испуганно пряча в карман небольшой разноцветный агрегат. Большие голубые глаза прожигали взглядом женщин, который волнительно метался от Маши к Лауре.       - Что это у тебя? – как можно аккуратнее интересуется Третьякова, нежно касаясь левой руки девушки, которая до упора погружена в порванный карман домашних штанов, - покажи мне, пожалуйста.       Ника нехотя достает эльф бар из кармана, громко причмокивая и демонстративно закатывая глаза.       -Зачётный эльф бар, - довольно улыбнувшись, Лукина гордо произносит, - пять баллов!       -Лукина!- сквозь зубы шипит Маша, - ты совсем с ума сошла?       -Короче, - нетерпеливо вскрикивает подросток, - чего хотели?       — Это по поводу твоей сегодняшней драки, - делая большие паузы и пытаясь подобрать подходящие слова, Третьякова аккуратно заводит разговор, - что между вами стряслось?       - А, вы об этом, - приукрасив фразу небрежной интонацией, девочка сделала вид, будто ничего сверхъестественного не произошло, - получил по заслугам. Ничего, не сахарный. Не расклеится.       -Вероника! Драка- не выход из ситуации! И вообще, - Лукина что есть мочи сомкнула губы, а после продолжила, - для чего тебе вообще понадобилась его толстовка?       - По приколу, а чего? – удивленно произносит Ника, - непонятно, что ли?       -Действительно, Лаура, непонятно что ли? - театрально подыграв дочери, Маша обращается к виновнице, - дочь, драка-не самый лучший способ заигрывать с парнями.       - Ха-ха, тебе то откуда знать? – фраза болезненно пронизывает трепетную душу Маши. Терпеливо выдохнув, женщина хотела возразить, но не успела.       -Ты как с матерью разговариваешь?! – тон разговора стремительно повышался, и Лукина не собиралась отступать, - извинилась, быстро!       - Прости, - почти искренне произносит Ника, - наверное, я перегибаю палку.       -Верх бескультурья, - возмущается Третьякова. Опешив, блондинка кладет ладони на лицо, скрывая свои роскошные темные ресницы.       - Ну почему же, маменька, - девочка специально протягивает последнее слово, будто издеваясь, - кхм. Иосиф Бродский «Не выходи из комнаты…»       -Хватит паясничать! – Лукина обрывает егозу на полуслове.       - Все в порядке, солнце, - Маша трепетно прижимает негодяйку к себе, - думаю, ты можешь идти. Нам с мамой нужно поговорить.       Но школьница и не думала уходить. Подобно дрессированному щенку, Ника откланялась лишь тогда, когда Лукина утвердительно кивнула, не переставая грозно смотреть на дочь.       - Ты слишком её разбаловала, - стакан с виски быстро опустошается, но на лице Лукиной это событие отнюдь никак не отпечатывается, - тебе нужно быть строже с ней.       -А я думала, это ты у нас «примерная мама», которая хвалит за электронные сигареты, и смеется со школьных инцидентов, - у Маши почти не оставалось сил спорить. Она вложила в ребёнка всю себя, без остатка. Она так мечтала о принцессе, которой по утрам заплетают волосы в густые косы, и которая непременно является чувственной, воспитанной леди. Вот только у Ники была ещё одна мама, и тут стало абсолютно понятно следующее: гены пальцем не сотрёшь.       -Я была такой же в свои четырнадцать, - Лаура неторопливо достает вейп, и дым разлетается по комнате, на что сразу же получает недовольный взгляд жены, - что?       - Ты и сейчас такая, - едва слышно шепчет Маша, перебирая в голове все возможные варианты решения проблемы, - кстати, к директору теперь идешь ты!       -Точно как в школе, - довольно констатирует Лукина, не переставая пускать кольца дыма, - я вот что думаю. Может, отправим её к бабушке? На недельку?       -Лаура, моя мама – человек тонкой душевной организации! Она никогда не позволит ей валяться на кровати в уличной одежде, краситься в её любимый «боевой окрас» и уж тем более она не потерпит этих лимонных ногтей! Это исключено.       -А моя мама ничему хорошему её точно не научит, - будто призадумавшись о чем-то, брюнетка элегантно поправляет металлическую оправу своих очков, - может быть отправить её в военное училище?       -Лукина, одна идея «лучше» другой! Нет, ты чего! У тебя же дочь, а не сын! Я понимаю конечно, что ты хотела мальчика, но раз уж у нас есть Ника, давай хоть немного ориентироваться на её желания и предпочтения?       -А что? По-моему, военное училище ей придется по душе, - неуверенно пожав плечами, женщина скрещивает руки в замочек, - Машенька, ты слишком много переживаешь об этом, милая. Она нормальный, активный подросток. Дай ей волю – если хочет, пускай красит волосы и бьет тату. Это её выбор. Мы, как родители, просто должны быть рядом с ней.       Впервые за вечер Маша увидела ответственность, с которой произносились данные реплики. Внутри стало легко и тепло.       «Я в ней точно не ошиблась».       - Я люблю тебя, милая, - Лукина неторопливо приближается к жене, крепко обнимая, -ты самая лучшая мама в мире.       Третьякова выдохнула со слезами на глазах. Она так нуждалась в этих словах. Воспитание дочери всецело легло на её хрупкие плечи. И нет, совсем не потому, что ребёнок был безразличен Лауре. Просто кому-то приходилось приносить деньги в дом.       - А в военное училище я её таки запишу, - бросив шуточную фразу максимально тихо, брюнетка поспешно отклоняется, чтобы не словить хоть и ненастоящую, но все же оплеуху от любимой жены.       - Лукина! – Маша заливается искренним смехом. Ей стало абсолютно спокойно. Все потому, что она знала: пока они вместе, им горы по колено.