Интервью в понедельник

      Утром Темиров получил ключи от номера в отеле, в котором изначально не планировал находиться. Теперь у него было два картонных конверта с разными цифрами. И один нужно было вернуть.       Мужчина в сопровождении швейцара поднялся на седьмой этаж, быстро разложил вещи и, подключившись к местному вайфаю, проверил соцсети. Роман был онлайн два часа назад и опубликовал историю с видом с балкона отеля. Судя по пейзажу, окна его номера выходили на парк, расположенный с противоположной стороны здания. Темиров решил, что на всякий случай не будет показывать своим подписчикам и друзьям новый отель: процент общих контактов неясен, лучше не рисковать.       Мужчина задумался, стоит ли написать журналисту о том, что он все-таки поменял гостиницу. Ждет ли этого Роман в принципе?..       Темиров перешел в диалог с парнем. Ничего нового там не появилось, а рядом с фотографией в кружочке все так же выводилась подпись «был в сети два часа назад». Скорее всего, его вместе с остальной группой увезли на экскурсию или еще куда, и не факт, что он сможет прочитать сообщение до вечера, если не подключал роуминг.       Дмитрий начал писать журналисту сообщение, но в итоге ему практически друг за другом позвонили помощник, менеджер и администратор стенда «ТемпТехМеда» на экспозиции медицинского оборудования. Бизнесмен накинул пиджак, срочно вызвал такси и поехал в выставочный центр.       В дороге он наконец-то нашел минутку и написал Роману, что перебрался в его отель. Оставалось надеяться, что журналист увидит это, и для него не будет сильной неожиданностью, если Темиров придет в гости. Несколько предыдущих сообщений бизнесмена в том же диалоге остались непрочитанными. В одном из них мужчина пытался выяснить, о чем Сударев хочет поговорить, а во втором просто спрашивал, как у блогера дела.       Дмитрий решил, что вечером заглянет к журналисту с каким-нибудь подарком. Кроме того, оставалась вероятность увидеться на выставке…       Попытка занять мысли чем-то другим на оставшуюся часть дня не увенчалась успехом. Темиров приложил усилия, чтобы не думать о Романе хотя бы ежесекундно.       На выставке они не пересеклись. Один раз Дмитрию показалось, что Сударев прошел между стендами неподалеку, но это был просто похожий молодой человек. В какой-то момент предпринимателя позвали представить продукцию своей компании в небольшом конференц-зале, оборудованном в другой части огромного центра. Выступление с переводчиком заняло около сорока минут. Вернувшись, Темиров со спокойной улыбкой выслушал удивление оставшегося рядом со стендом подчиненного из-за того, что сибировские журналисты даже до Китая добрались. Эмоции от этого рассказа были сложные. Хотелось от досады пойти бить боксерскую грушу в зале до тех пор, пока из нее не посыплется песок, а потом бросить все и побежать разыскивать Романа, чтобы его на руках носить. В принципе, грушу можно было бы и пропустить.       Часы до вечера тянулись бесконечно. Темиров пообщался с десятками людей, обменялся контактами с местными клиниками и компаниями, дал комментарий китайскому телевидению, ответил на кучу звонков из Сибировска и даже разок прогулялся сам между чужими стендами. В восемь часов вечера первый день выставки завершился. Дмитрий вызвал такси, заскочил в обнаруженный недавно торговый центр с импортными товарами, купил бутылку хорошего виски и поехал к отелю.       Проверил телефон. Роман все еще не ответил на его сообщение и даже не прочитал его. Мессенджер показывал, что парень был в сети утром. Может, еще не вернулся? Но пытаться навестить его позже будет как-то… чересчур.       Дмитрий первым делом зашел в свой номер, оставил сумку с документами, выдохнул, мимолетно посмотрев в зеркало и отметив, что выглядит бледнее, чем обычно. На всякий случай мужчина даже причесался. И тут же тихо рассмеялся, поймав себя на том, что дико нервничает.       Ладно, хватит терять время. Он взялся за ручку двери, внутренне отмечая, как сильно дрожат пальцы. Для старческого тремора рановато. Когда последний раз такое было, чтобы руки дрожали из-за переживаний? Хотелось пройтись по лестнице, чтобы методичные шаги хоть немного успокоили разум, но в ближайшем обозрении выхода на лестницу не обнаружилось.       Темиров спустился на лифте на пару этажей, вытащил из внутреннего кармана пиджака конверт от чужого ключа-карты и медленно побрел по коридору. Мимо проплывали двери с номерами, звуки шагов поглощал мягкий ковер, тихое шуршание издавал подарочный пакет с бутылкой, когда задевал ногу мужчины.       Роман дал конверт с указанием своего номера. Он ведь не стал бы делать этого, если бы был против встречи, верно? К тому же он так мило покраснел, когда они прощались…       Сердце начало стучать где-то в горле, когда Темиров остановился напротив нужного номера и занес руку, чтобы постучать. Раз, два, три. Через пару секунд послышался знакомый голос. Так, а что он сам скажет-то? Роман открыл дверь и выглянул в коридор. Пару секунд они молча смотрели друг другу в глаза.       — Добрый вечер, Птичка, — еле слышно сказал Дмитрий. Журналист ойкнул и распахнул дверь шире, приглашая его в номер. — Прости за такой, эм, сюрприз. Я писал тебе утром, но…       — Извините, не видел. Я только недавно вернулся с ужина и решил сначала, ну, душ принять, а потом уже посмотреть, кто мне писал днем, — журналист прикрыл дверь за гостем и неловко ему улыбнулся. И правда. Темиров обратил внимание не влажные каштановые пряди, падающие на лоб и уши Романа. И на то, что парень в гостиничном махровом халате поверх клетчатых пижамных штанов.       — До сих пор не могу поверить, что мы встретились здесь, — отвлекаясь от этой мысли, Дмитрий пожал руку журналисту. Тот широко улыбнулся.       — Я тоже, если честно, — парень поправил очки на носу, не вынимая кисть правой руки из ладони бизнесмена. — Когда мы услышали о тематике выставки, сразу начали между собой шутить, что знаем, кому ее продвигать. А потом я просто ушел чуть вперед, и… совершенно внезапно услышал, как вы меня зовете.       Темиров зачарованно усмехнулся и совершено машинально провел большим пальцем по тыльной стороне ладони Романа. Он смотрел на парня во все глаза, как будто пытаясь запомнить в мельчайших подробностях все: растрепанные волосы с капельками воды на торчащих в разные стороны прядях, маленькую родинку вверху лба, еле заметные ямочки на щеках при улыбке.       — О, э, кстати, я тут тебе небольшой подарок принес. В честь нашей встречи, — Дмитрий отпустил правую руку Романа и протянул ему подарочный пакет. Журналист неуверенно забрал гостинец.       — С-спасибо, не стоило… — парень заглянул в пакет, а затем посмотрел куда-то в сторону. — Могу предложить снять пробу — отметить встречу. У меня есть немного колы к этому подарку.       Темиров разулся, прошел дальше в номер и поставил темную бутылку с виски на письменный стол рядом с чужим заряжающимся телефоном и фотоаппаратом в чехле. Роман принес колу и два гостиничных стакана.       — Хм… Кажется, мне стоит переодеться. Вы вот в официальном, а я в пижаме практически, неловко, — Сударев смущенно порозовел, посмотрев в сторону стеклянной стены между ванной и спальней. — Откройте пока виски, хорошо? Я мигом.       Темиров хотел было сказать, что ничего не имеет против, но осекся.       — Если тебе так будет комфортнее, конечно, — мужчина повернулся лицом к зашторенному окну и столу и стал открывать бутылку алкоголя, стараясь не вслушиваться в шорох одежды в нескольких метрах позади себя и не слишком концентрироваться на представлении происходящего.       Темиров посмотрел время на телефоне и медленно налил в два принесенных стакана немного виски. Наверное, Роман сам добавит столько колы, сколько будет нужно…       Журналист уже подскочил к столу с другой стороны. Он успел переодеться в однотонную бежевую футболку и светлые джинсы. Заметив взгляд Дмитрия, парень широко улыбнулся, а потом долил колы в свой стакан.       — За встречу, — объявил Темиров, чокаясь с блогером. — Как тебе Китай? Вас повозили по Шанхаю?       — Да, мы побывали в нескольких интересных местах. Потом напишу статью о поездке. Могу вам отправить, — Роман опустил глаза и отпил из стакана. — Помнится, вы упоминали участие «ТТМ» в международных выставках и выстраивание контактов с другими странами. Это оно и есть?       — Ага. Уже заключили несколько контрактов. Может, заказать у вас статью об этом?..       — Даже сразу можно угадать, кому определят заявку. Я уже скоро буду знать о вашей компании столько же, сколько знаете вы, — Сударев усмехнулся.       Дмитрий прошел к окну, выдвинул из-под письменного стола тяжелый стул и занял его. Роман прислонился к бюро с другой стороны. Оставаться в тишине надолго было бы немного неловко. Что еще обсудить?       — Какие напитки ты предпочитаешь? Кажется, в прошлый раз ты заказывал пиво… — вспомнил Темиров.       — Мне нравится газировка, а из алкоголя — да, пиво. Еще белое вино иногда попадается неплохое. Остальные виды реже… А вы, я так понимаю, любите виски подороже?       — Можно и так сказать… — бизнесмен наклонил бутылку, подливая себе еще. Роман добавил себе колы.       Они все равно на несколько минут погрузились в молчание, и Дмитрий поймал себя на интересной мысли: он совершенно не знает, что сказать. Мужчина растерянно улыбнулся. Это было необычно, но как будто бы приятно. Неужели такое может произойти после стольких встреч и разговоров? Он ведь всегда знает, чем заинтересовать собеседника.       — У вас такое лицо, как будто кто-то сделал вам приятный сюрприз, — прокомментировал Роман.       — Ощущение действительно похожее… Я просто как будто лишился дара речи, но этого не случалось так долго, что даже удивительно.       — Серьезно? Почему у вас вдруг возникло такое ощущение? — парень подступил к окну, поправил шторы, сделал шаг назад и оказался чуть ближе к Темирову.       Тот бросил на него очередной долгий взгляд. На обхватившие стакан пальцы, слегка помятую футболку, которая с одной стороны лежала нормально, а с другой чуть задралась, на очки в довольно толстой оправе. Снова почувствовал, как его переполняет нежность.       — Видимо, опять из-за тебя, Птичка, — ответил Дмитрий и отпил еще виски. Роман покраснел.       — Вы так только меня называете? Как вообще пришло в голову это прозвище… В смысле, с Ромашкой все понятно, но это?..       — Только тебя. Просто… ты иногда похож на маленькую птичку, вроде воробья. Такой же растрепанный и забавный, — усмехнулся Темиров.       Журналист в ответ промычал что-то неразборчивое, практически закрываясь стаканом. Свободной правой рукой он оперся на стол. Такое простое и красивое движение. Теперь он практически сидел на столешнице. Совсем близко.       — А как бы ты хотел, чтобы я тебя называл? — Темиров поймал себя на мысли, что опять хочет коснуться руки журналиста.       — М-м… Не знаю. Птичка и Ромашка слишком смущает. Может, просто по имени? — попросил парень.       — Рома-Рома-Роман, Роман — мужчина всей моей жизни? — не сдержался Дмитрий.       — О боже, нет, только не эта песня, — засмеялся журналист. — Теперь другие варианты уже не кажутся такими смущающими.       — А вот ты всегда называешь меня только по имени и отчеству. Есть какие-то другие версии? — мужчина на стуле развернулся к собеседнику.       Роман внимательно посмотрел на него, а затем вдруг вспыхнул не хуже красного китайского фонарика, которыми были украшены некоторые улицы Шанхая. Интересно.       — Ром? О чем ты подумал? — Темиров поднял бровь.       — Э-э… Н-неважно! — выпалил парень и сделал несколько глотков из своего стакана.       — Так мне стало еще интереснее…       — Просто глупые ассоциации с, эм, со всей этой ситуацией! — стал махать руками Роман.       — Ладно, не буду настаивать, — Темиров улыбнулся, подпирая голову кулаком.       Казалось, что сегодня журналист более настроен на общение, чем в прошлую их встречу тет-а-тет. Даже если она состоялась по его инициативе.       — Ты как будто ведешь себя по-другому. Не как в прошлый раз.       — В смысле в выставочном центре? — переспросил парень.       — В ресторане.       — Оу, эм… Разве?.. — неуверенно произнес он.       — Ты сильно нервничал тогда. Был бледный, подавленный, какой-то грустный. А сейчас все наоборот. Что-то поменялось? — задумался Дмитрий.       — Наверное… Пожалуй, я должен признаться в одной вещи, — Роман поставил стакан на стол и неловко сцепил пальцы. — Предупреждаю сразу: вам не понравится. Возможно, это даже разозлит или обидит, еще какие-то негативные эмоции вызовет, не знаю.       — Птичка, у меня будут негативные эмоции, если ты пошлешь меня на три буквы, обозвав старым извращенцем. Остальное не существенно, — честно ответил Темиров.       Блогер растерялся и удивленно посмотрел на мужчину. Он еще несколько секунд помолчал, собираясь с мыслями.       — В общем… я… эм… Мне было интересно… Я просто не был уверен в некоторых ваших словах, поэтому… Ну… наверное, это было глупо. Короче, я попросил своего друга узнать в «Апокалипсисе», есть ли у вас кто-нибудь, — наконец выдавил из себя Роман. Мужчина уставился на него, медленно поднимая брови. — Кхм… Ну и… в итоге мне сказали, что вы рассказываете друзьям только о «Птичке»… А затем Денис прямо указал на меня…       Темиров прикрыл рот ладонью и тихо засмеялся. Роман замолчал и снова покраснел, смущенно нахмурившись.       — Что смешного… — пробубнил он.       — Прости, хах, видимо, я уже всех там достал разговорами о тебе, — со смехом пояснил мужчина. Журналист взглянул на него немного нервно. — Но не волнуйся, имя знает только Денис. Насчет него не переживай.       — Ладно… Вижу, вас не смущает, что я пытался выяснить такие подробности о вашей личной жизни.       — Да. Если тебя успокоили ответы этих людей, то все в порядке, — Дмитрий ободряюще коснулся локтя собеседника.       — На самом деле я узнал это практически сразу после нашей встречи в том ресторане. И потом мне захотелось как бы отмотать время назад, чтобы провести этот разговор заново… — смущенно добавил парень. — Чтобы вести себя по-другому.       — Как?       — Н-ну… не знаю…       Есть один вариант... Темиров убрал свой стакан в сторону, почти к стенке, и протянул Роману руку. Тот неуверенно вложил в нее свою ладонь. Пальцы журналиста на фоне смуглой кожи Дмитрия выглядели очень светлыми. Мужчина старался держать их как можно нежнее, словно они могут растаять. Снова медленно погладил костяшки подушечкой большого пальца, а потом осторожно коснулся губами.       — Сокровище. Хочется тебя расцеловать, — добавил он.       — Думаю, после всего этого... я уже не против пары поцелуев… — Роман смущенно улыбнулся.       — Этого будет мало.       Журналист издал короткий смешок и подступил чуть ближе к Темирову, слегка провел ладонью по его скуле и, наклонившись, поцеловал. Дмитрий закрыл глаза и замер, хотя внутри все задрожало.       Он за мгновение словно помолодел на двадцать лет. Казалось, что он стоит на пляже. Чувствует на своем лице полупрозрачные ласковые прикосновения теплого ветерка и лучей солнца. Мягкий свет как будто загорается внутри, греет, постепенно обволакивает все тело целиком.       Роман слегка отстранился и посмотрел Темирову в глаза.       — Я так сильно тебя люблю, — признался Дмитрий. Парень улыбнулся и поцеловал его еще раз. Темиров подхватил журналиста, посадил к себе на колени и крепко обнял.       — Не знаю, что сказать… Вы мне… тоже небезразличны, — Роман прижался щекой к лацкану пиджака бизнесмена.       Мужчина с облегчением выдохнул, почувствовав, как с этим порывом улетучились все переживания и сомнения. Вместо них грудь наполнило трепещущее счастье. Он крепко прижал к себе Романа, уткнувшись лицом в слегка влажные после душа каштановые волосы. Хотелось остаться так насовсем.