После любви

Он сёл в машину, взглянул на время. Уже глубокая ночь. Который день подряд он возвращается домой так поздно, а утром успевает только проводить детей и снова убегает на съёмки. Открыл сообщение от жены, увидел смайлик с поцелуем, конечно же, он не смог сдержать улыбки, как же он устал за последние дни, но стоило ему только прикрыть глаза, как он видел свою девочку, лежащую на их кровати, на белых простынях… Как бы он хотел поскорее оказаться дома, заключить её в объятия, ладно, и не только обнимать, он хотел большего. Из-за его работы у них получился перерыв в близости, что случалось очень редко, поэтому сейчас даже такой уставший, он думал только об одном, и его мысли не собирались помочь ему отвлечься, а только углубляли в пучину желания. Он открыл глаза, оглядел машину и услужливая память преподнесла ему воспоминания о их шалостях в машине. И это была не редкость, ведь они обычно долго куда-то едут, и если ещё в ту дорогу они обходились разговорами, их останавливала боязнь помять одежду, причёску или испортить макияж, то в обратную же дорогу им ничего не мешало скрасить свой путь пикантностями. Эти воспоминания сделали своё дело, в брюках стало тесно, Макс тяжело вздохнул, взглянул за окно, опять вспомнил, что уже поздно, наверное, жена давно легла спать, не будет же он её будить посреди ночи ради… Так в мыслях он и доехал до дома, но сколько бы он не пытался отвлечься, расслабиться ему не удалось, он чувствовал напряжение. Аккуратно открыл дверь их спальни, как можно тише прошёл к кровати. В комнате было тепло, поэтому одеяло соскользнуло с жены, она лежала на спине, её тонкая, короткая сорочка почти ничего не скрывала, он прошёлся по ней взглядом, его любимые волосы разметались на подушке, сладкие губки, которые он хотел бы сейчас целовать, сплести их языки, нежная шея, которую он так любил целовать, и конечно же, её манящая, тяжёлая грудь, которая вздыламась от дыхания, он знает, что он зависим от её груди, что может быть лучше, чем их мягкость в его крепких руках, сосочки, виднеющиеся через тонкую ткань, он обожал их сосать, его любимые комочки, которые всегда реагировали на него, жена не часто носила бельё, поэтому он был счастлив достаточно часто видеть, как они напрягаются от какого-либо его прикосновения, его взгляд опускался ниже и ниже, животик, он был счастлив, что жена больше не думала о каких-то своих сантиметрах, он любил её такой, какая она есть, и её животик он обожал и был готов зацеловать каждый миллиметр и не по разу, и вот он дошёл до самого сладкого, её задравшийся край сорочки так и манил его, скрывая от глаз самый сладкий кусочек жены, его собственный рай, как же он любил лизать её, видеть, как сочится для него её дырочка, как дрожит плоть под его языком, какая она жаркая и горячая под его губами, это была его слабость с самого начала, он помнил, как жена сначала стеснялась его такого сильного внимания, но он быстро застявлял её забыть обо всём, кроме его горячего языка, что уж говорить о том, как он любил проникать, ощущать, как, она сжимает его, и на каждом движении он чувствовал, как её плоть трепещет. Он не знал, сколько он так уже стоит безумно возбужденный, напротив спящей жены, в темноте и тишине, в которой слышилось лишь её сопение и его тяжёлое дыхание. Он оторвал взгляд от жены, почувствовал дискомфорт, который приносят ему брюки, начал раздеваться. Стянув брюки, выдохнул, он был возбужден, и с этим нужно было что-то делать. Скинув всю оставшуюся одежду, он забрался на кровать к жене, но она не проснулась. Но дикое желание брало вверх над разумом, и он спустился к её ногам, откинул этот злосчастный край сорочки, и ему наконец-то открылась сладость, к счастью трусиков на жене не было. Он в миг опустился губами к манящим губкам, нежно провел между ними языком с самого верха до дырочки. И тут его уже было не оторвать, язык жил своей жизнью, слизывая, выступившую влагу, посасывал свою любимую плоть. В какой-то момент Алла открыла глаза, и не могла понять, что происходит, только увидела мужа между ног, сразу же почувствовала жар по всему телу и влагу, которая разливалась под языком мужа. Но больше думать она не могла, потому что Макс стал зализывать клитор, по её телу прошли словно токи, и в момент, когда он аккуратно прикусил нежный комочек, она изогнулась схватившись за простынь. Макс был доволен и с улыбкой наблюдал за её пульсирующий дырочкой, нежно слизывая соки любви. Как только Алла пришла в себя, прошептала дрожащим голосом: -Мась… Муж приподнял тогда голову, и она притянула его в свои объятия, без промедления её губы попали в его плен. Она чувствовала свои соки на его губах. Он целовал её со всей страстью, накопившейся за дни его работы. Оторвавшись, он сжал её в своих объятиях, так что его давно возбужденное достоинство прижалось к мягкому животику. Алла почувствовала, улыбнулась, она тоже за эти дни очень соскучилась, у них всегда была регулярная близость, она уже не могла без неё, муж приучил её, поэтому она была рада, что проснулась от его губ, ведь заснула она случайно, думала, что дождется его сегодня. Она прижалась ещё сильнее и начала скользить по нему своей влажностью. Макс не мог терпеть, так давно он хотел оказаться внутри, одним движением он развернул её к себе спиной, сдвинул ногу и, не сдержавшись, резко вонзился до конца, чем вызывал вскрик жены. Он тут же опустил руку на её дрожавший животик и принялся зацеловывать шею, прошептав на ушко: — Прости Алла, конечно, не ожидала, что он войдет именно так, она ощущала себя насаженной, наполненной до самых краёв. Ответить ему она была не в состоянии, поэтому помедлив немного, он вышел почти до конца и снова резко проник, продолжая в таком же темпе. Её плоть сдавалась под его напоротом, принимая в свой жар. Алла поняла, что сегодня муж более резкий, после некоторого перерыва ей было непросто под его такими толчками, но она безумно его желала, её плоть сдавалась под напором, она могла лишь стонать в ответ. Макс продолжал сладостную пытку, сегодня ему хотелось её именно так, он понимал, что, возможно, это немного резко, но остановить себя уже не мог. Он побрел руками по её телу, захватил грудь, в его руках она налилась ещё больше, сосочки требовали ласки, и он нежно мял их между пальчиками. Жена терялась в ощущениях, между ног был пожар, она текла от каждого его толчка, ведь они были очень чувствительными для неё. Он входил в неё до самой глубины. Она не могла долго сдерживаться, реальность давно её покинула, и на следующем толчке она задрожала в оргазме. Макс протяжно застонал, почувствовал пульсацию её плоти и вытянул из неё член, заменив его на пальцы, чтоб чувствовать её сокращения. Алла почувствовала только пустоту, когда выплыла из волн оргазма. Но между ног всё так же было горячо и мокро. Макс нежно водил пальчиками внутри, поглаживая. Алла повернула к нему голову, её дыхание было сбито: — Я не думала, что ты будешь резок — Прости, я очень хотел именно так, я безумно соскучился, — он чмокнул её в носик. — Я почувствовала это, — жена улыбнулась и опустила глаза к его достоинству. — Я так понимаю, мы ещё не закончили, — и глаза её горели, ведь всё это время его пальцы не переставали ласкать её. — Встанешь на четвереньки? — с хитрой улыбкой спросил Макс и осторожно освободил её от своих рук. — Для тебя всё, что угодно… Макс помог ей занять позицию, расположился позади и не смог удержаться, такая сладость открывалась ему, вновь опустился к ней языком, собирая соки, провел языком между губок, по нежной коже между дырочками, облизал свои любимые дырочки. Проник языком внутрь. Жена изогнулась, его язык был таким мягким, тёплым, она ощущала его в самом интимном месте, она помнила, как смущалась в их первые близости, а теперь уже привыкла к таким ласкам, она знала, что муж обожает их. Но больше думать она не могла, по телу пошла дрожь, ещё несколько движений языка, и её тело прогнулось от волн оргазма. Макс удовлетворённо провел пальчиками между губок, размазывая соки и вызывая новое желание. Алла уже пришла к себя, не ощутив его внутри, она как бы намекнула, поддавшись ближе к нему. Но он продолжал лишь оглаживать её, желая услышать, что она хочет. — Я хочу внутри, Мась, пожалуйста — простонала Алла, когда поняла, что он специально медлит. Улыбнувшись, Макс решил сжалиться, ведь он уже тоже был на грани. В этот раз он начал своё проникновение медленно, сантиметр за сантиметром погружаясь в жар. Задвинув до конца, он почувствовал, как жена ещё сильнее вжалась в него, не желая отпускать, он начал свои медленные движения, а руки огладили спину, откинув волосы от шеи, он наклонился с поцелуями, войдя ещё глубже, от чего жена лишь всхлипнула. Макс продолжал проникновение в том же ритме, казалось, это не закончится никогда, Алла тонула в ощущениях, только его горячий член и руки ласкающие плоть, больше ничего не существовала для неё в этом мире. Макс наслаждался стонами жены и чувствовал, что он приближается к краю, поэтому на следующий толчок стал резким, жена вскрикнула, её тело задрожало, оба уже были на грани, он больше не сдерживался, несколько быстрых, глубоких проникновений, и Алла почувствовала, как в ней разливается тепло, сил больше не было, поэтому она провалилась в оргазм, опустившись на кровать, чувствуя, что сверху её накрывает муж. Это ощущение полёта, когда пульсирует всё тело, а там в сосредоточие страсти смесь ваших соков и жара, сверху горячие объятия мужа. Он медленно приподнялся, высвободил плоть и развернул жену в свои объятья. Их тела были разгорячены, что никакого одеяла им было не нужно. Через несколько мгновений Алла пошевелилась в его объятиях, прижимаясь ближе и прошептала: — Как всегда, это было чудесно — Спасибо, малышка, я не хотел тебя будить, — его руки оглаживали её тело, как бы успокаивая, готовя ко сну. — Зато мне теперь будет слаще спать после… — она глянула на него и почему-то засмущалась. — После любви, — Макс закончил её фразу, — какая ты у меня маленькая, всё ещё стесняешься, как девочка. Он опустился к её губам с поцелуем и нежно поглаживал, усыпляя свою самую сладкую девочку.