Улыбка страдания

Клара еще раз протерла глаза, поскольку у нее все еще были сомнения насчет подлинности происходящего. Она не могла поверить в телепортацию, в то, что она во сне увидела реального человека, который теперь находится рядом с ней. Девочка лишь развела руками в замешательстве. Она никак не могла подобрать слов, чтоб описать эмоции, испытываемые ей на данный момент. — «Что такое? Ты не рада меня видеть, подруга? Разве ты не хотела со мной встретиться? — обиженно произнес Лаки. — Я вижу в твоих глазах страх и непонимание…» — «Нет… — Клара, наконец, прогрузила разум. — Я… не рада… ой… то есть я не грустна. Я просто… немного… шокирована, что ли… — она стала уже суетиться, пытаясь выразить словами все, что происходит в ее душе. — Простите, Лаки… это…» — «Ой, не стоит извиняться, подруга, — Лаки подошел к девочке и сел рядом с ней. — Я все, наконец, понял. Забыл, что в вашем мире… технологии не дошли до уровня, который ты можешь наблюдать сейчас. Ща объясню… Итак… давай по порядку. Я буду отвечать на твои вопросы по мере поступления.» — «А… — ступор стал потихоньку отпускать девочку. — Как я сюда попала?» — «У-ху-ху, — Лаки усмехнулся. — Это называется телепортацией, подруга.» — «Нет, я знаю, что такое телепортация, — сказала Клара. — Я просто хочу понять, каким образом я прошла через телефон и меня выкинуло здесь.» — «Хе-хе, подруга… — Лаки, видимо, развеселил вопрос. — У меня свои методы. Я изобрел телепортацию с помощью гаджетов по типу компьютеров, мобилок, ноутбуков и прочего. Ничего особенного. Лишь новейшие технологии.» — «Жаль, что такого нет в нашем мире… — расстроилась Клара. — Как бы быстро я могла бы перемещаться из одной точки в другую. Меня задолбали вечно опаздывающие автобусы, которые ходят через пень колоду и жутко этим выбешивают.» — «Ох, подруга… Я бы с радостью мог доставлять тебя в школу каждый день без этих проблем, но… — Лаки совершил паузу. — Телепортация также требует перезарядки, эта технология очень сложная, чтоб ты знала. Да и потом… в вашем мире повсюду камеры видеонаблюдения и… если ты будешь постоянно перемещаться, то люди прочухают, в чем дело, и могут возникнуть серьезные проблемы у тебя. А ты ведь знаешь, какие люди любопытные. Они будут выпытывать у тебя информацию, а это неприятный процесс. Жесть просто будет, мама не горюй.» — «Эх… ты прав, мистер Лаки…» — вздохнула Кларисса. — «Мне удалось отключить лишь одну камеру в актовом зале, а их везде дохрелион! — сказал Лаки. — Но мне не стоит с этим перебарщивать… меня могут рано или поздно повязать за такое. А что потом? Полиция, исправительные работы, условный срок или вообще зона. Кошмар просто…» — «Да… согласна… не хочу, чтоб из-за меня были у тебя проблемы… а ты тут впрягаешься за меня под угрозой быть пойманным… Это трогает… спасибо, — Клара посмотрела в глаза блондину. — «Не за что, подруга, ведь так должны друзья поступать, разве нет?» — Лаки подал руку Кларе. — «Да… еще раз спасибо, мистер Лаки», — Клара без раздумий взяла его за руку. — «Ой, не нужно формальностей, — произнес тот, улыбнувшись. — Ненавижу такое. Давай ты просто будешь звать меня «Лаки». Да, я тебя старше, но мы ведь друзья, а друзья общаются на равных.» — «Хорошо, Лаки, я учту.» — «Чудесно, ладно, пойдем развлекаться, ты ведь за этим пришла, так ведь? — Лаки встал, все так же держа за руку девочку. — Будем играть и веселиться, ха-хах!» Лаки повел Клариссу прочь из комнаты, вниз по лестнице. Пока они шли по коридору, девочка могла осмотреть дворец. Коридоры не отличались прям роскошью, но выглядели приятно и лаконично. Пол был весь покрыт ламинатом, да и он был начищен до блеска, будто любые пылинки на нем были недопустимы. У Клары вызывали восхищение огромные окна с красными дорогими шторами. Таких окон она еще никогда не видела в жизни. Ей хотелось посмотреть через них, оно задерживать Лаки она не решилась. Парень и девочка стали проходить через длиннющий коридор, стены которого были увешаны картинами с самыми разными персонажами. Первая картина показывала Кларе троих темнокожих молодых мужчин с кудрявыми прическами. Одеты были они в красную униформу посыльных с желтыми пуговицами и полосами по рукавам, черными высокими воротниками и предплечьями, черные брюки, на голове у каждого были по красной фуражке, и на руках были белые перчатки. Сама картина и поведение этих персонажей напоминало Клариссе одну известную картину с обезьянами. Мужчина слева закрывал обеими руками глаза, тот, что посередине, держал ладони на ушах, а третий «никогда никому ничего не скажет». Они были на фоне отеля, где можно было увидеть зеленую лампу на мраморном столике слева и дверцу лифта справа. Обои были светлозеленые с красивыми узорами в виде кристаллов и цветов. Лаки остановился, видя, что Клара хочет посмотреть все картины в подробностях. Девочка повернулась к противоположной стене. Здесь была уже красивая картина с девочкой лет десяти, носившей школьную форму. Ученица обладала черными, завитыми снизу вверх волосами, яркими голубыми глазами и светлой кожей. Ее одежда включала в себя черный сарафан чуть ниже колена на лямках, белую блузку с рукавами-фонариками, гольфы и черные матовые туфли с застежкой на стыке стопы и щиколотки. Девочка выглядела веселой, поскольку она подпрыгнула, раскинув руки и ноги и до ушей улыбаясь. На фоне виден был школьный кабинет, и судя по плакатам с таблицами умножения, сложения, деления и прочего, это был математический класс. На следующей картине справа уже было трое белых мужчин примерно сорока лет. Клара приметила то, что эти персонажи пока первые, кто носит далеко не современную одежду, а были похожи на аристократов из восемнадцатого века из-за камзола, треуголок и кудрявых блондинистых волос. Последний атрибут у Клары ассоциировался с этим веком, когда такая прическа сочетается со старинной одеждой. Аристократы стояли все в одной позе: отдавали честь правой рукой, левая рука была за спиной, а ноги вместе, носки врозь. Сзади них была богатая усадьба. Клара повернулась снова к другой стене. Здесь ей представился худощавый до безобразия мальчик-подросток, всем видом показывающий, что он из крайне бедной семьи или же вообще является сиротой. На полусухом лице подростка были видны горечь, растерянность. Серые погасшие глаза были набекрень. Его засаленная грязная блондинистая шевелюра была растрепана и была похожа на паклю. Носил парнишка рваную запачканную желтую футболку, короткие джинсовые шорты, обуви на нам не было. Босые ноги этого персонажа были все в шрамах, а их свежих царапин текла кровь. Подросток стоял в полусогнутом состоянии, словно страдая от голода. Находился он в противной канализации, где в воде плавали всякие отходы, а рядом с ногами парнишки стояла грязная тарелка с обглоданными рыбьими головами. Клариссе стало больно смотреть на эту картину и она решила приступить к следующей. Далее Клара могла видеть пятерых невысоких рыжих кудрявых парней лет двадцати или немного старше. Раскрашены их лица были в клоунский грим с красными носами и губами. Носили они одинаковые клоунские серо-коричневые комбинезоны с черными двойными воротниками и чернобелыми полосатыми рукавами. Парни с задорными улыбками устроили беспорядок в доме: двое кидались друг в друга фастфудом, один, опрокинувшись на кровать, смеялся с каких-то приколов из Youtube'а, четвертый кидал бумажные самолетики, а пятый крал эти самолетики и сжигал их с помощью зажигалки. — «Какие клоуны…» — подумала Клара про парней. Уже во второй раз девочка поворачивается к противоположной стене. Теперь она смогла лицезреть более приятную картину. Здесь были изображены две стройные девушки лет двадцати и крупная пухлая женщина посередине. Одежда юных дам состояла из белой блузки с рукавами-фонариками с черными медицинскими крестами на них, красным воротником и пуговицами, из большого ремня цвета вина с еще одним большим медицинским крестом, и он опоясывал полностью талии, красных блестящих перчаток, красной юбки с белым подолом и белых колготок. Та же одежда была и у женщины, только больших размеров. Полностью дамы не были видны: их ноги ниже середины голени были за кадром. Самая левая девушка держала в руке маленький шприц очень близко к светлому лицу с тонкими чертами лица, зелеными глазами, которое обрамляли коротко стриженые русые волосы, а сама стояла ровно, спрятав вторую руку за спину. Ноги держала вместе и стояла полуоборотом к зрителю. Другая же молодая медсестра выглядела почти так же, только у нее были черные волосы, собранные во французскую косу на правое плечо, держала руки на широких бедрах, которые она отодвинула в сторону, словно показывая всю свою привлекательность. Что насчет медсестры посредине, она выглядела намного брутальнее, чем предыдущие. Она подняла и согнула руку в локте, а ладонь второй руки положила себе на плечо, словно показывая, насколько она сильна физически. Наконец, очередь дошла до Банды Радости. Лаки на картине сидел на троне с украшенной фиолетовыми аметистами золотой короной на голове и королевской мантией на плечах, а также он закинул ноги на один из подлокотников, подперев щеку рукой и облокотившись. На его лице читались легкая снисходительность с уверенностью. Это было понятно по его легкой, слегка хитрой ухмылке. Из-за спинки трона слева выглядывает сверхвеселая Пенни, улыбающаяся до ушей, а справа стоит ровно с тарелкой ребер в руках Генри, который уже поедат во всю мясо. Его лицо было более спокойным, чем у Пенни, но тем не менее он выглядел так же дружелюбно. Однако внимание Клары привлекла даже не сама картина, а надписи на ней, которые были сделаны оранжевой помадой. На Лаки были направлены стрелки, возле его лица нарисованы сердца, а в верхней части картины большими буквами было написано «КРАААААААШ!!!». После этого Кларисса еще заметила след от помады на губах нарисованного Лаки. Похоже, Пенни поцеловала портрет. — «Ах… Пенни… опять за свое… — разочарованно произнес Лаки. — Вечно оттираю ее каракули.» — «То есть она не нравится тебе?» — спросила Клара парня. — «На самом деле нет… Я пытался ей объяснить, что ничего не выйдет, но… она продолжает играть роль сталкера и вечно ко мне пристает, — слегка раздраженно говорит Лаки. — Жутко, да?» — «Ох, однажды одна девочка стала жертвой сталкера, — рассказывает Кларисса. — Я слышала от своих одноклассников, что он ей дарил каждый день цветы и конфеты, поджидал в школе и пытался заставить ее полюбить его, аргументируя это тем, что он крутой и внимательный. При этом же та девочка не любила рафаэлло из-за аллергии на кокос, а он вечно покупал именно эти конфеты, считая, что если они дорогие и вкусные, то ими можно заслужить любовь! Я не спец в этой самой любви, но… мне кажется, это так не работает… по крайней мере настоящую любовь вряд ли можно купить таким образом. Например, мой друг Вэлиант очень любит свою девушку по имени Лондон. У них теплые взаимоотношения. Они вместе еще с седьмого класса. Должна сказать, что они даже тогда были достаточно зрелыми и их отношения не выглядели как показуха ради популярности и крутизны. По характеру они оба тихие, любят книги, но при этом если возникают конфликты, они всегда готовы докапываться до правды и поступать, как нужно. Они даже в предпочтениях одинаковые: медицина! Они внимательны, добры и чутки, как подобает врачам. И они вместе уехали в другой город и поступили в элитный лицей или там частную что ли школу, я точно не помню. Но в любом случае их родители богатые и очень образованные и поэтому устраивают им достойное обучение.» — «Это прекрасно, рад за них, — улыбнулся Лаки. — Ну и ты можешь посмотреть оставшиеся три картины.» Клара кивнула и повернулась к еще одной. Здесь уже была слегка пухлая взрослая женщина лет сорока, одетая по-домашнему. На ней была белая широкая футболка, розовая балетная пачка, полосатые розовые носки и мягкие малиновые тапочки. Седые волосы ее были собраны в две гульки справа и слева рядом с макушкой, а сзади виднелся небольшой розовый бант. На руках у нее был младенец, завернутый в белую пеленку. Малыш спал. Жила женщина в деревянном доме с приятно горящим камином и деревянными креслами, видными на фоне. От этого места веяло неким вайбом прошлого века. Девятая картина показывала торговый центр, украшенный для Рождества. Огромную праздничную ель увешивают игрушками и мишурой двое работников мола и явно получают от этого удовольствие. Две женщины во всю рекламировали ларек с разными рождественскими украшениями и сувенирами на фоне дерева. Все они были одеты в одинаковую серую униформу, которая лишь частично различалась по гендеру. У женщин были юбки-карандаши, а у мужчин — брюки. Ну и наконец, последняя картина, которая находилась справа от предыдущей. Здесь Кларе представился солидный стройный мужчина лет сорока-сорока пяти, похожий на бизнесмена. Он сидел за столом в офисе, который был весьма темным, так как окно было зашторено, и его почти белое лицо было частично освещено светом от лампы справа от мужчины. Кларисса смогла рассмотреть его волнистые темнорыжие с красным оттенком волосы, раздвоенную области пробора челку, правая часть которой была отчесана назад к основной прическе, а левая — слегка завита и лежала на высоком лбу. Мужчина имел также глубокие карие глаза, но взгляд был суровым и холодным. Строгости придавали еще острые скулы, прямой и слегка вздернутый длинный нос и брови, которые были такой формы, что казалось, что мужчина постоянно хмурый. Одет на нем был полосатый серый деловой костюм, черная рубашка и красный галстук. Этот персонаж смотрел прямо на того, кто смотрит на картину, сложил руки в черных кожаных перчатках в замок перед собой на столе. — «А можно поинтересоваться.?» — спросила Клара. — «Да? Хочешь знать, кто все эти люди? — вскинул бровями блондин. — Понимаешь… Я с коллегами не совсем люди. Мы, можно сказать, духи, которые приходят на помощь людям и помогают им обрести то, что они хотят обрести: внимание, дружбу, ощущение достатка, понимание, сострадание, материнскую любовь и так далее. Мы, можно сказать, все коллеги, но встречаемся редко из-за работы. А что насчет этого мужчины, — Лаки подошел к портрету бизнесмена. — Это мой босс, но в последнее время мы уже теперь можем существовать сами по себе и иметь свой бизнес.» — «Духи?.. Достаточно интересно… — задумчиво произнесла Кларисса. — Я, конечно, допускала существование каких-то сверхсил, но не думала, что они существуют. И я не знала, что существуют некие существа, которые могут прийти и помочь.» — «Само собой! Они у всех есть, подруга», — Лаки положил руку на плечо Клары. Лаки посмотрел на наручные часы и слегка встрепенулся. — «Ой, подруга… Надо мне бежать по делам. Часики тикают. Не волнуйся, Род тебя проводит до игровой площадки. Род!» — призвал своего работника Лаки. Через три секунды выбежал из-за угла стройный парень лет двадцати шести. На его лице была маска желтого кролика, но глаз по прежнему Клара увидеть не могла в отверстиях. Одет работник был в черный костюм посыльного, включающий в себя строгие пиджак, брюки, туфли, белые перчатки и голубую рубашку. — «Род, проводи нашу гостью к Пенни, — Лаки положил руки на плечи Клары и привел к Роду. — Она организует игру.» Тот лишь молча кивнул. — «А почему он не говорит?» — спросила Клара, повернувшись к блондину. — «Он немой, к сожалению, — сочувственно произнес Лаки. — Ладно… он не любит, когда акцентируют внимание на его недостатках. Жизнь у него очень хороша, и он считает, что ей надо наслаждаться по полной, верно ведь… Род?» — Лаки показал указательными пальцами жест «улыбка», чтоб тот улыбался. — Ладно. Развлекайтесь. Увидимся позже, подруга!» Лаки быстро удалился обратно, но завернул в другой коридор. Род протянул Кларе руку для рукопожатия. Девочка уже понемногу осмелела, видя, что ей здесь вполне рады, и ответила на жест парня дружелюбно. Затем Род направился к картине с боссом Лаки и остановился рядом с ней. Он стал ее поправлять, но это было неуклюже и он буквально пытался повертеть ею, но вдруг он ее отпустил, и портрет остался висеть криво. — «А что ты делаешь?» — спросила Клара. Род промолчал, развел руками лишь, мол, ничего, и пошел по коридору в ту сторону, куда до этого Кларисса и Лаки направлялись. Девочка в замешательстве последовала за парнем.