★★★
15 декабря 2021 г., 23:06
— Спи-спи, я за одеялом, — шепчет Шурик завозившемуся на диване Левке и, не включая свет, крадётся к шкафу.
— А я и не сплю, Шурик, — отзывается Лева, потом осторожно садится.
— Чего так?
— Не спится.
— Вот и мне тоже, — вопреки словам Шурик зевает. Левчик фыркает. — Холодно.
— Холодно.
Левка двигается и приглашает друга сесть рядом. Шурик, не раздумывая, забирается рядом, прям с ногами.
— Шурик, а помнишь как мы в Бобруйске считали минуты до зимы? — спрашивает Левка и задумчиво глядит на хлопья снега, в окно.
— Помню. А ещё помню как ты, дурак, выбежал босой и в пижаме на снег ровно в полночь первого декабря, — тихо хихикает Шура. — И свалился с бронхитом.
— Мне вспомнить все разы, когда и почему ты заболевал?
Левчик ржет и чувствует, как его по-дружески пихают в плечо.
— Слушай, скоро зима. Новый год.
— Ага.
— Шур, как ты провел первый новый год в одиночку?
— С Победой и компанией ребят в каком-то клубе. Не помню никого оттуда. Ни одного лица. Наутро проснулся дома, с опохмела. Ну, как наутро, ближе к вечеру. А ты?
— Пропустили с Игорем по стопке, попели под гитару около часу и пошли спать. Я потом больше не прикасался к инструменту.
В комнате повисает тишина. Шурик переводит взгляд с ковра на окно и тоже пристально наблюдает за снегопадом.
— Спасибо, что приехал.
Левчик тоже хотел за что-то
поблагодарить друга, но подходящих мыслей не нашлось. Он просто кивнул.
— Знаешь, мне иногда кажется, что люди похожи на снежинки, — выдает Бортник. — На первый взгляд все идентичны, но если разглядеть получше, то ты не найдешь одинаковых. Лишь похожие. Какие-то из них долетают до земли и строят жизнь, культуру, общество... Сугробы. А какие-то падают кому-то на пальто и тают. Но они все когда-то тают, рано или поздно. И потом непременно выпадают новые.
— А как же знаменитости? Они же выделяются, — вклинивает мысль Шурик.
— Все люди равны, Шур. И все знаменитости тоже такие же люди. Тебе ли не знать, — отзывается Левка.
— А ещё одни правят другими. И ты сам это знаешь и видишь. Кто-то солдат, а кто-то его полководец. Кто-то игрок, а кто-то пешки.
— У них свой мирок. Они живут каждый по своим законам, анархия у них. Они слепляются в снежки и рассыпаются. Но если тебе так хочется, то туча их правитель. Нет тучи - нет людей, общества, культуры и так далее. Холод и туча.
— Какими бы мы были снежинками?
— Думаю, теми, которые вечно танцуют вальс на ветру и падают в один сугроб.
Шурик чихает и хлюпает носом. Обычно сопли у него текут когда он замерзает. Стоит ему согреться, насморк тут же исчезает. Если Шурик, разумеется, при этом не болен.
— Замёрз?
— Да. Немного.
— Ложись со мной, — предлагает Левка. — Я тоже ужасно замёрз.
— Хорошо, — даже не думая соглашается Шурик.
В комнате вновь тихо. Оба смотрят за окно и думают о чем-то своем.
— Когда-нибудь нам придется разъехаться, — со вздохом шепчет Лева. — Дико-дико не хочу.
— Когда-нибудь - да. Но сейчас-то мы рядом. Не думай о будущем. Хотя бы в эти минуты. Пожалуйста.
— Хорошо, извини, не буду. Пообещай только, что если что вдруг... Будем вместе встречать зиму. Что бы ни стало с этой квартирой.
— Я тебе обещаю Левчик. Что бы ни случилось.
Левка улыбается и переводит глаза на друга. Поджимает колени к груди и кладет на них голову.
— А знаешь, Шурик, скоро две тыщи третий.
Шурик смеётся. Разумеется он знает. Не в танке живёт.
— А знаешь, Шурик, — продолжает Лева. — Хочу в две тыщи третьем быть с тобой. И ни с кем тебя не делить.
— А знаешь, Левчик, — в тон ему отзывается Шура. Зеркалит позу и берет друга за руку. — Хочу, чтобы твое желание исполнилось.
Лева прикрывает глаза. Зевает и утыкается носом в коленки.
— Засыпаешь, да?
— Есть немного.
— Давай ложиться?
Левка угукает. Шурик нехотя сползает с дивана и притаскивает свою подушку. Достает, наконец, из шкафа пуховое одеяло. Левчик двигается к стенке. Шурик прижимается к нему. Лева тычется носом в шею. Уже не так холодно. Рядом ведь удивительно теплый Шурик. А у Шурика рядом такойже удивительно теплый Лева.
— Спокойной ночи, Левик.
— Спокойной, Шурка.
До зимы оставалось всего сорок минут.
