PIXIE

Студенческая жизнь, говорили Феликсу, – самое лучшее время. Когда ты выбираешься из родительского гнезда, начинается безудержное веселье, потому что тебя никто не контролирует, и ты предоставлен самому себе. Но почему-то никто не сказал о том, что также начинается и взрослая жизнь, а она отнюдь не весёлая. По крайней мере, Феликсу сейчас совсем не весело. Он стоял в вонючем сортире одного мексиканского ресторана с ершиком в руках, потому что по плану у него была уборка туалетов. Вот так нынче приходится зарабатывать себе на жизнь, чтобы не умереть от голода и продолжать радоваться студенческой жизни. Воняло здесь хуже, чем в общежитии (когда он там еще жил), хотя отличий парень никаких не видел. И ведь думал много раз, чтобы сменить работу, но из-за того, что он иностранец и из-за того, что у него нет большого опыта, его почти никуда не брали. Даже здесь, в Корее, его приняли в ресторан мексиканской кухни не потому, что он идеально владел испанским, нет. Сюда просто никто не шёл. Оно и понятно, здесь было очень много странных людей. Феликс считал, что они, возможно, что-то употребляют перед тем, как прийти на работу. Но и терпеть это каждый день тоже было невыносимо, поэтому он принял решение найти другое место, пусть ему и придётся потратить на поиски несколько недель. Сегодня в этой мексиканской лавке был последний его вечер. Парень хочет отсюда уйти, но сперва забрать все свои заработанные деньги. Ему, как студенту, очень трудно снимать квартиру и платить за обучение сразу. Благо родители помогали, как могли, и пересылали небольшие суммы денег, чтобы Феликс совсем уже с ума не сошел с этими подработками. План побега, кстати, был готов. Нужно было всего-то подойти к администратору, от которого постоянно несло какой-то травой, и сказать ему о своем обдуманном решении ну или сразу встретиться с начальницей сего заведения. Как бы те не старались убедить Ли никуда не уходить, он все равно уйдет. Лучше найти работу в каком-нибудь корейском заведении и работать с корейцами, чем с этими странными мексиканцами. — Эй, Феликс, ты сколько ещё будешь драить это дерьмо? – Эпиранс зашел в сортир, оглядывая обстановку. — Ого, а ты хорошо постарался, малец, – хвалит он, видя, какими могут быть белыми полы. Раньше здесь все было только в сером цвете из-за бесконечной грязи. — Туалеты вымыл? Феликс вздыхает и кивает головой, желая поскорее помыть руки под холодной проточной водой, сесть за барную стойку и заказать себе чего-нибудь выпить. Не алкогольного желательно, а что-нибудь из простых газированных напитков. Напиваться в этом месте он не хотел, да и сам Ли не из тех, кто пьет. Он, вообще-то, за здоровый образ жизни, пусть и не занимается особо спортом, – времени нет, – но за фигурой и пищей следит досконально. — Эпиранс, Фрида у себя? – интересуется блондин, прекрасно зная, что да, где же ей ещё быть. — Ага, дымит на всю катушку, в кабинет к ней просто не зайти, – смеется, как от самой смешной шутки, выставляя напоказ свой передний золотой зуб. — А что такое? Вопросы какие-то есть? Так ты мне задай, я все решу, – улыбнулся мужчина и уперся плечом о плиточную теперь уже чистую стенку. — Уйти хочу. Учебы с каждым днем все больше и больше, времени работать просто нет, – врет и не краснеет. На самом деле он просто устал от этой жуткой атмосферы беспризорников. Как он вообще оказался в этом месте? — Ах, вот оно что! Ну, тогда тебе и вправду лучше зайти к Фриде и обкашлять с ней этот вопрос. Классный ты парень, Феликс, жаль, что уходишь. Я так и не дал тебе попробовать свой начос, – с досадой в голосе проговорил Эпиранс. — Приходи тогда как-нибудь к нам на днях, как посетитель, обязательно угощу. А сейчас ступай тогда к Фриде, потом расскажешь, как оно, что. Феликс кивнул головой, отложил швабру в сторону и помыл руки с мылом несколько раз не просто, чтобы убить всех микробов, но и чтобы избавиться от жуткого запаха средств для туалетов, стоявшего здесь по всему санузлу. Чтобы окончательно от него избавиться, необходимо залезть в душ и постирать в стиральной машине всю одежду. Этим парень займётся позже, когда придет к себе домой, сейчас у него была другая миссия. Кабинет Фриды находился на втором этаже всего этого старого захолустья. Этот небольшой ресторанчик находился в старом здании и снимался в аренду. Как это здание еще стояло – неизвестно, но Феликс не понаслышке знал, что скоро оно пойдет под снос, так как оно было аварийным. Значит работать здесь уже было небезопасно, так что это еще один повод бежать отсюда, сверкая пятками. — Фрида, я могу войти? – спрашивает тихо, почти невесомо, приоткрывая дверь на несколько сантиметров. — Си, ентра, – послышалось из-за двери. За столом сидела статная женщина в возрасте сорока лет, она и была владелицей этого мексиканского ресторанчика. Как Фрида вообще переехала в Сеул, сложно сказать, но Феликс будет не удивлен, если она и все, кто здесь работает, находятся тут нелегально, потому что он часто слышал некие перешептывания на испанском языке, словно они боялись, что парень их поймет. А он, к слову, ни черта не понимал в их испанском. — Я пришел поговорить, надеюсь, не отвлекаю, – Феликс сел на стул, сжал руки в кулаки и посмотрел на женщину. — Ну давай, керидо мучачо, говори, – она закурила сигару и устремила взгляд вверх, полностью расслабляясь на своем кресле. — Я ухожу. Больше не справляюсь с работой и учебой одновременно, – говорить с ней вот так было немного страшно, поскольку Ли привык разговаривать с кем-то, чтобы все его слова дошли до Фриды, но прямо в лицо ему еще не удосуживалось ничего ей поведать до сегодняшнего момента. — Ло сиенто, Феликс, ты был хорошим работником, – Фрида поправила свои чёрные до плеч волосы, покопалась рукой в полке и достала небольшую стопку денег. Этого хватит лишь на месяц, но, к сожалению, это и была вся его зарплата. — Держи, мучачо, если передумаешь, всегда можешь к нам вернуться. Феликс поклонился, забрал деньги и быстро покинул кабинет, пряча все полученное в карманы джинсов. Верить в этом месте никому было нельзя, потому что эти мексиканцы воровали даже у самих себя, уж Ли точно знает, ему хватило нескольких месяцев работы в этом заведении, чтобы понять, как проходит их система грабежа друг у друга, да что уж, они даже у Фриды подворовывают. Интересно, что с ними будет, если она обо всем узнает? Феликс не собирается задерживаться, только для того, чтобы взглянуть на шоу, потому что знает: ему тоже попадет, так как он, можно сказать, скрывал это все, делая вид, что ничего не происходит. А он просто не лезет не в свои дела, вот и все. Покинув это до жути странное заведение, Феликс вздохнул полной грудью, оттряхивая свою рубашку от невидимой пыли и сажи, которая могла накопиться в самой ткани за весь этот день. Ему придется снова искать работу, но на этот раз он не будет откликаться на сомнительные предложения сразу же и соглашаться не глядя только из-за приличной зарплаты. В мексиканском ресторанчике и вправду платили хорошо, ввиду этого парень даже смог отложить себе приличную сумму для оплаты следующего семестра в университете. На четвертом курсе цены не были столь высокими, как на первом, но платить все ещё приходилось, поэтому и работу искать тоже нужно. Он, конечно, обсудит сперва все со своими друзьями, посмотрит на все объявления и, может быть, выловит что-то стоящее. Но в таком многолюдном городе хорошие вакансии на подработку мгновенно разбирались, оставляя лишь остатки чего-то непонятного и неизвестного, как мексиканские лавки и прочее. Феликс просто надеется, что в этот раз ему повезёт. Может, не с зарплатой, то хотя бы с работодателем и коллективом.

💕🧚🏻‍♀️💕

— Па-ап, – тихо шепчет девочка, сидя на бёдрах своего спящего отца. — Пап, проснись, – чуть громче говорит она и смеется. — Пап, дом горит, – а в ответ все такая же тишина. — Папа, ты на работу опаздываешь, – тут глаза мужчины мгновенно распахиваются, а сам он приподнимается на локтях, смотрит на дочь, переводит взгляд на время и шипит. — Твою ж… проспал, – пыхтит он, хватает девчонку на руки и быстро бежит с ней на первый этаж, чтобы приготовить завтрак, переодеть ее с розовой пижамы на платье и отправить в детский сад, а самому поехать в компанию, куда уже он опаздывает на добрых два часа. — А я говорила, что проспишь! – хохотала она, когда ее посадили на высокий барный стул, откуда девочка не смела спрыгивать, поэтому спокойно сидела, положив руки на белый мраморный стол. — Джиа, могла бы и пораньше папу разбудить, – бубнил Чанбин, бегая по всему дому в поисках одежды. — А ты мог и не смотреть тот футбол вчера вечером. Это я тебе так отомстила. Ты мне мультики выключил, такое не прощают! – Джиа болтыхала ногами и пыталась достать до пульта, чтобы включить телевизор на кухне. Она любила проводить свое утро за просмотрами мультфильмов, пока ее отец собирался на работу. — А ещё мне сегодня в сад не надо, он у меня закрыт на карантин. Тебе же говорила об этом моя воспитательница. Чанбин застопорился с плохо повязанным галстуком на шее и устремил взгляд на свою дочь. В памяти мгновенно возникли обрывки фраз воспитательницы, говорившей о двухнедельном карантине по всему садику в связи с появлением в нем тараканов, которых срочно нужно было травить. Он чертыхнулся, взглянул на циферблат своих наручных часов и вздохнул. На работу Со опоздал уже в любом случае, а теперь и вовсе на нее не приедет, поскольку ещё не знает, с кем оставить свою пятилетнюю дочь. Одна в этом доме она вряд ли справится. Рост и знания ещё не позволяли воспользоваться плитой или ножом, чтобы приготовить себе что-нибудь, пока его не будет. А у него, знаете ли, работа порой бывала очень непредсказуема, Чанбин часто опаздывал даже в сад за дочерью, чтобы забрать ее оттуда. К сожалению, в компании у него был большой груз ответственности и работы, естественно, просто немерено. Нужно было работать до самого вечера, выполнить весь ежедневный план компании и с чистой совестью идти домой, однако даже одного дня ему не хватало для этого. — И что, получается, ты сегодня дома? – Чанбин подошел к барному столу и посмотрел на девочку. — Мы сегодня дома, – поправила она его и улыбнулась. — Я понял, – щелкнув ее по носу, мужчина усмехнулся и принялся раздеваться. — Придется позвонить начальнику и взять отгул за свой счет. Будем решать, как поступать с тобой, Джиа. Две недели дома я вряд ли проведу, меня уволят, – усмехнулся Со и пытался набрать в телефоне номер своего босса. — А жаль, было бы весело, – с задором в голосе проговорила она, мысленно играя с отцом во все свои игры. Он бывал дома только по выходным, если и тогда его не вызывали на эту чертову работу. Джиа часто таскала отца по паркам и кафешкам, где тот щедро одаривал ее всеми угощениями и игрушками. В одной лишь ее комнате было множество плюшевых игрушек, которые он выиграл в игре со стрельбой, попадая во все различные мишени. Ещё у нее было много настольных игр и всяких кукол Барби и Братц. Она часто звала отца в свою комнату и играла вместе с ним во все это, а Чанбин замечательно ей подыгрывал. Потому что когда Джиа сияла, как маленькая звездочка, сам Со начинал сиять так же. — Я сделаю тебе шоколадные хлопья, как ты любишь, – распахнув холодильник, Со достал бутылку молока, с полки взял розовую коробку с единорогами, в них-то и находились чудо-хлопья, которыми дочка завтракала постоянно, и поставив все прямо перед ней, Чанбин быстро смешал два ингредиента, пододвинув все это девочке. Он сел рядом и стал дожидаться, когда надоедливые гудки сменятся голосом начальника. — А пойдём сегодня на колесо обозрения? – хлопая своими глазами-бусинками, спросила Джиа, запихивая ложку хлопьев в свой рот. Чанбин пожал плечами. Он ещё точно не знал, будет ли сегодня свободен, так как удаленную работу никто не отменял. Он может снова закрыться в своем кабинете на несколько часов и не выходить оттуда, пока дочке что-нибудь не потребуется. Вообще, знаете, работать в крупной компании и быть хорошим отцом – то еще испытание, с которым Бин справляется, но с треском, не на все сто процентов. Когда Джиа было всего год, Чанбин развёлся со своей женой, потому что понял, что их любовь давно изжила себя, пропала та искра, которая не давала их любви потухнуть. Мать девочки была действительно и красивой, и хорошей. У Со не повернется язык сказать что-то плохое про ту женщину, которую он когда-то любил. Просто такое бывает, когда у тебя меняются вкусы и интересы. Такое произошло и с самим мужчиной. В свои двадцать девять он осознал, что девушки больше не привлекают его. Его глаза стали ловить в толпе красивых парней, он редко, но мог позволить себе провести несколько часов своего времени на сайтах знакомств. Правда, каждый, когда узнавал, что у Чанбина есть дочь от первого брака, блокировал мужчину. Поэтому он так и не нашёл свою вторую половинку, но одиноким себя не считал. Рядом с ним была самая невероятная девочка, папина принцесса, которую он любил больше жизни. Бывшая жена не могла предложить Джиа такой хороший достаток, поэтому она сама решила оставить девочку с отцом. Чанбин не из тех, кто будет против, так как это его дочь, отказываться от нее Со не планировал и никогда не будет планировать. Да и женщина в доме – это всегда хорошо. В этих пустых стенах Чанбин не чувствовал себя одиноким, а одно только появление умопомрачительного сияния, исходящего от Джиа, делало это место теплым и уютным. Чанбин правда старается стать хорошим отцом, но ради этого ему ещё многому предстоит научиться. — Господин Ли, сегодня я не смогу приехать на работу. К сожалению, только сейчас узнал, что у моей дочери в детском саду карантин, а найти кого-то, чтобы с ней посидели, пока меня не будет, я не успел, – Со поднялся со своего места и ушел в зал, не мешая дочери смотреть свои мультики. — Это плохо, – цокнул мужчина. — Найми няньку какую-нибудь и проблем не будет. Если сегодня я ещё закрою на это глаза, то завтра ты нам нужен. К нам приезжают инвесторы, – напоминает господин Ли. — Хорошо, я постараюсь, – завершив вызов, Чанбин садится на диван и на пару секунд задумывается. Он никогда не оставлял Джиа с посторонними людьми. Со считал, что справится и без нянек. В интернете очень много репортажей и историй о том, как некоторые устраивались на подработку в дорогие дома, якобы убирать, смотреть за детьми и выполнять прочие обязанности, а сами обворовывали потихоньку квартиры и выносили из них ценные вещи. У Чанбина есть что вынести, так как дом был больших размеров, двухэтажный и мебели здесь немерено. За каждым и не уследишь. Однако Со может поставить камеры по периметру, чтобы после каждой смены домработницы он мог отследить по камерам, как и что без него тут происходило. Другое дело Джиа. Она не очень любит новые знакомства и чужих людей. Девочка доверяла только своим подружкам из садика и отцу. Справится ли Джиа с новым человеком в этом доме, который будет с ней играть, кормить и одевать, то есть, делать все, что обычно делал с ней отец – это вопрос и небольшое испытание в ее жизни, потому что Чанбин только что разместил объявление на сайте, выставив круглую сумму за две недели, чтобы поскорее откликнулись люди. Ему срочно нужно найти кого-нибудь до вечера, так как завтра Чанбину необходимо быть уже на работе, иначе этой работы может уже и не быть. — Па-ап! Мы пойдём в парк? Я хочу сахарную вату и шарик с пони! – послышался детский крик, доносящийся из кухни. Со отложил телефон и поднялся с дивана. — Да, принцесса, сейчас я только принесу другую одежду, и обязательно пойдём.

💕🧚🏻‍♀️💕

Феликс снимал двухкомнатную квартиру в благоприятном районе Сеула вместе со своим другом. Так было легче платить за аренду и коммунальные услуги, нежели если бы Ли жил один. Парень уже успел поведать Чонину о том, что сегодня он собирается покончить со всей этой мексиканской кухней. Ян был несказанно рад, так как устал чувствовать в воздухе аромат уличной еды. Во-первых, голод усиливался, во-вторых, иногда запах был специфический, отчего Феликса хотелось запереть в ванной на ближайшие две недели, чтобы тот вымыл из себя все это непотребство. Ли поведал вечером, придя домой, что уволился и теперь он свободен. Чонин, конечно, был рад, но сразу же предложил парню искать новую подработку. Блондин провел несколько часов на сайте с вакансиями, но ничего выгодного и нормального так и не нашел. Решив, что поищет утром, так как объявления постоянно обновлялись каждые двадцать четыре часа, Ли сполоснулся в душе и лег спать. Наутро, как он и предполагал, вместо обычного завтрака и теплого американо его встретил телефон и вакансии. Чонин не сидел в стороне и тоже довольно шустро искал работу своему другу. Деньги им были просто необходимы для жизни в Сеуле, они оба хотели жить независимо и не тяготить своих родителей с постоянными просьбами отправить им деньги. Сам Ян работал официантом в одном японском ресторане и всему был рад. От него не пахло чем-то странным, да и коллеги все были корейцами, поэтому и работать было приятно, в своей комфортной среде, в отличие от Феликса, что по своей глупости нарвался на бандитскую шайку мексиканцев. Теперь Ли будет более избирательно относиться к поиску работы, что уже показывает его трехчасовой поиск. — Слушай, я поменял категорию поиска и нашел нечто невероятное! – восклицает Чонин и поднимается с кровати, подбегая к Феликсу. — Что там? – честно, терпение у него иссякло. Хочется просто лечь на кровать и проспать пару дней, забыв о том, что нужно искать работу. Вроде бы выбор большой, но выбрать что-то стоящее так сложно! — Сперва дослушай, потом уже говори свой ответ, – предупреждает Ян. — Работа няни в одном из роскошных домов на Каннаме. Нужно всего лишь с восьми утра до семи вечера посидеть с пятилетней девочкой. Платят за день сто тысяч вон! – на конце Чонин запрыгал на месте и заверещал. — Не будь у меня работы, я бы сам туда пошел. Феликс, даже не думай, я им оставляю заявку! — Чт… но.. Это разве не женская работа и все такое? Может, родители девочки хотят видеть рядом женщину с опытом, а не студента, которому очень нужны деньги? – усомнился Ли, почесав затылок. — Здесь главное требование: уметь вести себя с детьми. А тебя, Феликс, дети любят. Ты всех спокойно можешь очаровать своей поразительной улыбкой и добротой. Так что давай, не думай, а соглашайся, – Чонин что-то нажал на телефоне и хохотнул. — Ладно, можешь не думать, я уже откликнулся, так что тебе уже никуда не деться. Феликс прикусил губу и потупил взгляд на своих руках, в них по-прежнему лежал его телефон и немыслимые объявления, где платят всего лишь по двадцать тысяч вон за день. А поработать няней, посидеть с каким-то ребенком и получить сто тысяч вон звучит слишком хорошо… услада для ушей. Разве бывает в этой непростой жизни все так… просто? Такие большие деньги на дороге не валяются – это факт, посему Феликс сдается и мысленно соглашается на такую крупную сделку. Осталось только, чтобы родители девочки его приняли и дело с концом. — Хорошо. Дашь мне знать, если.. — Ответили! – Ян показывает на телефоне новое полученное сообщение на этом сайте и скорее его открывает. — Так быстро, – удивляется Ли и подходит ближе к своему другу, чтобы прочитать сообщение. «Приходите сегодня в 18:00, чтобы ознакомиться со всей работой». — Родители хотят, чтобы ты пришел сегодня вечером, – Чонин поднимает взгляд и смотрит на друга. — Тебя нужно подготовить. У меня, вроде бы, есть рубашка и.. — Не нужно так официально меня наряжать. Они сразу поймут, что я хочу произвести впечатление. Няни всегда приходят в обычной и удобной одежде. Никаких смокингов, – Феликс подходит к шкафу и берет оттуда футболку нежно-розового цвета и джинсы. — Вот, обычная повседневная одежда. Она-то мне и подойдет, – Феликс развернулся к другу и приложил вещи к себе, примеряя их таким образом. — Сойдет, – кивнул Ян. — С тебя завтрак, кстати, потому что ты по факту на данный момент безработный, а я уж очень сильно хочу есть, – шатен лег на свою кровать звездой, уткнувшись носом в холодную подушку. — Эй, но я и вчера готовил завтрак, – возмутился Ли, дергая младшего за ногу. — Вчера ты сам соизволил это сделать, тебя никто не просил, – буркнул куда-то в подушку Чонин, так и не подняв свою голову. — Ащ! – выругался Феликс, но все равно пошел готовить завтрак и себе, и соседу. Впереди еще предстояло отсидеть две пары, подкрепиться было просто необходимо. — Я приготовлю яичницу с беконом, – оповещает он, подходя к небольшому холодильнику, где покоились вся их купленная еда, кроме раменов. Те лежали в полках и дожидались своего часа. Чонин бы с радостью полакомился ими, но Ли, опять же, был за более-менее здоровую пищу, поэтому друга к такой еде старался тоже не подпускать. — Валяй.

💕🧚🏻‍♀️💕

Вечер в Сеуле был всегда атмосферным. Небо переливалось розовыми облаками, ночь подступала незаметно. Людей на улицах становилось значительно больше, каждый из них шел по своим делам после работы или учебы, отчего появлялись бесконечные очереди в ресторанах и магазинах, выходившие даже на улицу. Поэтому Ли не очень любил проводить вечер в каком-нибудь кафетерии, народу было просто не протолкнуться, так еще и забронировать столик нужно, потому что просто так его пустым вечером не застанешь. Там обязательно будет кто-нибудь сидеть. На Каннаме было полно дорогих иномарок, дома-небоскребы упирались в самые облака, а среди них находились и хорошо обжитые частные двухэтажные домики. Как подсказывает Феликсу адрес, именно в одном из таких домов он будет работать. Ну, как будет… парень думает об этом так уверенно, словно его возьмут. Естественно ему придется потрудиться, вероятно, Ли предстоит испытание ребенком, ведь только от девочки зависит, возьмут его на работу или нет. Солнце почти обогнуло дом, перед которым замер Феликс. Огромные окна отражали противные солнечные лучи, поблескивая оранжевым светом. Скорее всего, вся комната сейчас пребывала в темно-оранжевом свечении. Феликс невольно вспомнил родительский дом и такой же свет, попадающий в его комнату. Из его окон вид открывался на небольшие домики и церковь. Отец часто рассказывал ему байки про ангелов и демонов, а еще про говорящие цветы и волшебных лесных жителей. Все это Ли помнил и по сей день. Быть может, он сейчас подумал об этом не зря и сможет рассказать одну из таких сказок маленькой девочке? Чонин прав, Феликс действительно очень сильно любил детей. Тогда почему его тело оковал страх? Ли просто боится, что его не возьмут на работу, которая ему так сейчас нужна. В этом и кроется вся причина. Блондин нашел в себе силы постучать в дверь. Задвижка замка негромко лязгнула, отчего Феликс дернулся и отступил на пару шагов назад, дверь приоткрылась, в образовавшейся щели показалась сперва только голова, а потом и весь парень. Ли сглотнул, смотря на мужчину чуть старше него. Тот тоже, похоже, не ожидал увидеть молодого парня на пороге своего дома, поэтому прикусил губу и внимательно прошелся по всему силуэту взглядом, запечатлев каждый изгиб тела. — Здравствуйте, я по объявлению: готов посидеть с вашей дочкой, – улыбнулся блондин, впуская в дом лучик солнца. — Вы? – мужчина слегка изогнул бровь в немом вопросе, который озвучивать не стал. — Я думал, будет девушка и все такое.. — А.. – Феликс приоткрыл глупо рот, не зная, куда себя деть. — Ну… я просто подумал, что тоже могу работать, но если вы против, то.. — Нет-нет, вы не правильно меня поняли. Я просто не ожидал увидеть парня, – сразу же успокоил его мужчина. — Что ж, проходите, я ознакомлю вас со всем перечнем необходимого, – он прошел в дом, пропуская Феликса следом. — Опыт работы с детьми у вас имеется? – интересуется он. — Честно, нет, но я люблю детей, у меня есть несколько племянников, с которыми я сидел, а ещё младшая сестра. Это считается? – Феликс приветливо улыбнулся, как мог улыбаться только он. Мужчина перед ним завис на добрых десять секунд, глядя на светящееся лицо. Феликс подобен солнцу, и он это знал. — Да, думаю да. Можем перейти на неформальную речь, если хотите, – предлагает брюнет и указывает на диван. — Меня зовут Со Чанбин, можете просто обращаться ко мне по имени. Ни к чему излишняя формальность. Феликс кивает и садится на диван, смотря на величественно стоящего перед ним мужчину. Он был в самой простой одежде: домашняя футболка черного цвета и серые спортивные штаны, но почему-то выглядел как какая-то модель. Сам Чанбин был массивным и подкаченным парнем, отчего Ли приходилось тихонько подтирать слюни и завидовать белой завистью его жене. — Хорошо, я понял. Так… с кем я должен сидеть? – прочистив горло, Феликс смотрит по направлению глаз Чанбина – куда-то за спину, – и ловит на себе взгляд детских глаз. Девочка стояла за углом. Как только ее застали врасплох, она спряталась и тихо посмеялась, а затем снова выглянула на несколько сантиметров больше, позволяя Феликсу увидеть не только глаза, но и маленький курносый нос. Он лучезарно улыбнулся и помахал ей рукой, отчего девочка полностью вышла и, смущенно сжав руки в замок, медленно подошла к ним, прячась за ногами отца. — Папа, а это кто? – говорит шепотом, но ее все равно слышно. — С этим парнем ты посидишь несколько недель, пока я буду на работе, хорошо? – Чанбин улыбнулся, глядя на макушку своей дочери. Феликс, заприметив такую семейную идиллию, готов был запищать от милоты. — Этот дядя похож на фею, – шепотом продолжает она. — Он – фея! Я таких в мультиках видела! Только не говори, что я поняла это, а то он исчезнет. Чанбин встречается взглядом с Феликсом и мнимо улыбается, слегка краснея в щеках, словно это он только что комплиментов парню отвесил, а не его дочь. Ли прикусил губу и прижал указательный палец к своим губам. Девочка же попросила отца не говорить об этом, а то Феликс исчезнет, так пусть Со подыграет ей так же, как это делает сейчас блондин. — Хорошо, я не скажу ему, – смеется он. — Познакомься с ним, может быть, он тебе свое имя скажет, а то мне говорить не хочет, – отступая в сторону, попросил Чанбин. Ли готов был провалиться под землю. Он ведь действительно не представился. Вот и где его манеры отличника, когда они так нужны? Кажется, парень совсем потерял голову, войдя в этот огромный дом. Да и не от него вовсе, а от обладателя этого дома. Чанбин приковал к себе его взгляд, а как отковаться обратно – не сказал. Вот теперь Ли и мучается. — Как тебя зовут? – начала маленькая девочка, нервно двигая ногой туда-сюда. — Я –Джиа, а это мой папа. Он порой очень занят, но когда приходит с работы, мы играем с ним в игры. И если ты хочешь, то можешь присоединиться к нам, – она протягивает свою руку и смотрит в пол, смущаясь. Чанбин слегка приоткрыл рот, не ожидая, что Джиа так спокойно познакомится с незнакомцем. Похоже, не только Феликс любил детей, но и дети любили его. Это было взаимно. У дочки даже глаза как-то по-другому засияли от осознания, что перед ними не просто парень, а фея. Нет, ну это же надо было такое разглядеть в таком поистине ангельском лице. Что ж, этот парень и вправду был хорош, однако слишком юн на вид. — Меня зовут Ли Феликс, но ты можешь звать меня Ликси. И я с радостью к вам присоединюсь, – парень пожимает девочке руку, пока она снова не убегает к своему отцу. — Ты слышал! – также громко шепчет она, из-за чего Феликс не мог скрыть улыбки. — Ты слышал! – повторяет она. — Он – пикси! — Нет, Ликси, Джиа, ты не.. — Ликси-Пикси, ты что, не понимаешь? Он – маленькая фея! А я тебе говорила? – потянув отца за футболку, она пригрозила: — Если ты его спугнешь, я обижусь. Я хочу с ним подружиться и тоже стать волшебницей! – она оборачивается обратно и улыбается. — Пошли в мою комнату, Ликси, я покажу тебе свои игрушки! – подбежав, Джиа хватает парня за руку и тянет на себя. — А ты приготовь нашему другу, – она ставит ладошку возле губ, переходя на шепот, — не фее, – переводя взгляд на блондина, девочка улыбается, — много-много конфет! Чанбин остается в зале один, смотря на убегающие спины Феликса и его дочери. Вообще, рабочий день начинается только завтра, но, видимо, Джиа не терпится познакомиться с ним получше. Он хмыкнул под нос, скрестив руки на груди, не веря в происходящее. Как-то все слишком просто и легко прошло. — Искали няню, нашли фею. Прекрасно, – шепчет он и направляется на кухню. Нужно приготовить тарелку со сладостями, а то, знаете, не хотелось как-то получать от Джиа.

💕🧚🏻‍♀️💕

Это первая работа, на которую Феликс идёт с улыбкой на лице. Невзирая на то, что ему пришлось встать в семь утра, плюс ещё отдать несколько минут своей жизни на душное метро до Каннама, он все равно был очень рад. Вчера парень успел провести целый час в комнате Джиа, где та все подробно рассказывала о своих куклах, а Феликс в это время охотно слушал ее и даже сам задавал свои вопросы. Ли понял, что покорил девочку своей доброй внешностью, но и сам он хотел соответствовать той увиденной в нем доброте. Джиа для своих пяти (пяти с половиной, как поправляет она) очень умна. Когда Феликс сделал ей такой комплимент, она сказала, что умом и внешностью пошла в своего красивого, невероятно умного и самого лучшего отца. Тут Феликс спорить не мог, да и не стал бы, потому что это полная правда. Чанбин был красив, а в уме Ли и не сомневался. Работать в компании, получать огромные деньги и успевать при этом проводить время с ребенком не каждый может. Однако один вопрос все еще интересовал Феликса. Где же мать девочки? Вчера в доме он так ее и не застал, сама Джиа о ней ничего не говорила так же, как и Чанбин, когда угощал парня сладостями и другой закуской, чтобы Ли не был голодным. Со лишь спросил про возраст и место учебы, удостоверившись, что перед ним не школьник, а совершеннолетний студент. Чанбин оказался старше всего лишь на семь лет. Ли, на самом деле, боялся услышать число намного больше, так как многие парни выглядели хорошо и свежо даже для своих сорока лет. — Ликси, – шепчет Джиа, когда они остались в этом огромном доме лишь вдвоем, — если честно, – она хватает его за руку и закрывает глаза, — я знаю, что ты фея, пожалуйста, не улетай! Ты ведь прилетел сюда, чтобы подарить нам радость и волшебство, да? Феликс улыбнулся, сжал детскую ладонь посильнее и вздохнул. И как для такой маленькой принцессы не стать настоящей феей, чтобы в действительности подарить ей все, что она попросит? — Да, я фея, – подыгрывает он. — Только никому не говори. Это будет наш секрет, – подмигнув Джиа, открывшей глаза, Ли хохотнул. — А папе можно знать? — Можно, – кивает он. — Но больше никому не говори. — Хорошо, я обещаю, – Джиа улыбнулась и расцвела, подобно бутонам весенним цветкам. — Сегодня папа составил план того, чем мы займемся. Там есть противный английский язык, а я не хочу его учить. Наколдуй, чтобы отец забыл об этом языке, – просит она, отчего Феликс продолжает хохотать. — Ты уже учишь английский? Вот это ты умница, – хвалит он ее, поглаживая по голове. — Я умею читать и писать по-корейски, – улыбается она. — Правда не все, а ещё знаю всю таблицу умножения. Папа говорит, что мне будет легче в школе, потому что я уже многое знаю, поэтому заставляет меня сейчас учить английский. Так что, наколдуешь? Феликс качает головой, продолжая улыбаться не только губами, но и глазами, смотря на маленькую девочку напротив, сидя в ее розовой комнате. У самого спортивный костюм ничем не отличался: был в такой же цветовой гамме. — Моя волшебная пыльца закончилась, поэтому у меня пока нет магии. Я специально поселяюсь в дома хороших детей. Если они слушаются своих родителей – у меня появляется волшебная пыльца, понимаешь? Джиа щурит хитро глаза и оглядывает всего парня, замечая на его лице множество веснушек. Она вчера спрашивала у отца, что это такое, и узнала, что таких людей очень сильно любит солнце, поэтому оставляет такой поцелуй. Он может быть не только на лице, но и по всему телу. Это звучало так волшебно, что девочка лишний раз убедилась: перед ней пикси. — Мне придется учить английский, чтобы ты мог вернуть себе волшебство? Феликс кивнул и улыбнулся, наблюдая за целым мыслительным процессом девочки. — Тогда я не буду этого делать, – хмыкнув, она поднялась с места и запрыгнула на свою кровать, начиная скакать на ней, как на батуте. — Но почему? Разве ты не хочешь мне помочь? – удивился Феликс, получив неожиданный отказ. — Хочу, но с волшебством у тебя появятся крылья, пикси, и ты улетишь. А я не хочу, чтобы я и мой папа снова были одни. Ты первый чело… фея, которого отец привел к нам домой. И первый, о ком мой папа проговорил весь вечер. Кстати, – Джиа резко села на пол, — поцелуешь моего папу? Я хочу, чтобы у него тоже веснушки на лице появились! Они милые! – она теребит его за щеки, смеется и обратно, как ни в чем не бывало, запрыгивает на кровать, оставляя Феликса сидеть на полу в смятении, раскладывая вышесказанное по полочкам у себя в голове. Боже, она попросила поцеловать своего отца?! Феликс поджал губы и мгновенно покраснел, допуская об этом только мысль. А другая пришла следом: что значит «снова были одни»? — Джиа, а где твоя мама? – вдруг спрашивает Ли, поправляя челку блондинистых волос. Девочка замирает на месте и пожимает плечами, садясь на кровать, свесив ноги в розово-тигровых носочках. Она прикусила нижнюю губу, посмотрела на свои руки и вздохнула. — Папа говорит, что она ушла от нас, когда я была ещё маленькой. Она так и ни разу не приехала, чтобы навестить меня, поэтому мы живем с папой вдвоем, – Джиа резко улыбнулась. — Но уже нет, теперь у нас есть ты, пикси! Ты будешь жить с нами? Или тебя не отпускают волшебные феи, заставляя возвращаться в лес? Феликс прикрыл глаза в улыбке и покачал головой, поднимаясь с пола. Он понял, почему не видел мать девочки, этот вопрос в его голове отпал, но появились новые. Как не узнать ответы на них, когда Джиа то и дело привлекает к себе внимание своим активным диалогом? — Я не могу здесь жить. Это дом твоего папы, а у меня есть свой. И, да, ты права, феи не хотят отпускать меня куда-то надолго, но волшебную пыльцу добыть нужно. Поэтому, пойдем, сделаем английский. Обещаю, я не улечу от тебя так просто. Ты же моя подруга, да? – он протягивает руку и улыбается, оголяя белоснежные зубы. — Я подруга пикси! Класс! Но с тебя три желания, если хочешь свою эту волшебную пыльцу, – Джиа пожимает руку. — Три желания? Хм… ну и о чем же ты мечтаешь? – Феликс с энтузиазмом принялся слушать все её заветные мечты, чтобы попытаться исполнить их. — Я тебе потом скажу. Толку говорить, когда нет волшебной пыльцы? – смеётся она и тянет парня за собой. Они спускаются на первый этаж, где Джиа подходит к большому книжному шкафу и показывает рукой, где лежат нужные ей учебники. Феликс без промедления достает и плавно ретируется на кухню. Как же ему повезло с тем, что английский он знал достаточно хорошо и обучить девочку будет легче простого. — Джиа, а почему твой папа не нашел тебе новую маму? Ты говорила, что вы одни, но ведь.. Девочка засмеялась, открывая учебник на нужной ей странице. Она посмотрела на парня, подперев рукой подбородок, и прикрыла глаза в улыбке. — Ты же пикси, Феликс. Мне кажется, ты должен был увидеть, что моему папе не нравятся девочки. Ему нравятся мальчики, – Джиа говорит это так непринуждённо, словно он спросил ее о погоде или о мультфильмах. Феликс приоткрыл рот и похлопал глазами. В мире прогрессирует общество, но чтобы настолько, Ли и понятия не имел. Но теперь, не волнуйтесь, имеет. Просто такой ответ от маленькой девочки услышать было удивительно. Похоже, отец и дочь настолько доверяют и открыты друг для друга, что говорят даже на подобные темы. Удивительно. — И ты считаешь это нормальным? – интересуется Феликс, прикусывая нижнюю губу. — Папа говорит, что нормально любить кого-то, будь то мальчик или девочка. Главное не любить придурка. А у меня таких в садике… ты бы знал, – вздохнула она. — Твой папа говорит правильные вещи, Джиа. Я рад, что у вас такие хорошие отношения, – улыбнувшись, Феликс пододвинулся ближе и перешел к изучению английского языка. Феликс весь день провозился с Джиа, позабыв про время. Его ни разу не постигли мысли о доме или о деньгах, которые он здесь заработает, парень существовал этим моментом, отдаваясь в эти чувства с головой. Ли успел посмотреть несколько мультиков, почитать Джиа сказки и самому рассказать несколько, ссылаясь на то, что он, как пикси, на самом деле видел и волшебных пегасов и розового медведя, живущего в дремучем лесу. Девочка слушала его рассказы с упоением, прижавшись головой к чужому плечу, находясь на мягком диване. — Ты получил свою пыльцу! – восхищенно воскликнула она, заметив множество блесток на руках парня. — Что? Где? – Ли оглядел свои ладони и сам залип, не понимая, куда он уже успел вляпаться, ведь они и вправду блестели. — Ого, надо же! – подыгрывает он. — Это все потому что ты меня слушалась. Мы выполнили сегодня все из списка твоего отца, – хвалит парень ее и проводит рукой по волосам. — А теперь говори, какие желания ты хочешь, чтобы я исполнил? — Хм… – она задумалась. — Я хочу хорошо закончить школу и порадовать своего папу. — Это хорошее желание, – подметил Ли. — Что ещё? — Я хочу быть самой красивой на этой земле! – смеется Джиа. — К сожалению, я не смогу исполнить это желание, – Ли выпятил нижнюю губу, огорчая девочку. — Почему? – хмурится она. — Потому что ты уже самая красивая на этой земле! – он резко валит ее на кровать и начинает щекотать, разнося по дому визгливый звонкий смех. — Поэтому это желание уже давным-давно исполнено, – успокаивается Феликс и садится ровно, поправляя розовое платье Джиа. — Хм… тогда у меня есть такое желание, с которым никому ещё не удавалось справиться, – хитро улыбается она. — Даже мне? Пикси? Брось, нет такого желания, с которым я бы не справился, – не верит блондин. — Станешь моим папой? Феликс не успевает ничего ответить, да и не знает, что на такое вообще можно сказать, как их прерывает дверной хлопок. С работы уже пришел Чанбин. И сам того не зная, он только что спас Ли от ответа на этот резкий вопрос. Джиа на него смотрела все ещё с ожиданием, но как только увидела отца, с криками побежала к нему в объятья. — Воу-воу, соскучилась? – улыбнулся Чанбин, беря девочку на руки. — Как вы тут, хорошо справлялись? – Со кивает Феликсу в качестве приветствия и медленно подходит ближе, чтобы сесть на диван рядом с парнем. — Да! Мы с Феликсом сделали все из твоего списка, – похвасталась она. — И что, даже английский сделали? – Чанбин сел рядом с парнем и посмотрел на него, сканируя взглядом. — Ага! Это все ради того, чтобы у пикси появилась волшебная пыльца и он смог колдовать, – Джиа тоже повернула голову на блондина. — У Феликса руки все блестят, а значит я ему помогла! И буду продолжать помогать ему дальше, ведь он обещал мне три желания, – она подмигивает ему и отворачивается, приближаясь к отцу. — А еще, – переходит на шёпот, — я сказала, что тебе понравились его веснушки, так что можете поцеловаться, чтобы у тебя появились такие же, – Джиа со смехом спрыгивает с колен отца, оставляя двух покрасневших парней на диване. Они сидели тихо, около минуты смотрели друг на друга молча, а потом отвели взгляд и одновременно прочистили горло. Было довольно неловко слышать то, что говорила Чанбину его дочка, да и самому мужчине тоже. Хорошо, что она не решила сказать о том, что нашла себе ещё одного папу или что-то в этом роде, поскольку Феликс знал их семью только второй день, на такие колоссальные перемены в его жизни он ещё не был готов. — Прости, она иногда слишком много болтает, – вдруг говорит Со, потирая затылок. — Да все нормально. Это же ребенок, – посмеивается Ли, и они оба снова замолкают. — Ты ел? – меняет тему брюнет. — Оу, нет, я до.. — Тогда пойдем, поедим чего-нибудь, – Чанбин поднимается с места, стягивает с себя пиджак, оставляя лишь белую плотно прилегающую к телу рубашку. Такое ощущение, что ещё вот-вот и пуговицы разлетятся в разные стороны. — Составишь мне компанию? – спрашивает Со. — Д-да, конечно, – Феликс берет себя в руки и поднимается с места, проходит на кухню следом за старшим и начинает под его руководством выставлять содержимое из холодильника на барный стол для приготовления пищи. — Как первый день, не сложно сидеть с Джиа? – с любопытством спрашивает Со, нарезая овощи. — Она удивительно умная для своих лет, так что мне было довольно легко, – Феликс находился рядом и не знал, чем себя занять, пока не нашел кастрюлю. Он поставил ее на газ, чтобы вскипятить воду. — Я рад. На самом деле она не из тех, кто быстро доверяет и приспосабливается к другим людям. Раньше я оставлял ее с бабушкой, так даже та не оставила такое впечатление, как ты. В чем же твой секрет, Ли Феликс, помимо того, что ты фея? – оба смеются. — Наверное, я просто люблю детей, а они чувствуют это? Честно, не знаю, – сдается блондин. Если дело не в любви, тогда в чем же ещё? — Похоже на правду, – Чанбин улыбнулся, оставляя нарезанные овощи, принимаясь за соус в тарелке. Он взял его, чтобы плавно переместиться к кастрюле и поставить все возле нее, как неожиданно цепляется за ногу и весь соус попадает на розовую спортивную кофту блондина, а небольшие брызги пачкают его белую рубашку. — Твою мать, – шипит он. — Черт, прости, – Со с сожалением смотрит на испорченную ткань одежды и на полупустую тарелку. — Ащ, приготовил поесть, – Чанбин выключает газ и смотрит на застывшего Феликса. — Пойдём, я дам тебе что-нибудь переодеть. Не пойдёшь же ты домой вот так, – не успев дать и сказать что-либо блондину, Со берет его за руку и ведет в свою комнату. Там парень еще не был. Комната значительно отличалась от розовой спальни Джиа. Здесь все было выполнено в более темных тонах под стать ее хозяину. Феликс прошмыгнул за дверь и встал, смотря на то, как мужчина перед ним выбирал ему другую кофту. Найдя что-то черного цвета, Чанбин разворачивается и протягивает одежду Ли. — Свою дашь мне, я ее постираю, завтра уже будет как новая, – улыбается он и расстегивает пуговицу за пуговицей, избавляясь от испачкавшейся рубашки. Ли расширил глаза и сглотнул, очерчивая мускулистую спину. Слегка покраснев, он быстро снимает с себя спортивную кофту, желая поскорее переодеться и не сталкиваться с Со взглядом, но было поздно. Как только розовая вещь оказалась у его ног, Чанбин опять развернулся. Они немо оглядывали друг друга, встретились глазами и просто смотрели так несколько секунд. — А что это вы тут делаете? – послышался детский голос. — О, неужели пикси выполняет мое желание? – хохочет девочка и убегает, поймав на себе грозный взгляд отца. — Боже, какая неугомонная, – шипит он, натягивая на себя футболку. — Не то слово, – едва слышно соглашается блондин и надевает кофту, утопая в ней окончательно. — Ладно, я, наверное, уже пойду, Чанбин. Уже почти восемь, не хотелось бы идти в потемках домой. — Я подвезу, – вызвался помочь Со. Разве может Феликс отказать?

💕🧚🏻‍♀️💕

— Как жаль, что мы так и не покатались на той вертушке, – с сожалением проговорила Джиа, поедая сахарную вату. Чанбин и Феликс шли немного позади нее, держа в руках несколько пакетов с продуктами. Это они так решили выбраться все вместе в магазин за едой, чтобы набить холодильник, в итоге каким-то чудом они оказались в парке аттракционов. Естественно, всего этого захотела девочка, и, вдоволь накатавшись, они направлялись к дому. Феликс так и не понял, каким образом его занесло в эту семью. Две недели он давно уже отработал и получил за них деньги. Только вот в душе скреблись кошки, не желающие брать деньги за неподдельное удовольствие, которое он испытал, находившись среди этих людей. Он хорошо познакомился с Чанбином, они даже вместе пообедали в ресторане после всех пар Феликса в университете. А сейчас идут дружно домой печь кексы и смотреть фильм. Таким образом они часто проводили время в последний месяц. За это, кстати, Ли отказался брать деньги, поскольку он не на работе, а на отдыхе. Другой любой был бы счастлив иметь копейку в кармане за простой поход в парк, но не Феликс. В доме Чанбина парень чувствовал себя раскрепощённо, не так, как это было в первые дни. Однажды, читая сказки Джиа, когда Со задержался на работе, Феликс и не заметил, как сам уснул на детской кровати в обнимку с девочкой. Бин никак не ожидал увидеть такую картину, но не сказать, что она ему не понравилась. Ведь зачем-то он же сфотографировал это и поставил на экран своего рабочего стола в телефоне. Об этом Феликс не узнал бы, если бы не маленький конспиратор в лице дочери. Со Чанбин был хорошим человеком. Он приходил уставшим с работы, но продолжал играть со своей дочерью и выслушивать все рассказы, произошедшие с ней за день. Феликс, признаться честно, иногда приходил в этот дом после завала в университете и выходил с дымящейся головой от переизбытка различной информации. Один раз у него напрочь все смешалось в голове и вместо квантовой физики были имена всех пони из мультика, что шли без конца по телевизору. В сад Джиа ходила, однако не с такой охотой, как домой к своей пикси. Феликс имел некий магнит для детей, иначе Со не мог объяснить такое нездоровое рвение его дочери к этому парню. Чанбин даже начал ревновать ее к Ли. Особенно когда тот перекрасился и стал брюнетом, сражая маленькую девочку наповал своей красотой. Да что уж там, не только маленькую девочку. Со тоже не мог оторвать взгляда. — Будем готовить кексы? – спрашивает Со, чтобы убедиться, а то вдруг Джиа передумала. — Да! Феликс, ты с нами? – дергая его за руку, смотрит она. — Конечно, – Ли и не думал отказываться. Все равно в доме, кроме Чонина со своими учебниками, его больше никто не ждал. Они прошли в дом, расставили все накупленное по полкам в холодильнике и принялись за готовку. Джиа села за барный стул и внимательно следила за процессом, иногда подавая различные приборы, лежавшие рядом с ней. Девочка смотрела на своего отца, переводила взгляд на Феликса, и улыбалась, замечая их сплочённость. Они хорошо подружились и стали общаться лучше, чем это было в первые дни. Без какого-либо стеснения и смущения. — Вот так нужно мешать, – говорит Чанбин и становится сзади Ли, помогая ему замесить тесто. — Да, правильно, – чуть тише произносит он возле самого уха, чувствуя чужую дрожь. Сглотнув, Бин посмотрел на любопытные глаза дочери и отошел от парня, приготавливая начинку. — Кстати, Ликси, я скоро опять не пойду в садик на несколько недель. Ты же побудешь со мной? – улыбнулась она, обескуражив Феликса. Он об этом не знал. — Джиа, ты не будешь в садике, потому что со следующей недели ты едешь проведать свою бабушку, – напоминает ей Со и вздыхает. — На несколько недель? – переспрашивает Феликс, посмотрев в сторону Со. — А… да, на недели две, наверное, а там уже как она захочет, – неуверенно кивнул мужчина и продолжил нарезать ягоды. Когда кексы и чай были готовы, они сели вокруг такого же белого мраморного стола и стали трапезничать. Чанбин завёл непринуждённую тему о фильмах и супергероях, которую с радостью все поддержали. Феликс ловил себя на мысли, что пару раз его рука и рука старшего касались друг друга под столом, отчего на душе становилось как-то необычайно тепло. Он давно уже понял, что влюблен. Возможно, это чувство зародилось у него ещё в первый день знакомства, как бы глупо это не звучало. — Ты уже где-то работал? – отпив чай, спросил Со. — В мексиканской лавке. Мне пришлось оттуда быстро уйти, так как я работал, скорее всего с какими-то наркобаронами или что-то вроде того, – рассказывает младший. — В общем, я даже рад, что так вышло, иначе продолжил бы там работать, – улыбнулся Феликс, откусывая кекс. — Когда я поеду к бабушке, надеюсь, ты никуда не улетишь, – Джиа положила руки на стол и взглянула на парня. — Я не хочу, чтобы ты улетал к другим детям. Феликс издал клокочущий в горле смешок и покачал головой. Конечно, он не собирался никуда улетать, особенно к каким-то другим детям. Ему и с Джиа было просто потрясающе. — Не переживай, не улечу. Будешь ещё кекс? – получив кивок на свое предложение, Ли кладет ещё несколько теплых кексов и поправляет на шее девочки воротник ее рубашки. Чанбин смотрел на это со стороны и не представлял, откуда вообще появилось это обаятельное очарование, почему именно оно сидит у него прямо сейчас в доме и, не желая того, очаровывает тут всех? Давно пора было признать, что не только Джиа поддалась этой удивительно исходящей от Феликса волне притягательного шарма. Если он не фея и не пикси, то точно какой-нибудь волшебник, иначе как объяснить это непонятное чувство в груди Чанбина? Потому что ему кажется, он влюбился окончательно и бесповоротно. — Еще кекс? – предлагает Феликс, смотря на Со. — Да, давай.

💕🧚🏻‍♀️💕

— Джиа, давай скорее, дедушка уже приехал за тобой! – кричал отец с первого этажа. Девочка крутила в руках телефон отца и пыталась написать Феликсу сообщение без единой ошибки. На это она потратила несколько дней. Во-первых, ей нужно было собрать все слова воедино и написать их не только правильно, но и в стиле своего папы. К сожалению, она не так часто пользовалась телефоном, не считая игр, поэтому ей пришлось несладко покопаться, чтобы найти номер пикси и начать строчить ему небольшое сообщение. «Сегодня Джиа не едет к бабушке. Ты не мог бы с ней посидеть?» Как только это было отправлено, она быстро поднялась с кровати и вышла из комнаты, пряча телефон за спиной. Она хотела незаметно оставить его на кровати и покинуть дом, но, к сожалению, папа уже спохватился о своей временной потере, начиная искать телефон по всему дому. — Джиа, ты не видела мой телефон? – Со оглядел диван, но так ничего и не нашел. — Вот он, папочка. Все, я пошла! – отдав телефон ничего непонимающему отцу, она выбежала за приоткрытую дверь к своему дедушке. — Опять что ли играла, – бубнит Чанбин и недовольно цокает, подходя к двери. Проведя машину отца взглядом, Со расслабленно вздохнул. Сейчас у него снова начинается неделя конференций на работе, поэтому смотреть за дочкой было бы нелегко, а тяготить постоянными вылазками Феликса тоже не хотелось, хоть это и была веская причина для встречи с ним. У Чанбина, конечно, есть его номер и он, может быть, напишет ему как-нибудь на днях, например, сходить на ужин в ресторан и все такое, но.. — Фух, ты ещё тут! – Феликс оказывается перед ним неожиданно. Он тяжело дышит, смахивает тыльной стороной ладони поступившую на лбу легкую испарину и кое-как стоит на ногах. — Феликс? Ты что, бежал? – Со никак не думал, что встретится с ним сегодня в дверях собственного дома. — Что-то случилось? Ли поправил волосы, стараясь привести дыхание в норму, и как-то странно посмотрел на Чанбина, пытаясь понять, в чем дело. Разве не он ему написал о том, что ему нужно посидеть с Джиа? Феликс как только проснулся, сразу же побежал к дому Со, чтобы дать успеть мужчине отправиться на работу, пока до парня не дошло, что сегодня, вообще-то, суббота и вряд ли Чанбин куда-то собирается, если заметить на нем домашнюю одежду и слегка заспанный вид. — Ты мне написал, чтобы я пришел посмотреть за Джиа, – Феликс просканировал лицо старшего взглядом. — Я? Я же сказал, что Джиа уезжает.. – Со покопался в собственном телефоне, ему нужно было убедиться, что он не сошел с ума, но, как гласило его последнее отправленное сообщение, мужчина действительно его позвал посмотреть за дочерью. Только есть одна проблема: Со ничего никому не писал. — Джиа… – вздохнул он и цокнул, вспоминая, что телефон с утра был у дочери в руках. — Это Джиа тебе написала, – Чанбин поднял взгляд на замешкавшегося Феликса, который не знал, куда себя деть. — А-а… – протянул Ли. — Что ж, ладно, тогда… извини? Я пой.. — Заходи, ты что, зря сюда бежал что ли? С меня завтрак за утренний марафон, который устроила моя дочь, – улыбнулся брюнет, пропуская Феликса в свой дом. Может, и не нужно ждать, чтобы пригласить его куда-нибудь погулять, раз уж Джиа отлично постаралась. Феликс прошел в дом, чувствуя себя немного нервно. Он показал себя слегка с глупой стороны, потому что мчался сюда, как будто бы от этого зависела его жизнь, а как оказалось, Джиа просто решила пошутить. Впрочем, это было в ее стиле, поэтому Ли особо не обижался и старался даже не зацикливать на этом внимание, ведь он впервые в доме Чанбина не для того, чтобы посидеть с его дочерью или провести совместное с ним времяпрепровождение. Он здесь наедине с мужчиной, в которого успел втрескаться по уши. В доме пахло как-то по-особенному. Без детских ноток пряных сладостей, коими были запичканы небольшие флакончики девичьего парфюма; тут уже чувствовался терпкий стальной аромат холостяка. Феликс сидел за столом, дожидаясь своих обещанных тостов, вдыхал этот запах и невольно вспоминал Чанбина в его рабочем костюме. В домашних штанах и бесформенной футболке он ничуть не выглядел хуже, наоборот, в этом даже был свой некий шарм, отдающийся где-то в сердце невероятным теплом. Со Чанбин был идеальным семейным мужчиной. Тот факт, что он до сих пор оставался один, поражал Феликса. Разве никто так и не клюнул на его обаяние? Или все дело в рядом стоящей маленькой девочке, да и та была похожа на принцессу из сказки, как она могла отпугнуть? Ли, конечно, ещё не задумывался становиться отцом и иметь собственных детей, но рядом с девочкой даже он мимолетно смог почувствовать себя папой. — Так и будешь мне спину сверлить взглядом? – ухмыльнулся Со, выкладывая тосты на тарелку. — Прости, – Феликс покраснел и опустил глаза на стол. — Да ладно, я шучу. Знаю, что от меня трудно отвести взгляд, тебе не за чем извиняться, – смеется он и проходит к столу, ставя перед младшим тарелку с чашкой только что приготовленного зеленого чая. — Лучше расскажи, как дела в университете? — Спрашиваешь меня так, словно являешься моим отцом, – на лице возобновилась небольшая улыбка, Ли с удовольствием откусил тост и отпил немного горячего напитка. — Сойдет. Еще годик поучиться и все. — Уже знаешь, где будешь работать? – Чанбин сел напротив, подперев руками подбородок, и внимательно рассматривал младшего. — Ещё пока не решил. Думаю, инженеры пригодятся везде, особенно со знаниями английского языка, – учиться было, конечно, непросто на инженера, но Феликс справлялся как-никак, так что его определённо куда-нибудь возьмут. — Что правда, то правда, – Чанбин посмотрел на время, потом перевёл взгляд на парня. — Ты сегодня свободен? — Ну, да, – проглотив тост, ответил Ли и прищурил глаза. — А что такое? — Пошли на свидание. Сердце пропустило удар. Ли положил тост обратно на тарелку и с неверием посмотрел на мужчину. Это ведь они только что обсуждали будущую работу и плавно съехали на свидание, верно? Феликсу нужно ущипнуть себя, а то вдруг ему это все мерещится, ну или он просто сошел с ума, перегрелся на солнце, пока бежал сюда. — На свидание? – переспрашивает он и получает утвердительный кивок. — Если ты хочешь, конечно, – немного тихо добавляет Чанбин, не опуская своих карих глаз вниз. — Хочу, – не задумываясь соглашается Феликс и старается скрыть глупую улыбку на лице, но та не сдается без боя и все же выглядывает наружу. — Очень хочу, – зачем-то повторяет он, ловя на себе блестящие от радости глаза. — Дай мне минутку, я соберусь и пойдем куда-нибудь, – Со поднялся со своего места и быстро побежал в свою комнату, оставляя Феликса сидеть за столом. — Боже, он позвал меня на свидание… – чуть ли не пищит Ли, прижимая руки к горящим щекам. — Боже-боже-боже.

💕🧚🏻‍♀️💕

Феликс вёл себя как идиот. Нет, он правда вёл себя как идиот. Сперва все было в порядке, они просто прогуливались возле реки Хан, где Чанбин поделился своей душераздирающей историей о сформировавшейся любви к парням. С девушками ему ещё не везло в университете, парень тогда уже понимал, что что-то не так, как хотелось бы. Не было внутри зарожденной искры, пламени, о котором говорят в романтических фильмах. Однако родители настояли на свадьбе, так как они хотели себе внука или внучку, а Со пошел у них на поводу, но ничуть не жалеет. Ведь без этой свадьбы не появилась бы на свет и Джиа, а она мужчине очень дорога. Теперь же он хотел действовать по зову своего сердца. На этих словах он взял Феликса за руку, слегка нервно прикусив губу. Ли, в свою очередь, забыл как дышать и чуть было не задохнулся. Ну не идиот? Феликсу нравились все, вне зависимости от их пола, но рядом с Чанбином, как тот и говорил, он чувствует искру и загорающееся пламя внутри. Стоит ли говорить о дрожащих ногах и бешено бьющемся сердце? Ли думает, здесь и так все понятно. Чанбин, как человек с опытом, уже, должно быть, понял, что Феликс втрескался в него, как школьник. Но разве он признается в своих чувствах первым? Поэтому все мужество в руки берет Чанбин и, развернув парня возле своего дома, когда они уже вернулись с небольшой прогулки и ужина в ближайшем ресторане, он смотрит внимательно прямо в глаза, цепляя пальцами подбородок. — Ты мне нравишься, – размеренно произносит он и следит за каждой эмоцией на лице парня. Тот ещё молод, всего лишь двадцать два года – у него вся жизнь ещё впереди. Навряд ли Феликс хотел бы обременять себя узами брака, но… он все ещё стоит перед Со и никуда не уходит. — Ты мне тоже… очень нравишься, – застенчиво признается Ли, громко сглатывая. — Могу ли я тебя поцеловать? – слетает с губ быстрее, чем Чанбин предполагал. Феликс расширяет глаза, слегка приоткрывает рот и смотрит по сторонам. Небо уже потемнело от туч, намекающих на приближение хорошего дождя, поэтому людей на улице уже было не так много, но они все еще были. — Что, прямо здесь? – Ли метнул взгляд на дом, находившийся в метре от них. — Тут люди. — Плевать. Чанбин притягивает младшего к себе за талию и впивается в пухлые губы, скользя по ним языком. Феликс вздрогнул и простонал сквозь поцелуй, хватаясь маленькими руками за мускулистые широкие плечи, закрывающие все его тело целиком. Он издал ещё одно мычание, когда его язык встретился с чанбиновым и они закружились друг с другом, скользя то вверх, то вниз. Ли привстает слегка на носочки, плавно сминая губы Чанбина своими, чувствуя внутри трепет и восторг. Феликс целовался не в первый раз, но только от этого умопомрачительного поцелуя по телу прошелся заряд тока, который окончательно свел его с ума. Они и не заметили, как пошел дождь, а их одежда, что несколько минут назад была ещё сухой, теперь мокрая. Чанбин не хотел отпускать парня из своих объятий, более того, из своей жизни тоже. Поэтому, не задумываясь, он взял Феликса за руку и повел к себе домой. Нужно было переодеться, Со не хотел позволить холодному ветру и мокрой одежде остудить такого горячего парня, как Ли. — Я принесу одежду, переоденемся, – хриплым голосом говорит Чанбин, но Феликс считает иначе. — От одежды можно избавиться и так, – развернув мужчину к себе за руку, Ли кладет руки на затылок, привстает на носочки и целует, пока вовсе не оказывается у Чанбина на руках. Со отвечает лобызаниями губ по чужим, несет парня прямо на мраморный стол и наваливается сверху, придерживая Феликса за голову. Не разрывая ни на секунду поцелуй, Чанбин проводит рукой по содрогающемуся телу под собой, скользит под футболку, касаясь разгоряченной кожи, и слышит глухой стон. Феликс льнет к нему, прижимает ногами его бедра, зарываясь пальцами в шелковистых волосах, трепетно поддергивая ресницами. Он не хочет открывать глаза, не хочет, чтобы это все заканчивалось. Если это и сон, то самый реалистичный из всех, что у него были. — Я у тебя первый? – запыхавшись, шепчет Чанбин, разрывая поцелуй. — Не-ет.. – Феликс приподнимается на локтях и, затаив дыхание, смотрит на то, как Чанбин избавляется от собственной футболки, открывая вид на рельефную грудь. От такого зрелища слюны во рту становится больше, парень давится и старается собрать себя в руки, но и сам не замечает, как расстилается лужей на этом мраморном столе. — Ты хочешь продолжить? – руки старшего легли на бедра Феликса, он плавно массировал их, подступая к паху, где вовсю уже виднелся бугорок. — Да… хочу, – Ли млеет, готов полностью отдаться в чувства с головой, но все ещё держится – интересно, что будет дальше. Он призывно трется о пах старшего, приоткрывает вид на собственный торс, стянув край футболки вверх, сжимая ее в собственных зубах. В глазах искрятся озорные огоньки, Ли видит, как тяжело вздымается шикарная грудь, он хочет втянуть хотя бы один сосок в рот, проверить, чувствительный ли этот властный мужчина, стоящий над ним, но продолжает лежать, прогибаясь в спине, призывно похлопывая себя по ноге. — Говорят, испанские парни очень горячие. Кажется, я нашел им конкурента, Ликси, – шепчет нечто приятное так грязно, вынуждая Феликса простонать сквозь стиснутые зубы. Чанбин хочет его. Определённо хочет отодрать на этом столе до самых ярких вспышек перед глазами и подарить этому парню несколько оргазмов, чтобы тот забыл на мгновение собственное имя. Его тело, глаза и губы так и манили Со своей красотой, хотелось расцеловать парня везде, ловя в воздухе каждый его томный вздох и скулеж. — Можешь раздеться, – говорит он, — я схожу за смазкой. Феликс приподнимается со стола и с немыслимой скоростью спускает свои спортивные штаны вместе с боксерами вниз, переступает через них и ногой небрежно откидывает в сторону. Развернувшись лицом к столу, Ли сглатывает, осматривая открывшийся ему интерьер. На барной стойке в самом ее конце стояла рамка с фотографией, где находился Чанбин и Джиа. А ведь девочка и не догадывается, что натворила только своим утренним сообщением. Чанбин появился сзади слишком тихо, Феликс и не понял сразу, как резко оказался прижатым щекой к столу. Он проскулил и прозорливо до невозможности стал качать задницей туда-сюда, полушариями касаясь головки чужого члена. Со шипит и несильно шлепает по правой ягодице, посмеиваясь с напористости младшего. — Хочешь сразу перейти к делу или поиграемся? – вопрос Чанбина заставляет Феликса приподняться и посмотреть назад. Сейчас он пожалел, что развернулся спиной, закрывая себе такой прелестный вид на накаченные бедра и шикарный венистый член. — Я хочу… его, – Ли стреляет взглядом вниз и смотрит вынужденно на Чанбина, словно ждет разрешения. — Возьми, – со смешком разрешает Со, не успевая проследить за тем, как парень перед ним оказывается на коленях. Член подергивается в руках, из уретры на темно-розовой головке выступают небольшие капли предэякулята, их хочется слизать, попробовать на вкус. Естество Чанбина массивное, приятно лежит в руках и ждет, когда же Феликс осмелится взять его в рот, а он и не знает, как приступить. Слюны во рту неимоверное количество, он кое-как успевал ее глотать, как она собиралась вновь. Ли бросает взгляд вверх, проходится руками по всему основанию члена, натягивая кожицу, и аккуратно приступает к делу: полизывает венчик, проходится языком вокруг головки и накрывает его губами. Слышится где-то сверху рокочущее: «Блять». Рука Со ложится на макушку, слегка сжимая волосы младшего. То ли хочет засадить в самое горло, то ли остановить Ли от быстрых покачиваний головой. Феликс слегка мычит, вбирая в себя с каждым разом чуть больше. Член в глотку скользит плавно из-за обилия слюны, отчего Чанбин глухо стонет и продолжает материться себе под нос, прикрыв глаза. Губы Ли смыкаются на основании, плоть спокойно доходит до самой глотки, стоит парню только втянуть в себя щеки для вакуумного эффекта. Сверху снова слышится отборный мат и похвала: — Блять, Ликс… как хорошо… – урчит Бин, приподняв голову вверх. Ради такого Ли хочет взять член полностью, уткнуться носом в гладковыбритый лобок, но не может: член достаточно хороших размеров, Феликс ещё просто не готов. Однако вылетающие из горла естественные звуки не позволяют парню опомниться, как Со сам непроизвольно стал покачивать бедрами, проходя головкой чуть дальше глотки. Ли на свое удивление не давится, спокойно принимает в себя возбуждение старшего, но глаза все же заслезились. Феликс выглядел безобразно грязно, но несмотря на это в нем оставалась его невинная красота. Слегка пухлые губы вбирали в себя весь член, большие карие глаза смотрели наверх, встречаясь с глазами Чанбина, а маленькие ручки помогали парню: игрались с плотно сжатой мошонкой и поглаживали стальные бедра, которые Со качал в зале уже несколько лет. С краешков губ стекала вязкая слюна вперемешку с природной смазкой, ее Ли не мог проглотить из-за заполнившей его рот венистой плоти. — Ликси, приподнимись, я хочу растянуть тебя, – просит Со. Феликс освобождает свой рот, смотрит на блестящий от слюны член и небольшие полупрозрачные нити, соединяющие его губы и головку, которая, кажется, увеличилась в размере от возбуждения. Парню не терпится принять в себя это все и соединиться в одно целое вместе с Чанбином. Если бы его не пришлось растягивать, Феликс уже начал бы умолять старшего разложить его на этом столе, так как член болезненно подергивался, прижимаясь плотно к прессу. Но ему приходится подавить в себе желание, боль терпеть тоже не хотелось, а член Со… он хорош, чертовски хорош. Чанбин покручивает в руках тюбик смазки, выдавливает содержимое себе на ладонь и размазывает, подходя ближе к младшему. Тот выпятил зад, упираясь руками о стол, и заядло наблюдал за всем процессом, расставляя ноги чуть шире, приоткрывая таким образом вид на свой сжатый сфинктер. Когда входит один палец, Феликс звонко стонет и насаживается до упора, начиная покручивать своей задницей, привыкая к резкому вторжению в свое тело. Он скулит, чувствует поцелуи на своей спине, пока Со быстро не избавляется от его розовой футболки, которую Ли до сих пор не снял. Когда входит второй палец, парень на мгновение теряется, закрывает глаза и царапает стол, шипя под нос. Привыкнув к количеству, он елозит на пальцах и с упоением сжимает их внутри себя, слыша возле уха смешок Чанбина, искусно впившегося в его шею, покрывая светлую кожу в розоватые пятна. — Блять… блять… – задыхается Ли, насаживаясь на пальцы. Его член качался, бился пошло и влажно о пресс, привлекая к себе внимание. И если Феликс успевает о нем подумать ещё пару секунд, то потом его небольшая проблема и вовсе сходит на второй план: входит третий палец. Ли распахивает глаза, издает стон и снова жмурится, тихо всхлипывая. Пальцы умело растягивают стенки сфинктера, размазывая ванильную смазку. Бедра младшего содрогаются, когда Чанбин несколько раз подряд попадает по простате, отчего Феликс не сдерживается и ложится всем торсом на прохладный стол. — Чанбин… Чанбин-и… – всхлипывает он. — Хочу тебя в себе… пожалуйста.. Слушая эти мольбы с превеликим удовольствием, Чанбин проводит рукой по члену, пачкая его обильно смазкой, и толкается вперед, проникая внутрь расширенных ждущих только его стен. Феликс кричит, дрожит всем телом, его возбуждение пульсирует где-то уже под столом, словно вся кровь прилила к паху, давая понять, что ещё чуть-чуть и Феликс разразится в истошном крике, когда белесые струи спермы плавно или с выстрелом и брызгами окажутся на полу. — Блять… так хорошо принимаешь меня, Ликси, молодец, – Чанбин гладит по волосам, пока пальцы не впиваются в них и не тянут до противного легкого шипения. — Могу ли я взять тебя во всех местах этого дома? – голос стал ниже, с не присущей ему хрипотцой. — Д-да… да! – выпаливает младший, чувствуя таранные толчки, от которых по кухне разносились шлепки от двух тел. — Блять-боже-мой! – пищит Ли и кончает резко на пол, сжимая чужой член внутри. — Молодец, – продолжает хвалить Со. — Чем больше, тем лучше. Не сдерживай себя, – поцеловав Феликса в спину, оставив влажную дорожку вдоль позвоночника, Чанбин прикусил сладкую кожу, поставив ещё несколько засосов на теле. Ли Феликс везде будет помечен парнем. — Иди ко мне, я хочу кое-что попробовать, – покинув Феликса, Со развернул его, садясь на стул, и приглашающе похлопал себя по бедру. — Сядь на меня, – просит он и облизывается. Ли потряхивало, ноги стали ватными, он тяжело дышал и плавно садился на член, сжимая в руках широкие плечи. Прильнув к губам Чанбина, Феликс спустился ладонями к груди и сжал между пальцев его соски, слыша тихий гортанный рык. Парень только хорошо устроился на чужих бедрах, как его неожиданно подхватывают на руки, прижимая к мускулистому телу, а сам обладатель самого-лучшего-в-мире-тела резко встает на ноги и игриво смотрит на перепуганного Феликса. — Черт возьми, блять! – вылетает из него. Чанбин толкается бедрами стоя и насаживает младшего на свой член. В такой позе Феликс не мог не принять все возбуждение в себя полностью. Он заскулил, уткнувшись прямо в шею, его ноги свисали и смешно дергались от каждого импульсивного толчка. Член входил по самые яйца, бился мошонкой об ягодицы и продолжал проталкиваться внутрь, головкой задевая простату. — Чанбин! Я сейчас… бля-ять… Со двигается размашисто, аритмично, прижимая Ли ближе к себе, член того трется о пресс старшего, что, почему-то, веселит Чанбина, доводя своими фрикциями Феликса до легкого головокружения. Он всхлипывал в ключицу, оставляя на ней слюни от чрезмерно истошных криков, из-за которых он не успевал не то, что глотать, но и нормально дышать. — Хочешь кончить еще раз? – улыбается Бин. — Д-да, пожалуйста… – Феликс сам плотнее насаживается на естество, распирающее его изнутри, и с криком во второй раз триумфально изливается на чужой живот и грудь, вздрагивая от поступивших к ногам судорог. — Бин-и… Бин-и… – скулит он и прячет лицо в его шее. — Хороший, хороший… – тихо вторит Со, поглаживая парня по волосам. — Невероятный и только мой, – он целует в плечо и, не покидая тело, несет младшего в свою комнату на холодную роскошную кровать. — Позволишь мне тоже кончить? – просит Чанбин, чувствуя, что его оргазм тоже где-то на подходе. — Да… – с выдохом выходит из Ли. — В меня, пожалуйста… в меня. — Все, что пожелаешь, – брюнет целует его в губы нежно, начиная делать плавные волнообразные движения бедрами, прижимая руки Феликса по бокам от его головы к матрасу. Их губы находились в миллиметре друг от друга, они обменивались горячим дыханием и полуслышными стонами. Чанбин перешел на более плавный темп, прислушиваясь к отчаянным стонам и скулежу парня под ним, что беспощадно царапал ему сейчас спину, и уткнулся носом к чужому, трясь кончиком из стороны в сторону. — Чанбин… – всхлипывает Ли и прогибается в спине до хруста в пояснице, отчего изо рта вырывается ещё один громкий стон. Феликс стонет на ухо совершенно бесстыдно, глотает ртом воздух, тщетно хватаясь за спину старшего, царапая ее во всех местах, словно за спасательный круг. Только проблема вот в чем: он в нем и утопал. Ли смотрит в сосредоточенные глаза и ахает, вскрикивая неровно: «Блядство!» – кончает в третий, черт вашу мать, раз одновременно с Чанбином, и задыхается в собственном скулеже, судорогах, и затмившей его разум эйфории. — Самый прекрасный, – Чанбин целует в губы, — невероятный, – еще один короткий поцелуй, — и лучший мальчик. — И только твой, – повторяет ранее брошенные ему слова Феликс и прижимается всем телом к груди, слыша бешеный стук сердца. — И только мой.

💕🧚🏻‍♀️💕

— Я не поняла! – послышался девичий крик. — Вы спите здесь и без меня? – откинув небольшой чемоданчик, Джиа резко плюхнулась на кровать между Феликсом и Чанбином. — Я приехала, а вы тут… а вы тут вместе спите? – наконец-то до нее дошло. — Джиа, потише, а, – шепчет отец. — Без тебя две недели были такими тихими.. — Не ври, – сипит Феликс, неспешно просыпаясь. Джиа хлопает глазами. Сперва смотрит на пикси, потом переводит взгляд на папу и хмурится. Она только что приехала обратно домой, ее на удивление никто не встречает в прихожей, а, как оказалось, все ещё здесь спят! А самое странное, что и пикси спит в папиной кровати в милой розовой пижаме. — О! Ты что, решил все-таки выполнить мое желание? – теребит она Феликса за руку. — Какое желание? – Чанбин потихоньку просыпается следом. — Ой, я ему загадала стать моим отцом. Кажется, мое желание исполнилось. Теперь пикси никуда от меня не улетит, – девочка ложится на Феликса, утопая в смущенных объятьях. Со смотрит с интересом на Феликса, немо спрашивая: что за желание и почему я об этом узнаю только сейчас? Но в ответ видит лишь снисходительную улыбку. — У меня теперь два папы, да? – Джиа отрывается от чужой груди и смотрит на Чанбина. — Ну раз пикси сказал, что исполнит желание… – хитро протянул старший, приближаясь к двоим ещё ближе, чтобы накрыть их своей рукой, — то он его исполнит, верно Ликси-Пикси? – ухмыляется Чанбин. — А ты будешь слушаться меня, Джиа? – спрашивает Ли, принимая серьёзное решение. — Да-да-да! Конечно, да! – она выскочила из объятий отца и стала прыгать по кровати. — Тогда… – Феликс смотрит на светящегося от счастья старшего и млеет сам, — я буду твоим отцом, Джиа. — Ура! – она прыгает на двоих, за что слышит громкое: — Джиа! — Ладно-ладно! – тараторит она и убегает. — А нет, стойте, не ладно, – тормозит и оборачивается. — Когда свадьба? Я хочу свадьбу! — Джиа! — Ащ! Пикси, с тебя ещё одно желание, – подмигивает она Феликсу, но поймав на себе негодующий взгляд отца, резко хмурится, показывает язык и убегает. — Она невыносима, – шепчет Чанбин, притягивая Ли к себе ближе. — Она чудесна, – поправляет его Феликс и чмокает в щеку. — Нет, вы чудесны.