Бизар

Первый день снаружи не ощущался по-другому. Глубокий вдох и длинный выдох. Вдох и выдох. Размеренно и ритмично. Этому приему Зак научил себя еще в детстве, чтобы успокоиться и привести пульс в норму, когда приходило время для особых опытов, которым подвергал его создатель. Тот не терпел нервозности и стресса у своих творений и требовал, чтобы их чувства не смазывали показатели. Ведь результаты исследований всегда важнее. Так и сейчас, не было ничего важнее, чем дебют. Им дали лишь одну ночь, чтобы обустроить новый дом. Машина компании перевезла группу из трейницентра в квартиру глубокой ночью, чтобы свидетелями появления новых исполнителей агентства стали лишь системы наблюдения, случайные прохожие и голографические рекламные щиты. Весь путь от базы они проделали в молчании. Лайонел сидел за рулем, привычно предпочитая тишину. Кто-то спал, соблюдая привитый режим, кто-то пялился на улицы после длительного заточения под землей, кто-то дышал из приоткрытых окон воздухом города. Ранним утром их вернули в здание компании, где они попали в руки толпы синтетиков. Костюмеры, визажисты, парикмахеры и множество других сотрудников развлекательного агентства под крылом корпорации Текто готовили членов новой группы к идеальному старту. А затем начался бег по съемочным площадкам. Фотосессия на промо. Запись клипа. Выступление на сцене без зрителей. Куча света, декорации, полсотни камер. Команда за командой, где стоять и что делать. Запись видео за кулисами для будущих фанатов под пристальным вниманием менеджера. Лайонел не мог позволить им хоть каплю самостоятельности в первый день. Зак это понимал, как негласный лидер, но считал чрезмерным такой контроль, когда первый стрим в Сеть на официальном канале группы прошел без зрителей. Новое жилье, встретившее парней после тяжелого дня, не воодушевило никого. Все были убиты усталостью и валились с ног. Необходимые даже для их синтетических тел санитарные и гигиенические мероприятия забрали последние силы, без которых парни развалились по койкам. Но Заку не спалось. Как же разительно отличалось от жилья на базе трейни. Он еще помнил первозданный вид жилого модуля подземного комплекса, когда он появился там в первый раз шесть лет назад. Просторный зал, разделенный на три части. Половину занимала спальня с двадцатью двухъярусными койками. На каждой матрас, подушка, покрывало и комплект белья. Все ослепляло белизной. Стены, пол, потолок. Ни единой капли цвета. Другая половина также была поделена на санузел и столовую. В первом — пара душевых леек и унитаз. Во второй — длинный стол вдоль стены с десятью стульями. Все привинчено и закреплено. И никаких стен, нигде. Ни между койками, ни между спальней и столовой, даже туалет и душ просматривались из любой точки жилого модуля. Сейчас голые стены выглядели намного приветливее и вселяли надежду храпом и сопением еще шести носов. Зак был первым. Почти два года он не общался ни с кем, кроме стаффа — Наставника, Доктора, Куратора и их ассистентов. Болванки, будучи снабженные лишь примитивным Искином, отвечали односложно и собеседниками не являлись. Но потом стали приходить другие. Сначала, спустя два года — Райзен, на следующий — Блейз и Энди, потом — Гейт и ГуЯн. И последним, чуть больше года назад, явился Торн. Зак не знал, кем они были, как жили, чем занимались. Каждый делился лишь необходимым минимумом. Имя, возраст, умения. Но никто не спешил делиться деталями о прошлом, если в этом не было необходимости для работы. Но, несмотря на царившую скрытность, это были его парни. Зак был их лидером и знал суть каждого. За годы совместного существования целый ворох деталей дополнял поведение на занятиях и тренировках. Чтобы понять человека не обязательно знать его предысторию. Некоторые же делились ей сами. Как Гейт, с первого дня хваставшийся своими татуировками на плечах — три красных полосы на каждом плече — по одной на взорванный конвой корпоратов. До тех пор, пока его не превратили в полного синтетика. А потом долго ныл и ходил недовольный, оплакивая исчезнувшие отметины. Не сговариваясь, каждый сделал ему браслет взамен и с течением времени Гейт вернул нужное количество для душевного равновесия. Торн также был откровенен. В Текто парень оказался на добровольных началах без долга перед компанией, в отличие от всех остальных. Он не считался преступником, каким точно являлся Гейт с его идейным терроризмом. Но его родители считали иначе, выгнав его из дома. Заку было чуждо само определение родителей. Единственный человек, давший жизнь ему и его братьям, никогда не пытался строить из себя нечто подобное. О значении этого слова он узнал из фильмов и сериалов, если была свободная от работы и учебы минутка. Но забота о братьях тогда являлась его первостепенной задачей. В каком-то смысле группа стала его новой семьей. Словно братья, они делили комнаты: Зак с Гейтом, Райзен с Торном, а ГуЯн, Блейз и Энди — по одиночке. Им предстояло адаптироваться в новой обстановке, но он верил, что у них получится. От размышлений Зака отвлек браслет. Беззвучное сообщение на общий канал группы с менеджером было коротким и четким — «Клиент 01». Гейт был тем соседом, который устраивал Зака. В том числе тем, что мог встать на его место, пока лидер отсутствовал. — Гейт, посмотри за всеми, пока меня нет, — тихо сказал Зак, поднявшись с кровати и отправившись на улицу. Ответа не послышалось, но он за годы совместной жизни выучил мельчайшие детали и мог определить, действительно ли его одногрупник спал. Внизу уже машина со стаффом. Теперь заднее сидение занимал синтетик-гример, который взялся за работу, придавая бодрости, свежести и привлекательности внешнему виду Зака. — Сегодня у группы только один клиент, — начал Лайонел, не оборачиваясь с водительского места. — Конечно, благородно с твоей стороны принять первый удар, как лидер. Но предупреждаю сразу — не пытайся влиять на решение компании, а уж тем более, вступать в диалог с клиентом. С ними ведут переговоры только я, Акуро или ответственный из стаффа. Незнакомая девчонка-синтетик живо перекрашивала чемелкромом (chem-electro-chrome) белые волосы Зака в черный. Он видел навязчивую рекламу этой штуки, которая обещала сохранение тона до двадцати четырех часов. Домашние свободные штаны сменились тесными джинсами, а на груди осталась лишь туго обтягивающая мышцы и руки футболка. Последним штрихом стала кепка с местным чемпионом канигр (каннибальские игры) — Глаттони. — Видел синтетиков в скрытой броне, которые охраняли ваш ивент? — продолжал их менеджер. — Их компания — ваши первые клиенты. Пока о вас никто не знает, то любой заказ — словно глоток воды в жару. Отказываться глупо. Тем более Текто сотрудничала с ними больше полувека, и они точно будут охранять концерты в будущем. Далее — пожелания клиента. Лайонел листал голографический планшет, который проецировал изображение перед пассажирами. Зак внимательно смотрел на людей и запоминал их требования. Кто-то хотел, чтобы доминировали над ним, кто-то хотел только дрочки, кого-то кинк на жесткий секс. Что, как и где. Затем обрисовал локацию клиента, кто и где располагался, какие были запрещены для посещения. И прочие мелочи, необходимые для удовлетворения клиентов. Войдя внутрь здания — не примечательного комплекса на окраине кратера, Зак встретился с лицами из голографий. Тройка молодых людей — девушка и два парня — сидели вокруг кухонного островка, который почти не отличался от того, что располагался на кухне их новой квартиры, в нескольких километрах и уровнях выше. Клиенты действительно был тесно связаны с силовой работой на земле. Все натренированы, двигались как бойцы. Экономно, размеренно, как хищники. Но их взгляды, вперившиеся в него, горели не скрытой похотью, осматривая детали его тела. Этим же занимался гость по привычке. Шрамы, кибернетические протезы, нервные тики — Зак подмечал все. — Как я слышала, ты — самый сильный из вашей группы? — после скомканного взаимного приветствия первой на ноги поднялась девушка. — Так и есть, — кивнул гость. — Тогда немного физических упражнений тебя не напрягут, — сказала она, взяв его за руку, и повела по короткому коридору к дальней двери. — Я приняла немного синта, поэтому поторопимся, — приказала она, без стеснения скидывая топик и домашние штаны. — Работай до тех пор, пока я не перестану подавать признаки сознания. — Понял. Зак умел терпеливо и четко исполнять приказания. Нажимать на нужные кнопки — вот и весь секрет. Человеческое тело для него было намного проще любой техники, в обращении с которой могли справиться даже дети. Но никто не схватывал информацию на лекциях по физиологии в трейницентре быстрее него. Не сложнее тренировки, с облегчением пришел к выводу Зак. Девушка не желала никакой прелюдии. Клиент настаивала на вагинальном сексе без всяких особенностей. Этим занялся Зак, без паузы устроившись между расставленных бедер с видимыми шрамами от огнестрела. Несмотря на опасную профессию, она сохранила настоящее тело, а значит, никаких отступлений от учебника по биологии было не нужно. Следующие полчаса поршень гулял в киске, как перфоратор. И судя по громким стонам под хлопки плоти, другого и не требовалось. С парнями вышло еще проще. За годы сожительствования и совместных тренировок с парнями Зак знал и понимал мужские тела намного лучше противоположного пола. Поэтому перевозбужденные несдержанной реакцией коллеги решили не делиться, а взять его сразу вдвоем. Опытные и не жадные клиенты брали, что хотели и как хотели, не мешая друг другу и без активного участия гостя, чем только облегчили работу Заку. Два часа, обговоренные заказом, прошли мимолетно. До дома Зак доехал с закрытыми глазами в одном мгновении от того, чтобы отрубаться на месте. Едва заметное качание машины, дыхание Лайонела и шорох рук по рулю были единственными, что не давало заснуть. На автомате перебирая по памяти ногами по коридору, Зак ввалился в комнату и упал лицом на мягкий матрац. В тот же миг запястье завибрировало, сигнализируя об уведомлении. Мрак глубокой ночи разрезал голографический дисплей. Еще вчера вечером на последней практике перед исходом с тренировочной базы каждому участнику группы Акуро вручил ристком (wrist communicator), чтобы те были всегда на связи. Нацепив на предплечье тонкий пластик, Зак повертел рукой в поисках кнопок, знаков и указателей, но ничего не нашел. — Давай я покажу, Зак, — рядом возник ГуЯн, который аккуратно ухватил его за ладонь и поднес ее к той, на которой был браслет. Зажав двумя пальцами с двух сторон, на лицевой стороне ладони появился голографический экран. — Спасибо, ГуЯн, — поблагодарил Зак, с восхищением пялясь на коммуникатор. Теперь же от светлых чувств не осталось и следа. Усталость от преддебютной лихорадки и секс-эстафета с первыми клиентами вымотали Зака до тех пределов, которых он давно не ощущал. Подтянув руку под нос, он сквозь слипающиеся глаза узнал виновника нарушенного спокойствия. Банковское приложение в коммуникаторе, позволявшее производить мониторинг и операции со счетом, не оставляло надежды. Долг сократился на считанные тысячи кредитов, оставив то же множество нулей. Внезапно к нему пришло осознание, что своих братьев он увидит очень не скоро.