Белое в Красном

Алекс проводит пальцами по целой части лица женщины. После того, как Офицер потеряла сознание, девушка следила за пульсом, держа пальцы на запястье раненой. Американка пыталась считать время, но сбилась на втором часе. Она не могла вот так просто оставить раненую и бежать, пока идёт бой. Когда девушка выбралась на улицу, в лицо тут же ударил свет. Офицера вынесли на носилках. Её спокойное, расслабленное лицо, которое немного побледнело из-за потери крови, всё равно заставило девушку скрытно улыбнуться. И теперь, спустя половину суток, она касалась своими пальцами Капитана, которая была прооперирована, почти вся перебинтованная и живая. С правой стороны, на лице женщины было несколько повязок. На виске, щеке и подбородке. Даже возле губ. На шее тоже было несколько пластырей. Вся рука, кроме запястья была наглухо перебинтованная, вместе с плечом, грудью, животом и частью бедра. Даже правое ухо пострадало. Девушка нависает на Военврачом, целует в лоб и снова смотрит на спящее лицо женщины. Шмидт боялась того, что сейчас она очнётся и начнёт говорить что-то обидное, больное. Даже те слова в бункере были словно удары ножом по сердцу. Но у них была своя причина. Алекс допустила ошибку. Вместо того чтобы разобраться со всем, она повела себя столь глупо и грубо. Да и Капитан сразу же нацелилась на неё из своего "Стечкина", чем изрядно напугала. Тяжело вздохнув солдат срывает повязку со своего разбитого носа и смотрит в зеркало рядом с койкой. Всё распухло и теперь точно будет шрам. Будет что вспомнить. - Ну ты, мать, даёшь.. Такого даже я не ожидала. - Сальнова, которая прибыла на замену Дальговой на место Командира бригады, выслушала всю историю, что произошла, лично от Риты. Теперь женщина сидела, закинув ногу на ногу, почесывая шею и осматривая раненую, которая лежать должна, а она стояла и курила у окна. Злобный, мрачный взгляд смотрел куда-то в окно, по привычке оценивая ущерб. Всё было не так критично. Территория двести двадцать первой роты отделалась полуразрушенным штабом, разрушенными в хлам душевыми, из-за чего Дальгова не на шутку обиделась и потерями в среднем около четырех ста человек. И если прибавлять людей с бригады, то в сумме семьсот. Рита выдыхает дым, держа сигарету здоровой рукой, а после переводит взгляд на блондинку, которая зарылась рукой в длинные, отращённые до плеч, волосы, которые были всё таки чуть-чуть короче волос Военврача. А после и вовсе подмигнула Капитану с улыбкой. - Я столько лет тебя не видела, а ты всё так же хороша. - Катя встала с места и подошла к брюнетке, осторожно укладывая руки на талию Офицера и целуя в часть целой шеи. - Не сейчас. Я ранена в конце концов. - Сальнова ухмыльнулась, а после убрала локон волосы Капитана за ухо. - Малышка, ты не о том думаешь. В любом случае.. Я знала, что кто-то из вас двоих рано или поздно завалит другого. Если бы Полковник был жив, он бы проиграл мне бутылку отличного Виски, который всегда так хвалил. - От напоминания о Полковнике Дальгова нахмурилась ещё больше, а после грубо затушила сигарету о подоконник. Искры разлетелись в разные стороны, из-за чего Старший Лейтенант отпрыгнула назад, а Капитан с легким оскалом достала новую сигарету и панически закурила. Жёлтые стали ещё злее, когда выцепили в толпе солдат с лопатами, кувалдами и прочим инвентарём, знакомую фигуру с короткими волосами, погонами Ефрейтора, разбитым, но поджившим носом и легкой улыбкой на губах. Она обещала уйти. Она не ушла. Осталась среди врагов, помогая им ремонтировать укрепления, траншеи, окопы и продолжая разговаривать с ними на русском, правда акцент немного уменьшился. Рита скалится и не сдерживает рыка. Сальнова выглядывает из-за плеча Капитана и смотрит на Американку, а после ухмыляется. - Так вот в чём дело.. Ты влюбилась в неё! - В следующую секунду Катя взвыла от боли. Дальгова взяла подругу за руку и потушила об неё половину сигареты, с нескрываемой злостью смотря в карие глаза. - Ещё раз скажешь нечто подобное и ты отправишься на тот свет. Передашь заодно Костику от меня: "Ты ебучий пидарас, хули её с самого начала не убил?! Блять!" - Капитан выбивает здоровой рукой окно, а Сальнова только дула на свежую рану, держась за руку и смотря на женщину, у которой психика так никогда не проседала. Это не значило ничего хорошего. Капитан лежит в постели, смотря в потолок. Женщина переворачивается с левого бока на спину и переводит взгляд на окно, которое в силу не хватки материалов, только скотчем заклеили. С улицы слышно, как кипит работа по восстановлению всего того, что было разрушено врагом. Здания конечно не восстановить, но придумать им альтернативу возможно. Военврач надеется, что, когда её раны заживут, душевые появятся на новом месте. Они просто будут, дешевые.. Там она в первый раз поцеловала этого ребёнка.. Зачем? Отговорка вроде: "просто захотелось" звучит охуеть, как хуево. Дальгова в неё уже не верит. Тогда что? Простой извращённый порыв? Она могла её там трахнуть, но только поцеловала и сказала эту херню о солдате. А девчонка реально купилась. Да и какой мудак выдал ей форму?! Какой мудак принял её в бригаду и нихуя не проверил? Даже такие данные, как "Алекс Шмидт" о том, что она, как минимум, не имеет отношения к русской армии. Женщина хмурится, берёт сигареты с тумбочки, которая стояла рядом с кроватью и закуривает. Выдыхает дым в потолок и закрывает глаза. Она Офицер, а значит может позволить себе курить в койке. И ради этого она получала своё звание? Капитан открывает один глаз, когда слышит скрип двери, а после видит девушку, которая застыла в проходе, осматривая раненую. Они обе, как две идиотки, сверлили друг друга взглядом. А после Дальгова решила разрушить эту тишину. - Ох. - Американка встрепенулась, будто отвисла и захлопала глазами. - Я...! Просто хотела проведать тебя! И.. - Рита поднимает здоровую руку, затыкая девушку, держа половину сигареты в зубах и прикрывая левый глаз, чтобы дым не попал. - Заткнись и иди сюда. Хватит орать. - Алекс выгибает брови в виноватом жесте и заходит в комнату, закрывая за собой дверь. Она встаёт рядом с кроватью, осматривая Капитана, которая теперь держала сигарету между пальцев. - Ты проведала меня? Теперь уходи. - Девушка приблизительно могла понять, почему Офицер так злится. Ведь она предала её, а потом вернулась. Сказала, что уйдёт, а в итоге уже четвёртый день занимается восстановительными работами. - Капитан.. Я хотела поговорить.. - Говорить будем, после того, как ты от корки до корки выучишь военный российский устав, где чёрным по белому написано, что к старшим по званию нужно обращаться на "вы".- Шмидт поджала губы и убрала руки за спину, пока Военврач потушила сигарету в пепельнице. - Простите.. Дело в том, что.. Я сменила документы. Я останусь в Российской армии. Так что.. Александра Шмидт к вашим указаниям готова! - Девушка даже отдала честь, но Офицер это не оценила. Она сжала руками одеяло и отвернулась обратно к окну. - Пистолет. - Это было сказано брюнеткой четко и ясно. Но, теперь уже, Саша, всё равно не поняла, что сказала Капитан. Точнее, что имела в виду. - Что? - Дальгова нахмурилась, сжала одеяло ещё сильнее, а после перевела взгляд на Ефрейтора. Которая с удивлением смотрела на раненую. - Ствол дай. - Удивление с лица девушки не ушло. Наоборот, наросло ещё больше. И убывать, в принципе, не очень собиралось. Американка часто не могла понять женщину. Но сейчас она переплюнула всё, что было до этого. - Простите, но.. Зачем вам пистолет? - Шмидт понимала, что Офицер злиться на неё. Очень сильно. Но всё же, этому должен же быть конец? - Да так, застрелиться хочу. Ты сменила имя, нет, добавила пару букв и теперь так сильно гордишься этим? Ты правда думаешь, что я буду с тобой разговаривать после всего? - Рита не просто обиделась. Рита в край охуела и тронулась психикой, которой страдала уже лет десять точно. Но, бедолага Солдат не особо об этом в курсе. - Капитан.. Я понимаю, что допустила ошибку, но.. - Офицер скалиться, уже сжимая одеяла в кулаки обеими руками. Она была зла, а теперь она зла с крупной каплей удивления. - Ошибку?! Да ты..! - Женщина сжимает зубы, терпя волну боли, а после выдыхает, смотря на пол. Девушка подлетела к Офицеру, но та злобно на неё взглянула. И Александра не выдержала. - Почему вы себя так ведёте?! Просто объясните мне причину! Мы можем во всём разобраться! - Американка закусывает губу из-за того, что так повысила голос на раненную. Но последняя только нахмурилась, а после выпалила. - Потому что ты бросила меня! Я.. Я испугалась. Да, блять, я испугалась! Думала, что больше никогда тебя не увижу! Я.. - Капитан сжала зубы, опуская голову. Волосы скрыли слезу, которая скатилась по щекам. Шмидт удивлённо вскинула брови, а после отвернулась, смотря на дверь. Она может отступить и оставить всё как есть или разобраться позже. А может разобраться со всем прямо сейчас. И раз Офицер пошла на такой слабый контакт.. Американка будет бить ва-банк. Пал или Пропал. - Капитан.. Вы мне нравитесь! - Дальгова смотрит на девушку, подняв голову. Слёзы продолжали стекать по её щекам. Она испугалась. Одиночество, которое она так ненавидела, начало умирать, словно солдат, которого нашпиговали свинцом, подожгли и сбросили бомбу. Рита может врать себе сколько угодно. Но смотреть на это детское, молодое лицо, и врать она не может. - Я..