Позволь мне укусить тебя

"Выматывает", — мелькнуло в моей голове, когда очередная "подруга" потянула меня в танцующий круг. После очередной песни, отец воодушевленно сел за стол. —Нууууу , сейчас начнется! — промямлил эльфенок рядом и прокрутившись на пяточках на 180 градусов, зашагал в другую сторону. — Когда Мари была маленькой, волки обманули нас, попыткой подписать мирный договор на основе женитьбы... В тот день, моя королева... — На последней фразе все эльфы склонили головы. Даже мальчишка остановился, медленно сняв свою шапочку. — Наш народ никогда не забудет этого предательства! Нас заманили под предлогом свадьбы и угрожали жизни нашей принцессы! В воздух поднялись не одобряющие возгласы. —Но мы не забываем предательств! Мари станет королевой и отомстит волкам! За нашу королеву! Со всех сторон слышались восторженные крики и звон бокалов. Отец посадил меня на дубовый стул и несколько парней подняли меня в воздух как пёрышко. —Да здравствует королева Маринет! Народ поддержал этот возглас и теперь, это приняло даже какой-то шуточный подтекст. Дети бегали по комнатам-искали мне жезл и корону. Скипетром оказался мой лук , а вот с короной возникли сложности. — Мари, поднимись на верх. Там должны быть твои детские диадемы. — Отец радушно приобнял меня, чмокнув в затылок. Быстрыми шажками я поднялась в свою комнату. Все такое родное. Моя кровать, шкаф с вещами и маленький туалетный столик. Открыв шкаф, я на секунду замерла. — А где мои вещи... — полностью пустой шкаф тихо заскрипел. В туалетном столике тоже было пусто. Все мои вещи нашлись в сундуках в комнате отца. Видимо, их собрали, для того чтобы отправить во дворец, а отец составил все в свою опочивальню, чтобы ничего не пропало. Весело напевая песенку, я начала рыться в сундуках. Мой первый лук, какая-то косметика, платье и диадема из белых минералов. — Нашлась! — восторженно выпалила я, торжественно коронуя себя. Собираясь выходить из комнаты, грустно окинула ее взглядом. Такое родное. Мой взгляд притянул белоснежный лист с золотым тиснением. Нет, он даже не притянул-впился в меня, заставляя прочесть содержимое. Пальцы беззаботно достали документ с золотой печатью волчьей короны. Первая строка читалась легко, непринужденно. Но последующие... С каждой следующей строкой руки дрожали все сильнее, а на глазах появлялись слёзы. "...из содержимого прошлого письма, со списком требованием.... Я согласен с требованиями... Отправьте её ко мне под другим именем... Не забудьте уведомить меня, как ее зовут теперь... Договор вступает в силу с момента ее прибытия...". Печать Альтеры и его подпись... "А.Агрест". Водопад вин из погребов отца лились рекой. Стол ломился из-за огромного количества яств. Спускаясь на ватных ногах с лестницы, попутно взяла со стола бутылку вина и отпила половину залпом. Вокруг суета, а в пьяную голову лезут ужасающие мысли. "Мари, а как же дети?" "-Как же там сейчас Филипп и Эмма?"— кружили мысли в такт моим движениям. "Они тебя продали!..." Перед глазами мелькало изобилие, которого раньше не было. Как вдруг, в самом темном углу комнаты, рядом с лестницей на второй этаж я увидела его... Все такое же хмурое лицо. Светлые волосы, мягко прикрывали изумрудные глаза. —Мари, будешь виноград? — Натаниэль заслонил собой Агреста, заталкивая в мой приоткрытый рот сладкую ягоду. — Ты чего? Смерть увидела? Натаниэль обернулся, но Адриана уже не было. "Померещилось?... Фантом..." Алкоголь начал долбить по вискам, а в животе предательски жгло. — Мари, не хочешь потанцевать? — Натаниэль галантно протянул мне открытую ладонь. — Натаниэль, прости, я пожалуй пойду. Спать хочется...— я попыталась осторожно обойти взбудораженного парня, но тот настойчиво преграждал мне дорогу. — Ты чего Мариш? Давай как в детстве станцуем? — Натаниэль с лёгкой улыбкой положил ладонь на мою талию. — Натаниэль. Пожалуйста, убери руку ... — я судорожно пыталась выбраться из этого дружеского танца. Мы выпили и я знала, что Натаниэль не контролирует свои движения. — А вот и наша королева! — Отец появился из неоткуда, радушно приобнял. Фиолетовый оттенок начал окрашивать пространство. "Не трогайте меня..." Судорожно сбросив его руку с моего плеча, я попыталась выйти на улицу. "Какое отвратительное дежавю..." —Мари, куда ты? — Натаниэль улыбался краешком губ. Словно не видя мое состояние, он осторожно провел пальцами по шраму на руке. — не трогай меня! - по телу пробежался ток, а здравый смысл окончательно покинул меня. Рассталкивая толпу, я рванула в сторону двери. Дурацкое чувство дежавю. Слегка опьяневшие девицы пытались оттянуть меня от спасательной цели, уводя в противоположную сторону - в самое сердце праздника. Сердце стучало башенным ритмом, отдавая гулом по всему телу. "Дыши Мари, считай до 10... Успокойся..." Один. — Мари ты плохо себя чувствуешь? Вернись и будь добра попрощаться с народом как положено королеве, а потом можешь быть свободна, — отец в добровольно-принудительном тоне указал на мой стул. Два. Дракон начал потихоньку засыпать. —Мне нужно выйти подышать... — спиной к двери, медленными и четкими шагами, направлялась к своему глотку свежего воздуха. Три. Фиолетовый оттенок начал пропадать. — извинись, а потом ступай. Четыре. Жар от тела ушел в голову, неприятно отзываясь там головной болью. — но мне плохо. — держа в ладони металлическую ручку, я ждала разрешительного кивка отца. Пять. Ше... —Это твой долг. Тут мои нервы и сдали. — Долг?! Это ты то мне про мой долг говоришь?! Исполни свой долг отца, а потом про меня говори! Ты продал меня! — на щеке выступила чешуя. — Он был прав! Ты продал меня как скотину на убой! Ты знал как я его боюсь! Я сбежала , думая что я вернусь туда где меня ждут и любят! А меня продали!- быстрыми шагами я приблизилась к отцу и теперь, говорила ему прямо в лицо, считывая все его эмоции. Это была смесь гнева и ужаса. Но в этой смеси не было ничего, что могло походить на просьбу о прощении. —Это твой долг. Твой долг перед твоим народом. — он говорил твёрдо и холодно, по телу моментально забегали мурашки. —Долг быть разменной монетой?... — на глазах появились слёзы. Его басистый голос разразил появившаяся тишину громким смехом. — Тебе же это нравится. Если бы тебе не нравилось, ты бы не носила кулон который он тебе вручил.- отец ткнул пальцем в мою грудь, где висел подарок Адриана. — это не так...я... —ты не должна его бояться. Ты должна его ненавидеть, презирать. Желать его смерти. "Пожалуйста. Замолчите. Я хочу домой."- крутилось в моей голове. "Дом это не место. Дом-это люди." — Тебе нравится быть разменной монетой. Тебе должно это нравится. Ты должна ради народа. Ради своей мамы. Нам нужна эта война! Подождите.... Но если начнется война, если эльфы нападут первыми... Меня же сразу убьют... Я не перестраховка, я не способ начать войну. — Я золотая монета... — это озарение кричало в моей голове. Меня и вправду продали. Но не с той целью, о которой мне говорили изначально. — Мари... — Натаниэль осторожно попытался взять меня за ладонь, мягко накрывая сверху своей. — не трогай меня! — резким движением я вырвала свою руку. Слезы бежали по щекам не останавливаясь, а фиолетовый окрас становился все ярче и ярче. — Мари успокойся немедленно! Ты не контролируешь дракона! Спрячь крылья немедленно! Натаниэль обхватил меня руками, сковывая все мои движения. Раздался плач, похожий на звериный вой. Я не могла сдержаться. Я хочу уйти отсюда. Пожалуйста. — И сколько же я стоила отец?! 100000 золотых?! 300000?! Сколько?! Не молчи! Вы лжецы! Вы...! Не трогай меня! — Уберите руки от моей королевы. Она четко дала понять, чтобы вы не касались ее. Я судорожно выдохнула. Я никогда не спутаю его голос ни с кем либо. Этот бархатный тон может принадлежать только ему. Он стоял в своей повседневной одежде - высокие кожаные сапоги, облегающие штаны и черная рубашка, поверх которой была темно-зеленая мантия, вышитая золотыми нитями по краям. Его волосы как всегда были неаккуратно зачесаны назад , словно он опять поправлял их ладонью, а не как положено - гребнем. Но его лицо, никогда не меняется. Все такое же серьезно. И решительное. Он здесь. И он пришел за мной.