«Сколько ещё смогу делать вид, что ты просто друг?»

      Обычные подколы. Обычные слова о том, что они любят друг друга и трахаются так, что кровать чуть ли не ломается. Но говорить об этом с каждым годом, месяцем, днем, часом, минутой становится невозможным. Где-то глубоко в душе и в мыслях, запретных желаниях они уже давно перешли грань между лучшими друзьями и чем-то большим. Но все так же отказывались это принимать навсегда зацикливаясь на том, что это нормально, что это их обычное поведение. Но с каждым таким подколом думать о том, что все не серьёзно — просто не выходит.       Кажется, это будет бесконечным кругом неловкости, безумным желанием, выходящим за рамки нормы в их обществе.       Все в классе уже привыкли к тому, что лучшие друзья так шутят и подкалывают друг друга, не считая чем-то необычным. Даже Картман по началу больше их задирал, говоря о том, какие те пидорки, что зажимают друг друга в кабинке туалета и на ночевках, или просто в комнате рыжего хиппи, — пока чокнутая семейка снизу смотрит сериал, — делают друг другу минет. Но сейчас все изменилось. Издевки и шуточки Эрика никуда не делись, просто ему стало неинтересно, ведь Кайл и Стэн сами могли говорить об этом без задних мыслей. Могли.       Все начало меняться со Стэна. Он начал меняться. У него первого появились странные мысли и желания. Он первый делал то, что делать не следовало. Он первый, но не последний.       Ночь. В доме Маршей царит тишина и мрак, говорящие о том, что семья заснула. Все спокойно видят сотый сон, но не Стэн. Ему не спится от мучающей бессонницы. А причина ей — лучший друг Кайл. Не первая бессонная ночь сказывалась на душевном и психологическом состоянии Марша, но сделать тот ничего не мог. Навязчивые бредни о друге лезли в голову и, подобно мёду, медленно слащали мысли парня, делая их несвойственными. Мягко одурманивали, оставляя во рту фантомный привкус сладости.       Его волосы. Его улыбка. Его маленькие ямочки на щеках. Его яркие зелёные глаза, смотрящие открыто в душу, заставляющие улыбаться их озорству и серьёзности. Его веснушки. Его тело. Его талия. Его бедра. Его шея. О да, шея с молочной кожей, которая так и манит оставить яркие отметины от зубов и засосов. Его губы, чуть пухловатые, но с резкими уголками, делающими улыбку еще шире и ярче, а злой оскал острее. Притягивают, позволяют думать о том, как же безбашенно целовать их обладателя. Его чертов голос, который, в буквальном смысле, мог организовать стояк у Стэна, если Кайл говорил слишком смущающие вещи или шептал что-то пошлое.       Будучи шуткой для одного, это было невыносимым для другого. Но стоит представить ещё и то, как Брофловски будет стонать в просьбе глубже и быстрее.. И все, Стэн готов обкончаться.       Вот они, истинные желания Стэна Марша.       Со слезами на глазах от кайфа, иллюзии того, что Кайл и правда рядом, прямо сейчас целует Стэна, позволяя делать то, что не дозволено, и раньше казалось таким странным, но в тоже время страстным. И одновременно с этим от отвращения к себе, что не может контролировать то, что делает и то, о чем думает — брюнет дрочил.       В начале медленный темп и простые зажмуривания с ярким представлением тела друга, тяжелое и хриплое дыхание, поглаживание головки. Воздух в последствии плотнел, возбуждение погружало в свой сладкий омут с головой, движения рукой становились быстрее и увереннее. Дыхание сбивалось, начинали проскальзывать негромкие постанывания, которые были заглушены рукой.       Становилось труднее контролировать мысли, в них проскальзывало больше похабности. В иллюзиях, полных извращением брюнета, Кайл либо отсасывал ему, либо так же дрочил себе прямо на глазах у Марша.       Лицо Брофловски, искаженное похотью и неистовым наслаждением накатывали новые волны возбуждения. Настолько сильно, что тот слегка выгибался в спине, двигая бедрами на встречу удовольствию, зажимая губы, лишь бы не стонать громче и продолжая долбиться себе в руку, но более интенсивнее.       Очень жарко. Очень тесно. Очень мокро. Очень неправильно.       С такими мыслями Стэн сильнее выгибается в спине и, не в силах держать себя в руках, вскрикнув, быстро прижимая свободную руку ко рту, лишь бы не издавать больше громких звуков, парень изливается вместе с Кайлом, что так же кончил в его фантазиях.       — Блять, — единственное, что мог из себя выдавить уставший и измученный своими желаниями, не взаимной любовью Марш, перед тем, как вытереть руку и член салфетками, заранее приготовленными на ночь.       Утром он их выкинет, но пока, растрепав мокрые и холодные от пота волосы, с чувством того, что все это не серьезно и нужно прекращать, он, наконец, засыпает.

***

      Класс кипит различными сплетнями, людьми, криками и ситуациями на заднем плане. Пока повсюду хаос, четверо друзей сидят за одной партой и будто находятся вдали от реальности, обсуждая то, что не касается других, не обращая внимания на обстановку вокруг.       — Блять, Кенни, подобные вечеринки никогда ничем хорошим не кончались, — Кайл обреченно вздохнул и положил голову на плечо Стэна. — Вспомни, что происходило на всех тех.       — Пф. Ерунда. Или ты боишься, что Марш в пьяном бреду решит выебать тебя где-то в укромном месте? — Маккормик подмигнул. — Если такое реально случится, меня не забудьте позвать.       — Кенни, ты как всегда в своём репертуаре, — Стэн усмехнулся и покосился в сторону Картмана, на удивление тихого.       — Ебаные педики! Вы можете обсуждать это в другом месте, подальше от меня?       — Конечно нет. Ты ведь наш главный краш, все дрочим на тебя каждую ночь, — блондин подошёл ближе к Эрику и, состроив глазки, сел тому на колени.       Вся компания разразилась смехом, за исключением жиртреста.       — Свали нахер с меня, — Картман вытолкнул наглеца с колен. — И харе ржать. Оставьте свою гомосятину при себе, я в этом не участвую.       — Если на хер, то только на твой, — Кенни все не отступал, продолжая флиртовать с жирным, выводя его из себя.       — Мой хер только для богатеньких и красивых телочек.       — Ну все, пацаны, меня отшили, — Маккормик драматично приложил руку ко лбу и отсел от Эрика ближе к Кайлу. – Причем по всем фронтам.       В то время пока трое откровенно смеялись над комичностью ситуации, Эрик сидел недовольным.       — Ладно. Вернемся к изначальной теме разговора. То, что мы все придём на вечеринку, инфа сто процентная, — Кенни тут же стал серьёзен, оглядывая друзей. — Мы же лучшие и обязаны приходить туда, чтобы кадрить всяких девок!       На заявление никто не отреагировал так, как он себе представлял. Парни сидели с каменными лицами.       — Ну ладно. Кайл и Стэн исключение. Им и друг друга хватает, — выпалил остроумную, по его мнению, шутку Картман, ухмыльнувшись.       — Хаха! Точно-точно, — Маккормик хлопнул в ладоши. — Но, все же, если вы захотите втроём..       — Спасибо за столь щедрое предложение, но, пожалуй, откажемся, — договорить ему не дал улыбающийся Марш, что теперь в открытую приобнимал Брофловски.       Кайл кивнул и усмехнулся.       — Я же говорил, прекратите показывать всем, что вы в отношениях, — допивая молочный коктейль с характерным противным звуком хлюпанья, съязвил Эрик.       — Так! Мы снова отошли от темы, — смотря на скривившуюся рожу Картмана, не сдерживая смешок, констатировал Кенни. — Пати состоится на хате Венди в 21:30. Чтобы к десяти мы встретились. Поняли?       Компания согласилась кивком головы.       — Сейчас звонок уже будет, — Кайл мельком посмотрел на телефон, проверяя время.       — Не хочу, чтобы эта перемена кончалась, — Маккормик накинул капюшон и убрал лицо в изгиб локтей на парте.       — Кто не хочет, — Стэн пожал плечами и посмотрел на Кайла. — Слушайте, давай разделимся на пары и встретимся у продуктового на улице ****. Так не нужно будет кучей заходить за каждым.       — Так и скажи, что ты хочешь присунуть Брофловски, пока нас не будет, — Картман искоса посмотрел на парочку, выкидывая в сторону уже пустую коробочку молока.       — Ребят, вы за эти несколько минут шутите о нас со Стэном больше, чем за последние несколько дней, — Кайл сделал фейспалм.       — Потому что предугадываем, что будет на вечеринке, — Маккормик вылез из своего «укрытия», хитро улыбнувшись в сторону рыжего.       — Мне так никто и не ответил. В общем, я встречаюсь с Кайлом у его дома, и мы подходим к продуктовому, а вы сами разбирайтесь, — Стэн встал вместе с Брофловски, проходя на свои места.       — Ну вот, они нас кинули, — Кенни оперся щекой на руку, грустно вздохнув, смотря на уходящих друзей.       — Какой же ты гей. Встречаемся у моего дома.       — Заметано, — блондин улыбнулся, подмигнув Эрику и вскочив со стула как раз под звонок, ускакав к Баттерсу.

***

      Время к встрече подошло для Стэна незаметно. Натягивая шапку, с отвращением бросив взгляд на затылок старика, храпящего на диване под фоновый шум футбола, Марш вышел из дома.       Шел редкий и мелкий снег, фонари тускло освещали дорогу. На улице не было ни души, от чего создавалось странное впечатление, что в мире ты единственный. Никого больше не существует. Но одинокий свет в окнах домов опровергал это.       Подходя к дому Кайла, Стэн завидел знакомую оранжевую куртку, и глупая улыбка сама озарила лицо, не желая сходить.       — О, Стэн! — Брофловски шагнул навстречу с такой же лыбой.       Обнявшись, Марш отметил приятный ненавязчивый лёгкий запах карамели, исходящий от рыжего в своих мыслях.       Всю оставшуюся дорогу Кайл болтал о ситуации, что произошла с Кенни на прошлой вечеринке. Но Стэн слушал лишь краем уха, изредко угукая, предпочитая рассуждать в голове о том, что его ждет в доме у Венди.

***

      А в доме уже во всю играла громкая, типичная клубная музыка. А в воздухе витал запах чего-то химического, алкоголя, закусок, и душных тел. Даже открытая дверь и окна не спасали, заставляя думать о том, что помещение будто находится в защитном куполе от кислорода.       Парни подошли в самый разгар, когда большинство на ногах, но уже вылившие в себя не первый стакан спиртного, и всем плевать на обстановку вокруг.       Многие отжигали на танцполе и столах, двигаясь хаотично и без какого либо ритма, просто чтобы выплеснуть энергию и накопившиеся эмоции, как это делают большинство подростков. Но и были те, кто зажимались в укромных уголках, куда поступает малое количество света. И не только потому, чтобы успокоить свои бушующие гормоны, но так же чем-то закинуться. И, конечно, присутствовали те единицы, что либо спали, либо сидели трезвые, снимая все на камеру, ожидая своих неугомонных друзей.       — Парни, мне нужно найти Венди и поговорить с ней. Так что, я отойду ненадолго, — Стэн посмотрел на лица друзей, что выражали мелкое недовольство, но только в глазах Кайла он уловил искру беспокойства и понимания.       — Окей, вали к Тестабургер, — Картман зло усмехнулся и бесцеремонно пошел к столам с выпивкой.       Его примеру последовал Кенни, без слов похлопав Марша по плечу, и Кайл, показавший кулаки, символизирующие поддержку.       Времени Марш терять не стал, быстро осушив стопку чего-то приторно сладкого с кислинкой для храбрости, тот поспешил искать ту, с кем давно нужно было поставить точки над и. Долго искать не пришлось, Венди сидела на балконе, докуривая сигарету.       — Не знал, что ты начала курить, — Марш невесело усмехнулся, усаживаясь на старое потрёпанное временем кресло, смотря на красиво одетую девушку.       — Ты много чего не хотел замечать и знать, — Тестабургер ответила не сразу, даже не смотря в сторону юноши. Докурив сигарету, та выкинула окурок с балкона, вместо него положив в рот жвачку. — Наконец, осмелился поговорить?       — Да. Моя вина, что не дал тебе того, чего бы ты хотела. Но и ты была не ангелом в наших отношениях, — Стэн оттянул ворот футболки. — Если ближайшие несколько лет это вообще можно было назвать «отношениями».       — А я и не говорю, что была пай девочкой. Мы оба делали полную ахинею и пришло время за это отвечать. Ты читал мои сообщения, так ведь?       — Естественно. Честно, я и не сомневался, что ты быстро найдёшь мне замену.       — А ты так и не изменился, хах, — Тестабургер прикрыла глаза и вздохнула полной грудью, улыбаясь. — Естественно, я нашла тебе замену, потому что наша любовь прошла давно. Твоя влюблённость в Кайла, и неумение состоять в отношениях, моё нежелание с этим мириться, и жажда контролировать тебя — начались не полгода и не год назад. Намного раньше.       Стэн поперхнулся воздухом, широко открыв глаза на то, что Венди все это время замечала его симпатию к Кайлу.       — Удивлен, что я все видела, и даже не пытаешься отрицать? — брюнетка вопросительно выгнула бровь, скрестив руки, все так же улыбаясь, но уже с мелкой издёвкой.       — Не думал, что это так очевидно. А отрицать смысла не вижу, да, я люблю Кайла. И пришел поставить точку в наших отношениях.       — Благодарю за то, что осмелился это сказать и принять себя. Надеюсь, у вас с Кайлом все будет отлично, и ты не станешь мешать моим отношениям с Толкином.       — Не бойся, не стану. А за пожелание спасибо. Да и в принципе за то, что терпела меня долгое время. Также желаю тебе всего хорошего с Толкином, он классный парень.       Марш, наконец, облегченно выдохнув, встал и обнял Венди. Та в ответ нежно обвила руками его шею.       Им был необходим этот разговор, эта точка — окончательное решение, принятое ими без каких-либо проблем. Они простили друг друга и не держат обиды или зла. Идеальный конец столь тяжёлых взаимоотношений и новое начало чего-то большего.       После Стэн попрощался, уходя с балкона и чувствуя облегчение, которое не испытывал очень давно. В голове лишь билась мысль о том, что прямо сейчас он хочет обнять Брофловски. Но стоило ему подойти ближе к залу, как стали слышны какие-то крики и громкие звуки. Ускорив шаг, он застал очень интересную картину: Кайл, что сидит сверху Эрика, плачет, явно пытаясь набить ему морду. И людей (которые находились в сознании) ликующих от такого зрелища.       — Черт возьми, Кайл! — Стэн пытался протиснуться сквозь толпу к другу, что пытался избить Картмана.       — Ты, жиртрест, ничего не понимаешь! — кулаки промахивались от того, что глаза закрыла пелена слез и ненависти.       — Слезь с меня, бешеный еврей! — Эрик отчаянно закрывал лицо и всячески брыкался, пытаясь скинуть Брофловски.       — Еще раз ты что-то скажешь про Стэна и я тебя убью прямо здесь!       — Пошёл на хер, ебучий хиппи. Иди подставь ему задницу, чтобы успокоиться, — шатен, наконец, смог выбраться и спотыкаясь неуклюже удрал, боясь получить по морде.       К этому времени Марш уже подбежал к Брофловски, который плакал и от злости бил пол.       — Чувак, что произошло? — от вида парня на глаза наворачивались слезы. Он выглядел настолько разбитым и злым.       — Я… Он, Стэн. Он гов.говорил. Что ты решил брос.бросить меня, что ушел к Венди и вы сно.снова, — договорить он так и не смог, отчаянно задыхаясь от слез и икоты, запинаясь и снова рыдая, но с большей силой.       — Прошу, пожалуйста, не ведись на поводу у Картмана, — Марш обнял друга и гладил того по голове, прижимая к груди, продолжая шептать: — я никогда тебя не брошу, слышишь? Никогда. Ты навсегда будешь самым дорогим для меня человеком. Я люблю тебя, Кайл.       — Я тоже люб.люблю тебя, Стэн. — шмыгая носом и цепляясь за футболку, Брофловски потихоньку стал успокаиваться, но слезы так и не прекращали течь.       — Давай пойдем ко мне? Я больше не хочу здесь находиться, а оставить тебя в таком состоянии не могу, — Марш отодвинулся и вытирая большими пальцами слезы парня, тихо продолжил: — завтра я набью ебало жиртресу. А сейчас, тебе нужно отоспаться.       — Да. Ты прав, — протерев глаза и слегка улыбнувшись, Кайл встал, окончательно успокоившись. — Но рожу мы ему вместе раскрасим.       — Отлично, — оба посмеялись и накидывая куртки, вышли на улицу.       Свежий воздух чутка отрезвил Кайла и он уже спокойно шел, тихим голосом рассказывая, что успело произойти за время, пока Стэн разговаривал с Венди. Брофловски поведал, что Картман наговорил ему о том, что якобы подслушал разговор Венди и Стена, где она поставила условие — Кайл или отношения с ней. И тот выбрал девушку, забивая на лучшего друга. Так же рассказал, куда ушел Маккормик и с кем.       — На Картмана не обращай внимания, он когда выпьет, становится ещё ужаснее, ты же знаешь, — утешительно хлопнув по спине, Стэн продолжил: — а Баттерсу пожелаем удачи, потому что Кенни тот ещё похотливый маньяк.       — Это точно, хах.       После повисло молчание. Никто не знал, что сказать. Слишком много всего навалилось за сегодняшний вечер и желания говорить уже особо не было. Но все же, осталась одна недосказанность.       — О чем вы говорили с Венди, когда ты ушёл? — тон Кайла был серьёзен. Если бы он был в трезвом состоянии, то вряд-ли бы стал так открыто спрашивать об этом.       — Так и знал, что спросишь, — Марш обреченно вздохнул. — Сначала мы просто молча стояли, не смотря друг другу в глаза. Я уже примерно понимал, что именно она хочет мне сказать, но решиться на это мы не могли вместе, — шумно сглотнув и посмотрев на небо, брюнет продолжил: — между нами не осталось ничего, что можно было бы назвать любовью. Мы устали друг от друга. Устали от тех отношений. Они тяготили нас, понимаешь?       — И вы расстались? — Брофловски тихо выдохнул, смотря на расстроенного друга.       — Да. Мы поставили точку, на этот раз точно. Еще она призналась мне когда-то в сообщениях, что начала чувствовать симпатию к Толкину. И только сегодня я осмелился с ней поговорить.       — Тебе сильно грустно?       — Нет. У меня не осталось к ней никаких чувств. Я больше чувствую облегчение от нашего расставания, но все же, что-то не дает мне покоя. И это что-то не связано с Венди.       «Черт.черт.черт.черт.Стэн, успокойся, ты говоришь уже лишнее» — такие мысли были в голове Марша после сказанного.       — А что тебя беспокоит?       — Ничего. Я и сам не знаю. Забей, — покраснев от осознания того, что только что он чуть не проболтался, Марш метался взглядом, за что бы зацепиться. — А вот и дом, пошли быстрее.       — А. Ну, если не хочешь говорить, то окей, — Кайл был в недоумении, но ускорил шаг, догнав брюнета.

***

      Парни уже лежали в постели и пытались уснуть. С того разговора они перекинулись всего несколькими фразами. От чего-то было неловко обоим. Разные мысли лезли в головы, не давая возможности сомкнуть глаза и, наконец, заснуть.       — Чувак, я так не могу, — Брофловски принял сидячее положение, запустив пятерню в волосы. — Тебя что-то беспокоит и это не даёт мне уснуть.       — Кайл, я не могу рассказать, — Марш лежал спиной к рыжему, но чувствовал, как тот смотрел на него.       — Почему нет? Я твой лучший друг.       — В этом и проблема, — Стэн сказал это настолько тихо, что услышать было невозможно. Но даже так он был готов хлопнуть себя по лицу за то, что ляпнул. Да, алкоголь уже вдарил в разум.       — Что? — но Брофловски услышал.       — Окей. Если ты так хочешь знать в чем дело, то я скажу.       Марш привстал и сел на край кровати. Не имея желания смотреть в глаза друга.       — Все пошло по пизде еще месяца два назад. Тогда я осознал, что чувствую к тебе то, что не должен. Блять, старик, это максимально неловко говорить, но я дрочил на тебя каждую ночь в течении недели, — Стэн сжал край одеяла, закусив губу от неловкости. — Я не знаю, что на меня нашло, но ты кажешься мне таким привлекательным. Я, черт возьми, втюрился в тебя!       Кайл сидел с шоком и смущением на лице, не способный что либо ответить. Голова не работала и здраво мыслить не получалось. Всё слишком странно. Слишком быстро. Слишком неожиданно. Слишком. Молчание длилось уже долго. Марш чувствовал себя просто отвратительно.       В животе неприятно тяготило, во рту странный привкус. губы сушило настолько, что их было даже трудно облизать. Ладони потели.       — Прости. Я не контролирую свои чувства и, если ты ответишь мне отказом.       — Я не могу ответить тебе взаимностью.       Слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Ожидаемо.       Чего ещё мог ждать брюнет, так прямо говоря о том, что он, блять, вкрашился в своего друга и буквально фапал на него? Это не сказка. Это суровая реальность. Здесь нет места для Кайла и Стэна, что влюбленны друг в друга.       — Ясно, — хотелось ли Маршу прямо сейчас закричать и начать рыдать от того, что он потерял не только лучшего друга, но и объект симпатии? Да.       — Прости. Это слишком..неожиданно для меня. И, ты сам понимаешь, — Брофловски перестал говорить, смотря на то, как темноволосый встал с кровати и начал уходить. — Куда ты?       — Думаю, мне лучше поспать на диване, — слезы уже текли по щекам.       Стэн стоял спиной и этого не было видно. Больно.       — Хорошо, — Кайл нервно сглотнул.       Дверь закрылась. Теперь обоим не ясно: что делать? Как себя вести? О чем думать?       То, что Марш хотел сохранить навсегда, стало явным. И это, кажется, навсегда останется чуть ли не самой большой ошибкой в его жизни.       Тошнота от себя, алкоголя и нервов подступила к горлу, заставляя его быстро забежать в туалет. Противно. Грязно. Отвратительно. Стэн блевал от отвращения к себе. Блевать и плакать — худшее сочитание.       Горло очень жгло, глаза болели, пахло ужасно, от чего ещё и нос заложило. Прокашлявшись и открыв форточку, парень умылся чувствуя себя уже не столь хуево. Еле перебирая ногами от усталости, Марш все же же добрался до дивана, устало плюхаясь на него, мгновенно засыпая.       В это время Кайл так же плакал, но очень бесшумно. Что ему делать? Как после этого относиться к Стэну? Как вести себя рядом с ним? А будут ли они вообще общаться? Эти вопросы душили его сознание, заставляя рыдать и тихо кричать от бессилия и неизвестности.       Размышлять дальше о своих чувствах на тот момент казалось непосильной задачей, так как усталость и алкоголь в организме брали свое. Парень провалился в тревожный сон.

***

      С той ночи прошла неделя. За это время парни не общались, изредка кидая друг на друга незаметные взгляды. Никто из них так и не смог придумать ничего лучше, чем прекратить общение вовсе. Точнее, они даже не обсуждали это.       Просто не здоровались друг с другом, просто отсели друг от друга, просто все стало слишком отдалённым от слова «лучшие друзья». И ни один из парней не решился на шаг снова поговорить. Лучше оставить так, как есть. Так будет легче.       Но это было далеко не так.       Картман эту неделю не подходил ни к Стэну, ни к Кайлу. Повода не было, а увидев, что у них в взаимоотношениях полнейший пиздец — отчего-то желания подъебывать сразу отпадало. А Маккормик заболел и не появлялся в школе.

***

      — Что? Ты признался Кайлу, а он тебя отшил?! — не веря, Кенни несколько раз проморгался, удивлённо смотря на друга.       — Да, — Марш с грустью прикрыл глаза. — Я без понятия, что мне теперь делать.       — Чувак, это полнейший пиздец. Я думал, что у вас там уже шуры-муры, а все оказалось настолько. дерьмовым, — Маккормик поддерживая, приобнял того за плечи.       — Я вообще ни о чем не думал. Это случилось у меня дома после вечеринки. Я был не в трезвом состоянии.       — И, как я понимаю, вы теперь не общаетесь? — блондин спустя недолгое молчание решил спросить очевидное.       — Ну, получается, так, –Марш резко дёрнул плечами. — Старик, я сам не знаю, что теперь между нами. С той ночи мы не разговаривали, просто пустив все на самотек. Но, кажется, стало только хуже.       — Естественно станет хуже! — Маккормик вздернул руки. Но положив их на плечи Стэна, снизил тон, продолжив: — Бро, тебе нужно собрать яйца в кулак и поговорить с ним.       — Нет. Я не думаю, что нам есть, о чем говорить. Все уже понятно без слов.       — Ничего еще не понятно. Прекрати вести себя как баба! Действуй.       — Не могу, — брюнет вяло покачал головой, нахмурившись.       Желания спорить не было. Даже то, что он выговорился Кенни не придавало сил, как было раньше. Он и правда с головой погряз в этом дерьме.       На этом разговор был окончен. Маккормик утешительно хлопнул по спине Марша и решил, что сделает все возможное, лишь бы те снова начали, как минимум, общаться. Хотя, вариант того, что парни потрахаются и помирятся — Кенни нравился больше.       Усмехнувшись своим мыслям, Маккормик нашёл Кайла в коридоре у шкафчиков.       — Здарова! — подкравшись сзади Кайла, и резко положив руку на плечо, парень заулыбался, потому что тот вздрогнул от неожиданности, хлопнув дверцей шкафчика.       — Чел, если ты еще раз меня так напугаешь, будешь уже лежать в больнице с сотрясением, а не дома от болезни, — тон был серьёзен и холоден.       — Ну и чего ты злишься? Я сегодня в школу только пришел, а ты меня уже посылаешь, — блондин чуть не пустил скупую слезу от жестокости друга.       — Ладно, прости. Просто, за ту неделю, что ты болел, произошло слишком много, — Брофловски устало вздохнул, смягчая тон, поворачиваясь лицом к Кенни. — И одно из этого тяготит сильнее всего.       — Что произошло? — парень состроил максимально серьезное и настороженное лицо, чуть не засмеявшись от того, какого дурака корчит.       Да, говорить про то, что он уже знает все и даже больше — будет глупо.       — Давай поговорим об этом в другом месте?       — Окей.       Друзья шли в туалет, потому что укромных мест в школе больше не было.       По пути Кайл строил план в голове, как правильно сказать Маккормику, что произошло между ним и Стэном, не сболтнув лишнего. Вспоминая ту ночь, в груди было странное, необъяснимое чувство.       Парни дошли и начали обсуждать состояние Брофловски, что произошло и то, как он окончательно запутался в том, что чувствует на самом деле.       В это время их подслушивал Картман, который хотел тихо, мирно сделать все дела, но тут такая драма, что желание посрать отпало очень быстро. Эрик слушал и колебался. Стоит ли выскочить через некоторое время с насмешками или так и остаться сидеть на сортире. Второй вариант был послан сразу, и шатен слушал, пока те обговорят все, что хотели.       Долго ждать не пришлось. Уже через несколько минут рыжий закончил свой трагический рассказ. Картман резко открыл дверцу кабинки и вылетел, пугая парней.       — Жиртрес, какого хуя ты тут делаешь?! — от страха Кайл подскочил, чуть ли не вскрикнув.       Кенни просто стоял в шоке.       — Очевидно, сру, — Картман усмехнулся. — Кстати, я слышал все, о чем вы говорили.       — Мог бы сразу уйти, — Кайл хлопнул себя по лицу.       — Если бы я это сделал, то это был бы не я. К тому же, — подойдя ближе к Кайлу, тот мерзко усмехнулся. — Я могу тебе помочь помириться с твоим пидорком.       — Нет уж, спасибо. В помощи мудаков не нуждаюсь, — от раздражения скрестив руки на груди и прикрыв глаза, съязвил Кайл.       — Я не собираюсь отчитываться за то, что было на вечеринке. Это ты ебу дал и решил меня избить. Все вы евреи такие.       — Пошел ты. Много евреев повидал?       — Все, пацаны, харе, — увидев, что дело идёт к драке, Маккормик решил не стоять в стороне, встав между двух парней, что уже готовы были избить друг друга.       — Этот хипарь первый начал! — голос неприятно резанул по ушам пискливостью и громкостью.       — Прекрати строить из себя хер пойми кого, Эрик. Успокойся. Вы оба виноваты в той ситуации, так что, оффнитесь, и послушайте, — Кенни устало потер переносицу. — Сейчас это совершенно не важно. Наша цель — помирить тебя, Кайл, со Стэном. И даже Картман может быть полезным.       Брофловски собирался что-то сказать против, но так и не решился, зло выдохнув через ноздри. А жирный победно оскалился.       — Отлично. Сейчас уже звонок будет, так что, пошли в класс. Сегодня после уроков соберёмся у жиртреса и обсудим, что делать нашим голубкам, — Маккормик подмигнул Кайлу.       Тот обреченно вздохнул, понимая, что лучше бы ничего не рассказывал.       Эрик на оскорбление хмыкнул, устало и раздражённо отвечая коронной фразой:       — Я не жирный. У меня кость широкая.

***

      — Вы серьезно?! — Кайл покраснел от злости и смущения. — Я не собираюсь этого делать!       — Придется, мой дорогой друг. Придётся, — Кенни с умным лицом покачал головой, скрестив руки на груди.       — Да. Если ты хочешь Стэна, а также восстановить ваше общение, то сделай так, как мы сказали.       — Но, — договорить бедному смущённому, и удивленному Кайлу не дал Маккормик, приложив руку к его рту, затыкая.       — Никаких но. Если ты, как сказал Картман, реально хочешь, чтобы все встало на места, то проберись в его комнату ночью через окно, и поговори с ним, — опустив руку, Кенни помолчал несколько секунд, но все же добавил: — и позволь ему тебя трахнуть.       — Да. Подставь ему свою жидовскую задницу и, наконец, прекратите вести себя, как мудаки.       — Блять, — единственное, что смог выдавить Кайл, натягивая шапку ниже на красное лицо и устало откидываясь на спинку дивана.       — Чувак. Это не будет странным, если он дрочит на тебя, — после сказанного блондин готов был прямо здесь застрелиться от своей тупости.       Резко стало тихо.       Брофловски посмотрел из-под шапки с удивлением на друга, который отвёл взгляд в сторону.       — Стоп. Откуда ты узнал?       Картман, что ел чипсы, резко перестал жевать, громко сглотнув в полной тишине.       Стало напряжно.       — Кайл. Не нужно сейчас делать то, о чем ты потом пожалеешь… Просто перед тем, как подойти к тебе, мне все Стэн уже рассказал, — Кенни напрягся и был готов к худшим последствиям.       — Не удивил, — хмыкнув, выпрямился рыжий.       — И все? Не собираешься начать меня бить или что-то в этом роде?       — А смысл? — Брофловски удивлённо поднял бровь. — И вообще, какого ты обо мне мнения?       — Ну и славно, — Маккормик расслабился, облегчённо выдохнув.       — Ну нихуя себе. А я всегда знал, — Картман снова начал жевать чипсы       Кайл сделал фейспалм, а Кенни качал головой в знак согласия.       После парни разговаривали о всякой рутине и о том, что за эту неделю произошло нового. Рыжий отвечал без особого энтузиазма и желания. Просто для галочки и чтобы к нему не было больше вопросов. В мыслях он был далёк от реальности.       Две его стороны сознания боролись между собой, как же ему поступить. Послушать чокнутых друзей или же придумать что-то свое? Но вот только времени на «придумать что-то свое» совсем не осталось. Кайл слишком долго откладывал разговор, оставляя все как есть. И вот, пришло время поставить, наконец, точку и решить все с глазу на глаз. Хватит прятаться.       Но все же, мучал вопрос: а готов ли Брофловски к тому, что теперь он будет со Стэном не как лучший друг, а как что-то большее? Пока не уверен. Но все то время, пока те не общались, парню было тоскливо и чувство того, что Марша сильно не хватает, не оставляло его.       Пусть они и были тогда под градусом и можно предположить, что брюнет выпалил это случайно, несерьёзно. Но, как говорят: «что у трезвого в голове, то у пьяного на языке.»

***

      Вау. Кайл Брофловски, да ты гений.       Конечно, на трезвую голову он никогда бы не решился на столь безрассудный, ненормальный поступок. Ну, что уж теперь говорить. Прямо сейчас тот, будучи не сильно пьяным, но и не сказать, что трезвым, стоял под окном друга ночью, заранее сказав родителям, что идет ночевать к Маршам.       Выпил он, собственно, для храбрости, чтобы сделать то, что хотел уже сам. В руках перекатывался камушек, который Кайл хотел бросить в окно. Но решив, что платить за трещины, а то и в целом разбитое стекло перспективы не имеет, осмелился зайти через дверь.       Да, вот так вот. Ночью. Не заботясь о том, что, возможно, родители Стэна дома и могут его увидеть.       Для начала, парень дёрнул ручку. И она, на удивление, поддалась.       «Значит, его родителей дома быть не должно, » — к таким выводам пришёл Брофловски.       Брюнет говорил, что ему лень закрывать дом на замок, когда тот один.       Тихо зайдя внутрь и так же, как можно тише, рыжий прикрыл дверь. Сердце стучало настолько сильно, что его ритм отдавался в ушах. Ладони мгновенно начали потеть, а ком застрял в горле. Тишина и неизвестность давили, а низ живота скручивало. Это ужасное чувство волнения перед разговором, что расставит все по полочкам. И спустя неделю молчания, наконец, все придёт в норму.       Или станет хуже.       Все же, сглотнув, на ватных ногах Кайл дошёл до двери Марша. Некоторое время рыжий колебался, прокручивая у себя в голове, что может пойти не так и обдумывая все самое плохое.       Чего делать, конечно, не стоило.       Раз. Всё, как в замедленной съёмке. Медленно поворачивая ручку, Кайл зажмурился.       Два. Дверь открылась, позволяя войти внутрь. Опять же сглотнув, Брофловски проклял себя за то, что вообще затеял все это.       Три. Но в данный момент поздно что либо менять. Войдя, первое, что зацепило вгляд — мирно спящий Стэн. Алкоголь уже совершенно не ощущался. Будто вся эта нервотрепка сделала его трезвым.       Преграда преодолена. Осталось все самое страшное. Некоторое время Кайл мял пальцы, смотря на парня, что при лунном свете выглядел очаровательным и таким притягательным. Холодный свет ложился на лицо так четко, делая черты лица Стэна ещё более красивыми.       Данные мысли заставили Кайла вспыхнуть и неосознанно подойти ближе. Присев на корточки, Брофловски уже не мог сдерживать себя от того, чтобы прикоснуться. Сейчас брюнет казался таким близким и далеким одновременно.       Протянув руку к лицу, рыжий мягко касался нежной кожи. Желание просто потрогать переросло в большее. Хотелось поцеловать. Не давая отчет действиям, Кайл пододвинулся ближе.       От парня веяло ароматом сладкой мяты и одеколона. Закрыв глаза и уже собираясь коснуться губ, как голос в темноте «отрезвил», заставляя еврея как ошпареного, резко выпрямиться, и отвести взгляд, краснея.       — Кайл, что ты делаешь? — вопрос звучал очень тихо и неуверенно. Будто не веря своим глазам, Стэн протер их, приняв сидячее положение.       — Я, — в горле неприятно образовался ком. — Кхм. Я пришёл поговорить с тобой.       — Ночью? — теперь Марш выглядел озадаченым.       — Да. «Черт возьми, что за хуйню я несу?!»       — Ну. Если пришёл поговорить, то валяй. Я слушаю, — Стэн прошелся по волосам рукой. Было неловко.       — Прости. Я не должен был отвечать так резко. Все то время, пока мы не общались, мне тебя очень не хватало, — немного помолчав, и посмотрев прямо в глаза, слова сами вырвались. — А ещё, я все же осознал, что, похоже, тоже чувствую к тебе нечто большее, чем просто дружбу.       Вся сонливость Марша сразу ушла на второй план. Удивленно приоткрыв рот, он хотел что-то сказать, но был заткнут поцелуем. Из-за неожиданности, тот чуть ли не простонал, но получился какой-то смазанный звук, больше похожий на мычание. Осознание резко ударило в голову.       Кайл Брофловски. Прямо сейчас. Целует меня.       Пусть не умело, чуть смазано. Но так чувственно и жарко.       Улыбнувшись, Стэн обхватил талию партнёра руками, углубляя поцелуй и забирая инициативу на себя. Кайл попытался вести сам, но в последствии сдался. Руки Марша гладили худые бока Брофловски сквозь футболку, забравшись под кофту. Это заставило второго промычать от странных ощущений и сильнее сжать плечи брюнета.       Языки сплетались и отстранялись. Стэн покусывал губу рыжего, на что тот сильнее прижимался, пока окончательно не оседлал парня. Дышать становилось все труднее, хотя они и отстранялись на миллисекунды несколько раз. Но воздух становился плотнее, а желание больше.       Разорвав поцелуй, они тяжело дышали, смотря друг другу в глаза затуманенным взглядом. Оба взъерошены и возбуждены. Это продлилось недолго. Уже спустя секунды Стэн снова припал к губам Кайла, более уверенно и страстно.       Становилось жарко.       Решившись, тот, не прекращая ласк, начал судорожно расстегивать кофту Брофловски, что уже не особо соображал из-за накатившего возбуждения.       Это только начало.       Расправившись с кофтой, вид открылся на белоснежную шею и ключицы. Футболка была растянута, открывая вид на всю красоту. Не сдерживая себя, Стэн поцелуями начал медленно спускаться по скуле ниже, дойдя до шеи, парень лизнул кадык, начиная кусать и оставлять метки на нежной коже дальше.       Это место было довольно чувствительным, из-за чего рука неосознанно сжала волосы Стэна, а вздохи стали чаще. Поднимая футболку парня, брюнет трогал впалый живот одной рукой, а другой поднимался выше, сжимая затвердевший сосок. Все тело содрогнулось от приятных ощущений, и Кайл от неожиданности простонал, но быстро прижал руку ко рту от стыда.       — Ч.черт, Стэн. Что ты со мной делаешь, — шапка, что и так держалась с трудом, скатилась с головы и упала на пол.       — То, что всегда хотел. А ещё, прошу, милый, не сдерживай себя, — оторвавшись от бедной шеи, Марш взял лицо парня в руки, быстро чмокнув в губы. — Мне понравился твой стон.       — Такими словами ты возбуждаешь меня сильнее, — член неприятно терся о ткань боксеров, пульсируя, что заставило сдавленно промычать, и ещё больше покраснеть от обращения к нему.       — Тогда, время перейти к большему. Готов? — глаза Марша озорно блеснули в темноте. Кайл хаотично закивал.       Это и стало спусковым рычагом к полному отключению разума. В голове было только желание и похоть.       Стэн быстро освободился от футболки, как и Кайл. Прижимаясь друг к другу, парни снова слились в поцелуе. Из-за напора со стороны первого, Брофловски оказался под ним, не переставая целоваться. Кровать неприятно скрипнула под давлением двух тел.       Лунный свет все так же светил в окно, но теперь уже освещая двух влюбленных подростков, что отдаются жаркой страсти под покровом холодной ночи, не думая о будущем и забыв прошлое.       Они здесь. В настоящем. Вместе.       Приоткрыв глаза, второй смотрел на подтянутое, бледное тело Марша. Не ярко выраженные кубики пресса, достаточно подкаченные руки, выпирающие ключицы. Все это сильно манило, из-за чего желание потрогать вспыхнуло резкой вспышкой. Пальцы сами потянулись, медленно оглаживая живот, обводя кончиками пресс и спускаясь ниже.       Марш так же трогал тело Брофловски, наслаждаясь моментом и ощущениями. У того оно было худощавое, хотя пресс был так же заметен, а кожа белесая.       Уже чуть ли не застонав от нетерпения, Кайл запустил руку в пижамные штаны Стэна, трогая сквозь ткань боксеров горячий член, что успел выделить достаточно предэякулята, образовывая мокрое пятно.       — Стэн, я и представить себе не мог, что могу довести тебя до такого возбуждения, — сладко прошептал Кайл, удивлённо смотря в глаза напротив.       — Тебе ещё многое предстоит узнать, — Стэн с хрипом ответил, почти забывая, как дышать от спектра чувств и ощущений, а так же прекрасных изумрудных глаз.       Рыжий прошелся по всей длине и остановился на головке, поглаживая её большим пальцем. Марш от неожиданности дернулся навстречу, покраснев и зажмурившись до цветных узоров, часто дыша. На выдохе через раз получался полустон.       Кайлу понравилась такая реакция и высунув руку, тот решил избавиться от лишней одежды, стягивая штаны с парня, предвкушая большее.       Когда с ними, наконец, все было покончено, и те были откинуты куда-то в сторону, Стэну так же хотелось снять напряжение партнеру.       Опустившись к груди еврея, брюнет мягко укусил сосок, медленно спускаясь нежными поцелуями все ниже к поясу джинс. Брофловски чуть выгибался навстречу ласкам, покрываясь маленькими мурашками, постанывая от приятных ощущений. Хотелось ещё больше.       Расстегнув ширинку, опуская джинсы Кайла, откинув их на пол, Стэн опустился на локти у боксеров, смотря на пятно, усмехнувшись.       — А я смотрю, ты возбужден не меньше меня, — Марш горячо выдохнул на основание члена.       — Вот умеешь же ты сморозить д-ах! -дичь, — парень был сильно чувствительным даже для самого себя.       Стэн всего то выдохнул на его достоинство и то через трусы, а это уже обдало мелкими мурашками второй волной.       Хитро улыбнувшись уголком губ и прищурив глаза на такую дерзость, Стэн приподнялся, сжав талию Брофловски, резко дернув того на себя, приподнимая таз. Кайл вскрикнул.       Теперь их члены находятся в близости друг с другом, разделяет их только ткани боксеров.       — С чего вдруг такая резкость? — Брофловски шумно сглотнул, приоткрыв рот.       — Не стоит разбрасываться словами, когда я в любой момент могу тебя жёстко трахнуть, — Марш оперся на одну руку у головы Кайла, пошло улыбнувшись, впившись поцелуем в губы напротив, пока вторая придерживала того за поясницу.       — Бля, Стэн, — Кайл отпрянул, мелко дрожа и почти хныкая. — Пожалуйста, я не могу больше ждать.       Большего говорить и не нужно. Парень и сам был на пределе, лишь бы не начать жестко дрочить от вида Кайла и того, что они вытворяют.       Первым делом Марш опустил боксеры Брофловски. Вид открылся на среднего размера обрезанный член с аккуратной головкой.       Облегченно выдохнув от снятия мешающей ткани, еврей тут же стыдливо свел ноги, краснея пуще прежнего.       — Это так неловко, — Кайл смотрел на все что угодно, только не на Стэна.       — Мы с тобой в детстве мылись в одной ванной.       — Э-это другое! И вообще, я тогда и подумать не мог, что мы будем заниматься этим.       Марш погладил внутреннюю часть бедра парня, промурлыкав «расслабься», целуя голени. Это и правда помогло успокоиться.       — Кайл. Мы сегодня ограничимся только петтингом или ты готов к проникновению? — Стэн снял трусы, прикрыв глаза от наслаждения и посмотрел на рыжего.       — Давай петтингом, — спустя недолгое молчание, смущённо ответил Брофловски.       Наклонившись к тумбочке, Марш достал маленький тюбик смазки. Увидев его, Кайл чуть выгнул бровь, уже собираясь спросить, что это у него делает.       — На всякий случай она у меня здесь всегда лежала.       Парень озадаченно моргнул, но отвечать ничего не стал.       Открыв и выдавив нужное количество лубриканта на руку, Стэн придвинулся максимально близко к Кайлу. Настолько, что их члены теперь соприкасались.       Парни тяжело дышали, с возбуждением смотря друг другу в глаза, не веря, что это происходит с ними на самом деле, ведь, совсем недавно Марш каждую ночь дрочил на развратное поведение Кайла в его фантазиях, а второй и подумать не мог, что Стэн когда-то станет кем-то ближе, чем лучший друг.       Сглотнув вязкость в горле, Стэн обхватил рукой со смазкой два члена, начиная медленно надрачивать, распределяя лубрикант по всей длине.       Брофловски на секунду чуть не задохнулся от собственных ощущений. Его самый дорогой и любимый человек прямо сейчас с ним, в такой интимной, но не менее чувственной обстановке. Слезы счастья со смесью возбуждения медленно покатились по щекам.       Заметив слезки у парня, Марш опешил, остановившись.       — Что-то случилось? Тебе неприятно, мне стоит прекратить?       — Нет, Стэн, мне наоборот очень приятно и я счастлив, что ты со мной. Пожалуйста, продолжай, — Кайл вытер слезы и нежно усмехнулся.       Второй раз говорить не нужно, улыбаясь, свободной рукой брюнет сильно, но с нежностью сжал бедро парня, а другой поглаживал головки. Марш уперся лбом в плече Брофловски, а тот приобнял его за шею, запустив руку в чужие волосы, иногда сжимая их от удовольствия, и тихо постанывая.       С каждым движением темп ускорялся, становилось жарче, а желание росло с каждой секундой. В комнате было душно, пахло сексом и это казалось тем, в чем оба нуждались долгое время: в том, чтобы чувствовать, понимать, видеть и слышать наслаждение друг друга. Трогать, сжимать, ласкать, облизывать, кусать, дразнить, целовать, отдавать, получать, и все это — происходит прямо сейчас. То, о чем раньше шутили все, кому не лень и сами парни.       Оба были уже на пределе, смотря друг другу в глаза, парни снова слились в поцелуе, движения стали ещё быстрее и более жестче, не способный держать себя в руках, Кайл отстраняется, прижимаясь ближе, впиваясь ногтями в плечи, начиная стонать громче. И Стэн от этого возбуждается сильнее, не способный больше терпеть — кончает, с протяжным полустоном-полувздохом.       Кайл кончает следом, выгибаясь в спине и зажмуриваясь до цветных узоров.       Яркий оргазм накрыл парней с головой и дал на несколько секунд чувство, что они вне реальности.       Устало плюхнувшись на кровать и тяжело дыша, осознание того, что только что произошло — вспыхнуло ярким смущением и осознанием у обоих.       — Значит, ты только что дрочил мне и я признался тебе в любви? — Брофловски прикрыл глаза, облизывая сухие губы       — Получается, что так, — Стэн сглотнул вязкую слюну. — Но я ни о чем не жалею.       — Сказать честно? — Кайл медленно открыл глаза, повернув голову в сторону брюнета, что беспокойно на него смотрел. — Я тоже. Это было потрясно.       — Черт возьми, чувак, — Стэн усмехнулся, приподнявшись на кровати и пихнув того в плече. — Не пугай так. Я уже успел всякого себе надумать.       После, парни решили сходить сполоснуться от пота и открыли окно на проветривание комнаты. Спешить им было некуда, завтра не в школу, а вот спать в душной комнате, потными — не особо хотелось.       Вдохнув побольше свежего воздуха, с пустой головой без задних мыслей, чувствуя удовлетворение и спокойствие, слушая звук воды из ванной, где сейчас моется Кайл, Марш менял простыню. А после, с мягкой улыбкой плюхаясь на кровать.       Но только он прикрыл глаза, как из ванной вышел Брофловски.       — Стэн, ты мне сменную одежду не дал.       Марш мгновенно открыл глаза и посмотрел в сторону источника звука.       — А такой ты мне даже больше нравишься, — играя бровями, прикусил губу парень, окидывая взглядом нагое тело напротив в одном полотенце на бёдрах.       — Не смешно, — Кайл свел брови к переносице.       — Ладно-ладно. Трусы в левом верхнем ящике в этом шкафу, — Стэн снова прикрыл глаза, неопределённо махнув рукой в сторону шкафа, лениво повернувшись на живот, демонстрируя незаинтересованность в разговоре.       Хмыкнув, Кайл нацепил первые попавшиеся боксеры и с наслаждением плюхнулся на другую половину кровати, вздыхая от усталости.       Стэн лег на бок, придвинувшись к парню и обняв его сзади за талию, на что второй лишь улыбнулся, сразу же мгновенно засыпая.

***

      — Что?! — Кенни прикрыл рот рукой, в шоке смотря на парней, что держались за руки, посмеиваясь. — Я рад, что теперь вы не будете строить из друг друга обиженных баранов и, наконец, приняли свою голубую сторону. Поздравляю!       — Да. Спасибо. Но это не без помощи тебя и Картмана, — Кайл смущенно отвел взгляд в сторону.       — Мы вообще по рофлу это сказали. Не думал, что ты действительно послушаешь нас, — Кенни виновато пожал плечами. — Но главное, что все обошлось и встало на свои места. Теперь, мне интересно, как отреагирует Эрик.       Ждать долго не пришлось. Тот зашел в класс и сразу обратил внимание на Кайла, и Стэна, что весело щебетали с Кенни и держались за руки.       — Я знал, что это рано или поздно случится! — С радостным лицом, Картман победно ухмыльнулся.       Вся троица посмеялась, приглашая Эрика сесть рядом с ними.       Прозвенел звонок. Прошла перемена.       Стэн с Кайлом сели вместе впервые за долгое время за одну парту. И Марш чувствовал себя самым счастливым человеком, с нежностью смотря на профиль своего парня, что усердно списывал что-то с доски.       Все встало на свои места, но стало лучше, чем раньше.