Помоги мне вспомнить..

«Диссоциати́вная амнезия.» чёрным по белому писано, особых разъяснений не требует. Услышать диагноз из уст врача всё же казалось менее страшно, чем видеть его в записи мед. карты, стоя в очереди на приём. Ровно 4 года с того момента как все воспоминания как в воду канули, растворились, потерялись, утопились в бездне сознания, вовсе не желая подниматься на поверхность.

— Ким Тэхен. — послышался голос врача, что выглянул из кабинета, пробегаясь взглядом по белоснежному коридору.

— Можете заходить. Сердце вновь срывается на бешеный ритм. Страшно. Очень страшно. Сколько времени было потрачено на восстановление, сколько сил на то, чтобы вспомнить хотя бы причину его потерянности, чтобы вспомнить из-за чего он попал в больницу. Единственно, что яркими красками блестит в голове это крик матери, она была явно в слезах, в истерики, свет ярких ламп по дороге в операционную и писк кардиомонитора. Он не должен помнить как его тело пронзала игла, как врач влетел в палату, пытаясь откачать почти бездыханное тело юноши. — Молодой человек. Вас звали. — тихим голосом произнесла медсестра, похлопывая его по плечу, заставляя вылезти из своих мыслей. — Да, простите. — немного кланяясь в знак извинения произнёс Ким проходя в кабинет. Кабинет психиатра стал для него уже как родной, наверное он мог бы ориентироваться там вслепую. Высокие стеклянные шкафы с кучей всякой мелочёвки. Всё было расставлено строго по категориям, книги, рисунки, маркеры, игрушки, папки, каждая вещь использовалась для чего-то, а что-то было подарками от тех кому помогли. Вновь вдохнув знакомый аромат сандала, присаживаясь на удобный диванчик напротив врача, он осторожно положил свою карту и результаты последнего теста на край стола, складывая руки лодочкой на своих коленях. — Сколько ты у нас уже здесь? — звучит мягкий голос мужчины, что стал ему не просто врачом, но и неплохим другом. — Ровно 11 месяцев, как мне сказали. Я по прежнему не помню дня когда поступил в больницу. — он нервничает, кусает губы, теребит пальцы, пытаясь сорвать только зажившую кожицу около ногтей. Страх по прежнему окутывает с ног до головы, Тэ пытается перебороть себя, но вновь натягивает рукава свитера, прикрывая не только кисти, но и пальцы. — Тебя выписывают. — всё так же спокойно произнёс старший, глядя на Кима у которого глаза распахнулись, словно вот-вот выкатятся наружу. Всё, что он видел за эти 11 месяцев это лишь стены палаты, кабинеты врачей, да небольшой сквер у больницы. Понимание того, что он вот-вот увидит улицу, сможет прогуляться, вновь поговорить с кем-то незнакомым вызвало на его лице улыбку. — Ты по прежнему должен будешь наблюдаться у меня. В случае срывов мы заберём тебя в больницу на время. А так же тебе нельзя прекращать пить таблетки, первые 2 месяца точно, там будет видно. — вновь начал говорить врач, дописывая справку о выписке и переводя взгляд на него, — Приёмы раз в неделю, по понедельникам, как обычно в 11. Будешь пропускать — я тебя лично прибью. Эта угроза пусть и звучала убедительно, но у Тэхена вызвала лишь смех, что заполнил кабинет. Мигом поднявшись с уже излюбленного места, он поклонился и не поднимая головы, начал говорить: — Спасибо. За эти 11 месяцев вы стали мне очень близки. Я рад, что вы и дальше будете моим врачом. Не сдержав тёплой улыбки, мужчина протянул ему выписку и рецепт, взглядом указывая на выход из кабинета. — Ступай. Тебе всего 23, не позволяй своему прошлому отобрать у тебя твою юность. — это было последнее, что произнёс старший, ведь Ким оказался за дверью с самой искренней улыбкой, прижимая к себе эти рецепты. Переваривая в голове всю информацию, понимая, что всё, осталось собрать вещи и он вернётся домой, что вновь может работать нормально, что наконец-то прогуляется по любимым местам, всё это не давало покоя. «Поверить сложно. Ущипните меня. Я точно сплю» единственное, что пронеслось в его голове. Сорвавшись с места он радостно побежал на первый этаж, чтобы получить лекарства и штампы на справку о выписке, чтобы наконец-то покинуть эту больницу. Он лежит здесь в третий раз. Как только у него не осталось никого из семьи он вновь загремел в больницу, ведь боялся даже воду пить, вечно думал, что что-то случится. Настолько погружаясь в мысли обо всём, решая, что теперь, он даже не заметил как получил лекарства, как вернулся в палату, как собрал все вещи. Напоследок присев на постель он прикрыл глаза вспоминая тех, кто был рядом. Накидывая на себя пальто, он взял сумку, спускаясь вниз и выходя на улицу, проходя сквозь парк, по пути прощаясь со знакомыми. Стоило ему переступить за калитку, вдохнуть желанный воздух свободы, поверить, что всё меняется, что жизнь налаживается, что всё будет хорошо, как на глаза навернулись слёзы. Солёный капли стекали по щекам, пока на губах расплывалась кривая улыбка. — Осень. Я долго ждал этого. — сорвалось с израненных губ, тихим шёпотом, ласкающим уши, словно тихие завывания ветра. Стерев с глаз слёзы, растирая по лицу рукавом, он всё же ступил на тротуар выложенный аккуратной плиткой, сквозь которую местами прорастала трава. Шумный город, огни фонарей, болтовня людей, машины, что метались туда сюда, звуки сигналов, топот ног, щелчки светофоров, музыка из окон дома. Пускай Тэхен привык к тому, что в его ушах всегда наушники, но сейчас все эти звуки вызывают чувство эйфории. Весь путь до остановки автобуса его сопровождает ветерок, что приятно щекотал лицо, чуть покалывая растёртые свитером места. Всё в точности как тогда, когда его ждали дома. Сейчас же квартира пустует всё это время, только соседка заходила раз в неделю поливать цветы, что были ему важны настолько, что он не смог их не то, что выбросить, но и отдать или продать. Шум разговоров людей в автобусах, лёгкая тряска, смена лиц с каждой остановкой. Всё такое обычное, но при этом словно в новинку. Время влияет на многое. Пока за окном сменялись улицы, дома, Ким опустил взгляд на свои руки, на них было столько шрамов, явно болезненных, какие-то даже зашивались, но больнее из лишь осознание того, что он не помнит откуда они. Тэхену известно его имя, возраст, дата и место рождения, он помнит семью, помнит детство, но не помнит целый год до того дня, когда очнулся под капильницей, с кучей шрамов и швов. Яркий свет с улицы неприятно раздражал глаза, кололся, словно пытался сжечь. К счастью эта пытка закончилась спустя 25 минут поездки. Старый знакомый двор, что виден уже с остановки. Откопав ключи взаранее, он ловко поспешил домой, пусть и не считал это место «домом». Понятия Кима отходили от привычных, так что квартира была для него просто «место обитания». Открыв дверь подъезда, в нос тут же бросился запах свежей выпечки и ещё чего-то, явно очень вкусного, походу старушка с первого этажа вновь колдует на кухне. К сожалению из-за таблеток Тэхену строго настрого запретили заниматься спортом, так бы он с удовольствием поднялся на 11 этаж пешком. Читая различные объявления в лифте, уже предвкушая как он развалится на любимой кроватке, на лице вновь появилась грустная улыбка. В прошлый раз его встречала мама, с вкусной едой и предложением посмотреть его любимый фильм. Щелчок ключа в двери, щелчок щитка при входе и вновь вся квартира озаряется приятным, слегка туманным светом. Белоснежный потолок, молочные стены, светлый паркет и вся обувь в чёрно-белых тонах. Выглядит суховато, но буквально пара месяцев и он вновь заставит эту квартиру ожить. Скинув вещи и упав на кровать, Ким на миг прикрыл глаза, а открыв увидел как за окном уже рассвет. Уснул прямо в одежде, да и к тому же неподвижно. Весь день он будет ходить с болью в спине, с надеждой, что скоро полегчает. — Пиздец! Мне буквально нечего есть. — разочарованно вскрикнул Тэ хлопая створками шкафа, он надеялся найти хотя бы лапшу или может какую-то крупу. Буквально пара часов и он вновь выглядит прелестно. Захватив с собой наушники, ключи и запасённые деньги он вышел на улицу, с надеждой найти что поесть, да и просто неплохо прогуляться. Но кто же знал, что его прогулка обернётся именно так.