Winter story

Утро приходит не с первыми лучами солнца, а со звоном будильника, понимает Чимин. Сегодня он чувствует себя гораздо лучше чем вчера, что сразу связывает с тем, что именно вчера его навестил Юнги. Возможно, эффект имели не столь эти таблетки и сиропы, принесённые им, а сама встреча. Не исключено.

***

Юнги перенес Чимина к нему в комнату, укладывая на снежно-белую идеально гладкую простынь. Сейчас, наблюдая за этим тихим сном, Мин клянётся себе, что никогда и ни за что на свете уже не сможет причинить этому человеку боль. Он никогда себе не простит, если Чимин испытает хоть малейшую боль от него. Клянётся сам себе, что будет беречь его всем сердцем. Юнги касается подушечками пальцев нежной, мягкой кожи на шее, с которой уже полностью сошли те отметины, что он оставлял, а после гладит по этим мягким волосам. Кажется, он готов делать это вечно, вот так сидя рядом с кроватью на корточках, никуда не торопясь. Только вот, он слышит, в квартиру кто-то пришел, поэтому ясно понимает, что это родители Чимина, которые видели его первый раз не с самой лучшей стороны. Естественно, деться не куда, не полезет же он в шкаф, как тайный любовник их сына, конечно нет. Он принимает решение, что просто останется сидеть вот так, как бы странно это не выглядело. Лучше уж так, чем сбегающий из их дома неформал, который вышел из комнаты больного спящего мальчика, каким все ещё видят Чимина его мама и папа. Дверь комнаты открывается, впуская свет из коридора в темную комнату тонкой струей. Именно в этот момент, как нельзя кстати, Чимин решает, что обхватить руку Юнги во сне будет прекрасной идеей. Так их и видят. Чимин, накрытый его теплым одеялом с принтом звёзд, видящий уже стопервый сон обхватывает руку любующегося на него парняя который сидит у его кровати. Милое зрелище. Родители практически сразу подзывают к себе Юнги, но вот их сын даже во сне не хочет разлучаться с ним, отпуская руку не с первой попытки встать. Все таки получилось, так что Юн, не решив сопротивляться, выходит за дверь, оставляя за собой в комнате кромешную темноту. – Пак Мингю, - представляется отец, на которого Чимин похож, как две капли, отмечает для себя Юн, а следом говорит мать. – Пак Тэён, приятно познакомиться, - женщина улыбается приятно, искренне, как и сам Чимин, все же, родственники. – Мин Юнги, - четко отрезает парень, - одноклассник и друг высшего сына. – Знаем, все уши уже прожжужал, - смеётся мама, - Юнги то... Юнги се... Вернулся с Юнги... Юнги заберёт.... Буду с Юнги.... – Ну уж лучше, чем с этим оболтусом Тэхеном, - перебивает Мингю, - в учебе подтянулся и другом новым обзавелся. – Вообще, мы хотели тебя поблагодарить, что ты о нем заботишься. Судя по его рассказам, вы прям два попугая неразлучника, что друг без друга не могут, а тут что-то давненько про тебя не слышали, думали что случилось, - мама Чимина рассказывает все воодушевленно, чуть посмеиваясь, - рады, что все впорядке, ещё раз спасибо, что печешься об этом аболтусе, а то ничего сам не может, совсем дитё ещё... – Да и правда, - добавляет папа, - приходи к нам почаще, а то ты сам живёшь, как Чимин говорил, скучно, наверное, да и еду домашнюю будешь есть, моя жена, - указывает на стоящую рядом женщину, - изумительно готовит, просто пальчики оближешь. Будем тебе вторыми родителями. Юнги мысленно все обдумывает, осознавая, что его ситуация куда лучше, чем он думал. – Буду стараться чаще приходить к вам, мама и папа Чимина, спасибо, но я пожалуй пойду сейчас, он уснул, - указывает на дверь за спиной, - минут 40 назад, но я не уверен, может больше, я готовил, когда он..., - не успевает он договорить, как сзади его талию снова обвивают теплые руки, он тает, а родители совсем не удивлены, будто это привычное дело, когда их сын обнимает другого парня. – Немного устал, - сонно лепечет Чимин, - можно я пойду к тебе? Мам, пап, он хороший... Он мне еду приготовил..., - все также стоят в обнимку. Родители заливаются смехом и согласно кивают. – Идите, я предупрежу классного руководителя, что вас обоих завтра не будет, - разрешает Тэён, - Юнги, пожалуйста проследи, чтобы он ромально спал, а не лежал до полуночи в телефоне. – Будет сделанно, - шутит Юн, - приказ принял. На этой ноте парни разлипаются и, обувшийся в тапочки Чимин, выходит следом за Юнги.

***

Чимин ощущает теплое дыхание сзади на своей коже, а также то, как Юнги, словно кот, пытается уткнуться носиком в его спину, при этом обнимая одной рукой за талию. Все же утро начинает более чем приятно... Русоволосый парень хочет встать с кровати и приготовить что-то для самого Юна, ответив на его переживания и заботу, что собственно и делает. Чимин направляется на кухню, оставив посапывающего друга в кровати. Спустя полчаса по квартире уже раздавался запах блинчиков и кофе, который не мог остаться незамеченным хозяином дома. Вкусный и манящий запах разбудил Юнги и его рецепторы, заставив подняться с постели. Парень лениво тянется и все же плетется на запах. Пройдя на кухню, Мин будто завороженный останавливается, желая наблюдать за тем, что делает его гость. Это выглядит слишком драгоценно и мило. Чим в темном фартуке стоит в его свитере, возле плиты и печет последние блинчики, аккуратно складывая их на блюдо, как вдруг нечаянно обжигается, отдернув руку от сковороды. На это моментально реагирует только что улыбающийся Юнги, уже успевший смениться в лице. – Чимин, осторожно! Сильно больно? - переживает и обхватывает маленькую руку своей, тихо дуя на место соприкосновения с горячим металлом. – Все впорядке, - отвечает Чимин, - обычный малюсенький ожог, ничего такого. – А если бы ты сильнее обжогся, перевернул бы на себя горячую воду или порезался? Ты совсем о себе на думаешь? - преувеличивал и возмущался блондин, что вызывало у Пака лёгкий смех. – Чего смеёшься, я же пережи.... Чимин накрывает губы Юна своими, целует аккуратно, мягко, почти не прикасаясь, и почти сразу отстраняется. – Дурашка, слишком уж ты преувеличиваешь.