Я так не сделаю...

Чан, по пути в колледж, забирает своего парня и двух своих друзей - Минхо и Хенджина. Чанбин отписался парням, что приедет на тачке Ликса, так как вчера задержался у семьи Ли дома по просьбе самого господина Ли. Чонин все никак не может дописаться и дозвониться до Джисона и Сынмина, что не мало напрягает не только его, но и Хо и Хвана. - Бля, они трубки не берут и на смски не отвечают! - бубнит Нини своему парню уже выползая из машины на парковке колледжа. - Малыш, может они не слышат? Может гуляли вчера или бухали? Спят может? - успокаивает Чан своего парня. Ага, а кто успокоит Джинни и Линоу? Кто успокоит их мысли? Сами? Им хватило хуйни с Феликсом, а теперь и эти двое молчат. - Привет, че стоите? Кого ждете? - подбежал Бин к парням, как только припарковался и смотрит на их задумчивые лица. - Покурим, да пойдем... Как Феликс? - переводя тревожные мысли о Джи и Минни на Феликса, спрашивает Чонин. - Нормально он... Жить будет! Если до конца умом не тронется... - как то фырчит Чанбин, слегка кулаки сжимая и в глазах прям злость такая, что пламя видно, адское такое, с чертями. Нееет, он не хочет убить Ликса... Он хочет его заполучить, целиком всего без остатка, чтобы только его был, только с ним, только рядом! И пусть хоть одна скотина посмеет прикоснуться к нему, Со Чанбин за себя не отвечает, помните, ради Феликса он теперь готов убивать! - Бин! Все хорошо? Ты как-то прям злобно ответил. У вас что-то произошло? - интересуется Чан у друга, а после замечает толпу студентов, что так активно ломится в двери колледжа, чуть ли не сбивая друг друга с ног. - Чего это они все? - удивился Минхо, посмотрев на друзей. - Там чё бухло бесплатно стали раздавать на парах, только чтобы все ходили!!! - смеется Хван. - Или каждому косяк в зубы или дозу сразу! Я такой экшн впервые вижу... - подмечает Чанбин. - Так! Надеюсь это не дело рук Джисона и Сынмина... - тихо бормочет Чан, а Чонин резко поворачивает на него свой взгляд: - Бляяядь... - выругнулся малой и стартанул в сторону входа. Все рванули за ним. Они пробиваются сквозь толпу, слышат крики и, сука, знакомые голоса: кричит Джи, а потом и вовсе орать матом начинает. Подбежавший Нини с ребятами немного ахуевают с этой картины: один мудак сидит верхом на Сынмине и размахнулся для очередного удара, Минни же отбивается, слабину не дает. А Джисона держат два крепких парня по бокам за руки, заломив их ему за спину. Заебись! Приплыли! (Незадолго до приезда парней): Джисон и Сынмин приперлись раньше всех. Сейчас они идут от входной двери по коридору прямо. Громко болтают, смеются, не обращают ни на кого внимания. Все как обычно. - Эй! Слыш! Мудак??? - слышат они, но не обращают внимания, так как среди Джи и Минни - мудаков же нет, поэтому игнорируя тошный голос, просто идут дальше не отвлекаясь. - Ким Сынмин! Мудак - было адресовано тебе! - Ким поворачивает свою недовольную физиономию к источнику шума. - Ты ахуел? Или жить надоело? - вскинув бровь, шипит Минни. - Это ты ахуел! И тебе жить надоело! Я вот все думаю! Что он в тебе нашел? Выглядишь, как мудак! Да и в жизни, скорей, мудак! Так что же он нашел в тебе? - подойдя к Киму вплотную и осматривая его с верху донизу, злобно цедит парень. - Тебе что доебаться не до кого? Или у тебя месячные? Я вот честно не пойму... И вообще, блядь, про кого ты говоришь? И не смей больше голос свой писклявый на меня повышать и мудаком называть! - злится Сынмин, тыкая указательным пальцем незнакомцу в грудь. Джисон уже кулаки сжимает, на звонящий телефон не отвлекается, зубки свои беличьи от злости скалит, вот уже готовый ответить за обиду друга, но в этот момент двое парней, хорошего такого телосложения, просто хватают его под руки и заламывают ему их за спину. Джи громко матерится, а Сынмин еще сильнее злится: хуй с ним его обижать, но тронешь его друга - тебе пизда. - Ну и нахуя Джисона держать? Ссыкуешь, не пойму? - резко выдает Ким глядя на парня. - Что Хенджин нашел в тебе? - смотрит парень искоса на Минни. - Всмысле, блядь? Че за хуйню ты несешь? Я не пойму, он что, выебал тебя и не перезвонил? - смеется со своих же слов Сынмин. - Ты ахуел? Если кто и будет кого ебать, то только я его! И, сука, целовать его при всех могу только я, а не ты МУДАК! - прыскает прям в лицо парень Киму, повысив тон на последнем слове. Минни моську кривит от приторного запаха перегара и табака. Он догадался в чем дело. Это значит парнишка, которому отказал Хван, а тут парень узнает о том, что сам, мать того ети, Хван Хенджин целуется при всех со второкурсником!!! Вот же весело, блядь... Но Хван и вправду нравится Киму и если у того такие ухажеры, то что делать Сынмину? Постоянно теперь кулаками махать? Мда, вот житуха! Повезло так повезло!!! - Пиздец! Ты, блядь, поуши втюханый в Хван Хенджина чел, которому он по-любому отказал и не один раз, да и я бы тоже отказал... Вот! И теперь ты решил сорваться на мне за то, что я поцеловал его здесь, в этом коридоре, при всех? Ты больной? Тебе лечится надо! МУДАК! - рычит и на повышеном тоне говорит Ким. Джи опять же громко материт парней, что стоят за его спиной и как, блядь, два омоновца держат его, а сам Хан выглядит в таком положении, как самый опасный преступник Сеула. Ей-богу умора. - Пизда тебе чувак! Я полюбуюсь, как он будет хотеть тебя, когда на тебе лица не будет... - говорит незнакомец. И тут, блядь, началась драка... Этот парень думал, что наш любимый Сынмини слабак... Хуй он угадал! Но повалить на пол и сесть на него сверху у этого психа вышло, поэтому он сейчас сидит на Кимовых бедрах и снова размахивается для удара. Джисон кричит, проклиная всех и вся, пытаясь вырваться, но крепкие захваты за спиной не позволяют, а куча студентов, что столпилась вокруг, только и делает, что на камеру снимают, ставки делают кто кого и смеются. Вот никакой помощи, ей богу! Пока этот самый парень, что сидит на Сынмине верхом, не слышит за спиной знакомый голос: - Убрал нахуй свои руки от него... - кричит Хван. Сейчас его сердце в бешенном ритме скачет в груди, голос низкий и пугающий, руки сжаты в кулаки, а в глазах черти огнем пуляют. Хван просто в бешенстве. Он и представить не мог, что кто-нибудь, когда-нибудь посмеет тронуть ЕГО Сынмина... Да! Его! Он это решил! Он его! И трогать его имеет право только сам Хван, но трогать он будет нежно и с любовью. - Я сказал... Убери свою пятую точку с его прекрасных бёдер, блядь - уже кричит Хенджин, что аж все замолкают. Этот парень всё-же встает и поворачивается к Джинни. - Почему ты его защищаешь? Кто он для тебя? Почему он, а не я? Чем я хуже этого МУДАКА? - повысил голос на последнем слове парень, тыкая пальцем на Сынмина. Ким уже сидел на попе ровно и просто, смеясь, вытирал большим пальцем кровь с губы, а Чонин уже сидел на корточках рядом. - Не смей называть его так! Не смей прикасаться к нему! Не смей и приближаться к нему, Сон Ёджи! Не смееей!!! - сейчас Хенджин злой как никогда. Это заметили все до-единого. Ким приподнял свой взгляд, удивляясь таким словам, в мыслях даже вопрос всплыл: - #Чего это он меня так защищает?# - Почему ты защищаешь его? Кто он тебе? - уже бычится Ёджи. Но Хван резко толкает его сначала, а потом идёт на него, заставляя Сон Ёджи делать маленькие шаги назад и, в конечном итоге, упереться в стенку. - Он тот, кто дал мне понять, что такое настоящая любовь! Он тот, кто не бегал за мной! Не вешался на мою шею, не мелькал перед глазами, не мешал мне жить! А просто в один прекрасный день появился перед глазами и я полюбил! Вот, кто он мне! Он парень, которого я люблю! А ты тот, кого я ненавижу и готов убить, если еще хоть раз увижу рядом с ним! - Хван говорил громко, его слышали все. И все были в ахуе, в особенности Сынмин. Сейчас Ким в ступоре, он не верит своим ушам - Хван Хенджин любит его? И, оказывается, давно!!! Пока Джинни громко кричит на парня, Минхо подходит к Джисону, встает перед ним и смотрит сверху вниз (не забываем: руки Джисона заломлены у него за спиной - омоновский захват - значит лицо у него сейчас наклонено и находится приблизительно на уровне живота Хо), подмигивает ему и дарит легкую улыбку, а потом резко меняется в лице, когда его взгляд направляется на двух парней позади Джи: - И долго я буду ждать? - спрашивает он. А парни руки Хана резко отпустили и так же резко потерялись в толпе студентов. Вот и правильно, а то не дай бог дядя Минхо сейчас разозлится, тогда точно всем ПИЗДА БУДЕТ. - А! Ёджи! Еще кое что... - продолжает Хван, хватает парня за шкирку и хорошо так бьёт ему по лицу, от чего тот скатывается по стене. - Еще раз назовешь его мудаком, я тебя заживо сожгу! - кинул на последок Хенджин и подошел к Минни. Джинни помог ему подняться и пошел с ним в сторону туалета, крикнув ребятам, что видимо первую пару придется прогулять. Остальные за ними не пошли. Они поняли, что этим двоим нужно поговорить. - Че стоим то? Кого ждем? Разбежались нахуй... - неожиданно кричит Чанбин и толпа резко растворяется, теряясь в кабинетах колледжа. Чан смотрит на своего одногруппника Сон Ёджи, подходит и присаживается напротив него на корточки. - Как ты? Я же просил тебя перестать это делать? Я предупреждал, что ничем хорошим это не закончится! Я же просил... - он говорит тихо, как-то даже с сочувствием в голосе, с легкой хрипотцой. Нет, он никогда не был в ссоре с этим парнем, но Чан знал, что ему нравится Хван. И чтобы избежать проблем и уберечь друга и одногруппника друг от друга, он просто попросил Ёджи отступить и тот, вроде, успокоился. Но как оказывается, только до того момента, пока не узнал о поцелуе Хвана и Кима при всех. Тут-то у него кукуха и слетела... Сон так ничего и не ответил Крису, просто встал и ушел в сторону выхода, а Чан вернулся к своей половинке и остальным парням. После звонка они разбежались по аудиториям. ### - Больно? - спрашивает Хван, помогая Киму смыть кровь с губы и подбородка. Но младший игнорирует его вопрос. - Это правда? - спрашивает Минни, прижимая бумажное полотенце к губе и смотря на старшего. Джинни тоже молчит, его сейчас колбасит, как наркомана без дозы, пальцы рук немеют, глаза бегают в разные стороны, а от осознания того, что он только что на эмоциях признался в любви Сынмину, сводит его с ума. Он нерешительно останавливает свои беглые глаза на лице младшего, сказать хоть слово бы, да никак, ком в горле, сухоть и прилипший к нёбу язык заставляют молчать, поэтому он молча кивает. - И когда ты собирался мне признаться? Вот интересно, если бы ни вся это поебень, что произошла сейчас, ты так и молчал бы? - хриплым голосом спрашивает Ким, внимательно изучая лицо напротив. Он видит как Хван нервничает, он слышит как бешенно бьется его сердце и оказывается, что и сердце самого Минни бьется так же. Он видит как старший снова качает головой, говоря безмолвное: "да". И тут младший останавливает свой взгляд на его губах. - Хенджин! У меня дежавю... Мы уже когда-то стояли так здесь. Только мокрое лицо было у тебя, а вот в таком ступоре был я, когда ты меня поцеловал, поэтому надо кое что исправить... - усмехается Сынмин делая шаг к старшему. Обхватив его холодные щеки своими ладонями, он целует в губы нежно, аккуратно и без лишних движений, просто касается, даже без языка. Он просто хочет их вот так касаться, ощущать не торопясь. Но Хван слегка отклоняет назад голову и смотрит в глаза напротив, пытаясь найти ответ на свой немой вопрос: - "Зачем ты меня поцеловал?" И если Джинни правильно прочувствовал весь поцелуй, которым его одарил младший, то он нашел ответ в его ярких и счастливых глазах. Он прочитал в них то, чего Ким боялся признавать, чего Ким боялся сказать, а имено слово - люблю... - Я люблю тебя, Сынмин!!! Давно люблю! - обняв младшего и, уткнувшись ему куда-то в шею, тихо шепчет Хван, пуская по телу Кима миллиард мурашек и ток по венам. - А я люблю тебя, Хван Хенджин! Ну... Недавно полюбил! Прости.... - с легкой улыбкой отвечает младший, заставляя Джинни даже усмехнутся. Новый поцелуй закрепит их признания друг другу, а мысли о том, что на пары можно и не ходить, только заставляют этих двоих улыбаться шире, а поход в кафе за ручку еще сильнее придаст их чувствам уверенности. Дааа!!! Вот такие они у нас, Хенмины. Драчуны и забияки, но если дело касается любви, то в этой любви мы все как дети.