Моя вселенная

21 ноября 2000 года — день, когда в жизни Тони Старка все изменилось. Это был день, когда его дочь Сара пришла в этот мир. За эти семь лет маленькая девочка стала центром его вселенной, несмотря на все трудности и вызовы. Но даже в этих простых радостях жизни Тони чувствовал, что что-то неизведанное и загадочное скрывается в его дочери. Он даже не подозревал, что Сара уже начала ощущать это. Что-то, что связано с теми событиями, которые произошли в Афганистане, в те темные дни, когда мир не знал, где он и что с ним. 2008 год Сара Старк проснулась, как обычно, рано утром. Она вытянула руки в стороны, как будто пытаясь поймать солнечные лучи, которые с трудом пробивались через шторы. Ее маленькие пальцы начали шевелиться, словно они сами знали, что день будет особенным. Восьмой год из жизни этой девочки был на удивление тихим и спокойным. Тони, поглощенный своими делами, редко отрывался от работы, а Пеппер все чаще занималась заботой о ней. Но что-то в Сара начинало изменяться. Иногда, среди ночи, ей снились странные, тревожные сны. В этих снах она была не просто девочкой, а кем-то большим, кем-то, кто знал, как справляться с огнем и разрушением. Афганистан. Песок. Горящие здания. Звуки сирен и вой сирены, которые эхом отдавались в ее голове. Она видела не знакомых людей, но таких, что стали частью ее кошмаров. И еще, она стояла среди этих разрушений, не испытывая страха, а лишь холодную уверенность, будто все это было частью ее судьбы. Но она не могла понять, почему эти образы были ей знакомы. Она часто рисовала эти сны. Тонкие линии, закорючки, которые, казалось, складывались в разрозненные фрагменты какого-то страшного видения. Пейзажи, поглощенные огнем. Силуэты людей в темных очертаниях, их лица будто стерты временем. Она не могла объяснить, что именно рисовала. И, тем более, не понимала, что эти картинки могли означать. — Сара, что ты рисуешь? — Пеппер подошла к ней, заметив эти странные картины на бумаге. Девочка подняла голову и посмотрела на женщину с легким недоумением, как будто она ожидала, что кто-то спросит. — Это… — Сара задумалась, проводя пальцем по рисунку, — это место, где страшно. Я была там. Пеппер замерла, вглядываясь в ее слова и образы. Сара редко говорила так серьезно, но в этот раз что-то в ее голосе заставило Пеппер замереть. Она почувствовала, что есть нечто большее, чем просто детская фантазия. Может быть, это был просто сновидческий бред девочки, а может, это было что-то большее. — Я не понимаю, о чем ты говоришь, малышка. Но не переживай, все будет хорошо. — Пеппер осторожно взяла листок с рисунком. — Может быть, это просто сны? — Это не просто сны. — Сара упорно кивнула и посмотрела в окно, где первые лучи солнца нежно касались земли. — Это то, что мне нужно понять. Пеппер удивленно посмотрела на девочку, ее маленькие слова звучали так, будто она была старше своих лет. Она решила не продолжать расспросы. Слишком много было необъяснимого в жизни Тони и в жизни его дочери. Вместо этого она просто обняла ее и сказала: — Пойдем, я приготовлю тебе завтрак. У тебя день рождения скоро, и мы должны подготовиться. Сара чуть улыбнулась, но в ее глазах все равно оставалась какая-то тень, будто она знала больше, чем должна. Когда Тони вернулся домой поздним вечером, он нашел Сара на своем привычном месте — перед большим экраном, рисующим еще один бессвязный рисунок. Девочка тихо щелкала кисточкой по холсту, и ее движения казались слишком серьезными для ребенка. — Привет, малышка, — Тони присел рядом. — Что рисуешь? Сара повернулась к нему, а ее глаза были полны какого-то мрачного осознания. — Это место, папа. Ты там был. Я видела. Тони на мгновение замер. Он знал, что его дочь необычная, но никогда не мог представить, что она будет говорить такие вещи. Он, конечно, не мог понять, о чем она говорит. Все эти странные слова о песке и огне, он ведь только недавно вернулся из того самого места, о котором она говорила, но не мог связать это с ней. — Малышка, ты просто фантазируешь. Это всего лишь твои сны. Ты еще слишком маленькая, чтобы понимать такие вещи. — Тони попытался улыбнуться, но внутри его что-то щемило. Он не знал, что эти сны были частью чего-то гораздо большего, чем он мог представить. Но Сара не сказала больше ничего. Она просто продолжала рисовать, как будто она уже знала, что этот момент был всего лишь началом того, что ей нужно было узнать. 2008 год начинался для семьи Старк так же, как и все остальные, но это был год, который привел к тому, что Сара начала понимать свою истинную сущность. Эхо прошлого, как будто она уже пережила это все, начинало просыпаться.