Письмо на чужое имя

Непривычно яркий свет свечей освещает Большой Зал. Несколько десятков первокурсников робко столпились перед стулом, Распределяющая Шляпа уже заняла свое место. Детишки с любопытством переглядывались и завороженно смотрели на потолок, который сегодня был затянут тучами. Хоуп подперла руку щекой, ожидая предстоящего ужина. Мрачная атмосфера витала и в стане учителей, а лица учеников невольно косились в сторону стола Пуффендуя, который в последние годы терпел пик своей популярности, после смерти Седрика. Эттвуд не могла ничего сказать об этом парне, она пару раз видела его на матчах, но, подобно своим подругам, никогда не испытывала к нему влюбленной тяги. Джинни о чем-то спорила с Роном, а затем, гневно сопя, отвернулась от новоиспеченного старосты. — Кажется, значок старосты отшиб моему брату последние извилины головного мозга, - поделилась рыжеволосая с подругой, скрестив руку на груди. — В детстве я мечтала иметь старшего брата, - печально вздохнула Хоуп. Она завидовала Джинни. Уизли часто рассказывала о своих родственниках. У Хоуп были лишь мама и папа, и больше никого. — Знаешь, а я думаю, что тебе повезло. Никто не спешит читать нотации. — Привет, близняшки, - Фред потрепал девушек по волосам и присел рядом с Хоуп. — Как лето прошло? Джинни и Хоуп имели лишь одну общую черту – рыжие волосы. Фред и Джордж часто смеялись над младшей сестрой из-за выбора подруги, будто ей дома не хватало рыжих. Но в скором времени, и они приняли маленькую хрупкую девочку с рыжими косичками, которою все еще пугало волшебство. Миссис Уизли сразу же прониклась теплыми чувствами к магловскому ребенку, и коллекция Хоуп, из года в год, пополнялась вязаными свитерами. Эттвуд восхищалась этой женщиной. Насколько огромное сердце должна была иметь миссис Уизли, чтобы ее любви хватило еще и на друзей своих детей. — Было бы отлично, если бы мои родители не читали «Ежедневный Пророк», - с улыбкой ответила Хоуп. Наконец-то, Дамблдор поднялся со своего места, и в огромном зале воцарилась тишина. Директор указал на шляпу, и первокурсники, разинув рты, уставились на потрепанную шляпу, которая до этого момента не производила на них должного впечатления. Несколько секунд длилось молчание, а затем Шляпа запела.

«Говорит Слизерин: «Буду тех только брать, У кого родовитые предки». Говорит Когтевран: «Буду тех обучать, Что умом и пытливы и метки». Говорит Гриффиндор: «Мне нужны смельчаки, Важно дело, а имя — лишь слово». Говорит Пуффендуй: «Мне равно все близки, Всех принять под крыло я готова».

Хоуп улыбнулась, ей вдруг вспомнилось, как и она сама, в страхе, стояла перед этой шляпой в первый раз. Как тряслись ее колени, и как раздался грозный голос Профессора Макгонагалл: «Хоуп Эттвуд». Девочка чувствовала взгляды, чтобы были направлены в ее спину. Шляпа долго молчала, хмурилась и долго бурчала себе под нос, что кто-то что-то перепутал. Долгожданное «Гриффиндор» принесло с собой чувство облегчения, и ловко спрыгнув со стула, девочка побежала в сторону красно-желтого стола, что аплодировал яростнее всех. «- Меня зовут Джинни», - рыжеволосая девочка с россыпью веснушек присоединилась к ней через пару секунд, ей повезло гораздо больше, шляпа быстро вынесла свой вердикт. « - Я Хоуп» , - улыбнулась Эттвуд, пожимая бледную руку. Им было суждено стать подругами, разделить одну комнату, парту и секреты друг с другом. — За лето она обновила репертуар, - улыбнулась Хоуп, когда песня закончилась, и Зал разродился бурными аплодисментами. — Что ж, - подытожила Джинни, — У нее было время подумать. Дамблдор, с присущей ему теплотой, приветствовал новичков, но сегодня все внимание было приковано не к «новой крови», а к женщине в розовом, что сидела за учительским столом. Хоуп сразу не понравился ее взгляд, который забирался глубже, чем кожа. — Новый преподаватель по ЗОТИ? – девушка решила обратиться к Фреду, пока декан их факультета озвучивал новую фамилию. — Похоже на то, уж больно у Снегга недовольный взгляд,- хмыкнул один из близнецов. Эттвуд хихикнула, прерываясь на аплодисменты. В школьных кругах ходили легенды, большая часть которых принадлежала гриффиндорцам. Шутки шутками, но кто-то в этом году снова будет негодовать. — Мне многое хочется вам сказать, - произнес директор, снова поднимаясь со своего места. — Но вижу ваши голодные глаза. Уплетайте за обе щеки! Дамблдор хлопнул в ладони, и на столах появилась еда. К Хоуп только сейчас пришло чувство голода. Девушка вооружилась вилкой, и ее взгляд упал на золотистый картофель, который источал великолепный аромат. Хоуп потянула руку вперед, но не одна она собиралась начать с этого блюда. — Прости, - произнес Гарри, когда их вилки столкнулись, и они, по какому-то внутреннему щелчку, убрали руки. — Все в порядке, - Хоуп ему улыбнулась, и решила зацепить немного зеленого горошка. — Ты уже пробовала пудинг? – раздался восторженный голос Джинни над ее ухом. — Я мечтаю начать с картошки, - засмеялась Эттвуд, вонзая вилку в золотистые дольки. Как бы им не хотелось, но такой прекрасный ужин не мог длиться долго. Когда все блюда были съедены, и последние куски десерта разлетелись по тарелкам, над учениками нависла приятная сонная дымка. Хоуп лишь мечтала добраться до кровати, никто и не собирался сегодня распаковывать вещи, за исключением, быть может, первокурсников. — Как вы могли заметить, у нас сменился преподавательский состав. Разрешите вам представить нового профессора по Защите от Темных Искусств – Долорес Амбридж. Загадочная дама в розовом, наконец-то, обрела имя. Редкие хлопки раздавались из разных сторон зала, никто и не спешил выразить дружеские чувства в сторону нового преподавателя.  — Нас ждет веселый год, - произнесла Джинни, когда под речь директора они отправились в свои спальни. — Никто другого и не ожидал, - пожала плечами Хоуп, чувствуя на себя чьей-то взгляд. Гордая гриффиндорка обернулась, встречаясь с глазами с изумрудным галстуком. — Эй, вызываю Хоуп, - над ухом щелкнули пальцы Джинни. — Прости, я немного задумалась, - девушка тряхнула головой, возвращаясь мыслями к подруге. — Дин и Симус приглашают нас на выходные в Хогсмид, я заочно согласилась за себя и тебя, - поведала Уизли, когда у портрета Дама столпилась очередь из учеников. — Джинни! – возмущенно воскликнула Хоуп. — Почему мы стоим? – раздался недовольный голос Рона за их спинами, — Кто-то же должен знать новый пароль. — Ну, вообще-то, староста, - озвучила свои мысли Хоуп, встревая в их монолог брата Джинни. — То есть – ты, Рон, - засмеялась девушка. Лицо рыжеволосого парня исказило непонятной гримасой, и среди толпы раздался уставший голос Гермионы. — Пароль « Смелый лев»! – оповещала староста, открывая проем в гостиную. — Рон, тебе следует быть внимательней, я не собираю делать всю работу одна. В гостиной было шумно. Ученики, уже растянулись на диванчиках, обмениваясь летними новостями и впечатлениями. Когда в гостиную вошел Гарри, разговоры смолкли. Джинни оторвалась от альбома Хоуп, летние пейзажи получались у девушки довольно хорошо,  и один из них она обещала отправить в подарок миссис Уизли.  Ссора между Симус и Гарри привлекла гораздо больше внимания, чем новый профессор. Все по спальнях разогнал Рон, который неожиданно вспомнил о своих прямых обязанностях. — Хоуп! – Симус догнал Эттвуд на лестнице. Девушка повернулась, прижимая к груди альбом в обтянутый черной кожей. — Джинни рассказала тебе о Хогсмиде? — Да, - она заправила прядь волос за ухо, тяжело было говорить с ним, после того, что случилось в гостиной. — На тебе лица нет, - он с опозданием понял, что виной стала его ссора с Избранным. — Только не говори, что ты веришь Поттеру. — У меня не больше причин доверять «Ежедневному Пророку», - честно призналась Хоуп. — Ты веришь в его бредни про Сама-Знаешь-Кого? – простонал Симус. — Симус, я знаю не больше твоего, но я видела собственными глазами его состояние после турнира. Такое сложно забыть. — Обещай, что подумаешь по поводу выходных, - попросил парень, пытаясь уйти от ненавистной темы. — Доброй ночи, - устало произнесла Эттвуд, повернув в сторону спальни для девочек. Хоуп и сама не знала, почему так сильно верила в слова Гарри. Без объяснения причины она встала на сторону Поттера, как самый верный друг. Что-то подсказывало ей, что эти зеленые глаза просто не умеют врать.