Назови мне своё имя

— Назови мне своё имя, — он смотрит уверено но не напористо, во взгляде читается некое отчаяние. — Я хочу узнать тебя снова. Их двое в этой гнетущей темноте. Их двое в этом мире. Они так много чувствуют, ненавидят друг друга сильнее чем кого-либо и любят друг друга так же сильно. Их двое, два идиота которые убивали друг друга каждый день. Если бы любовь могла убить они бы уже давно были похоронены в одном гробу то ли в обнимку то ли с ножами в руках. — Я больше не могу, я не хочу, — голос предательски дрожит. Сколько раз уже это было? Десятки? Сотни? Ощущение будто они проходят это каждый день. Каждый раз меняясь ролями они готовы бежать зимой в мороз в одной пижаме один за другим. Разбивая друг другу сердца тысячи раз и тысячи раз снова склеивая их в кучу. Почему они не могли просто отпустить друг друга раз они так часто делали друг другу больно? Они и сами не знают ответ, это просто привычка возвращаться чтобы опять все сломать. — Я даю слово что все будет иначе, — почти умоляюще говорит он и от такого хочется задохнуться. — Давай все начнем с чистого листа. — Мы просто убьем друг друга, — слезы текут по бледных щеках и заставляют глаза блестеть, то ли от боли то ли от надежды. — Пожалуйста, не издевайся… — Я не…— чужая ладонь накрывает губы и не даёт договорить и сразу же покидает чужое лицо когда чувствует теплые капли. — Мне тоже больно, но…— глубокий вдох. Не помогает. Уже ничего не поможет, только он бы мог помочь, но сейчас надо было разбить все окончательно, а не жить призрачной надёжной на лучшее, они продолжает верить друг другу, но все напрасно, он бы поверил ещё раз, и ещё раз, и ещё сотню раз, но рано или поздно кто-то сойдёт с ума это лишь вопрос времени. Он снимает с шеи небольшой кулон и не смотрит в чужие глаза, берет чужую ладонь и кладёт в нее снятое украшение. — Давай покончим с этим навсегда. Ещё секунда и кажется сама вселенная заплачет. Они уходили много раз, но их обещание всегда хранилось в этих парных кулонах которые они купили в каком-то магазинчике бижутерии ещё будучи подростками, и сейчас впервые когда кто-то из них снял кулон. Впервые. Впервые настолько больно. Они не смотрят друг на друга и кажется даже не дышат, оба понимают что это и правда конец всего, оба думают о всех совершенных ошибках и о всех не сказанных ранее словах и кажется будто оба уже готовы передумать и броситься друг на друга с извинениями и поцелуями, но когда один набирается смелости взглянуть в чужие глаза, он видит как тот тоже разрывает обещание, снимая кулон. Он провожает его взглядом и смотрит как тот выбрасывает в мусорный бак оба кулона. Отвратительное чувство. Слезы продолжают течь по щекам и холод уже не ощущается. На часах 00:01. Первое декабря. День когда они пообещали друг другу быть всегда рядом. На темную макушку опускается первая снежинка, а взгляд уставлен на ботинки в попытках успокоить приближающийся нервный срыв. Расплывчатый взгляд хватается за ботинки. Чужие ботинки. Он непонимающе поднимает голову и смотрит на человека рядом. — Назови мне своё имя.