Гори не гасни

Мумий Тролль & Даня Милохин - Башня

Секс в машине всегда казался Кэйе захватывающим дорожным приключением — гораздо лучше и свежее, нежели долгое, бесконечное дорожное полотно и путавшиийся в волосах ветер. Секс в машине, залитой розовыми лучами теплого солнца в Пойнт-Рейес, конечно, мог бы показаться пределом мечтаний, будоражащим сознание, однако секс с Дилюком Рагнвиндром в машине с лучшим видом в Калифорнии — гораздо, гораздо лучше. Открытые окна впускали теплый вечерний воздух и бормотание волн, но соленый ветер не мог пересилить запах алкоголя, царивший в салоне так же, как шум океана не мог заглушить хриплое, приятно обжигающее дыхание на шее. Кожаные сиденья холодили кожу, а непослушные красные кудряшки щекотали нос. — Хэй-хэй! — засмеялся Кэйа, слегка отталкивая раскрасневшегося Рагнвиндра, — Ты же не хочешь, чтобы на наши стоны сбежалась вся округа? — он потянулся к радио. Наследник винного производства лишь недовольно фыркнул и вернулся к ранее прерванному занятию — расстегиванию пуговиц на гавайской рубашке Альбериха. Смуглый мужчина хмыкнул. Секс с Дилюком это замечательно, секс с пьяным Дилюком — великолепно. Выкрутив звук на полную, он включил медиа. Пение птиц заглушила музыка, и Кэйа хищно усмехнулся, наконец, нашарив презерватив: — Приступим, Мастер Дилюк? Лангустой ход твой мысли странен Морской капустою укушен Во льдах, бывало, застревали Как Шпицбергена сыны Тесно. Да, у близости в автомобиле были свои минусы, парень признавал, однако ощущение того, как чужое дыхание гуляет по коже, жаркая теснота, знание, что бежать некуда... Ах, Кэйа ни на что это не променял бы. Как не променял бы и вид, открывавшийся на расслабленного алкоголем Дилюка Рагнвиндра без футболки, его огненные волосы, подожженные закатом и алые губы, искусанные поцелуями. Нет, ни за какие сокровища мира Альберих не отдал бы свое домашнее пламя. Что знал ты о дне Антарктиды? Куда хотел однажды сдаться? Как будто с купола упавший, со своей башни Со своей ба-а— Руки скользили по молочной коже, слегка покрасневшей из-за солнца, пальцы пересчитывали ребра, спускались вниз по позвоночнику, ощущая, как подрагивает чужое тело в руках и мурчит на ухо его хозяин. Гори, не гасни Кого ещё назвать ты хочешь своим счастьем Смуглые кисти скользнули под нижнее белье, сжимая упругие ягодицы. Рагнвиндр напрягся и, азартно зарычав Кэйе где-то между ключиц, впился зубами в выпирающую косточку. Или ненастьем? — Грязно играем, Мастер Дилюк, — промурлыкал Альберих, притягивая того за волосы для поцелуя. Какие страсти Застежка ремня клацнула, поддавшись напору умелых рук, проделывавших этот фокус уже не в первый раз, и штаны стянули в низ, куда-то к коленям, давая возбужденному члену долгожданную свободу. Практически. Осталось еще белье. Парень недовольно вздохнул, отстраняясь от изучения давно изученного, неотразимого тела перед собой, чтобы приподняться и стянуть боксеры. — Когда-нибудь я перестану носить белье, клянусь. — Неплохая идея, Сэр Кэйа. Замедленно стекают по твоим запястьям, как танцы на стекле — С меня хватит этих игр, — сказал Кэйа, рывком сдергивая джинсы с парня напротив, — Так-то лучше, — усмехнулся он, окинув Рагнвиндра жадным взглядом. — Ты сам тянул время, — спутанно проговорил Дилюк, прижимаясь ближе. Он уселся на коленях партнера, потеревшись пахом о член Альбериха, и обхватил рукой оба органа. Только не сглазьте — А, а, а, не думай, что отделаешься так легко, — сверкнул синими глазами парень, убирая бледную руку. Вторая его рука скользнула между ягодиц, надавливая на напряженное колечко мышц. Красноволосый замер и, со свистом втянув воздух, прошипел: — В следующий раз ты снизу. — Меньше слов, больше дела, Мастер Дилюк, — шепнул тому на ухо Кэйа, проталкивая палец внутрь и, наконец-то, выбивая из молодого наследника первый стон. Лови любви тайфуны, мы во власти сласти За первым пальцем последовал второй, и вскоре Рагнвиндр уже насаживался на три, упираясь ладонями в окна машины, оставляя разводы на стекле и скуля, как щенок, оставшийся без любимой игрушки. — Кэйа...Кэй... — Что? Я не расслышал, Мастер Дилюк. — Долго еще собираешься меня дразнить? — прорычал сквозь зубы будущий винодел. — Проси как следует, Мастер, — ответил Альберих тому в губы. — Пожалуйста. — Пожалуйста что? — Тц, — цыкнул Дилюк, краснея пуще прежнего, — трахни меня, Кэйа! — выпалил он, зажмурившись. Bonjour и здрасьте, я медленно стекаю по твоим запястьям — Вот так бы сразу, — сказал синеволосый, с силой толкнувшись внутрь. Рагнвиндр застонал, чувствуя, как ускорялся ритм, пока смуглый член входил до конца. Конечно, он этого никогда не признает, но как же молодому наследнику нравилось ощущать, как Альберих выбивал из него весь дух, словно из самой настоящей шлюхи! Хотя, тут скорее Дилюк платил за удовольствие, нежели ему, особенно, если припомнить все шоты текилы, проспонсированные деньгами его отца. Однако факт оставался фактом: подвыпивший трезвенник Дилюк Рагнвиндр скакал на члене Кэйи на переднем сидении собственной машины на фоне бронзового заката над океаном под трек, найденный где-то на просторах социальных сетей. Картина, достойная полотна Питера Брейгеля. Почему именно его? Чтобы запечатлить в памяти каждую мельчайшую деталь и песчинку этого вечера, обычного для других и незабываемого для них двоих. Как танцы на стекле