Любит- не любит

Серёжа сладко посапывает. Из-под огромного одеяла торчит только лохматая рыжая макушка. Разумовский имел привычку даже в самую дикую жару спать под одеялом. Вид алого помидора завёрнутого в одеяло, словно в лаваш, всегда вызывал у Волкова смех и умиление. Парень уже давно проснулся, умылся, даже зарядку успел сделать. Красавец, спортсмен, мужчина, хоть куда. Вернувшись из ванны он заметил, что его товарищ до сих пор спит. Брюнет тихо подошёл к кровати Серёжи и наклонился. —Рота, подъём!— прямо в ухо заорал Волков. —Ааа! Тьфу ты, чёрт, напугал!— стал возмущаться Разумовский, чем вызвал звонкий смех кареглазого. —Ну в самом деле, вставай уже, завтрак проспишь. —Ещё пять минут...—опять забираясь под одеяло буркнул рыжий. Волков не стал церемониться и обойдя кровать со всей силы дёрнул одеяло. В сторону Олега просыпался отборный Разумовский мат. С ворчанием, словно старый дед, Серёжа нехотя сполз с кровати и побрёл в ванну. После процедур рыжий медленным шагом отправился в столовую, постоянно зевая. —Я думал, ты уже не придёшь.—отправляя в рот бутерброд сказал Олег. —И тебе приятного аппетита.—ответил Серёжа и сел рядом. Покрутив перед собой тарелку парень поморщился и подпёр щёку ладонью. Сегодня на завтрак сырники, серый на дух их не переносил, как и большую часть еды что давали в детдоме. —Ты есть то будешь?—кивнув в сторону сырников спрашивает Олег. —Неа, держи.—парень подвинул тарелку ближе к другу и взял со стола яблоко. Надкусив плод несколько раз парень отхлёбывает кисель, в это время наблюдая за Волковым, поглощающим его порцию сырников. Покончив с трапезой ребята отправились в комнату. Они договорились погулять в парке, что находился недалеко от детдома. Серёжа взял небольшой рюкзак набитый хламом на случай "Олеж, ну мало ли что", а Волков захватил гитару. Придя в самый конец парка, где никого обычно не бывает, тишь да благодать, ребята решили устроится под деревом. Кинув на траву куртку, Олег уселся с инструментом в руках. Парень что-то брынчал и пел себе под нос, пока его товарищ развалился рядом с ним на земле. —Красиво.—дослушав композицию сказал Серёжа. —Спасибо.—заулыбался Олег. Отложив гитару в сторону брюнет достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. —Чёрт...—шикнул парень.—Серый, у тебя зажигалка или спички есть? —Курить надо меньше.—съязвил рыжий.—Сейчас гляну. Отыскав в закромах рюкзака коробок спичек Разумовский кинул его Волкову. Чиркнув пару раз спичкой Олег поджёг сигарету и протянул голубоглазому пачку, мол, "будешь?". Разумовский мотает головой в знак отказа и ложится к Волкову на колени. На самом деле ему очень нравилось наблюдать за тем, как курит Олег. Он переживал за его здоровье больше, чем за своё, но это зрелище просто завораживало. Разумовский часами мог наблюдать за прикрытыми карими глазами, клубами дыма, что Волков пускал изо рта, за стройными острыми пальцами, что так небрежно, но красиво держали тлеющую сигарету, за всей этой обыденной, но в тоже время особенной для него картиной. Сделав последнюю затяжку парень выбросил окурок в сторону и прикрыл глаза. Недолго отдохнув на своём товарище, Разумовский решил размяться. Встав с колен парень начал расхаживать по лужайке, усыпанной цветами. —Олег, смотри, ромашки!—рыжий сорвал один цветок.—Погадаем что-ли... —Серёг, ты серьёзно?—изогнул бровь Волков.—Ты прям как девчонка. Суженный мой ряженый. —Да иди ты.—фыркнул парень и плюхнулся рядом. —На кого гадать хоть будешь? —А вот на тебя и буду!—заявил Серёжа и облокотился на дерево.—Любит- не любит. Любит- не любит.... Волков усмехнулся наблюдая за происходящим. "Бедные ромашки. И кто вообще это придумал?", подумал он. Серёжа в это время дёргает последний лепесток.—Не любит...—рыжий немного расстроился. На пару минут в воздухе повисла тишина, словно каждый переваривал то, что нагадали цветы. —Брехло твои эти ромашки...—прохрипел Олег. —Почему? —Потому что... Потому что люблю я тебя, врут они всё. Серёжа встрепенулся услышав такие слова.—В каком смысле "любишь"? —В самом обычном, каком есть...—брюнет шмыгнул носом и отвёл взгляд в сторону, стеснялся. Глаза Разумовского тут же стали размером в пять рублей. Внутри что-то затрепетало. Не так давно он поймал себя на мысли, что Олег ему нравится, чертовски нравится, но признаться в чувствах он не мог, боялся слишком, а тут оказывается что Волков и сам к нему не ровно дышит. —Ты стебёшься, да? —Нет, я правда тебя люблю. Ты единственный мой друг, мой человек и вообще... Ты давно мне нравишься, я не знал, как тебе сказать.—немного строгим от волнения голосом говорит Волков и приближается к Серёже. Он начинает изучать лицо парня, такое родное, веснушками усыпанное, переводит взгляд на спавшую прядь рыжих волос и убирает её Серёже за ухо. Разумовский тут же покрывается алым румянцем, а голубые глаза начинают бешенно бегать. Неужели это происходит здесь и сейчас, на самом деле? Олег прикрывает глаза и легонько поддаётся вперёд. Серёжа замечает этот жест и тихонько приближается в ответ. Ещё мгновение и юноши сливаются в поцелуе, таком неумелом, осторожном, но искреннем. —Олеж...—прошептал парень. —А? —А мы теперь, получается, ну, вместе?—хлопает голубыми глазами парень. —Получается.—Олег одобрительно улыбается и тянет Разумовского в свои объятия. Серёжа вновь заливается краской и расплывается в руках Волкова. —Олеж...—опять спрашивает рыжий. —Чего? —А мы поженимся? —Чё, прям сразу? —Нуу, нет, попозже... Но поженимся? —А ты так замуж хочешь? —За тебя- да.—тычет смущённым лицом в плечо любимого. —Хех, поженимся, поженимся, куда я от тебя денусь.—хихикнул Олег и провёл рукой по медным волосам. Куда-либо деваться от этого чуда ему и не хотелось, действительно ведь любит.