Моменты

      Аня целится пистолетом в лицо Костенко. Дуло дрожит, и шанс попасть в цель ничтожно мал, но девушка готова выстрелить; верит, что готова выстрелить. В конце концов, это ведь просто мираж. Когда ее протянутая рука хватается за холодную ладонь Сергея, Аня уже в этом не уверена. Когда что-то в его взгляде подсказывает, что это он, настоящий, не фантом, она без раздумий отводит пистолет в сторону и бросается вперед. Он ловит ее, гладит по спине, слегка задевая кудрявые волосы, шепчет что-то успокаивающее, хотя сам борется с нарастающей паникой. Аня плачет, цепляется за чужие плечи и боится, что ошиблась, и Костенко растворится в ее руках. Боится за Пашу. За ребят. Боится, что останется одна в этом ужасном лесу. Крепко закрывает глаза, ощущая, как все вокруг погружается во тьму, а она сама будто падает в бездонный колодец.       Когда Аня открывает глаза, в комнате темно, шторы плотно закрыты, а цифровые часы на тумбочке показывают три часа ночи. Девушка чувствует слезы на щеках и быстро вытирает их тыльной стороной ладони. Громко и рвано дышит. Чувствует, как сильно бьется ее сердце.       - Ты чего не спишь?       Голос Костенко хриплый, сонный. Аня поворачивается на другой бок и видит перед собой Сергея, настоящего, живого, растянувшегося под одеялом и слегка приоткрывшего глаза. Он протягивает руку и мягко проходится большим пальцем по ее щеке.       - Ничего. Просто кошмар. Спи, скоро на работу.       Костенко пододвигается ближе, целует ее в лоб, поплотнее укутывает в одеяло и обнимает одной рукой. Он знает, что все пережитые ужасы не уйдут просто так, они будут сидеть в их головах еще долгие и долгие годы. Но Аня прижимается к нему, прячет лицо у его шеи, цепляется за руки, а значит, он может защитить ее.       - Все хорошо, ты дома, ты в безопасности.       Аня это знает, ведь нигде после того, как Паша утащил ее в Америку, она не чувствовала себя так спокойно, как здесь. С человеком из другого мира. Аня закрывает глаза, уверенная, что очнется здесь же через пару часов от звонка будильника, а не в чернобыльском лесу от ужаса и засыпает под спокойное дыхание Костенко.