Сбежавший Вороненок

– Похвально. Ичиро внимательно осматривает тело своего бывшего сотрудника, изредка бросая взгляды на Джостена, будто пытаясь уловить какие-то изменения в мимике. Но Нил, находясь в прострации, пялит прямо перед собой, не замечая на себе внимания со стороны. Руки трясутся, кончики пальцев немеют, плечо изредка дергается. Карман сильно оттягивает ключ, а нож обжигает кожу даже через импровизированные повязки. Он сделал это. Он сделал то, за что ненавидит своего отца. Нил не был глупым и легкомысленным. Он никогда не рассчитывал на спокойную жизнь, особенно рядом с Мориямой. Особенно будучи сыном Балтиморского Мясника. Особенно после договора. В ушах до сих пор отдается эхом тот крик. Джостен даже в какой-то момент подумал, что оглохнет. Но это только так казалось. Он не оглох, хотя хотел бы всей душой. Мореллу сразу же заткнули рот, и он продолжал мычать. Так неприятно, просто отвратительно. Жалко. Натаниэль даже тогда усмехнулся. Но не Нил: он выл где-то внутри, стараясь заглушить все посторонние звуки и забыться. Веснински младшему даже понравилось в какой-то степени. Нет, он бы не хотел переживать это снова, но... Контроль. Груз ответственности на собственной плечах. Полная власть. Абсолютная. Это будоражит, придает значимости, уверенности, что ты кому-то нужен. Да, в качестве жалкой цепной псины, но нужен. Иметь свое место, хоть и жить, думая о смерти от руки своего же отца или Господина. Он должен был это сделать. Он должен был показать, что ему можно верить, что он принадлежит Морияме. Эта мысль постоянно мелькала в голове, и когда Нат подносил свой некогда любимый нож, ставший в миг невыносимо тяжелым, к горлу Морелла, а тот пытался увернуться, и когда ладонь сама стянула чужие волосы, окончательно лишая шанса уйти от холодного металла, и даже когда сознание совсем помутнилось, а в воспоминаниях остались какие-то страшные обрывки. Истошный вопль-мычание. Нервные импульсы, прошедшие по всему телу. Откинутая голова. Кровь. Густая такая, липкая. Собственная голова немного даже закружилась, но только от запаха. "Хорошая работа". Он не помнит, что произошло дальше. Не помнит, кто унес тело, кто убрал следы, кто договорился с охраной. Просто пробел в памяти. Ничего страшного. Как будто из-под воды раздается голос Ичиро: – Я не сомневался, что он ничего никому не скажет. Просто хотел нащупать мое слабое место и надавить. Давно надо было его убрать. – как бы между прочим кидает Морияма, поворачивается к Нилу и смотрит на него в упор. – Качественно. Надеюсь, без свидетелей. Узнаю стиль, Веснински младший. Джостен никак не реагирует. Он ожидал этих слов, ведь все помнит. И ножи отца, которые всегда были в отменном состоянии, и легкие движения запястий при ударе, и места, куда надо бить в первую очередь. У Нила прекрасная память, иногда даже слишком. Он делал все это на автомате, неосознанно, но будто бы профессионально. – Не зря тебя хотят убрать. Джостен резко поднимает голову и в упор смотрит на Морияму. Глаза — стекла, в которых нельзя считать эмоций, поэтому Глава видит в них лишь свое отражение и усмехается этому. – Я говорю про твоего отца. Он знает, что ты прекрасная замена. Замена. – Но не о чем беспокоиться. Натан не доберется до тебя, иначе... А впрочем, неважно. Ичиро улыбается только уголками губ, затем указывает глазами в сторону выхода, выражая тем самым приказ исчезнуть. Нил без лишних звуков скрывается за дверью. Только сейчас до тяжелой головы стали добираться отвратительные мысли, которые, Джостен уверен, не будут давать спать несколько ночей. Парень на автомате бредет по улице, не понимая, в какую сторону движется. В действиях уже нет той нервозности, но кровь, тонкими струйками стекающая по ладони и впитывающаяся в мягкую ткань одежды, неприятно холодит кожу. Нил не заметил, как сжимал ключ. В какой-то момент перед Джостеном резко останавливается автомобиль, и опускается затонированное стекло. Водитель криво усмехается и молча кивает на задние сидения. Нил, не задумываясь ни на секунду, спокойно, даже не ведя бровью, забирается в машину и нарочито громко захлопывает дверь. Автомобиль плавно двигается с места. – А ты неплох, – спустя некоторое время подает голос мужчина. – Честно говоря, даже и представить не мог, что ты сможешь выполнить задание. – По чужой интонации Нил понимает, что тот хотел добавить что-то наподобие мелкого оскорбления, но вовремя прикусил язык. Тон, полный пренебрежения, уж очень похож на тон всех треклятых людишек отца. – Передавай привет, – роняет Нил, не успевая заткнуть себе рот, и чувствует в своем голосе яд. Водитель на секунду теряет прежнее серьезное выражение лица, но, быстро спохватившись, хмурит брови. – О, полегчало. Так о чем это я? А, да, сильно не расслабляйся, мальчик. Нил резко выдыхает воздух носом и закатывает глаза. "Нашел, кого запугивать".

***

На подкорках своего сознания Джостен был уверен, что водитель привезет его туда, откуда не возвращаются или возвращаются, но не совсем в целостном состоянии. Но на удивление автомобиль остановливается напротив общежития. Мужчина, не проронивший ни слова, просто кивает напоследок, угрожающе зыркнув, но Нил даже не обращает на это внимания и пулей выскакивает на воздух. Скорее по старой привычке, нежели ради прозрачной безопасности, парень оглядывается по сторонам, и его взгляд цепляется за полное отсутствие знакомых машин на стоянке. "Прекрасно". Быстро прошмыгнув во входную дверь, Нил буквально взлетает по ступеням, забывая о лифте или просто не желая стоять на одном месте в замкнутом пространстве, дрожащими пальцами проворачивает ручку и чуть ли не давится воздухом, когда она поддается слишком легко. Джостен так не свойственно для себя начинает путаться в ногах, но его неожиданно подхватывают чьи-то руки под логти. Парень отшатывается и растерянно-недовольным взглядом ловит знакомые движения. – Mon cher, ты ведь так себе когда-нибудь нос разобьешь! Нил рвано выдыхает. Из его груди вырывается смех. Отнудь не наигранный, но слишком нервый, даже истеричный. Моро, не понимая такой реакции, подходит чуть ближе и просто ждет. Чего угодно. Джостен перестает смеяться из-за нехватки воздуха, внезапно сползает по стене и падает на пол. Жан дергается, но не нарушает негласной договоренности не приближаться. Нил закрывает глаза, в очередной раз затянутые поволокой, и откидавает голову, ударяясь затылком. Притягивает колени ближе к себе и прячет в них лицо, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Моро, не долго думая, тоже приземляется недалеко от друга и смотрит. Смотрит так, что душа разрывается в клочья, но Нил старается полностью игнорировать это ощущение. Кожей чувствует, как француз прожигает в нем дыру, но понимающе как-то. Так, как может только Моро. Не сочувствующе, не с жалостью, не осуждающе. Так, будто знает все и оказывает поддержку через молчание. Так, будто не один Нил погряз во всем этот дерьме, так, словно не только на плечах Джостена лежит весь этот грязный груз. И от этого становится свободнее, и легкие так сильно не сжимает. Нил хочет притянуть его ближе и уткнуться куда-то в плечо, почувствовав поддержку не через расстояние. Он безумно хочет быть уязвимым и слабым. Но не может. Его внутренний я кричит о помощи, буквально вымаливает ее на истертых в кровь коленях. Джостен нуждается в спасении, вот только никогда в своей жизни не пойдет на это. Он должен ограждать то немногое, что у него есть. И Жан это прекрасно понимает. Моро отдает в ответ все, на что способен, ведь даже мелочь способна придержать за шировот утопающего, который считает собственное спасение делом только своих рук. – Ты веришь?.. Голос кажется совершенно пропал от долгого бездействия, и Нил замечает, как Жан ведет плечами от каких-то несвойственных обреченных нот друга. Француз тупо уставляется в пол, что-то обдумывая. Джостен уверен – Моро понял, о чем он говорит. Парень решительно поднимает глаза и уверенно произносит: – Верю. И это звучит слишком решительно и непоколебимо, так, словно Жан правда верит. Нил буквально всем телом осязает, как хрустальные стены его сознания начинают рушиться, а острые осколки сильно ранить. Он сам не верит. Не может себя заставить думать иначе. Не может перестать вспоминать свое отражение в зеркале, которое всегда смотрело на него с презрением и ненавистью. Ничего хорошего в его истории не выйдет. В лучшем случае он умрет, зная, что близким ему людям ничего не угрожает. Но даже на этот исход надеяться нельзя. Друзья так и сидят на полу, забывая о времени. Нил в тысячный раз прокручивает картины прошлого и будущего, которого у него никогда не будет. Моро же изредка бросает немного обеспокоенный взгляд на Джостена, когда тот непроизвольно вздрагивает. Обоих из этого состояния вырывает громкий стук из коридора, но парни не спешат подрываться с места. Нил, почти что придя в себя, смаргивает остатки наваждения и натягивает полюбившуюся маску, которая давно уже начала покрываться трещинами. Он знает, что в этот момент Жан наверняка недовольно закатывает глаза и порывается громко фыркнуть. Джостен приподнимает уголки губ в подобие привычной ухмылки и встает на ноги в раслабленную позу. Делает это вовремя, так как дверь в комнату приоткрывается и раздается недовольный голос: – Я не драматизирую, а говорю по-существу, если вы не... Кевин резко обрывает свое очередное бурчание, когда поворачивается и встречается с голубыми глазами. Потом переводит внимание на Жана, который только сейчас спохватился и резко вскочил на ноги. – Что же вы опять не поделили, Ваше Высочество? Или это так сказывается мое отсутствие на тренировках? – Нил хмыкает, делано удивляясь. – Так не переживайте и не тратьте свои нервы, я здесь. И расплывается в улыбке. Фальшивой такой, что Моро хочется дать подзатыльник этому актеру, но он сдерживается. В очередной раз. Кевин сдвигает брови к переносице и уже собирается что-то ответить, как позади раздается кашель. Эндрю полностью зеркалит выражение лица Нила и добавляет едкий смешок. – Пташка. Джостен прикусывает щеку и машинально поправляет рукав, но, поняв, что жест не ушел от внимания Миньярда, скрывает это действие. Нил скрещивает руки на груди и по-птичьи склоняет голову, как бы подтвержая только что произнесенные слова голкипера. – Скучал? Это забавляет обоих. Такой диалог вводит Кевина и Жана в ступор, но если последний как-то обреченно вздыхает и закатывает глаза, то Дэй еще больше хмурится, ничего не понимая. Эндрю выдает на немецком: – Конечно. Я бы соврал, если бы сказал, что мне неинтересно узнать кое-какие подробности твоей поездки. На крыше. – Я ждал этого, – также по-немецки отвечает Нил. – А ты, как я посмотрю, давно хотел остаться наедине со мной еще разок? Игривый тон, на который переключился Нил, только еще больше настораживает Кевина с Жаном. Француз вскидывает руки, обращаясь к Джостену на родном языке. Чтобы Миньярд не понял. – Мне стоит волноваться из-за того, как быстро ты перестроился, м? Я думал, что нет ничего более странного, чем поведение "нормального" братца с нашим другом, – Жан старательно обходит имена, – но, как оказалось, есть. Меня сейчас стошнит, – Моро посмеивается в кулак, ловя ошарашенный взгляд Дэя. Нил только улыбается на слова друга и идет к выходу, кидая что-то неразборчивое на прощание. Кевин отмирает не сразу, но, как только это происходит, чуть ли не набрасывается на единственного оставшегося человека в комнате. Жан ждал этого, поэтому с готовностью принимает удар на себя. Ну как удар? Дэй просто напросто хватает друга за локоть и сквозь зубы шепчет: – Да что это все значит?! Моро в открытую начинает смеяться. Нет, даже не так. Откровенно ржать со всей этой ситуации, как бы он не хотел употреблять это слово. – А ты не понял? В ответ Кевин невинно машет головой, но спустя пару секунд застывает. Дэй смотрит в глаза напротив и давится воздухом, невольно отступая. – Так вон оно что... А я-то думаю, почему Аарон так Нила не принимает. Но разве происходящее — не бред? – О-о-о, еще какой! Но, честно говоря, я думал, что ты чуть догадливее пня. – Жан продолжает прыскать в кулак и ловить недовольство и растерянность друга. – Жаль, что они сами не лучше... – Я ничего не понимаю. Как?! Эндрю же никого к себе не подпускает ближе вытяннутой руки, да и Нил не лучше. Не верю я. Ненавидят друг друга же. Это все видят. – Ой, да ну тебя, mon cher. Как самому лобызаться с блондинчиком, так все нормально, а как... Эх, ладно. А я вот не удивлен. Я знаю Джостена как облупленного, поэтому ждал такой ситуации, вот только Миньярд этот... – Что значит "ждал"? Почему вы все загадками говорите? – Кевин-Кевин, это не мои тайны, поэтому и объяснять я ничего не буду, уж прости. Если Нил захочет — расскажет обязательно. "Или же не успеет рассказать", – невольно добавляет про себя Жан и сам же дергается от такой мысли. – Это не делает всю ситуацию яснее. Подожди, – Дэй на миг округляет глаза. – Так и Эндрю знает про..? Жан торжествующе улыбается, а Кевин начинает еще больше нервничать и тараторить себе под нос: – Если он узнал и ничего не предпринял, значит он не против? Или это только ухудшает ситуацию? Вдруг он задумал что-то и пока затих на время? Но у нас же договор с ним, также, как и у него с Аароном. Эндрю всегда держит слово, но ведь в данный момент его не сдержал его брат. Значит ли это, что ему ничего не мешает... Эй! Дэй хватается за затылок, по которому только что прошлась рука Моро. Хороший удар получился. Крепкий. Давно он не давал затрещины Королеве. – Успокойся. Никогда не видел тебя настолько взвинченным. Когда ты стал таким? Неженка. Дэй делает несколько глубоких вдохов и падает на диван. Жан, не долго думая, присоединяется к другу, и они просто молчат. Через несколько минут Кевин выдает лишь: – Дерьмово. И Моро с этим полностью согласен.