Список групп

***

— Северус, я больше не могу так! — Резкий вскрик Дафны Гринграсс прервал мёртвую тишину многочисленных коридоров Хогвартса. — Сначала мы при всех заявляемся из одной спальни, а потом делаем вид, что ничего не было? Мне уже надоело слышать их шуточки, что я мыкаюсь с тобой по всяким нишам и кабинетам, лишь бы потрахаться! — Салазар, Дафна, что за слова? — С привычной иронией в голосе произнёс профессор Снейп. — Если ты хочешь, чтобы я устроил отработки Нотту и Забини за их тупые шутки, то не стоило для этого вытаскивать меня из спальни посреди ночи. — Да я не про отработки, пойми же ты наконец! — Топнула ногой слизеринка от негодования. — Даже Малфой и Грейнджер проявляют свою любовь на публике, хотя за такое Люциус давно бы уже расчленил Гермиону и отдал на обед своим павлинам, а Драко бы кастрировал. А Поттер и Пэнси? Её отец вот-вот осуществит цель Волан-де-Морта - убьёт нашего любимого золотого мальчика. Даже Уизли с Забини постоянно лобызаются у всех на виду, причём, я уверена, что из-за этого всё семейство рыжеволосых только спит и видит, чтобы если что вдруг отрезать Забини член. Ты понимаешь, о чем я говорю? — Выжидающе уставилась на своего декана девушка. — О том, что твои друзья выбрали неподходящие пары по своему статусу? — Северус знал, что это не то, что хотела слышать от него эта блондинка, которая вот-вот забьётся в истерике. Просто он сам не смог бы сказать то, что сейчас просит Дафна. Северус никогда не говорил никому о любви. Никому. Даже Лили Эванс. И он пожалел об этом. Он долгое время не мог принять то, что Лили выбрала Джеймса. А принять её утрату для него казалось чем-то невозможным. Он, как и все его окружающие, думали, что он никогда не полюбит кого-то так же сильно, как ту рыжеволосую гриффиндорку. Но блондинка со Слизерина сделала невозможное. Дафна Гринграсс даже не смогла бы представить себе, насколько её любит местный кошмар подземелий. Но слизеринец был таким же, как и 18 лет назад, он не мог сказать, что любит. — Нет, Северус, нет! — Дафна уже перешла на крик. Если бы не отдалённость подземелий от других гостинных, их бы наверняка услышали другие студенты и преподаватели. — Я говорю о том, что они проявляют свою любовь, даже при том условии, что для всех остальных их любовь неправильная. Мы тоже неправильные. Ты мой декан, я твоя студентка. — Дафна, мы не неправильные. Не бывает неправильных чувств. Тем более, ты уже учишься на последнем курсе, а через несколько месяцев станешь совершеннолетней. — Вот именно! Но ты почему-то уверен, что нам не стоит даже стоять рядом на виду у всех! Тебе даже профессор МакГонагалл говорила, что не о чем волноваться. — Ты подслушивала наш разговор с Минервой? — Северус не удивился, скорее, просто подумал, что ослышался. Но это было очень по-слизерински. — Она.. Она сама мне разрешила, — покраснев, сказала Дафна и, увидев вопросительное лицо Северуса, продолжила. — Буквально за час до вашего с ней разговора, она вызвала меня к себе в кабинет. Сказала, что видит нашу взаимную симпатию и ничего не имеет против. А после разрешила послушать ваш разговор, чтобы я убедилась в твоих чувствах. — Ах, Минерва, вот кошка, — ухмыляясь, ответил Снейп. Иногда он задумывался, почему Минерва МакГонагалл оказался не на Слизерине. — Теперь ты понял, что я хотела сказать? — Ты хочешь, чтоб мы так же плевались в рот у всех на виду? — Целовались, Северус, это называется целоваться, — уже спокойно ответила девушка. — Я рада, что мы поняли друг друга.

***

— Ставлю 15 галлеонов на то, что сначала отец Пэнс оторвёт Тео голову, а потом наорет на всех нас, — вальяжно раскинувшись на своей кровати в мужской спальни Слизерина, сказал Драко. — Неет, — покачал головой и усмехнулся Блейз, — сначала он оторвёт ему язык, которым он сказал это сраное желание, а потом заклинанием отрубит член, чтобы он больше никогда не смог всунуть своей Лавгуд. — Завалитесь, долбоебы, — только и смог сказать Теодор, и без того взолнованный предстоящей беседой с Эдвардом Паркинсоном. После этой фразы послышался лишь смех ребят. — Тео, долбоебом будешь ты, когда Лавгуд увидит вместо члена обрубок, — заливаясь смехом, произнёс Блейз. — Обрубок - это, если повезёт, — подтянулся Драко, — скорее, там не останется ничего, и будут они с Лавгуд двумя близняшками. — Заебали, честно, — Нотт только кинул подушку в Малфоя, чем спровоцировал ещё больший хохот. Неожиданно дверь в их спальню открылась и на пороге показалась белая, как мел, Пэнси. — Нотт, папа приехал, — смотря остекленевшими глазами на парней, только и сказала девушка. Все парни резко вскочили с кроватей, приводя себя в божеский вид, ведь спустя пару секунд в дверях их спальни они увидели Лорда Паркинсона. За его спиной показался такой же белый, как и Пэнси, Поттер. — Здравствуйте, — робко поздоровался Теодор, но был лишь одарён холодным взглядом. — Персефона сказала, что кто-то из вас должен мне кое-что сообщить, — неспешно произнёс Эдвард Паркинсон, обводя парней взглядом. — Я..я.., — запинаясь, начал было Теодор, но потом, резко вздохнув, протороторил следующее, — то письмо - шутка, Пэнси не беременна, это всё я пошутил, прошу прощения. — На лицах всех присутствующих застыл ужас. Никто не знал, что произойдёт дальше. Или убийство, или его попытка, но случилось то, чего не ожидал никто. — Я так и думал, парни, — смеясь, ответил отец Пэнси, чем вызвал всеобщее недоумение. — В своё время мы тоже так ужасно шутили, но ты, — мужчина указал пальцем на Тео, — молодец, что признался. Я был уверен, что вы будете ломать комедию. — То есть, всё хорошо, папа? — Робко спросила Пэнси из-за спины. — Я сразу понял, что это дебильный подростковый юмор. И я тут не по твою душу, дочь. Меня попросил приехать Люциус. Они сейчас с Цисси во Франции. Он просил проведать тебя, Драко, и твою подружку, —поведя плечом, как бы от недовольства и брезгливости, сказал мужчина. — У нас с Гермионой всё хорошо, незачем было беспокоиться ни моему отцу, ни вам. — Твёрдо ответил Драко. Он не понимал, что происходит. Если он дал отцу чётко понять, что ему наплевать на происхождение Гермионы, и он её любит, тогда что тут делает Паркинсон? — Вот сейчас и узнаем, — развернулся к выходу Эдвард и продолжил, — навестим её в гостиной Гриффиндора. — Этот визит не сулит ничего хорошего, — быстро шепнул Блейз на ухо Малфою, хотя парень и сам прекрасно всё понимал. Но уже спустя минуты, все стояли в гостиной Гриффиндора, как и ничего не понимающая Гермиона и встревоженный Рон, вышедший по её просьбе. — А вот и мисс Грейнджер, — притворно улыбаясь, мужчина взглянул на девушку сверху вниз и, увидев на ней обычные маггловские синие джинсы и свитер, продолжил, — а у магглов отвратительный вкус в одежде, однако. — Отец, — хотела было остановить его Пэнси, но не успела. — Что ж, вы, мисс Грейнджер, решили, что вы можете претендовать на чистокровного наследника древнейшего рода? — Она не претендует на меня, видимо, вам просто незнакомо такое слово, как любовь, — вступился за девушку Драко. — О, Драко, ты такой наивный. Сколько мне известно случаев, когда такие, на первый взгляд, простушки-грязнокровки напаивали Амортенцией чистокровных юношей и портили их род. — Я никого не поила Амортенцией, — возразила Гермиона, но тираду отца Пэнси было уже не остановить. — Уверен, ты не первый, кого она пытается привлечь к себе своей невзрачной внешностью и грязной кровью. — Отец, тебе лучше уйти, — Пэнси было стыдно за отца, который оскорблял её подругу. — Замолчи, Персефона! — Неожиданно крикнул лорд на свою дочь. — Я в праве называть все вещи своими именами, и таких, как эта девица, — с отвращением во взгляде он посмотрел на Гермиону, — я обычно называю грязнокровными шлюхами, не более. — Что могло произойти дальше, можно было бы снимать в настоящих боевиках, ведь разьяренные гриффиндорцы и ещё более разьяренные слизеринцы устроили бы настоящую бойню с отцом Пэнси, если бы не неожиданное появление профессора Снейпа с Дафной, стоящей за его спиной. — Эдвард Паркинсон, немедленно прекратите оскорблять мисс Грейнджер и покиньте Хогвартс, — с палочкой в руке, внушая страх и ужас, сказал Северус Снейп. — А то что, Снейп? Натравишь на меня Гринграсс? — Или Эдвард Паркинсон был самоубийцей, или просто самым ебанутым в этом мире, потому что именно после этих слов все парни, как и Снейп, кинулись на Паркинсона. — Экспеллиармус! — Вскрикнула Дафна и палочки всех парней в миг оказались в её руке. — Иммобулюс! — Лорд Паркинсон, пустившийся наутёк был заморожен заклинанием. — Пэнс, извини. — Ты всё сделала правильно Дафна, не стоит извиняться, — вздохнула Пэнси. — Я пойду к МакГонагалл, попрошу пообщаться с матерью по каминной сети, пусть забирает своего мужа. Извините, ребята, — грустно оглядела всех девушка, пока Дафна возвращала палочки друзьям и профессору. — Пэнс, не твоя вина, что твой отец конченный мудак, — сказал Драко, обнимая Гермиону. — Малфой, ты же говорил, что Люциус нормально отреагировал на ваши отношения, что тогда сейчас было? — Неожиданно для всех спросил Теодор. — Я не знаю сам. В последнем письме отец даже спрашивал, как дела у Гермионы, и ходили ли мы в Хогсмид на выходных — задумчиво ответил Драко, парень уже хотел было продолжить отвечать, но его прервал Снейп. — Люциус действительно не против отношений мисс Грейнджер и Драко, — теперь все удивлённо уставились на мужчину, — всё, что сейчас тут было результат обычных маггловских наркотиков, — на этих словах из кармана Эдварда Паркинсона вывалились пакетики с чем-то белым, один из которых был наполовину пуст. — Супер, мой отец - наркоман, — произнесла Пэнси, сверля глазами стену. — А ещё он будучи в неадеквате успел обосрать моих подруг, профессора и хотел убежать. Да я прямо выиграла в лотерею "отец года", — уже с грустной иронией в голосе произнесла девушка. — Пэнс, мы не выбираем родителей, и не мы виноваты в их грехах, — сказал Тео, который не просто слышал эти фразы, а жил в них. Его отец, когда был навеселе, тоже мог сказать пару ласковых друзьям сына, которых Нотт-младший приглашал в гости. — Согласен, я даже в душе не ебу, кто мой отец, — пытался разрядить обстановку Блейз, что у него прекрасно получалось, — нет, я серьёзно. Моя мать когда-нибудь остановиться заводить мужей? Я уже даже не помню имя предпоследнего. — Мистер Забини, мы очень рады, что вы и ваша мать не фригидны, но сейчас не об этом. Я доставлю Эдварда Паркинсона в кабинет профессора МакГонагалл, где мы по каминной сети свяжемся с вашей матерью, мисс Паркинсон. Будете участвовать при этом? — Одновременно с этими словами Снейп при помощи заклинания поднял тело отца Пэнси в воздух. — Думаю, да. Вам лучше остаться здесь, — сказала Пэнси, смотря на ребята, выходя за Снейпом из Слизеринской гостиной. — Хэй, Уизел, как там твои дела с Гринграсс-младшей? — Драко решил, что гробовая тишина не самая лучшая атмосфера, поэтому решила подразнить Рона. — У нас всё хорошо, Малфой, не лезь, — насупившись, ответил Рон. Гриффиндорец знал, что это не банальные вопросы, а очередные подколы. — Она ещё не блеванула от вони, которой несёт от тебя за километр? — Ухмылялся Малфой до того момента, пока не получил подзатыльник от Гермионы. — А тебя ещё не избила Гермиона? — Вопрос на вопрос явно был неожиданным для слизеринца, но долго с ответом он не затягивал. — Ой, Мерлин, подружка Поттера научилась отвечать. — Заткнись, хорёк. Я хотя бы не шучу по-гейски с Забини и Ноттом, — последняя реплика вызвала непонимающие возгласы упомянутых парней. — Что ты имеешь против наших шуток, сладкий? — Блейз был в своей репертуаре. Наверное, Джинни стоило начать ревновать его к слизеринцам, если бы он не проявлял свою любовь к ней так часто. — Он просто ещё не познал вкус леденца слизеринцев, — подключился Теодор, показушно облизываясь. — Не леденца, Тео, а леденцов, — уточнил Драко, и Рон окончательно покраснел. — Не зря в спальне мы только втроём. — Всё, парни, хватит, — отсмеиваясь, сказал Гарри, — иначе Рона придётся откачивать от приступа гомофобии. — Ничего страшного, найдём мелкую Гринграсс, будет сидеть с ней и слушать дальше, — сказал Драко, и, можно было бы сказать, что его услышала вселенная, потому что именно в этот момент в Гриффиндорскую гостиную вошла Астория.