Дальняя гавань

Их жизнь меняется с появлением младенца, но это не плохо, просто всё по-другому. В первый месяц они видятся не так часто, как раньше, просто потому что Итан хотел дать обеим своим девочкам возможность сблизиться, без вмешательства третьего лица. Он много читал про усыновленных детей до того, как Альсина привезла Дэни домой, и он знает, что это время важно как для матери, так и для ребёнка. У них всё ещё продолжаются свидания, раз в неделю, когда Дэни укладывают спать на ночь. Быть удочеренной в возрасте трёх месяцев означало, что они пропустили всю бессонную часть родительского воспитания. Сейчас в шесть месяцев, Даниэла спит как убитая большую часть ночи. Тем не менее, Итан видит, что Альсина устаёт, заботясь о ребёнке почти исключительно сама. — Малышка, иди спать, – говорит он однажды ночью, когда они отдыхают на шезлонге в гостиной. Она не сопротивляется, когда он притягивает её к себе, и переплетает их пальцы, пока они идут в её спальню, ребёнок всё ещё крепко спит, когда они входят, и Альсина прижимается к нему, понизив голос. — Прости, я пренебрегала тобой. — Пренебрегала мной? — Позволь мне сделать это для тебя. – она настойчиво целует его, её пальцы начинают работать на молнии его джинс. Он останавливает её: — Подожди, детка, я не это имел ввиду. — Тогда что? – замешательство на её лице восхитительно, но его сердце болит. Он отчаянно нуждается в том, чтобы она знала, что она не должна ему секса. — Сина, ты устала. Всё, что я хочу для тебя, это чтобы ты выспалась. — Я просто беспокоюсь о ней, что если она перестанет дышать? — У тебя есть рация оповещения для таких случаев. — Я знаю, но это всего лишь машина. Она может сломаться. — Я сам буду проверять её каждый день, если это тебя успокоит. Ты не можешь просто бодрствовать всё время. – она вздохнула смиренно. — Я знаю. Просто..., – она замолкает, но Итан знает, что нужно быть терпеливым. — Я так давно хотела стать матерью, просто хочу доказать, что я могу это сделать. — Ты отличная мама для Дэни. Но ты не обязана всё делать сама, чтобы что-то доказать, понимаешь? Это нормально - просить о помощи. Ты больше не одна. Герцог и его семья с радостью помогут тебе и Дэни. Его сердце разрывается, когда её глаза наполняются слезами. Его частичное отсутствие непреднамеренно заставило Альсину думать, что она была одна? Он проклинает себя за то, что не общался должным образом, как советовал им её терапевт. Он прижимает её к себе и чувствует, как она слегка обмякает от облегчения, когда её руки вцепляются в рубашку на его спине. — Мне жаль, если я отдалился от тебя и заставил тебя так подумать, это никогда не входило в мои намерения. Я хотел дать вам обоим возможность сблизиться и не сбивать Даниэлу с толку. — Я знаю, почему ты это сделал, и ценю это. Мы стали намного ближе. — Я рад это слышать. Но в следующий раз, когда ты почувствуешь, что боишься, попроси кого-нибудь из нас о помощи, хорошо? — Я так и сделаю. — А если я тебе по какой-то причине понадоблюсь, просто позвони или напиши мне, хорошо? — Для какой причины? — Знаешь..., присмотр за детьми, доставка из Макдональдса, звонки по вызову... – она уткнулась лицом в его шею, и хихикала. Он улыбается её реакции, именно это, он и собирался делать своими словами. Безмолвно они переодеваются в ночную одежду и забираются в кровать Альсины. Итан притягивает её к себе, обнимая руками, Альсина сладко засыпает. *** С этого момента он следит за тем, чтобы она хорошо отдохнула, и помогает с Дэни, когда может. Малышка с любопытством изучает его, но к счастью не плачет, и кажется, терпит его присутствие. Однажды он присматривает за Альсиной, чтобы она могла вздремнуть после бурной ночи, когда прорезывались зубы. Он лежит на полу рядом с Дэни, на её красочном спортивном коврике в стиле джунглей и смотрит, как она шлёпает висящих животных. Он отстегивает обезьянку с морщинистыми ушами и издевательски щекочет ею ребёнка, заставляя мягкую игрушку целовать маленький носик Дэни. В этот момент её голубые глаза поворачиваются к нему, рот расплывается в широкой ухмылке. Он может видеть нижние передние зубы, торчащие из её опухших дёсен, когда она ухмыляется ему, хихикая и цепляясь руками за мягкую игрушку. Она делает это с ним впервые, и он чувствует себя странно эмоциональным. Он улыбается ей сверху вниз, а она бормочет ему что-то. Он глубокомысленно кивает, словно понимает детскую речь, и рассказывает ей о том, как встретил её маму. Однако история её не интересует, она ещё что-то бормочет, хихикает про себя и переворачивается на живот, издавая небольшой визг, когда замечает Зои, лежащую поблизости. Итан посмеивается над её выходками, наблюдая, как она пытается соскользнуть с коврика на пол, брыкаясь своими маленькими ножками. К его удивлению, Зои прекрасно пережила весь этот новый опыт. Сначала он немного волновался, как собака отреагирует на ребёнка, но это было не обязательно. Ей было любопытно новое дополнение, но очень нежно, она обнюхивала её, когда они постепенно начали знакомить её, пытаясь лизнуть руку или ногу Дэни. В конце концов Зои перешла в защитный режим, ложась рядом всякий раз, когда Дэни бодрствовала, и играла на полу со своими игрушками, и была настороже, когда ребёнок начинал плакать, иногда до такой степени, что приближалась к любому из своих любимых людей и тихонько скулила, если они не шли, достаточно быстро, по её мнению. С другой стороны, всякий раз, когда Дэни замечает собаку, она хихикает про себя и пытается добраться до Зои. Но так, как ещё не умеет ползать, она просто скользит на животе и продвигается вперёд на руках с удивительной силой. Зоя поднимает голову, слегка виляя хвостом, и смотрит, как младенец ползет ближе. Прежде чем Дэни успевает хоть как-то схватить Зои, Итан поднимает её и усаживает к себе на колени. Тем не менее Даниэла полна решимости погладить собаку любой ценой, склонившись над его поддерживающей рукой на её животе и протягивая руки к собаке. — Будь нежной, крошка. – сделав паузу в своих усилиях, Дэни смотрит на мужчину, держащего её, с широко раскрытыми голубыми глазами и серьёзно смотрит на него. — Да, с Зои нужно быть помягче, без рывков. – Дэни булькает ему в ответ, слюна стекает по её подбородку. Итан усмехается, используя детскую тряпочку, накинутую на его плечо, чтобы аккуратно вытереть слюни. Затем он берет её крошечную ручку в свою и показывает, как гладить Зои по шее и спине. Она повторяет движение, затем несколько раз неожиданно нежно похлопывает её и хихикает про себя. Итан тянется к выброшенной плюшевой обезьянке и передаёт её Дэни. Она хихикает и сминает морщинистые уши обезьяны, прежде чем попробовать их на вкус. Он усмехается и размышляет о том, насколько он стал ближе с Дэни за последние пару месяцев, и в результате стал ещё ближе с Альсиной. Новорожденный ребёнок — это испытание для любых отношений, но ему не о чём беспокоиться — их отношения крепки, и неважно, что Дэни не их биологический ребёнок. Отряхнувшись от своих мыслей, он берет обезьянку из пухлых ручек Дэни, быстро меняя её на силикованное кольцо для прорезания зубов, прежде чем она успевает заплакать. Она тут же жует его, пробуя разные узоры вокруг кольца, для воспаленных дёсен. Дэни, кажется, довольствуется тем, что на мгновение откидывается на его грудь и в тоже время находится рядом с Зоей, жуя своё кольцо. Такими их находит Альсина, одетая в свою белую ночную рубашку и тонкий, почти прозрачный белый халат. Её волосы слегка взлохмачены, щеки порозовели от сна, и она мягко улыбается им. Итан прижимает Дэни к себе, вставая на ноги и подходя к Альсине. — Смотри Дэни, это мамочка! – маленькая девочка хихикает вокруг зубного кольца во рту, когда они подходят ближе, и она может лучше видеть свою мать. Он целует свою девушку, мягко и медленно, наслаждаясь нежным моментом, пока Дэни не шлёпает их мокрым силикованым кольцом. Они оба гримасничают от этого ощущения, но посмеиваются над выходками ребёнка. — Ты хорошо выспалась? – Итан заправляет выбившуюся прядь ей за ухо и ещё раз быстро целует, прежде чем Даниэла решает снова их прервать. — Да, спасибо, что присмотрел за ней. Я принесла обед. – Альсина поднимает руку, с улыбкой показывая бутылочку со смесью. — Ой, пора есть! Ты взволнована, детка? – он слегка подкидывает Дэни, что заставляет её хихикать, но она уже с нетерпением тянется к бутылке в руке матери, Альсина с удовольствием забирает у него ребёнка и присаживается на уютное сиденье у окна с видом на частные сады и великолепный закат. Она тихонько воркует с младенцем, когда садится, подтянув ноги на сиденье, и откидывается набок. С другого конца комнаты Зои решает, что она слишком далеко от своих любимых людей, поэтому встаёт, бежит к подлокотнику и ложится прямо рядом с ними. Альсина нежно улыбается собаке, а затем баюкает Дэни на сгибе локтя и предлагает ей бутылочку. Затем всё вроде бы затихает, единственные звуки в комнате – это тихое мычание Альсины и сосущие звуки Даниэлы, когда она ест, глядя на свою мать. Итан спокойно за ними наблюдает и мечтает, чтобы у него были свои принадлежности для рисования, чтобы запечатлеть этот прекрасный момент. Ему не трудно представить ещё одного ребёнка, на этот раз на груди его матери, а старшая Дэни наблюдает за ними. Его сердце замирает при этой мысли. Если естественный путь не произойдёт для них, он с радостью усыновит ещё, сколько бы детей Альсина не хотела, просто чтобы увидеть выражение полного удовлетворения на её лице, когда она держит маленькую Даниэлу. *** Мягкие стоны наполняют комнату, когда руки и пальцы исследуют обнажённую кожу, расстегивая пуговицы и спуская молнию. Прошло много времени с тех пор, как они были так близки, и Итан наслаждается ощущением её прижатой к нему, её ночная рубашка спущена, обнажая её грудь. Он целует её бледную шею, покусывая тут и там, заставляя Альсину хихикать и стонать в ответ. Он начинает поднимать её ночную рубашку вверх по бёдрам, открывая её глазами и страстными прикосновениями. В этот момент начинает звонить его телефон. Он стонет в смятении, произносит ругательство, которое заставляет Альсину хихикать. Он неохотно отпускает её, и тянется к телефону на тумбочке. Когда он замечает имя своего отца на экране, его брови хмурятся, и он начинает волноваться. Его родители обычно не звонят ему, помимо запланированных звонков по Facetime. Он садится на край кровати и касается босыми ногами холодного деревянного пола. Альсина замечает перемену в его настроении и садится позади него, натягивая ночную рубашку на место, чтобы прикрыть наготу. — Привет, пап. — Привет, Итан. Извини, если поздно, я забыл посмотреть время. — Всё в порядке папа, ещё не так поздно. Всё в порядке? — Вот почему я звоню. – короткая пауза, прежде чем его отец продолжает. —Твой дедушка скончался сегодня утром. Его дедушка Джордж со стороны мамы, последний год болел, и его состояние быстро ухудшалось. Его семья и другие родственники ожидали этого, но это всё ещё шок. — Как дела у мамы? — Как и следовало ожидать. Однако она этого не показывает. Занята бумажной работой и организацией похорон. Ты её знаешь. – Отец ненадолго замолкает. — Она хотела бы увидеть тебя, Итан. Как ты думаешь, ты можешь приехать в гости? Я знаю, что говорю это в последнюю минуту. — Это не должно быть проблемой. Когда похороны? – он чувствует, как прогибается кровать, когда Альсина движется позади него, услышав его вопрос. Через мгновение она заключает его в свои объятия, нежно целуя его в плечо, поддерживая. — Через четыре дня, в четверг. — Хорошо, я дам тебе знать, когда буду в Штатах. Спасибо, что позвонил, папа. Передай маме привет. – они прощаются и вешают трубку. Он бросает телефон на матрас рядом с собой, и со вздохом потирает лицо. Альсина всё ещё держится за него, оказывая молчаливую поддержку, не требуя от него информации. Он проводит руками вверх и вниз по её голым предплечьям, подносит одну из её рук к своим губам в благоговейном поцелуе. Они остаются так на несколько мгновений, и Итан наслаждается близостью. Он убит горем из-за смерти деда, но присутствие Альсины помогает ему. — Мой дедушка умер. – его голос срывается, и он прочищает горло. Руки Альсины сжимаются вокруг него, её губы прижимаются к обнажённой коже плеча, бормоча: — Прости. — Мне нужно вернуться в Штаты на похороны. Я должен пойти купить билет. – её руки сжимаются вокруг него, не давая ему уйти. — Мы сделаем это завтра, дорогой. Пойдём, ложись со мной. – она мягко уговаривает его принять горизонтальное положение и обвивается вокруг него своим телом. Он обнимает её, благодарный за её безмолвную помощь. Он чувствует себя странно в безопасности, и её объятия позволяют ему высвободить часть своего горя. Её руки и ноги сжимаются вокруг него, держа изо всех сил. В конце концов, они засыпают. *** Как и обещала Альсина, она помогает ему найти наилучшую возможную связь с Калифорнией, и с тех пор у него есть два дня, чтобы собраться и выяснить, что делать с Зои, и как добраться до Бухареста, для его раннего утреннего рейса в Варшаву, Польшу, а затем оттуда в Лос-Анджелес. Всего он будет в пути пятнадцать часов. Он никак не мог попросить Альсину или её водителя отвезти его, и он не мог оставить с ней Зои, в данный момент она занята Дэни. К счастью, Герцог и его семья в конце концов решают обе его проблемы – у Герцогом есть дела в Бухаресте в тот же день, поэтому он более чем счастлив взять Итана на борт, даже так рано утром. Семья Герцога в восторге от заботы о Зои, а собака любит детей, и других членов семьи. Он проводит свой последний день и ночь в особняке, наслаждаясь общением с Дэни и её матерью. Как только малышка ложится спать, они занимаются любовью. Это довольно горько, так как он не уверен, как долго ему придётся оставаться в Штатах – у него есть кое-что, чем он должен заняться, после почти пяти лет отсутствия, и конечно же, оставаться столько, сколько нужно его матери в это трудное время. Альсина очень понимающая, и они очень подробно обсуждают текущую ситуацию. Он знает о её борьбе с проблемами отказа, и он вдвойне уверен, что она знает, что он не бросает их и что он вернётся, как только сможет. Он шепчет нежности, что он любит её, крепко обнимая её после этого. Он обещал ей быть на связи каждый день. Дэни решает проснуться этой ночью незадолго до того, как Итан должен уйти, с характерным для нее требованием, чтобы её покормили. С младенцем на руках, Альсина провожает его до входной двери. Туманное раннее утро конца сентября, и Герцог ждёт у своей машины. Он берёт багаж у Итана и загружает его в багажник, оставляя пару попрощаться. Альсина кусает губу, и он видит, что она вот-вот расплачется. Он подходит ближе к ней, нежно поднимает ей подбородок, чтобы встретится с ним взглядом, и очень мягко улыбается. — Я люблю тебя. Я вернусь, как только смогу, хорошо? – она безмолвно кивает, одинокая слеза скатывается по её щеке. Он смахивает её большим пальцем, заключая их обоих в объятия, помня о ребёнке между ними. Дэни встревоженно пищит из-за того, что её чуть не раздавили, поэтому они неохотно расстаются. Итан ещё не совсем готов расстаться, нежно лаская щёку Альсины, заправляя её спутанные во сне локоны за ухо. Он берёт её свободную руку в свою, переплетаясь их пальцы. Мягкая улыбка расползается по её лицу от этого жеста. — Позвони мне, когда доберёшся благополучно. – он знает, что Альсина беспокоится, и именно тогда проявляется её новый инстинкт матери-наседки. Чрезмерное беспокойство и стресс не идут ей на пользу, так как это может спровоцировать новый приступ, поэтому он следит за тем, чтобы Кассандра заботилась о даме в его отсутствие, и он будет много звонить ей по скайпу. — Конечно. – затем он целует её, наслаждаясь тем, как сбивается её дыхание, даже после почти года совместной жизни. Когда они расходятся, он целует Дэни в голову. С полным животом и пьяным от молока выражением лица, она на полпути к ла-ла-ленду. К его удивлению, Альсина притягивает его для ещё одного поцелуя, шепча: Я люблю тебя: между их губами. Взглянув на часы, он понимает что им нужно уходить очень скоро, чтобы убедиться, что он не опоздает на свой рейс. Прежде чем уйти, он поднимает их соединённые руки и целует тыльную сторону её ладони, сохраняя зрительный контакт. Это заставляет Альсину слегка усмехнуться, и он удивляется, отходит в сторону и садится в машину, махая им рукой на прощание. Когда они поворачивают за угол и особняк исчезает из виду, Итан обнаруживает, что уже скучает по ним.