Жизнь продолжается

На город потихоньку начала спускаться ночь. За окном ветер пел свою песню так громко, что даже сидя дома чувствовался тот холод, что он нëс. Прохожие разбегались по домам, совсем не смотря по сторонам, лишь бы поскорее оказаться в своëм уютном местечке. Точно так же было и в тот самый день три года назад. Точь-в-точь, Сонхва его запомнил до мельчайших подробностей, ведь именно он изменил в корне его дальнейшую жизнь. Сейчас Пак выпивает уже пятый стакан соджу и останавливаться точно не собирается на этом. Сегодня он просидел в своей квартирке, не открывая шторы, весь день, даже на работу не вышел, ссылаясь на то, что он якобы заболел и ему нужно отлежаться. Заболел. Вот только не физически, а морально, и уже очень давно. Следом за соджу в ход пошли сигареты. Раньше он не курил и не пил, но потом всë резко поменялось, и сигареты с алкоголем заменили ему обезболивающее, ведь для души подобных таблеток, увы, не изобрели, а боль была невыносимая. "Ты говорил, что убивают не алкоголь и сигареты, а люди. Что же, ты оказался прав, вот только я оказался исключением, ведь меня убивает всë это..." *** Раздался телефонный звонок Сонхва, который он быстро поднял, ведь звонил ему никто иной, как его человек, его луч в тëмном царстве, его настойщий, не выдуманный соулмейт, чьë имя было выведено красивыми и аккуратными буквами на запястье Пака. Они уже давно состояли в отношениях. –Ты уже почти доехал?! Ой, стоп, нет, я не готов, пораньше бы позвонил! Ладно, всë, я собираюсь и бегу тебя встречать! Я так соскучился, Хоня, тебя не хватало рядом в эти дни, - радовался, по-детски искренне, Сонхва, собираясь и слушая голос любимого человека, что не сбросил трубку, рассказывая всякие истории. Ещë немного и он сможет заключить его в объятия. Пак выбежал из дома и направился к вокзалу. Холодный ветер пронизывал до костей, а сгущающиеся сумерки могли даже напугать кого-то, но не Сонхва. Он не замечал ни этот ветер, ни то, что уже темнело. Наконец он добегает до вокзала и видит на другой стороне Хонджуна, который улыбался уже такой родной улыбкой. Ким смотрит по сторонам и, убедившись, что машин нет, начал своë движение. Кто же знал, что у него были проблемы с сердцем... Только Хон обнял Сонхва, как второй почувствовал резкое ослабление хватки младшего, посмотрел на лицо и ужаснулся. Глаза Кима были закрыты. Следующие события были, как во сне для Пака. Он кричал о помощи, но этот крик будто улетал в пустоту. Все проходили мимо, делая вид, что очень спешат. Не успел Сонхва набрать скорую, как сам потерял сознание. Дальше он помнит отрывками. Вот над ними кто-то склонился, вот они уже в машине скорой помощи, вот они уже в самой больнице, вот врачи что-то делают над ним, а дальше провал. Пак больше ничего не помнил, как будто кто-то взял и стëр всë из его памяти. Время для него стало течь очень и очень медленно. Полностью очнулся он только спустя несколько дней и сразу начал пытаться вспомнить, что произошло. Новым для него стало то, что он перестал чувствовать какие-либо эмоции. Не больше, чем просто бесчувственный камень. Мëртвая душа, осталось только тело. –Где Ким Хонджун? Он со мной был в тот день, - наконец смог спросить Хва у, вечно бегающей туда-сюда, медсестры. Этот вопрос заставил еë резко остановиться, но после она вновь сорвалась и вернулась уже с лечащим врачом Сонхва. Правда, она рассказывала ситуацию за дверью в палату, однако Хва смог услышать всë. Оказывается, он не должен был вообще вспомнить Хонджуна, якобы это облегчит боль. Но как можно забыть это солнце? Верно, никак. В тот самый момент Хва разочаровался абсолютно во всех людях, ведь если бы на них, тогда возле вокзала, сразу обратили внимание, Хонджун остался бы жив. Как только доктор наконец вошëл, в него сразу полетел вопрос от Пака. –Почему вы спасли только одного соулмейта? Я понимаю, что всех спасти невозможно, но всë же. Почему вы мне не дали уйти с ним? –Сонхва, - начал лаского доктор, садясь напротив юноши. – Ты боролся за жизнь до последнего. Да, Хонджун тоже пытался это делать, но он бы всë равно не выбрался. У него были серьëзные проблемы с сердцем. Если бы он сейчас и выжил, то ему всë равно осталось бы не больше месяца. Считай, он сам выбрал, что лучше сейчас отпустить жизнь, чем тебя изматывать. Он это прекрасно понимал, потому что в его кармане оказалась записка, которая гласила, цитирую: "Я знаю, сколько мне осталось. Если со мной и Сонхва что-то случится, и я не успею ему рассказать о своей ситуации, то спасите Сонхва. Он должен продолжить жить". Сказав это, доктор вышел, оставив Пака наедине со своими мыслями. По выписке Сонхва пытался переболеть, пережить, но боль только возрастала, именно тогда он начал пить и курить, ведь не получилось. *** "Сегодня ровно три года с того самого дня. Мне тебя до сих пор безумно не хватает. Я будто лишился огромной части своей души, которую ничем не восполнить". С такими мыслями и с фотографией Кима в руках, Пак уснул. Во сне к нему пришëл он. Ким Хонджун. В том же растянутом, но таком уютном свитере, который Хва очень любил видеть на нëм, ведь именно он его когда-то давно подарил своему возлюбленному. –Сонхва, прошу, не живи саморазрушением. Я тебя не хочу видеть здесь в ближайшее время. Здесь не так, как описывают фильмы или книги. Здесь одна пустота и больше ничего. Ты должен жить полной жизнью, а не убиваться горем. Я не говорю тебе искать кого-то, нет, ведь прекрасно понимаю, что связь соулмейтов самая сильная, но хотя бы перестань курить и пить в таких больших количествах. Не убивай себя, прошу. –Хон? Хон, я скучаю, очень. Это правда ты? Я хочу к тебе, но если ты хочешь, чтобы я продолжал жить, я продолжу, честно. Для тебя я на всë готов. И всë же, почему ты меня так рано покинул? - впервые за столько лет Хва заплакал настоящими слезами. –Да, хочу, и буду этому очень рад. Рано тебе ко мне. Ещë жизнь не прожита сполна. И я не хотел, честно... Это врождëнная болезнь, которая меня медленно убивала. Я до конца надеялся, что всë обойдëтся, но ни одна медицина не знала, как развитие этой болезни остановить, не говоря уже о самой болезни. И я действительно тогда знал, что мне осталось недолго. Хотел сам сказать, но не успел. Я рад, что врачи смогли тебя спасти. А теперь я уступаю место твоим хорошим снам и помни, я всегда рядом с тобой, я в твоëм сердце, - улыбнулся всë той же привычной улыбкой Хонджун. –Нет, стой, прошу, не покидай меня снова, пожалуйста, - Хва попытался взять за руку Кима, но он испарился, а сам Пак проснулся. Он и правда плакал, но уже не столько от горя, сколько от счастья, что смог поговорить с Хонджуном хотя бы во сне. После этой ночи он действительно бросил пить и курить. Снова стал ходить в спортзал, а жизнь начала потихоньку показывать другие краски, кроме серой и чëрной. Пак снова стал жить полной жизнью, ведь обещал Киму это. Полюбить кого-то он так и не смог, зато друзья появились. А когда его спрашивали об имени на его запястье, он гордо улыбался и говорил, что это имя самого сильного человека, которого он когда-либо знал.