каталог историй

Чимин заглянул в стаканчик, где еще секунды назад был чай, и сморщил нос. Слишком мало горячего чая для такого холодного марта, да и сам напиток не располагал таким вкусом, чтобы возникало желание спуститься в буфет и взять еще. Поудобнее перехватив рюкзак, Чим направился к стэнду с ужасно непостоянным расписанием, чтобы узнать, стоят ли у него вообще сегодня пары. Учеба во всеми забытом корпусе всеми забытого факультета не приносила удовольствия вот уже год, а тут еще вечные проблемы с расписанием из-за недавно нанятого неопытного методиста. Все, чего Чимину сейчас хотелось — дойти до своей аудитории, а там привычно зарыться носом в широкий шарф и задремать на галерке. Посещаемость у него была превосходная, да вот только преподавателей на занятиях он не слушал совсем. Именно в такой вот прохладный и не располагающий к учебе день, почти заснувший на рюкзаке Чимин, лениво приоткрывший глаз на скрипнувшую дверь, увидел Его. В элегантной черной рубашке, словно за окном июль, с небрежно уложенными волосами и неловкой улыбкой на пухлых губах. Быстро переговорив с преподавателем и что-то подписав, мистер Совершенство покинул аудиторию. Уснуть обратно у Чимина уже не получилось. Паку не впервой вздыхать по абсолютно незнакомому человеку, увидев его лишь однажды. Он только надеялся, что это пройдет через пару недель, как обычно. Но потом он заходит за зачеткой на кафедру и сразу пунцовеет. На месте секретаря, старой бабушки Ли, сидит тот самый Идеальный мужчина, которого Чим все пытается воспроизвести на бумаге по памяти. Но то губы не такие, то прическа слишком аккуратная, то глаза великоваты. А вот он сидит, глаза все такие же внимательные, волосы так же наспех уложены, а губы все так же притягательны. Сердце пропускает с десяток ударов — Мне это… зачетку, — промямлил Чимин, бегая глазами по узкому кабинету. Споткнувшись о свою же ногу, прошел до высокого стеллажа, где обычно хранились все зачетки и стал рыться в поисках своей. Он спиной чувствовал на себе невозмутимый взгляд и покрывался от него холодным потом. Едва не уронив какие-то документы, Чим выудил, что нужно, и поспешил удалиться, скомкано попрощавшись. Сердечко рвано и вяло трепетало, не выдерживая наплыва чувств. Забежав в аудиторию, Пак убежал как обычно подальше и спрятал пылающее лицо в ладони. В голове билась лишь одна мысль: «Я хочу знать его имя». Намджун. Вот, что он узнал спустя пару дней от хорошего знакомого. Юнги отличался прямолинейностью и нелюдимостью, но зато всегда был в курсе всех событий. Так что появление нового секретаря было для него не новостью и он даже знал, что работу ему дали временную, только до конца семестра. Намджун. Чимину нравилось это имя, как и все в его владельце. Оно большими буквами отпечаталось во влюбчивом сердечке, забивало голову чем угодно, но только не учебой. У Пака не было цели знакомиться и общаться, ему хватало просто тихо вздыхать под медовым взглядом умных глаз и нелепо краснеть каждый раз. Не умел он прятать чувства, совершенно. И надеялся, что скоро они пройдут, как и все предыдущие. Но тут Намджун сделал то, что убило в Чимине весь здравый рассудок. Покрасился в чертов черный цвет. Не то чтобы Минни особо падок на брюнетов, но новый цвет волос сразил наповал и вывел поутихшие чувства на новый этап. Темные волосы контрастировали с бледноватой кожей и делали медовые глаза ярче. Из-за этого водохлеб Чимин прекратил свои набеги на кафедру, где старушка Ли всегда обычно наливала ему стаканчик воды и угощала сладким. При Намджуне Чим боялся подавиться или вылить всю воду на себя, потому ворча носил с собой бутылку. Ему было приятно выдумывать, как однажды он заходит в деканат такой весь крутой и начинает спокойно разговаривать с секретарем, не заикаясь, не путая буквы в словах. Намджун им восхищается и зовет на свидание, где разрешает трогать свои роскошные волосы и держать за руку. Уж в чем, а в фантазиях Чимину равных нет, здесь он опытнее многих. Чего он себе так и не позволил представлять, так это поцелуи. Он знал, что сколько не мечтай, в реальности все гораздо ярче и приятнее, а с Намджуном и его губами так тем более. Привычно сонно дожидаясь, пока не менее сонная буфетчица зальет противный пакетик чая кипятком, Чимин прозевал момент. Намджун стоял рядом и краем глаза рассматривал студента, ожидая пока женщина закончит с чаем. — Двойной эспрессо пожалуйста. Чимин подпрыгнул и через секунду заорал. — ДА ГРЕБАНЫЙ ЖЕ Ж ТЫ ОХЕРЕННЫЙ КИМ НАМДЖУН! Чай залил белую футболку и обжег кожу на груди и животе. Чимину было совершенно не до того, с каким лицом Намджун смотрел на него, облитого чаем и прыгающего на месте от обжигающей боли. — Одолжить тебе футболку? — «гребаный охеренный Ким Намджун» не был бы таким, если бы не был готов помочь в даже самой непредвиденной ситуации. А Чимин пусть и скромный воздыхатель, но не дурак, чтобы отказываться. — Было бы неплохо, а у тебя есть? Сейчас это не «Ким-краш-всей-моей-жизни-Намджун», а просто человек, который хочет помочь. Так пытался успокоить свое сердце Чимин, по крайней мере. Намджун лишь кивнул и, взяв свое эспрессо, пошел на четвертый этаж, даже не проверяя, идет ли Пак следом. Тот фырчал и морщился от резких движений, но семенил позади, держа в руках рюкзак. Зайдя в свой узкий кабинет секретарь порылся под столом, пошуршал пакетом и явил на свет черную футболку с большим потертым принтом черепа. Чимин представить себе не мог, что собранный и презентабельный во всем Джун способен носить подобное. — Я после работы обычно переодеваюсь, но сегодня побуду в рубашке подольше, мне не сложно, — улыбнулся он, протягивая одежду. Чимин завис с протянутой рукой, ослепленный и сраженный наповал ямочками на щеках. Он никогда до этого не видел улыбку Намджуна и сейчас стоял с приоткрытым ртом, перевария новый поток эмоций. Нам, видя его состояние, вложил в руку футболку и тихо засмеялся. — Дашь я взгляну на ожог? Вдруг нужна мазь? — секретарь достал аптечку и принялся невозмутимо в ней рыться, делая вид, что не замечает, с каким смущением Чимин снимает мокрую, липнущую к коже футболку. Так же показательно невозмутимо Джун холодными пальцами намазал не менее холодную мазь в покрасневшую кожу. У Чимина воздух в легких был раскаленный от смущения и таких нежных пьянящих прикосновений. Он бы не отказался, чтобы Намджун измазал его всего и этими пальцами прикоснулся везде. Но не хватало еще возбудиться при нем, тогда можно будет забирать документы за месяц до получения диплома и идти в ближайшее окно. — Готово, — брюнет придирчиво осмотрел все еще красную кожу красивого тела и закусив губу шумно выдохнул. — Я надеюсь, что хуже, чем есть, не будет. Все же я частично виноват в этом. — Что? — Чимин мысленно отмотал события назад, но там зияла пустота заполненная лишь смущением, он практически не запомнил ничего с самого происшествия. — Ты когда обжегся, то крикнул пару приятных слов обо мне, — Джун приподнял бровь и Чим готов поклясться, что это самое сексуальное движение, которое он видел за все свои двадцать два года. — Я не буду спрашивать каких божекакстыдно, — парень спрятал лицо в черную футболку. хотелось провалиться сквозь этажи вниз глубоко под землю и сгореть в потоке лавы. — Футболку оставь себе, я буду рад, если у тебя будет хотя бы одна моя вещь, — Джун подмигнул. Чимин в этот момент умер как личность.