Кобра, влюблённая в солнце

Словно птицы в синем небе разлетаемся Ты прости меня за все мечты несмелые Мы людьми на этом свете называемся Только прячем за спиною крылья белые… 2246–2247 года Жизнь — вообще странная штука. А в их реалиях порой ещё и очень страшная. Иногда, в особенно долгие, тихие вечера, когда тревога не мигает красными лампочками под потолком, не давит на уши сиреной, сообщая о приближении очередного, уже почти родного и привычного, пиздеца. Такие вот, как этот вечер, когда на дворе только отгремел новый, 2246й год, и все вокруг уже привычно окутано сплошным белым покрывалом, скрывающим под собой несовершенство окружающего мира. Когда небо за окном такое темное, что далёкие искорки звёзд на нем кажутся болезненно яркими. Когда тишина, наполняющая их комнату особенным уютом, совершенно не мешает. Именно в эти, такие редкие, моменты полного спокойствия Тэхен любит немного помечтать. Оглянуться назад, на прошедшие годы, и представить, что было бы если. Как обернулась бы их жизнь, если бы не было разломов, не было тварей, не было мутантов, порожденных аномалиями, не было бы всех этих смертей, боли и крови. В каком мире они бы родились? Нашли бы друг друга, если бы не метки и предназначение? Не то, чтобы ее действительно терзали мысли об этом. Она не жалела и не жалеет о своей жизни. Просто иногда интересно, с чисто исследовательской точки зрения, всего лишь представить. Нарисовать в голове этот утопический мир. Чтобы в конце понять — ее и так все устраивает. Их небольшая, но дружная семья, в которую так органично вписались даже Беркуты. Кажущаяся порой просто бесконечной, выматывающей морально и физически, череда битв. Возникающее иногда, после особенно тяжёлого боя, когда руки трясутся так, что разжимать стискивающие винтовку пальцы приходится напарнику, желание рухнуть лицом в подушку и больше никогда не шевелиться. Долгие разговоры их маленьким женским клубом, в которых не отказывается участвовать даже вечно ворчащая о том, что вся эта муть не для нее, Юнджи. То особенное тепло и доверие, проверенное временем, когда есть уверенность — какую бы фигню не сказала, тебя поймут и не осудят. Безоговорочная поддержка на таком уровне, который обычным людям даже не снился. И в этом все они — необычные, отмеченные Судьбой, вынужденные тащить на своих плечах надежды всего чертова мира, который упорно продолжает верить, что солумейты — панацея, ответ на все вопросы. — Ты так хмуришься, что мне даже страшновато спрашивать, какие мысли бродят в этой очаровательной головке. — Чонгук касается губами уха, чуть прикусывая мочку, от чего по позвоночнику бегут мурашки предвкушения. Ещё не достаточно, чтобы завестись с полуоборота, но все равно приятно. Они столько лет вместе, а эмоции такие же яркие, словно только вчера встретились. Об этом Тэ тоже иногда задумывается. О том, чем же любовь соулмейтов отличается от обычной. И хочется списать все на связь, на то, что они буквально — две половинки одного целого, но не получается. Точнее, только отчасти. Связь действительно даёт им очень многое, позволяя понимать друг друга на таком глубинном уровне, что это практически инстинкт, безусловный рефлекс. То чувство единения, когда физически не получается даже представить — а каково это, прожить жизнь без того единственного или единственной, что заставляет сердце биться. Да, даже соулы порой ссорятся, с руганью, битьём посуды или чьей-то наглой морды (бывали прецеденты, да). Но все же не так масштабно. Она ещё помнит, как это бывало у ее родителей. С Гукки все совсем иначе. — Вот и не спрашивай. — Тэхен откидывает голову на плечо уже четыре года как не просто соулмейта, а законного мужа, и улыбается. — Меня потянуло на философию, так что не уточняй, целее будешь. — Понял, принял. Кстати, кто в ответе за мелких демонов сегодня? — Его покладистость порой умиляет. Но Чон и правда знает ее слишком хорошо, чтобы спрашивать более предметно. Пожалуй, стиль ее мышления в их локальном сумасшедшем доме может выдержать и понять до конца только Андромеда. Может потому, что они буквально были в мозгах друг у друга не раз и не два. А может потому, что эта мелкая заноза в заднице сама в чем-то такая же немного сумасшедшая. Помнится, Хосок как-то попробовал пошутить на эту тему. Огреб сначала от Чимина, оскорбившегося за супругу, а потом ещё и от самой Роми, которая загоняла их Надежду на спарринге так, что из зала последний в прямом смысле слова выполз на своих четырех, вместо привычных двух. И до лазарета его отказалась тащить даже Юнджи, не смотря на умоляющий взгляд. И добила, добавив что если чем и поможет, то только пинками. — Сегодня в ответе за мелких большие демоны. — И не сдерживает смех, когда Гук мученически стонет, утыкаясь лбом в ее макушку. Она уже не помнит, кто именно назвал Чима с Роми демонами, но прозвище на удивление прижилось. Эти двое с самого начала чудили так, что за голову хватался даже вечно рассудительный Намджун. Чихвостил, уговаривал, упрашивал, призывал на их головы все кары небесные, а потом шел пить чего-нибудь от мигрени. И за четыре года ничего не поменялось. Просто все привыкли к тому, что эти безбашенные могут в любой момент отмочить какой-нибудь номер, когда не знаешь то ли волосы рвать на всех местах, то ли биться в истерике от смеха. А ведь как хорошо все начиналось, пока они не встретились, Пак такой душкой спокойной был, Роми тоже. А потом все пошло куда-то не туда. Зато жизнь определенно была не скучной. Тэхен порой присоединялась к скандальному дуэту, и тогда от трио из Рио, как их обозвала однажды Джин, по базе искали пятый угол абсолютно все. — Надеюсь, мы после этого выживем. — Не будь унылой какашкой, Гукки. Роми не позволит им выйти за рамки, ты же ее знаешь. — Потому и опасаюсь, что знаю. Она с этим своим проектом сейчас носится так, что ничего не замечает. А Чиминни их явно ничему хорошему не научит. — На самом деле он возмущается скорее по устоявшейся привычке, особенно по поводу Чима. И Тэхен это отлично чувствует. Но конкретно сейчас ей спорить не хочется совершенно. Хочется рефлексировать и вспоминать пройденный уже путь. Взгляд скользит на их переплетённые руки, с тонкими полосками колец на безымянных пальцах, пока вполне обычных, не тех, что они с Роми видели в том судьбоносном видении. Те все ещё находятся в разработке, слишком уж много факторов приходится учитывать. Но зная подругу, Тэхен уверена, что до момента, когда картина из увиденного будущего перейдет в графу «реальность», все будет готово в лучшем виде. А память услужливо возвращает в август 42го, когда после длительных обсуждений расширенным составом, включившим Джин и Юнджи, они втихаря от своих половинок осуществили план под кодовым названием «Доведём мужиков до ручки, нервного тика и алтаря». Помнится, идея узаконить их отношения в лучших традициях свадеб прошлого (с обязательной дракой, а то как же без нее) встретила самый горячий отклик у двух из них. Мин ворчала, что и так неплохо, и вообще вся эта суета вызывает у нее желание взорвать кого-нибудь к чертям собачьим. Сама Тэ и едва ли не подпрыгивающая на месте от энтузиазма Джин уже вовсю планировали торжество. А вот Роми только тихонько посмеивалась в сторонке. Почему именно, они все поняли уже чуть позже. Поганка просто заранее знала, в какой феерический цирк выльется вся затея, и даже не потрудилась предупредить. Хотя, злиться на нее долго они все равно не смогли. А уж накостылять — тем более. Маленькая, трогательно хрупкая, Андромеда пользуясь природной гибкостью и скоростью (а ещё парочкой трюков авторства своего сенсея) укладывала на лопатки даже Чонгука, в четырех спаррингах из пяти. И да, они попытались как-то насесть на нее втроём, потом дружно лечили синяки и ссадины в лазарете, пока это исчадие Ада угорало в сторонке… Сложнее всего тогда оказалось скрыть все от их мужчин, которые с каждым днём, глядя на таинственно перешептывающихся и возбужденных сверх обычной меры девчонок, нервничали все больше. Потому, что чувство нарастающего западла было, но понять, откуда и что именно прилетит, ни один из них не мог. Хотя Намджун пытался в какой-то момент выпасть в аналитический транс, чтобы просмотреть вероятности. Вот только не рассчитал, что Андромеда помешает, и эта попытка в итоге закончится дикой головной болью у их лидера и нервным тиком каждый раз, когда он будет натыкаться на насмешливые взгляды женской части команды. Вторым попытаться что-нибудь выяснить рискнул Чимин, в надежде, что уж ему-то любимая хотя бы намекнет на то, к чему готовиться. Они потом вчетвером долго ухохатывались с изящества ее решения. Роми не стала юлить и изобретать велосипед, зная упрямство собственного соулмейта. Она просто предложила азартному от природы Паку сделку — если он уложит ее в спарринге на лопатки, она все расскажет. И ладно бы он внял печальному опыту всех остальных, сталкивавшихся с коварством милейшей Джованни. Но нет, Чимин наивно полагал, что уж ему-то обожаемая половинка сделает скидку. Стоит ли говорить, какое разочарование испытала их плюшка, когда его качественно повозили мордой по татами, скрутив в бараний рог? Зато приставать с вопросами перестал, и остальных по мере возможности сдерживал. Что позволило закончить все приготовления в кратчайшие сроки. Единственным, кто был в курсе творимой анархии, оказался по итогу Уилсон. Который вел церемонию для всех четырех пар, как обладающий подобной властью в рамках законов военного времени. Помнится, ребята потом долго на него обижались за то, что даже не намекнул. Но прошибить на жалость дослужившегося до полковника мужчину было не проще, чем укусить себя за спину. Тэхен улыбнулась, воскрешая в памяти тот конкретный день, когда парни стояли возле Деррека, в парадной форме, с медленно проступающим на лицах осознанием. Цветовая гамма на их мордах лиц менялась с такой скоростью от бледно-зеленого до практически мертвенной белизны, что до слез ржала даже Юнджи. Но даже не смотря на все маленькие казусы, крайне сжатые сроки и вымотавшую их психологически подготовку, все прошло просто замечательно. Отдельным моментом, до сих пор гревшим душу, было совершенное в своем охреневании неприкрытое восхищение их мужчин, когда они вчетвером с девчонками шли по проходу. В одинаковых скромных белых платьях, с распущенными волосами и маленькими букетиками полевых цветов. Которые, к слову, пришлось добывать в паре сотен километров от базы, с риском для жизни. Полянка оказалась недалеко от небольшой аномалии, и ее облюбовали мутировавшие кролики — существа не очень опасные, но крайне настырные. Как бы то ни было, а цветы они тогда отвоевали вдвоем с Роми, пока Юнджи и Джин прикрывали, отстреливая пушистых тварей, способных перекусить руку взрослому мужику. Сама церемония прошла немного в тумане, под хоровое «Да» в нужных местах. А вот с не-такой-уж-первой брачной ночью пришлось повременить, поскольку стоило Уилсону объявить их всех законными супругами, как сработала тревога открытия разлома. Пришлось срочно перепрыгивать в боевую форму, экипироваться и лететь к черту на рога, в Северную Каролину потому, что на этот раз монстрам приспичило появиться на южной окраине Шарлотта, в непосредственной близости от достаточно крупного населенного пункта. Они тогда успели практически к самому открытию разлома, и устанавливать ограничители территории не было времени. Хорошо ещё, что пока летели и Хоби мониторил ситуацию в трансе, Уилсон с Джуном связались с руководством городка, и предупредили о ситуации. На встречу им пошли моментально, выставив заградительную линию. И все равно, бой оказался выматывающим очень, и на зачистку после пришлось потратить прилично времени. Так что по возвращении на базу было уже не до брачной ночи. Хотелось отмыться, быстренько перекусить и завалиться спать, что они все с успехом и провернули… — Мне снова не стоит спрашивать? Просто у тебя такая улыбка, словно ты вспомнила что-то очень приятное. — Упомянутая улыбка становится только шире потому, что голос у Чонгука немного сонный. Не удивительно, что он успел слегка задремать. Это не первый такой вечер, который они проводят вот так — Тэхен думает о чем-то своем или вспоминает особенно запомнившиеся моменты их жизни до Северной зоны и уже здесь, а Чонгук — обнимая любимую и позволяя себе чутко дремать, наслаждаясь приятным теплом и сонной негой. — Вспоминала грандиозное «четыре в одной» и обломинго с брачной ночью после. — Они смеются негромко, когда Гук тоже воскрешает в памяти те события, стоившие им всем такого числа нервных клеток, что в первый же относительно свободный вечер после свадьбы они с ребятами, включая ребят Уилсона и самого полковника, нажрались до состояния полного нестояния. И на утро мучались от похмелья под ехидные насмешки девчонок, слишком явно наслаждающихся их терзаниями. — Ты так и не рассказала, почему вашему шабашу вообще пришла в голову эта идея. И я не говорю про вторую, ещё более безумную, результатом которой стали четыре мелких демона. — Чон разворачивает девушку, заставляя оседлать его бедра, чтобы они были лицом к лицу. Тэхен хмурится, кусая обветренные губы, ещё хранящие на себе следы их утренних поцелуев. Смотрит этими своими невозможными голубыми глазами, и он уже видит в них ответ на свои вопросы. В конце концов, можно было бы и раньше догадаться. — Мы с Роми видели это. Подробностей не будет. И ты только что посмел назвать меня ведьмой? — В ее взгляде зажигаются опасные искры, отзываясь дрожью, скатывающейся по позвоночнику. Чонгук никогда и никому не признается, но такая вот Тэхен заводит его до трясучки и желания взять ее немедленно, на любой горизонтальной поверхности. Или у любой вертикальной, не принципиально на самом деле. Вообще, она любая его заводит, но когда начинает злиться — это прямо особенный вид кайфа для отдельно взятого Чон Чонгука. Вот только конкретно сейчас он рискует скорее огрести по шее, чем получить крышесносный секс. Поэтому берет ее ладошки в свои и целует, натягивая на лицо отточенное до идеала выражение провинившегося щеночка. — Ты и есть ведьмочка. Любимая. Очаровательная. Самая лучшая. — Сопровождая каждое слово поцелуем. Опасные искры во взгляде Тэ затухают, но он прекрасно знает, что она непременно отомстит попозже. — С мелкими вообще интересно получилось. Изначально эта идея принадлежит Джин, которая как-то заговорила про маленькую копию Намджуни. Мы поддержали, итог ты знаешь. — Детей они тогда и правда как-то всерьез не планировали. Но Джин в итоге упёрлась, загоревшись, и вся база едва не поехала крышей, когда с разницей в пару месяцев в их жизнях появились три мальчишки и девочка. Но ничего, пережили. Хотя поначалу было очень сложно, особенно мужской половине. Потому, что они рвались в бой не смотря на токсикоз, перманентную усталость и прочие прелести. Но тут уже ребятам удалось отстоять свою точку зрения, когда во время одной из битв удачно скрывавшая свое интересное положение Джин потеряла сознание и едва не лишилась жизни. Какой скандал тогда закатил Намджун, не передать словами. Тэхен до сих пор вздрагивала, вспоминая тот злополучный день, когда правда вышла наружу. Их лидер орал и плевался ядом, Джин тихо всхлипывала в сторонке, уткнувшись в плечо Юнджи. И совершенно никто не ожидал, что их Роми, днём ранее сообщившая подругам, что тоже уже месяц как в положении, выйдет вперёд, спокойно подойдёт к буквально захлебнувшемуся своим возмущением Киму, и пропишет ему по печени так, что тот ещё долго будет отскребать себя с пола. Пока остальные будут пытаться поднять оттуда же свои челюсти. А итальянка жестами популярно объяснив все, что она думает о Джуне в данный конкретный момент, развернется, сообщит стремительно позеленевшему Чимину, что он станет папой, и ушагает радовать новостью своего сенсея. После этого в общем-то было достигнуто какое-никакое мирное соглашение. И Нам даже просил прощения у Андромеды. После того, само собой, как вымолил его у своей половинки. Хотя, Джин, в отличие от подруги, долго обижаться совершенно не умела. А потом потянулись нервные месяцы ожидания, когда мужчины упахивались так, что хотелось сдохнуть потому, что перекроить стратегию с учётом временного отсутствия четырех сильных бойцов, было очень сложно. Тэ же с подругами дохли скорее от скуки, пока физически не способная сидеть на попе ровно Роми не озадачила их своей идеей с кольцами, тактично умолчав, откуда эта самая идея вообще нарисовалась. Зато они все запомнили, как потом рыдали их мужчины, впервые взяв на руки сыновей. И как ходил, распушив хвост Чонгук, ставший гордым папой очаровательной малышки, единственной девчонки в компании мелких демонов. — Очаровательный итог, чего уж там. Кстати, любовь моя… — Чонгук не успел договорить потому, что опасные искры в голубых глазах разгорелись с новой силой. — Даже не думай, Чон Чонгук. Я, конечно понимаю, что тебе в кайф сам процесс, но я не готова рожать ещё одного. — Мужчина поднял руки в примирительно жесте, улыбаясь. Он обожал свою крошку Мину, но и от сына бы тоже не отказался. Хотя, никто не мешает ему как-нибудь тихонько провернуть таки это дело. Главное потом — выжить. От обдумывания привлекательной идеи его оторвал грохот, раздавшийся совсем рядом, заставивший их обоих подскочить. — Я же говорил. — Быстро клюнув любимую в губы, Гук сорвался из комнаты проверять, что там учудили мелкие демоны в компании больших, но по уровню развития иногда недалеко уходящих. А Тэхен подавила ехидную улыбочку, откидываясь на подушки и прикрывая глаза. Потянулась к связи с подругой, значительно окрепшей за прошедшее время с учётом тех экспериментов, в которые они с завидной регулярностью влезали. Порой так сильно, что Чимину приходилось в буквальном смысле слова вылавливать их из астрала, а потом либо отпаивать стратегическим запасом лекарств, либо тащить к ним злющую Джин, если отпаивание не помогало. Подергала, интересуясь, что такого там случилось и в порядке ли дети. В ответ прилетело, что с мелкими все хорошо, Чимин им сказки читает, а за шум она извиняется, эксперимент немного не туда завернул. На вопрос о проекте «Ментальный коридор» Роми прислала сложный пакет эмоций, суть которого, однако, свелась к восторгу по поводу финальных испытаний и можно выдавать. Ещё немного поболтав с подругой, Тэхен вынырнула из подсознания как раз вовремя, чтобы заметить вернувшегося с кислой миной мужа, пробурчавшего, что их карманный гений дала ему пинка. — Я тебе уже говорила, что все с детьми окей будет, а ты не верил. Плюс, ты же знаешь Роми во время экспериментов. Вспомни, как Джун однажды сунулся, когда она тестировала ментальное поле. Неделю потом заикался. — Собственно, после того случая все окончательно уяснили, что когда Джованни в активной фазе какого-либо из своих экспериментов, относительно безопасно рядом с ней только Чимину и Тэхен. И то, они тоже предпочитали не лезть, если их присутствие там не требовалось. Забравшись под бок к устроившемуся на кровати Чонгуку, девушка мысленно вернулась в тот день, два года назад, когда Роми сказала, что готова начать создание колец, поскольку почти все нужное собрала. Flashback — Это форменное безумие! Даже с учётом наших возможностей провернуть такое просто невозможно! — Нет, ну если подумать, и провести кое-какие исследования… — Хоуп, ты сейчас мою жену сумасшедшей назвал? А в торец? — Сидя на другом конце стола, напротив споривших до хрипоты уже где-то час Намджуна с Хосоком, и периодически влезавшего с намерением отстаивать честь и гениальность своей половинки Чимина, Тэхен только глаза закатывала. Джин припрягла Чонгука на кухне, а Юнджи вообще самоустранилась, закрывшись в своей лаборатории с очередной взрывоопасной дрянью в компании. Поэтому они с Роми, вывалившей свою идею на неподготовленные к такой подставе разумы, слушали спорщиков сейчас вдвоем. Скосив глаза на подругу, Тэ без удивления отметила, что та усмехается, откинувшись на стуле, и скрестив руки на обтянутой одним из любимых свитеров Пака груди. — Ты ведь предвидела это, не так ли? — Придвинувшись чуть ближе, шепотом поинтересовалась Тэхен. Ухмылка на хорошеньком личике итальянки стала ещё шире, без слов говоря, что да, она ожидала весь этот цирк. И сейчас просто выжидала момент, когда три взрослых мужика перестанут ругаться, как дети, не поделившие лопатку в песочнице, чтобы сбросить очередную идейную бомбу. — И план у тебя тоже, наверняка, готов. — Уже не спрашивала, скорее утверждала. — Ты знаешь меня слишком хорошо, Тэхенни. — Если бы ехидство было человеком, оно бы определенно выглядело как Роми. План у нее действительно был, и на выяснение необходимой базы, а потом и сбор всех составляющих, с которых можно стартовать, у нее ушло прилично времени и сил. Но потакая внутренней ехидне и любительнице острых ощущений, она просто не смогла отказать себе в удовольствии немного поиздеваться над будущими помощниками. Что интересно, заметила это только Ким-простите-уже-Чон Тэхен. Но подруга и сама с неменьшим энтузиазмом любила поиздеваться над психической стабильностью ближних, поэтому сейчас только хихикала в кулак, дожидаясь, когда горячие мужчины остынут достаточно для конструктивного диалога. Ну или пока одному из них не придет в голову отвлечься, и проанализировать поведение даже не скрывающих насмешки девушек. — Кроха, да скажи ты им уже! — Первым, как ни странно, не выдержал именно Чимин. Хотя Роми поставила бы скорее на Джуна, как самого старшего и сознательного. Все три головы, словно по команде, повернулись в ее сторону, заставляя покачать головой. — Иначе я сяду за двойное убийство. — Я помогу спрятать трупы, если что. Но вы так забавно начали ругаться, даже не дослушав, что я просто не решилась вас прерывать. — Я все равно уверен, что это сумасшествие. — Надувшийся, как мышь на крупу, Хосок так напоминал сейчас своего сына, когда у того пытались отобрать любимую игрушку, что смех удержать получалось с большим трудом. Намджун сдался первым, не очень удачно попытавшись замаскировать рвущееся наружу веселье под кашлем. Остальные только переглянулись, от чего Чон надулся ещё сильнее. — Но участвовать все равно согласен. — Ты не завела бы этот разговор просто так, я прав? Даже я, не прибегая к помощи своего дара, могу сказать, что реализовать эту идею не только можно, но и нужно. С учётом того, что пяти из нас способность в любой момент обратиться за помощью или скоординировать действия при помощи мыслеречи будет очень кстати. Так что я тоже участвую. — Намджун подпёр подбородок рукой, разглядывая итальянку резко посерьезневшим взглядом. Эта парочка могла быть вечным источником его головной боли, и седых волос, чего уж там. Хорошо, что на светлой шевелюре этого не видно. Но ни одна из идей, приходивших в голову Андромеде, ещё не обернулась провалом. — Все данные, которые я собрала, я скину вам на коммы для ознакомления. Материал, необходимый для изготовления подобных колец, чувствительный к ментальному полю человека, я нашла. Обработать его должным образом мне поможет один хороший друг. Единственная сложность, с которой нам предстоит столкнуться, и для которой мне нужна ваша помощь — это сама привязка. — Роми взяла небольшую паузу, чуть разминая запястья. Обычно она предпочитала более короткие фразы, и жестикулировать достаточно длительное время ей бывало сложно. Тэхен же зацепилась за последнее слово, прокручивая его в голове так и этак. Тогда, после видения, которое показывало, что их задумка увенчается успехом, она как-то не думала о том, что для подобного уровня связи действительно понадобится привязка. И сейчас эта мысль не давала ей покоя. Чтобы все работало так, как надо, им нужно будет объединить все восемь сознаний в одно ментальное пространство, и при этом сохранить адекватное восприятие окружающей реальности. Для Роми и Чимина это было так же естественно, как и дышать. Они, в принципе, с самого начала друг с другом общались исключительно мысленно. Ей самой общение с подругой таким образом тоже давалось достаточно легко. Но Джун был прав — пятеро из них не обладали нужными талантами. Тэ уже собиралась задать так заинтересовавший ее вопрос, когда Андромеда снова начала жестикулировать. — По сути, мне необходимо, чтобы вы с Хоби совместно рассчитали матрицу вероятностей и построили каркас, который можно будет внедрить в структуру колец. Настраивать ментальное поле для всех, а потом и соединять нас в единую сеть, буду я. При помощи Тэ, и Чиминни, как проводника и якоря. — Тишина, и так царившая в комнате, после этого стала практически абсолютной. Тэхен откинулась на стуле, переваривая открывающиеся перспективы. В глазах их лидера уже горел такой знакомый им всем огонек азарта. Нам мог быть таким серьезным, вдумчивым и ответственным, когда дело касалось их благополучия и безопасности. Вот только не так уж глубоко в его душе жил авантюрист и любитель приключений, которому пришлось слишком рано взвалить на себя ответственность и повзрослеть. А сейчас перед его носом буквально маячил шанс развернуться во всю ширь исследовательской души. И Тэ могла поклясться, что он не упустит этой возможности. — Нам понадобится Джин. — Она чувствовала на себе недоумевающие взгляды остальных, но смотрела только на подругу. Та немного непонимающе склонила голову на бок, заправив выбившийся из привычной косы алый локон за ухо. А затем жёлтые глаза расширились в осознание, и Роми кивнула. — На последнем этапе, когда будем подключать каждого отдельно и всех скопом. — Не совсем понял, зачем нам моя жена. Хотя стоп! Вопрос снимаю. — Джун хлопнул ладонью по лбу, явно проведя те же параллели, что и парой мгновений ранее Тэхен. Им ещё только предстояло всё обговорить более обстоятельно, рассчитать и расписать весь процесс создания. Но Тэ была уверена в успехе отнюдь не потому, что видела конечный результат. А потому, что слишком хорошо успела изучить Андромеду и ее маниакальное упорство в достижении поставленных целей. Плюс, просто верила в успех и слаженность их команды, давно ставшей просто семьёй. End of flashback Впервые в жизни тишина, всегда дарившая покой и душевное равновесие, казалась практически удушающей. Она давила со всех сторон, вызывая дикое по силе и сути желание сделать хоть что-то, что угодно, лишь бы разбавить, разбить ее на мелкие осколки. Тишина угнетала, но от опрометчивого поступка удерживало только осознание того, что остальные уже давно спят, пытаясь урвать хоть немного отдыха. Пытаясь успокоить развороченные эмоциями души. Уложить в головах то, что произошло каких-то шесть часов назад. Пережить и смириться. Роми устало сжала пальцами виски, пытаясь хоть так унять нарастающую головную боль. Взгляд покрасневших, чуть опухших, глаз скользнул по столу, пока не остановился на восьми коробочках. Четыре пары колец, бликующих золотом в приглушённо свете единственного работающего в это время источника освещения в лаборатории. Плод трудов практически всей команды, результат измочаленных в хлам нервов, бессонных ночей, споров до хрипоты и истерик Джин, которой приходилось откачивать итальянку каждый раз, когда она проводила очередную привязку. Творение, которое казалось попросту невозможным, нереализуемым на первый, и даже на второй, взгляд. Но вот оно, стоит прямо перед ней. Осталось только раздать владельцам. Воплощение части того судьбоносного видения, что кардинально поменяло их жизни. С искусанных, обветренных губ сорвался беззвучный стон, стоило памяти воскресить остальные моменты, последовавшие за увиденным почти пять лет назад. Роми сложила руки на столе, утыкаясь в них лбом. Ей самой бы пойти спать. Принять душ, смывая с себя остатки убитых монстров, плазму, так неприятно стягивающую открытые участки кожи. Оттереть кровь того, кого ещё с утра видела живым, улыбающимся, вворачивающим такие привычные всем шутейки. Забраться под теплый бок Чимина, прижаться щекой к его груди, привычно прислушиваясь к сильному, ровному стуку сердца. Утонуть в таких родных, любимых, надёжных объятиях. Но сил нет заставить себя хотя бы встать со стула. Сколько она уже вот так сидит здесь, в этой чертовой тишине, затягивающей удавку раздражения на шее? И просто гипнотизирует коробочки с кольцами взглядом, лишь бы не думать? Не вспоминать, как выла в плечо любимого всю дорогу до базы, как сбежала от слишком понимающих взглядов остальных в относительную безопасность личной лаборатории. Но стоит закрыть глаза хоть на мгновение, как сука-память услужливо подбрасывает картинку, которую она бы с удовольствием согласилась навсегда вырезать из собственного подсознания. Мертвый синий свет разлома, золотые искры творимой Хоби «магии», вспышки взрывов тут и там, ввинчивающиеся в уши выстрелы, рев и визг тварей, отрывистые команды Джуна и Уилсона. Надёжная спина Чимина рядом. А потом, словно время застывает, размазывается кадрами — летящий на нее ворг и времени увернуться или отразить атаку нет потому, что пострадает любимый. Возникший, словно из ниоткуда, прямо перед ней Диккинс. Пробивший его грудь костяной шип, слабая улыбка на бледном лице того, кто так напоминал ей сенсея, того, кто давно стал другом, почти старшим братом. Пузырящаяся на губах, шепчущих «Не жалей, ребенок», кровь. Та самая кровь, покрывающая ее форму и руки до сих пор. Да, они с Тэ знали, что смерть не минует их команду. Но знать — это одно, а столкнуться с тем, что старуха с косой заберёт настолько близкого человека, заставит смотреть, как он умирает на твоих руках, и быть не в состоянии сделать хоть что-то — это совсем другое… На плечи ложатся теплые ладони, заставляя невольно вздрогнуть, вскидывая голову. Узнавание приходит мгновением позже, и Роми разворачивается, утыкаясь носом в грудь приглашающе распахнувшего руки Чимина. Соул босиком и в одних спортивных штанах, но сознание отмечает это лишь краем. Сейчас важнее чувство поддержки, тепло, что скользит по связи. Это молчаливое, не нуждающееся в словах «Я с тобой, кроха. Всегда с тобой, какое бы дерьмо не случилось в жизни.» «Пойдем спать, малыш.» «Не уверена, что смогу заснуть, Чиминни. Стоит только закрыть глаза, как я снова вижу Эрика.» — В его эмоциях проскальзывает такая же горечь и боль утраты, что травит ее собственную душу. Но Пак просто подхватывает ее на руки, прижимая к себе, и решительно направляется к выходу из лаборатории. Не спорит, не говорит слов утешения, просто несёт в их комнату. И Роми немного отпускает. Он слишком хорошо ее знает. «Он первый бы отвесил тебе пинка сейчас за загоны.» — И в этом весь Пак Чимин, которого она так любит. Никаких «время лечит», «все сгладится» или «он бы не хотел, чтобы ты так убивалась». Никакого сочувствия и шаблонных фраз. А ведь ему сейчас так же больно, как и ей самой потому, что Эрик был другом, наставником и ему тоже. Поэтому Андромеда позволяет себе просто следовать всему, что бы не задумал сейчас муж. Покорно даёт себя раздеть, затащить в душ, чтобы наконец смыть грязь, усталость и чужую кровь. Так же спокойно кутается в его футболку, и только устроившись под боком своего мужчины, как и хотела, понимает, что чего-то не хватает. Взгляд в мгновенной панике скользит по комнате, натыкается на пустую детскую кроватку, и тут же вскочить на ноги ей не даёт прижавший к своей груди Чимин. «Джанни у Тэ с Чонгуком. Успокойся, кроха.» — Из нее словно весь воздух выпускают. Остатков хоть каких-то моральных сил хватает только на то, чтобы оплести мужчину руками и ногами, и прижаться щекой к тому местечку, под которым так хорошо чувствуется родное сердцебиение. Наверное, это хорошо, что сын ночует с Чонами. Роми не уверена, что хотела бы, чтобы их маленькое солнышко видело свою мать такой. «Он просил передать, что мамочка не должна плакать. Дядя Эрик будет ругаться с неба.» — И это ее просто добивает. Казалось бы, все выплакала ещё в джете, но слезы снова катятся по щекам, уже от осознания того, какие же они оба у нее удивительные. Чимин прижимает сильнее, давая выплакаться, окутывая родным теплом, целует растрепанную макушку, и тихо мурлыкает на ухо колыбельную, которую сочинил через месяц после рождения Джанни. «Прости, что так расклеилась. И совсем забыла, что вам тоже не легче» — Сознание плавает на грани сна, но ей важно сказать. Роми не видит, но чувствует, как Чим улыбается. «Все нормально, кроха. Спи давай. Мы со всем справимся вместе. И будем помнить тоже вместе.» «Дорогие вам люди живут, пока вы помните о них… Сенсей всегда так говорит, когда рассказывает о своих друзьях, которых потерял.» «Твой сенсей — мудрый человек.» — Сложно спорить, и на губах сама собой возникает мягкая улыбка, которая не пропадает даже после того, как измученное сознание наконец отключает свою хозяйку… Сейчас, два месяца спустя после того, как бледная до синевы Роми вручила им всем те самые кольца, в качестве подарка к новому, 2247му году, и провела окончательную настройку, замыкая ментальную цепь, Тэхен все ещё пытается понять. Осознать, когда именно все пойдет по пизде, как любит говорить Юнджи. В сознании все это время мигает красными лампочками обратный отчёт, но даже совместные с подругой попытки прощупать инфо-поле и глубинные слои астрального пространства не дают точного ответа. И она привыкает дёргаться каждый раз, когда срабатывает тревога. Привыкает с облегчением выдыхать, сжимая тонкие пальцы Андромеды, когда они летят обратно на базу потому, что снова не та самая битва. Привыкает жаться как можно ближе к Чонгуку по ночам. Привыкает слабо улыбаться, видя беспокойство с пониманием в его взгляде, и целовать благодарно за то, что не задаёт лишних вопросов. За окном небо медленно розовеет, приближая рассвет нового дня. На пороге весна, а в душе все ещё ревёт снежная буря не оставляющих ни на мгновение мыслей, сомнений и предположений. Сна ни в одном глазу, и Тэхен тихонько, чтобы не разбудить сопящих в обнимку на кровати Гука и Мину, накидывает на плечи халат и выскальзывает из комнаты. В доме царит сонная тишина, нарушаемая лишь едва улавливаемым на периферии негромким разговором из наблюдательной. Дежурят Чимин и Марк, два любителя огнестрела. Наверняка обсуждают сейчас свои обожаемые пушки. По губам скользит улыбка, но она безжалостно давит желание заглянуть к ребятам. Ноги сами несут на кухню, и в душе теплится надежда на то, что Джин оставила чего-то вкусненького, что неплохо зайдет вместе с кофе. — А тебе-то чего не спится, чудовище? — Сонный голос Юнджи, разрезавший тишину помещения, едва не заставляет Тэхен позорно взвизгнуть с перепугу. Она стремительно разворачивается, едва не роняя чашку, которую успела достать, прекрасно ориентируясь в предрассветных сумерках. Юн сидит за стойкой, опираясь локтями на темный мрамор столешницы, и греет в ладонях стакан с чаем. Рядом с ней, практически в такой же позе, застыла Роми, судя по отсутствию реакции и затуманенному взгляду, то ли что-то выискивающая в инфо-поле, то ли отвлекающая Чимина от болтовни с Марком. — Думаю… — Отведя взгляд от такой непривычной с этой короткой стрижкой и темным цветом волос подруги, Тэ наливает таки себе кофе и устраивается с другой стороны от итальянки. — Думать — это хорошо. Но не в пять утра же. — Вот как раз хотела уточнить, а что вы две тут делаете в такую рань? — Ее действительно волнует ответ на этот вопрос просто потому, что Юнджи, проснувшаяся раньше одиннадцати — это практически предвестник грядущего апокалипсиса. Разрыв шаблона и полный когнитивный диссонанс, если хотите. — Тоже думаем. Мне одной кажется, что надвигается какое-то западло? — По позвоночнику пробирает липкой дрожью от этих слов, и Тэ едва не захлебывается так невовремя сделанным глотком кофе. Ладно она и Роми хотя бы знают, какое конкретно «западло» маячит на горизонте. Но слышать такое от обычно спокойной, как воды Антарктики, и абсолютно пофигистичной Юн просто дико. Не то, чтобы они сомневались в наличии эмоционального спектра у их злобного гения химии, но та редко показывает свои чувства даже в компании мужа. Единственным исключением стал Джинхо — их с Хоби сынишка, и остальные мелкие демоны, рядом с которыми вечные льды их Снежной Королевы с грохотом рушатся. «Тебе не кажется. Скоро.» — Ментальный голос Роми раздается в их головах так неожиданно, что на этот раз вздрагивают уже обе. Итальянка смотрит совершенно серьезно, жёлтые глаза с лавандовой каймой чуть мерцают в полумраке. Свет они так и не включили, но это кажется наименьшей из всех проблем. — Ты уверена? — Собственный тон кажется Тэхен почти умоляющим. Потому, что не смотря на выматывающее ожидание, ей до боли и крика хочется оттягивать этот момент до последнего. Не хочется пережить в реальности то, что они тогда видели. «Я чувствую, Тэхенни. Ждать осталось совсем недолго.» — Теперь у меня такое ощущение, что вы что-то скрываете. Очередное видение? — Юнджи хмурится, заправляя за ухо лезущую в глаза прядь, переводя взгляд с одной подруги на другую. Конечно, все они в той или иной степени в курсе способности Тэхен видеть будущее, но каждый раз, когда эта тема поднимается, ее все равно передёргивает. Просто потому, что ещё ни одно из тех видений, о которых Чон не может им рассказать, не заканчивалось ничем хорошим. — Хотя нет, не говорите. Меня сейчас больше интересует, насколько по десятибалльной шкале мы будем в заднице. — На сто, Юн. На все сто. — После этих слов на кухне воцаряется напряжённая тишина. Им всем есть, о чем подумать. Но мысли Тэ продолжают упорно крутиться вокруг того, что скорее бы. Что это как с пластырем на коже — лучше содрать сразу, резким рывком. Она просто устала уже дёргаться каждый раз, не спать ночами, чувствовать вину за печаль от невозможности ей помочь в глазах Чонгука. Странно, что ещё не рехнулась со всем этим… Связь с Андромедой чуть вибрирует, заставляя перевести внимательный взгляд на подругу. Та выглядит ничуть не лучше самой Тэхен — те же круги под глазами, сухие, искусанные губы, постоянно чуть подрагивающие пальцы, и то же самое мучительное ожидание в глазах. «Насколько недолго, Роми?» — Она знает, что сейчас Юнджи их не услышит, поэтому спрашивает без опасений. Сжимает чашку с медленно остывающим напитком чуть сильнее, чем нужно, но контакт взглядов не разрывает. «Буквально завтра, Тэхенни. И не спрашивай, почему я так в этом уверенна. Я просто не смогу ответить, чувствую так. Сенсей прилетает сегодня ближе к обеду, присмотрит за детьми. Тем более, что он давно хотел посмотреть на мелких лично, чтобы оценить возможные будущие таланты.» — Предусмотрительная паршивка едва заметно улыбается. А Тэ чувствует облегчение от того, что хотя бы за малышей можно будет не переживать во время боя. Ямато — идеальный вариант, лучше которого сложно придумать. Особенно с учётом того, что все четверо — такие же, как их родители. И в будущем встретят своих соулмейтов. «И хотела бы сказать, что лучше бы позже, но на самом деле я рада. Рада, что все это скоро закончится. Хотя страшно просто до чёртиков.» «Мне тоже. Но мы с тобой, по крайней мере, более менее готовы, к тому, что произойдет.» Если к такому вообще можно подготовиться морально. Думает на следующий день Тэхен, шнуруя берцы и пытаясь игнорировать ввинчивающийся буквально в подкорку мозга вой сирены. На краю сознания мелькает предательская мысль, что это снова не то, не смотря на предчувствие подруги, но она тут же ее отметает. Потому, что во-первых не доверять интуиции Роми чревато, как показала не единожды практика, а во-вторых Хоуп уже успел сообщить, что разлом откроется в пригороде Нью Йорка. Том самом, который ей уже в кошмарах сниться на нервной почве начало. Проверяя исправность винтовки и наличие необходимых боеприпасов, Тэ мысленно ставит галочки в списке того, что они должны были подготовить, и того, что ещё только предстоит сделать. И так увлекается, что когда Роми бесшумно возникает рядом, девушка едва из кожи не выпрыгивает. — Ты меня напугала до чёртиков. — Итальянка улыбается примирительно, но в глазах горит инфернальное пламя предвкушения. Ей совершенно не страшно, неожиданно понимает Тэхен, и это странным образом успокаивает ее саму. Если даже Андромеда, прекрасно осведомленная о том, что сегодня пострадает Чимин, не нервничает сверх необходимого, значит и ей самой бояться нет резона. Что бы там ни уготовила им Судьба ещё, оно все равно случится. Максимум, что они могут сделать — постараться сгладить наиболее опасные моменты, и постараться не потерять ещё кого-то. — Я сказала Джуну, что надо будет подстраховаться от аномалии по прибытии. Помимо установки ограничителей для тварей. — Дети? — Сенсей забрал их в городок, там какая-то ярмарка намечается, я особо не вслушивалась. Главное, что мелкие были счастливы до потери пульса от возможности выбраться куда-то в компании любимого дедушки. И я сейчас не шучу, они его только так теперь и называют. — Тэхен потешно округляет глаза на это, а затем не выдерживает и смеётся, и подруга подхватывает за ней, не замечая недоуменных взглядов переглянувшись между собой Чонгука с Чимином. На самом деле она рада, что малыши хорошо приняли учителя Андромеды. И теперь практически не отлипали от пожилого японца, полностью им очарованные. По крайней мере по этому пункту им не придется беспокоиться. Уже устроившись на своем привычном месте в джете, Тэхен оглядывает их команду. Джун с Чиминни и Гуком обсуждают выбранную с учётом возможных неприятностей и информации от Роми тактику. Хоби мониторит состояние разлома, скользнув в транс, и опираясь на плечо так же привычно дремлющей Юнджи. Джин снова перепроверяет необходимые лекарства и средства первой медицинской необходимости, а взгляд синеволосой невольно цепляется за седую прядку в каштановой шевелюре их любимого медика. Ким не стала ее закрашивать, оставив как напоминание о том страшном дне, когда они едва не потеряли Роми и лишились спасшего ее Диккинса. Ладони касаются теплые пальцы, заставляя перевести взгляд на сидящую рядом итальянку. Нить связи чуть дёргает, и она послушно открывает сознание контакту. «Я не могла уснуть ночью и решила немного побродить по глубоким слоям инфо-поля. Мне нужно, чтобы ты выбрала для себя с Саммерсом совершенно определенную точку.» — Тэхен прикрывает глаза, ловя ментальный пакет данных, и запоминает необходимую информацию. Зачем и почему, не уточняет, поскольку давно знает — если их карманный гений сказал, что так надо, значит так действительно надо. «Ты не пробовала в те разы, что мы прокручивали видение после, посмотреть, как именно пострадает Чимин?» «Не было необходимости. Я рассмотрела рану, там очень характерные следы когтей. Поэтому я подготовилась. Предотвратить в любом случае не получится, так что буду ликвидировать последствия.» «Я, честно говоря, уже так устала нервничать и переживать из-за этого всего, что сейчас почти ничего не чувствую.» «Все будет нормально, я чувствую. Кстати, по итогам все той же прогулки, мне пришла в голову интересная идея по поводу разломов. Правда, я практически на все сто уверена, что у Хоби случится полномасштабная истерика, стоит мне ее озвучить.» — Этот момент Тэхен очень заинтересовал потому, что чего греха таить, все они в той или иной степени мечтали однажды раз и навсегда решить проблему разломов. Вот только до сих пор никто так и не придумал сколько-нибудь толкового решения. Хотя, до Андромеды, с ее уровнем развития ментальной составляющей, никто даже не подозревал, что можно не просто создать и замкнуть контакт между группой людей, но и привязать все это дело к физическому носителю. Она уже собиралась уточнить, что там за идея такая, когда послышался голос Намджуна. Увлечённые болтовней, они явно пропустили какую-то часть речи их лидера, так что оставалось только догадываться по дальнейшим репликам. — Народ, в этот раз мы прилетаем до открытия разлома, а не после. Поэтому сразу раскидываем ограничители и ставим сигналки со стороны аномалии. Населенных пунктов, к счастью, рядом не наблюдается, но все равно постарайтесь сузить радиус… — Атакующий порядок привычный. Тэ, Джэк, ваша локация… — Я уже определилась, полковник. Роми подобрала идеальное место. — Взгляды всех присутствующих в этот момент обратились на невозмутимую итальянку, которая в ответ только вопросительно бровь приподняла. Чимин при виде чуть ехидно усмехающейся супруги только головой покачал. — Хорошо, тогда с этим разобрались. В бою действуем по обстоятельствам, стараемся не подставляться. — Намджун подхватил слова Уилсона, замяв вопрос. В конце концов, интуиция Роми их действительно никогда ещё не подводила. Выпрыгнув из зависшего в метре над поверхностью джета следом за подругой, Тэхен невольно поежилась, сильнее сжимая винтовку. Ранний вечер, то самое мертвое синее сияние трещины разлома, готовой вот-вот выпустить из себя первую волну тварей. К плечу прикоснулся Саммерс, взглядом интересуясь, куда им идти. Отбросив лишние мысли, и привычно сосредоточившись на здесь и сейчас, Тэ мысленно прокрутила в голове сброшенный Роми пакет данных, соотнося его с местностью. И уже уверенно потянула напарника в сторону относительно неплохо сохранившихся остатков трёхэтажного здания. Забраться на уцелевшие перекрытия последнего этажа получилось не без труда, но устроившись на животе, и установив винтовку в удобную для стрельбы позицию, она огляделась через прицел. Место и правда было подобрано идеально, открывая отличный вид на всех бойцов и сам разлом. Зеленоватое мерцание аномалии вдали тоже хорошо просматривалось. «Ребят, я замкнула коллективное поле связи. Не то, чтобы мои мозги сильно пострадают от ваших мыслей, но старайтесь думать и обращаться все-таки адресно, bene?» — Насмешливый ментальный голос Андромеды разбавил тишину в эфире, и по связи, созданной их карманным гением зазвучали ответные смешки. Она, как никто, умела разрядить обстановку. Тэ вспомнилось, какой шок остальные испытали на первом прогоне, впервые услышав как звучит ее голос. Они с Чимином тогда ржали, как кони, и даже успели сделать парочку фото на память о моменте тотального охуевания. А потом дружно тестировали возможности нового аксессуара под чутким руководством их магистра Йоды от менталистики. «Как знала, что не надо было откапывать в архивах эти фильмы. Тэ, мой любимый падаван, сосредоточься на прикрывании наших задниц, а не на сравнении моей с маленьким зелёным чуваком.» — Не заржать получилось с трудом, но Тэхен послушно настроилась, тем более, что по общей связи прилетел обратный отсчёт от Хоупа. Привычно отключиться получилось на удивление легко, и плавно нажимая на курок винтовки раз за разом, знакомые моменты из видения Тэ отмечала отстраненно, лишь краем сознания. Прижавшихся спинами друг к другу Кимов, слабо блестящую от плазмы в сумерках секиру в руках Намджуна, то и дело раздражённо смахивающую падающую на глаза седую прядь Джин. Чонгука, с какой-то сумасшедшей улыбкой, нарезающего лезущих на него монстров на винигрет массивным клеймором. Ребят Уилсона, мелькавших тут и там, посреди творящегося хаоса. Это уже было, пусть только в видении, поэтому воплотившись в реальность не вызывало больше того ужаса, что раньше. Затвор щёлкнул вхолостую, и она отработанным до автоматизма движением заменила обойму, продолжая наблюдать за происходящим. Вдалеке вспыхнула зелень аномалии, сигнализируя о возможных гостях с той стороны, и Тэхен поспешила сообщить об этом Намджуну. Взгляд скользнул дальше, к скульптурной композиции у разлома, наткнулся на маньячную ухмылку Юнджи, которая прикрывала спину мужа вместе с ребятами. И как раз сейчас тестировала очередную свою придумку. «Тэ, сможешь прострелить сферу, когда она окажется над вооон той кучей мерзких тварей?» — Юн подкинула на ладони небольшой, размером с теннисный, прозрачный шар с зеленоватой, светящейся субстанцией. Тэхен согласно угукнула, и прильнула ближе к прицелу, дожидаясь отмашки. Юнджи замахнулась и отработанным движением отправила сферу в полет, и в тот момент когда вращающийся шарик пролетал над обозначенным скоплением монстров, она плавно спустила курок. Снаряд красиво разлетелся на осколки в ворохе мерцающих брызг, которые дождем накрыли тварей. А в следующее мгновение в эфир полетело несколько непечатных выражений, заставивших их химика гнусно заржать. Потому, что от очередного шедевра имени Чон Юнджи приличная пачка монстров превратилась в булькающее месиво из плазмы за какие-то доли секунды. «Я даже не хочу знать, Юн, что именно ты туда намешала.» — Передернув плечами под все ещё слышимое в эфире хихиканье, Тэхен перевела взгляд туда, где спина к спине кружили Паки. И невольно залипла. На самом деле, смотреть на то, как действуют в бою Чимин и Роми, можно было бесконечно. Гибкая, опасная и смертносная, как ее кобра, итальянка прекрасно дополняла своего мужа, уничтожая тех, кто умудрялся проскользнуть на расстояние ее клинков. Сам Чим двигался с той же хищной грацией, что и его волк, стреляя в наседающих на них тварей с двух рук. Они действовали слажено, единым организмом, и она до сих пор не могла понять, как же в видении ее друг умудрится пострадать. Ответ на этот вопрос пришел в следующее мгновение. Чимин замер буквально на пару секунд, необходимых для перезарядки пистолетов, когда из сгуствишейся темноты вынырнул зарг. Роми, в этот момент отвлеченная наседающими на нее с двух сторон мимиками, не успела среагировать вовремя. Тэ спустила курок, разнося твари голову, но было поздно. Чим рухнул на землю, зажимая четыре глубокие царапины на животе. И их всех едва не оглушило прогремевшим по связи яростным воплем Андромеды. По позвоночнику пробежал холодок, заставляя буквально приклеиться к прицелу, чтобы не пропустить то мгновение, которого она ждала все эти годы, в надежде исправить, не допустить непоправимого. По клинкам танцующей по кругу Роми побежали ледяные искры, давая стартовую отметку, приближающую час икс. Тэхен опустила палец на курок, не сводя глаз с подруги, твари вокруг которой оседали пеплом на земле, стоило катанам лишь краем их задеть. Где-то на задворках подсознания включился таймер, отсчитывая секунды. Вот итальянка развернулась, отбивая атаку наседаюших на нее заргов, стремящихся добраться до раненого. Вот к ним рванули Матео и Родригес, прорубаясь сквозь беснующихся тварей. Вот за спиной Андромеды вырос хисс, занося лапу для удара. «Роми, ложись!» — Подруга без раздумий рухнула на землю, накрывая собой мужа, а Тэхен одну за другой всадила в монстра три разрывных. И только после этого выдохнула, осознавая, что смогла. Сумела предотвратить то, о чем предупреждало видение. «Спасибо, Тэхенни. Прикрой, я подлатаю Чиминни, а ребята помогут его вытащить к джету.» — Отработанным движением загнав клинки в ножны на спине, Роми окончательно разодрала и так пострадавшую от когтей зарга футболку на животе любимого, чтобы добраться до ран. Чимин был без сознания, что на данном этапе было даже хорошо. Вытащив из поясной сумки два флакона и пакет с перевязкой, она выдернула пробку из первого, тут же выливая жидкость на рану. Универсальный нейтрализатор и обеззараживатель авторства их штатного медика вспенился, смывая кровь и ядовитые частички, покрывавшие когти твари. Чим слабо дернулся и открыл глаза, приходя в себя. «Насколько все печально, кроха?» — В ответ на его слабую попытку улыбнуться, она только поморщилась. Хотя на самом деле, выглядело хуже, чем было, не смотря на глубину ранения. Кому, как не ей, было знать. «Жить будешь. А сейчас постарайся не дёргаться, я залью царапины склейкой, чтобы хватило, пока ты не попадешь в надёжные руки Джин. Будет очень больно.» — С этими словами она сорвала крышку со второго флакона, и не давая мужу ни секунды на подготовку, вылила на четыре полосы, пересекающих живот любимого наискось от тазовой косточки почти до ребер. Чимин выгнулся, закусив рукав форменной куртки, чтобы не заорать в голос. Зато в ментальном плане не сдерживался, выдав такой лихо закрученный матерный монолог, что прифигела даже Юнджи. — «Полегчало?» — Не без ехидства поинтересовалась, а затем разорвав зубами упаковку с перевязкой, Роми накрыла ранение и закрепила края. После дождалась, пока Матео и Родригес поднимут страдальца с земли. «Я знаю, что глупо просить тебя не лезть на рожон, но постарайся, кот. В джете есть запасная винтовка, отстреливай их оттуда, ладно?» «Хорошо, кроха. Но и ты сильно не подставляйся.» — Оставив на губах мужа лёгкий поцелуй, Роми несколько мгновений провожала удаляющиеся фигуры взглядом, а затем вновь вытащила клинки и направилась к колдующему у разлома Хоби и ко. Идея, пришедшая ей в голову, требовала проверки. И сейчас, когда Чимина не будет рядом, чтобы остановить ее, можно было как раз протестировать одну теорию. Не сказать, чтобы она была прямо так уж уверена в том, что все получится. Особенно если брать в расчет ту нагрузку на ее мозг, которая уже была, обеспечивая ментальную связь на восемь человек. Но если все выгорит… О, Роми собиралась произвести фурор, рядом с которым ее идея с кольцами просто нервно курила в сторонке. Прокладывая себе дорогу к пятну синего света, перемешанного с золотистым свечением колдующего над разломом Хоби, Андромеда краем глаза отметила ещё одну вспышку со стороны аномалии. Черт его знает, что именно сейчас направилось в их сторону ещё, но предупредить Намджуна она не забыла. Мутанты могли стать проблемой куда более серьезной, чем твари. За столько веков борьбы с порождениями разломов, визитёров с той стороны успели изучить вдоль и поперек. Что-то новое оттуда появлялось очень редко. А вот результаты контакта с аномалиями были непредсказуемы и очень разнообразны, что увеличивало их опасность в разы. «Не против компании?» — Добравшись до ребят, итальянка замерла рядом с подругой. Юнджи зашвырнула очередной химический шедевр в стайку пытающихся подобраться к ним тварей, и покачала головой. «Как там Чим, сильно приложило?» «Жить будет. Шрамы, конечно, останутся, но это не так страшно. Я вообще по делу, хочу кое-что попробовать, пока Хо не закрыл разлом.» «Ты и твои эксперименты. А потом ещё говорят, что я сумасшедший гений.» — Юнджи только вздохнула в ответ на маниакальный блеск в жёлтых глазах напротив. Но отговаривать не стала. Пожалуй, она как никто, кроме может быть Тэхен, понимала эту жажду действовать, создавать что-то новое, что поможет в длящейся уже хуеву тучу лет войне. И если один из экспериментов Роми приведет их к успех, так почему нет? «Только сильно не увлекайся, а то вытаскивать тебя сейчас некому будет.» Андромеда кивнула, показывая, что предупреждение услышала, и замерла рядом с Хоупом. Скользнула в инфо-поле, подключаясь к его трансу по проложенному ментальной связью маршруту. И на мгновение застыла, любуясь. Зрелище действительно было запоминающимся — темная трещина в пространстве и времени, пульсирующая мертвенно-синим по краям, и золотые стежки, выплетаемые их био-хакером, стягивающие ее. Завораживающе красиво для тех, кто мог это видеть. Но пришлось отвлечься потому, что работу Хосок почти закончил, а значит времени оставалось очень мало. И она постаралась настроиться на волны, которые излучал разлом, чтобы попробовать понять его природу, найти причину, по которой вообще возникали эти трещины в ткани земной реальности. Поток информации, который рухнул на нее, едва не вышиб девушку из ментального контакта, вызывая чувство тошноты даже не на физическом, на духовном плане. Пришлось напрячь все свои способности, чтобы удержаться в этом водовороте, цепляясь за Хоби и связь с Чимином и Тэ, как за якоря. Данных было слишком много, и так нагруженный мозг просто не успевал их обрабатывать, к тому же Хосок начал обратный отсчёт к закрытию разлома, поэтому Роми торопилась, держась из последних сил. Со стороны мужа долетало беспокойство, переросшее в нешуточное волнение в какой-то момент. И она его понимала, но эта информация была жизненно важной. Ее выбило из контакта в тот момент, когда легла последняя стяжка и Хоби оповестил всех по связи. Сознание мутилось, перед глазами все плавало, а на языке чувствовался металлический привкус крови. Роми не сразу поняла, что кровь течет из носа, и попытка вытереть только размазала ее ещё больше. Перед глазами танцевали черные точки, и упасть не давало только надёжное плечо Чона, вовремя ее подхватившего. В мыслях царил хаос, но прежде чем отключиться под панический крик Чимина, срезонировавший по всей ментальной сети, Андромеда успела наложить заплатку на пакет данных, с таким трудом добытых из информационного поля разлома. Влетит ей, конечно, потом от всех. Но это будет потом, а пока ее приняла в свои объятия долгожданная тьма…