Ненужный волшебному миру.

Через три дня Сириус отправился в семейный склеп, как он всегда называет дом на площади Гриммо, двенадцать. Трансгрессировав на площадь, Бродяга сразу увидел дом, что невидимым для маглов. Окна были грязные и закопченные. Видавшая лучшие времена дверь была облезлой. Чёрная краска местами облупилась. Дом выглядел грязным и запущенным. В двери не было замочной скважины, была только ручка с молоточком в виде змейки. Постучав молоточком, Сириус стал ждать, когда откроется дверь. Не прошло и пяти минут, как дверь открылась. Зайдя в дом, Сириус сразу ощутил запах затхлости и плесени. Обои на стенах стали явно давно отходить.  — Мерзкий предатель объявился в доме благородных Блэков. — раздался писклявый голос старого домовика, которого Сириус всегда с трудом выносил, — Моя бедная госпожа будет недовольна. Очень недовольна.  — Заткнись. — отчеканил Сириус, не обращая внимания на домовика, что был довольно стар, — Что эта старая карга ещё не померла!?  — Кого это ты назвал каргой!? — раздался недовольный голос Вальбурги Блэк, хозяйки этого дома, — Позор моей плоти! Мерзкий предатель крови! Отродье, недостойное моего мизинца!  Сириус сначала слегка вздрогнул, но потом понял, что голос матери доносится откуда-то со стены. Пройдя чуть вглубь коридора, он обнаружил портрет желтолицей старухи с седыми волосами и бешеными серыми глазами.  — А, померла всё-таки! — заявил Сириус, успокоившись, — И, похоже, окончательно тронулась умом от одиночества!  — Что ты забыл в этом доме, выродок гриффиндорский!? — не унимался портрет леди Блэк.  — Я здесь, чтоб стать главой рода! — заявил Бродяга и вручную захотел задвинуть портрет, — Мадам Блэк, если вы не заткнётесь, я уничтожу ваш это портрет!  — Предатель крови! Ты не достоин быть главой рода! — верещал портрет леди Блэк, — Магия рода тебя не примет! Никогда!  — Я что-то сомневаюсь. — заметил Сириус и попытался снять портрет матери со стены, но ничего не вышло, даже ряд заклинаний не помогли, — Значит, заклинание вечного приклеивания. Кикимер, иди сюда!  Перед Сириусом предстал старый дряхлый грязный домовик, одетый в серую набедренную повязку, — Приберись в коридоре, гостиной и кухне! Сюда придёт поверенный рода! Не следует перед ним опозорится.  Но домовик остался стоять как истукан. Очевидно, эльф не собирался его слушаться. Он не считал Сириуса своим хозяином.  — Я приказываю тебе исполнить мой приказ! Живо! — рявкнул на домовика Бродяга, — Твои хозяева Регулус и леди Блэк давно мертвы! Теперь я твой хозяин! Живо за работу.  Кикимер, нехотя подчинился и под бормотания «Кикимер не обязан подчиняться напрямую мальчишке, мерзкому предателю крови и…» всё-таки принялся за уборку. Сириус же отправился в комнату брата и там, приняв душ, оделся в белоснежную рубашку, чёрные брюки и галстук, сверху же накинул темно-зеленую мантию из бархата. Только после этого Бродяга отправился в кабинет главы рода. Там он достал ритуальную чашу и кинжал. Он был готов провести ритуал, но тут он наткнулся взглядом на портрет своего отца. На портрете был изображен не старый мужчина с аристократическими чертами лица, с черными волосами, едва тронутыми сединой, и серыми глазами.  — Отец, не сомневайся, я помню всё, чему ты учил меня. — заявил Бродяга, обращаясь к портрету отца. — Но я стану главой рода не потому, что это должно быть по традициям, а потому, что только как глава рода я смогу обелить свое честное имя и смогу помочь своему крестнику.  Взяв в руку ритуальный кинжал, Сириус порезал себе запястье. Из получившейся раны кровь стала стекать в ритуальную чашу. При этом Бродяга принялся произносить слова ритуала.  — Я, Сириус Орион Блэк, наследник рода Блэк, сын главы рода Ориона Блэка и Вальбурги Блэк, принимаю на себя обязательства главы рода! Клянусь магией рода защищать и оберегать всех представителей рода! — Бродяга заметил, как узоры на чаше начали еле заметно гореть зеленым светом, это означало, что магия рода его услышала. — Клянусь соблюдать все обычаи, традиции и ритуалы рода! Как последний мужчина Блэк, я клянусь возродить добродетель рода! Клянусь своей магией! Да будет так, как я сказал! На этих словах в кабинете главы рода появилось свечение, которое приобрело очертания большой собаки. Сириусу даже показалось, что собака издала лай в знак того, что принимает его как главу древнего чистокровного рода. Бродяга знал, что тотемом Блэков всегда была огромная чёрная собака, а отнюдь не змея. Он не испугался, а, наоборот, понял, что магия рода его приняла как достойного главу рода. Только после этого Бродяга залечил рану на запястье, используя ворованную палочку. Её украл у какого-то егеря Римус в прошлое полнолуние. Теперь ему оставалось надеть лишь кольцо главы рода. Это большое золотое кольцо с геральдическим украшением в виде двух собак. Сириус надел кольцо на палец, оно село как влитое. А после Сириус подобрал себе палочку из арсенала своих покойных родственников. Ему подошла палочка, сделанная из осины с сердцевиной из сердечной жилы дракона. Палочка эта принадлежала когда-то Сириусу первому Блэку. Оказалось, что палочка эта его идеально слушается. Только после этого новоиспеченный глава рода отправился в гостиную. Но в коридоре его настиг голос Вальбурги Блэк.  — Сколько ты ещё планируешь тут шататься, бездельник! — вновь начала орать леди Блэк. — Позор рода! Мерзкий… — недоговорила Вальбурга, так как она заметила кольцо главы рода на пальце правой руки сына. — Ты! Ты стал главой рода! И как только магия сочла тебя достойным!  — Ну как видите, мадам, магия меня сочла достойным. — с высокомерием заявил Бродяга, задергивая потрепанные молью портьеры. Сириус отправился в гостиную, которую привёл в божеский вид Кикимер. Заметив на пальце Сириуса кольцо главы рода, старый домовик демонстративно откланялся.  — Кикимер выполнил приказ хозяина. Кикимер убрался в гостиной. — проквакал старый эльф.  — Убирайся в свою коморку. — приказал домовику Сириус, он не хотел, чтоб грязного вида домовика увидел поверенный рода. — И приведи себя в божеский вид.  Стоило только домовику уйти, как в камине вспыхнуло пламя и оттуда вышел представительного вида гоблин. Он был одет в чёрную ливрею, на сгорбленном носе были надеты пенсне.  — Уважаемый Рагнок, прошу, присаживайтесь. — поприветствовал гоблина Сириус, указывая на диван. — У меня к вам много вопросов и дел.  — Я вас внимательно слушаю, лорд Блэк, — произнёс гоблин, обратив внимание на родовой перстень главы рода, украшавший палец мага. — И, разумеется, я гарантирую соблюдение строжайшей конфиденциальности.  — Мне нужен официальный международный портключ в Италию. Также связь с итальянским филиалом банка Гринготтс. — начал сообщать Сириус. — И нигде не должно афишироваться, что я глава рода. Придёт время, и магическая Британия узнает, что глава рода Блэк — Сириус Орион Блэк. Взамен на это вы сможете распоряжаться моими денежными средствами из хранилища, арендованного на имя моей покойной матери Вальбурги Ирмы Блэк.  — Я весьма польщён оказанным мне доверием, — с удовлетворением произнёс гоблин. И впрямь, кто бы мог подумать, что волшебник решится доверить часть своих средств гоблинам, которых они, по их мнению, считают всего лишь разумными существами? Такое отношение Рагнока не могло не порадовать.  — Уважаемый Рагнок, я бы хотел аннулировать магическое опекунство мистера Дамблдора над моим крестником. — заявил Сириус, а гоблин понимающе кивнул, — И ещё хочу, чтобы вы очистили все дома и реликвии Блэков от чёрной магии и проклятий. Также я хочу, чтобы вы, уважаемые гоблины, занялись ремонтом моих домов.  — Почтем за честь, лорд Блэк, — обрадовался гоблин. — За эти услуги банк получит изрядную выгоду. Будут ли у вас ещё какие-либо пожелания?  — Пожалуй, да. Хочу, чтоб вы сохранили первозданность моей комнаты и комнаты моего брата. Портрет матери можно перенести в комнату брата. — заявил Бродяга, — Ах да, основную часть средств из сейфа Беллатрисы Лейстрейндж отдать на благотворительность. Пусть всё это золото пойдёт на счёт больницы Святого Мунго, на лечение тяжелобольных. Так будет правильно.  — Лорд Блэк, все ваши пожелания будут исполнены, — заверил поверенный рода Блэк. — И ещё я бы посоветовал вам вложить ваше золото в инвестиции и какой-нибудь магловский бизнес.  — Я подумаю об этом. — заявил Сириус, — И последнее, мне нужен будет хороший адвокат, чтоб суметь себя оправдать. Доказательства моей невиновности у меня уже есть. Но я хочу, чтоб обвинения с меня сняло министерство магии Италии. Британскому министерству магии, увы, я не доверяю. Ну, кроме, пожалуй, Амелии Боунс.  — Мы, гоблины, готовы оказать вам содействие в этом вопросе, — заверил Рагнок лорда, с которым, как он выразился, «приятно иметь дело». — Портключ будет готов через неделю. Остальные ваши пожелания будут исполнены в течение шести месяцев. А адвокат прибудет к вам в Италию через неделю. — Я очень доволен, уважаемый Рагнок. — с улыбкой ответил Сириус, — Я рад, что могу на вас полагаться.  На этом и закончилась встреча Сириуса с поверенным рода Блэк. Ему ещё предстоит отправиться с Лунатиком к Уизли за мерзким предателем.  * * * Через пару дней Сириус и Римус отправились в Оттери-Сент-Кэчпоул. Они трансгрессировали недалеко от «Норы» Уизли. Там Бродяга наложил на себя дезалюминирующие чары. Только после этого оба мародёра отправились в дом Уизли. Молли ожидаемо приветливо встретила Римуса и тут же потащила худого оборотня на кухню, чтоб того хорошенько накормить.  — Молли, а где дети? — спросил Римус у рыжеволосой ведьмы.  — Джинни ушла к своей подруге, этой Лавнуд. Девочка явно немного неадекватная. Мальчики отправились в деревню прохлаждаться. — махнула рукой хозяйка дома, — Ну ладно, идём, я тебя хорошенько накормлю.  Сириус этим временем отправился по лестнице наверх. Он без труда нашёл комнату шестого ребёнка семьи Уизли. Бродяга окинул комнату взглядом. Она была маленькой и тесной, но в ярких гриффиндорских тонах. Стены были обклеены плакатами «Пушек Педдл», самой ужасной и непопулярной команды в квиддиче. Рядом со старой железной кроватью располагался комод, на верху которого стояла старая клетка, в ней мирно спала старая крыса. Приглядевшись, Сириус заметил, у крысы нет одного пальца. Пришло время снять с себя дезалюминирующие чары.  — Ну, здравствуй, Питер. — прошипел не хуже змеи Сириус и направил палочку на проснувшуюся крысу, — Коллопортус.  Завидев знакомого ей человека, крыса тут же занервничала с испугу и принялась метаться по клетке, а после ещё и визжать.  — Силенцио. — Сириус невербально кинул на крысу чары немоты и ненавистно взглянул на пасюка, — Пришло время держать ответ, Хвост. Ты ответишь за убийство Джеймса и Лили. Ты ответишь за то, что отправил меня гнить в Азкабан.  Но тут Бродяга заметил, что пасюк принялся медленно увеличиваться в размерах.  — Ступефай. — гаркнул Сириус, — Решил выломать клетку, превратившись в человека. Ничего не выйдет.  Только после этого Сириус трансфигурировал из какого-то железного прутика клетку, похожую на ту, в которой сидит Петтигрю, только она была с открытой дверцей. Все выглядело так, словно хозяин питомца сам забыл запереть клетку с питомцем и крыска просто напросто сбежала. Только после этого Бродяга вместе с пасюком в клетке покинул дом семьи Уизли и трансгрессировал домой к Лунатику. Римус вернулся домой только где-то через час. Он рассказал о том, что произошло в доме Уизли. Вернувшийся домой Рон обнаружил, что его питомец сбежал, из-за чего в доме произошёл переполох. Только после этого Римус и смог покинуть дом Уизли.  — В общем, мальчишка расстроен и подавлен. — рассказывал Римус, но заметив, что эта тема не интересует Блэка, решил завести другой разговор, — Как прошла встреча с гоблином?  — Все отлично. — переменился в лице Сириус, — Порт-ключ будет готов через неделю. Но я хочу пару недель понаблюдать за Гарри, а потом к нему явиться. Он должен знать, что у него есть крестный.  — Бродяга, я это понимаю, но это может быть опасным для тебя. — напомнил другу Люпин, — Ты же не забыл, чем закончилось в прошлый раз твоё безрассудство.  — Десятью годами в Азкабане. — схмурил брови Сириус, — Разлитое зелье не соберёшь. Понимаешь, о чем я. — Люпин прекрасно понимал, о чем ему говорит друг, ведь прошлое не изменить, так же как не исправить и того, что он стал оборотнем, — Лунатик, я не наступлю на одни и те-же грабли дважды. Это поговорка маглов.  — Знаю. Не один ты много общался с Лили. — хмыкнул Римус, он понял, что друга ему не остановить. — Только будь осторожным.  Пока двое старых друзей общались, в соседней комнате по клетке металась перепуганная крыса-анимаг. Питер Петтигрю, а именно он был сейчас в образе крысы, был смертельно напуган. Его поймал Блэк и держит в клетке, из которой он не может выбраться, а также он не может принять человеческое обличие, на клетку Блэк наложил какие-то чары. «Черт бы побрал Блэка и его талант к заклинаниям!» — внутренне ругался Питер, но ничего поделать не мог.