Горки

Холодные ветра создавали ещё больше желания попасть домой. Две пары штанов и толстая зимняя куртка с капюшоном более чем согревали тело молодого Тика, но несмотря на это, само нахождение в холоде было неприятным. К тому же, оно лишь дополняло желание, а помимо него было ещё и томительное ожидание автобуса. Безлюдный автовокзал, будто наполненный туманом, тихо шептал Тику на ухо, что и тому единственному человеку здесь нечего делать. Сколько ему придётся ждать? Полчаса? Каждая минута проходит в раздражении. От ожидания, холода, скуки, а откуда-то ещё доносится запах горячей выпечки, которую нельзя купить или вообще найти здесь. Тик вообще не ест в первой половине дня, а потому в это время очень голоден. И вот он… Момент, столь обычный и предсказуемый, но воодушевляющий и успокаивающий. Автобус под номером 14, стоящий всё время на своём месте и ожидающий водителя, тронулся с места и направлялся к Тику. Словно радостное чувство его наполняет, хотя должно быть что-то вроде “Ну наконец-то это закончилось…”. Автобус остановился и открыл двери в свои внутренности, где не слишком мягкие и удобные от старости кресла безмолвно ожидали человека. Тик, как обычно, садится на своё любимое место, где-то позади и на небольшом возвышении. Транспорт явно не прогретый, но внимание не сильно стремится к данному факту. Здесь всё равно теплее, чем на улице, да и к тому же, в сидячем состоянии гораздо удобнее. Тик достаёт телефон, наушники, включает случайный плейлист и убирает обратно в карман. Иногда он включает что-то конкретное, под настроение или желание. Мысленно подпевает, представляет, что это он исполнитель песни и отрывается на всю катушку перед небольшим залом слушателей, а те восторгаются творчеством их группы. Ещё бы, там был прекрасный вокалист и самый отбойный барабанщик на свете, а тот чувак справа задавал мощные минуса. Музыка часто вдохновляет Тика. Но не в этот раз. Ему было всё равно на то, что там играет. Просто надо было чем-то забить уши, пока он не доберётся до нужной остановки. Но это и не было плохим знаком. Тик может и ходил с угрюмым лицом, часто жаловался или ворчал на что-то, был не в настроении, но жизнь была ровно в той степени прекрасна, чтобы восхищаться ею. С его жизни почти не происходило ничего экстраординарного, но он нередко удивлялся её течению, направлению, структуре. Он считал, что если что-то хорошо – это хорошо! А если плохо, значит… Может и действительно плохо, но как минимум с “научной” точки зрения интересно, почему именно так, а не иначе. 15:41. Автобус наконец тронулся, хотя должен был ещё минуту назад, что странно, ведь этот водитель всегда выполнял свою работу в точности с графиком. Даже когда один единственный Тик ожидал, он всё равно продолжал стоять, будто целая толпа ломится в двери этого всеми ненавистного, но в то же время родимого транспорта. Дорога, как и вокзал, была пуста. Изредка мимо тихонько проезжали машины, столь спокойно и незаметно, что создавали чувство… Нет, не пустоты, но… умиротворения? Тик раньше не замечал этого в дороге, но теперь, он погрузился в свои мысли, совершенно не замечая пути и музыки, которая явно не подходит для глубоких размышлений. Во время размышлений, Тик не ответил на заданный себе же вопрос, и вообще мало что понял об этом чувстве. Но сколь же увлекательный это был процесс! Ему определенно нравилось говорить самим с собой и размышлять об устройстве этого мира, и самого Тика в частности. Но произошло кое-что необычное. Тик пулей вылетел из своих дебрей в голове, физически почувствовав что-то, чего обычно не происходит во время поездки. Он взглянул в окно, и немного забеспокоился на минуту. Путь явно был не тот, по которому он всегда едет домой. Но беспокойство быстро сошло на нет, ведь иногда, очень редко, основной путь перекрывают и некоторые маршруты пролегают через другой, менее популярный. Тик никогда не ехал по нему, и его пробрало даже небольшое любопытство. Однако, не только этот факт вывел его из размышлений, ведь он всю дорогу был так забит внутри себя, что скорее всего до самого конца так бы и не заметил этого. Было нечто-то другое. Автобус будто еле заметно поднимался. Нет, не отращивал ангельские крылья и взлетал ввысь, а просто заезжал на небольшой холм. Тик часто видел их, но раньше не доводилось хотя бы побывать рядом, не говоря уже о том, чтобы проехать сначала вверх, а потом вниз по ним. Это было словно… горкой? Да, это название нравилось больше, чем холм или возвышенность. Тик даже вытащил наушники и прилип к окну, рассматривая путь наверх и одновременно испытывая это чувство возвышения. Он не знал, нравится ему это или нет, но как минимум было любопытно. Очень любопытно! Необычное чувство, по крайней мере впервые. Но больше всего Тика интриговала мысль о том, что будет дальше. Путём нехитрых логических размышлений, он пришёл к выводу, что если есть подъём, значит будет и спуск. И это в теории может оказаться куда интереснее подъёма. Вот уже почти, ещё чуть-чуть и они доберутся до самой высокой точки. Тик в этот момент затаил дыхание, в его голове будто бушевал ураган из ожиданий новых событий, а самое главное – эмоций. Ещё секунды две, одна… И автобус начал спуск. Он всё сильнее разгонялся, мир за окном пролетал намного быстрее обычного, но при этом, был куда насыщеннее. Каждый метр, каждое дерево, здание, секунда проведённая в спуске, всё это высекалось в памяти Тика, словно в камне. Приливающие чувство адреналина, пропорционально увеличивающиеся вместе со скоростью. Что это? Эйфория? Чувство нередкое для Тика, но тем не менее, такого сильного её проявления он ещё никогда не ощущал. Забавно, ведь символически, самая высшая точка была преодолена, но только путь вниз был чем-то невероятным и захватывающим. Было бы круто, продолжаясь этот спуск вечно… Но через какое-то время, небольшой болью в теле отдалось окончание этого пути и переход на ровную дорогу. Водитель не слишком аккуратно справился со своей задачей, а потому автобус нехило тряхнуло и Тик ударился о сиденье спереди. Оно конечно не затмило недавние ощущения, что ещё сильным эхом отдавались в голове, но захватило часть внимания и в какой-то степени, вернуло Тика в привычное течение. Автобус снова ехал с привычной ему скоростью, а вместе с ним и мир за окном тянулся с обычной своей монотонностью и незаметностью. Что это было? Тик всё собирался с мыслями. Это было невероятное приключение, длившиеся не столь долго, но с самими яркими красками. Каждая деталь запомнилась лучше, чем некоторые отдельно взятые дни. Данное событие, оно просто… Прекрасно! Это осознание пришло поздно, потому что во время самого спуска Тик наслаждался, и он не пытался что-то осознать. Но сейчас, когда всё кончилось… Он снова в привычной среде. Это была скучная среда, которую он сам наполнял смыслом и красками, и потому редко жаловался на что-то. Ведь радоваться простым вещам и мелочам – крайне полезный навык, который сформировался у Тика. И всё же… Спуск по этой горке был словно апофеозом. То, что… Он настолько сильно был взбудоражен этим и событием и погружен в свои мысли насчёт него, что не заметил, как уже лежал на своей кровати и глядел в потолок. Время пролетело незаметно. Незаметно… Вот это. Эта мысль с невероятной силой ударила по восприятию. Само слово “незаметно” отвечало на многие вопросы, что родились у Тика после горки. Практически весь день прошёл незаметно. Его пробуждение, умывание, дорога на работу, на вокзал, до дома… Он мог вспомнить отдельные элементы. Возможно, он сейчас займётся тем, что тоже отложится в голове на какое-то время. Но только спуск с горки запомнился настолько, словно бы ничего другого и не произошло за день. И это не просто хорошее воспоминание, оно было до ужаса чудесным. Одно из сильнейших, что довелось испытать. Именно этого Тику и не хватало. Он может и рад своей жизни, но разве нельзя быть радостным ещё сильнее? Что нужно сделать, чтобы та степень счастья, которую он испытал недавно, была для него на том же привычном уровне счастья, что и нынешнее положение? Тем более, что теперь ему не хватало того, что он чувствовал обычно. Всё было хорошо, но “хорошо” ничто по сравнению с “прекрасно”. И Тик очень хотел, чтобы всё было прекрасно. В течении неопределенного времени он и проводил дни в таком состоянии. Он заходил в интернет и смотрел, насколько часто основную дорогу перекрывают и что этому способствует. Смотрел, какие ещё рейсы проходят по этой дороге, которые бы подошли ему при путешествии на работу и обратно. Он ведь не мог просто так кататься туда-сюда на автобусе, ибо времени свободного почти не было. И тем не менее, его посещали такие мысли. Был готов вставать раньше и недосыпать, если это потребуется для нового рейса. Да даже выучиться вождению автомобиля, чтобы самому ездить по этим замечательным горкам. Но в итоге, он не нашёл ни одну возможность чаще это делать. Это несильно, но подпортило настроение Тика. Он ведь хотел кататься по горкам, но не мог. Целые дни и бессонные ночи он мечтал об этом, грустил от отсутствия этого и надеялся, что однажды, основную дорогу снова перекроют. Он вставал каждое утро, садился в автобус и с потерянным лицом наблюдал, как другие автобусы и обычные машины едут по дорогам, где есть эти самые горки. И большие, и маленькие. Это была зависть? Он ведь часто видел, как всё это происходит, и не обращал никакого внимания. Но стоило один раз попробовать самому, как это стало в тягость. Хорошие воспоминания тянули вниз, заставляя видеть мир серее, чем он есть на самом деле. К внешней угрюмости и ворчанию в подкрепление пришло внутреннее раздражение. Почему же ему так это понравилось, что он был готов посвятить горкам значительную часть своей жизни? И почему Тик такое долгое время не мог принять то, что он должен был стать наоборот счастливее, ведь в его жизни произошло нечто прекрасное. Но в итоге, стало наоборот. Чувство большего желания, сравнимого с жадностью, не давали ему покоя. В конце концов, Тик почти смирился с тем, что ему стоит просто надеяться на очередное случайное перекрытие дороги. Чтобы он смог снова почувствовать это. Взобраться на горку, предчувствуя небывалый восторг, а потом проносится по дороге и… А что потом? Ведь горка, как и в первый раз, рано или поздно кончится. Он снова отлично проведёт время, но оно сменится очередной монотонностью. И что в итоге? Надеяться на то, что когда-нибудь ему повезёт попасть на горку побольше? Чтобы дольше чувствовать этот процесс? А если наоборот, ему попадётся та, которая будет меньше? Что дальше? В очередной раз ложась в мягкую и тёплую кровать, вот уже перед самым попаданием в объятья Морфея, Тик задался запросом: Могут ли горки длиться вечно?