Параллельные прямые

      Заебало.       Ривена все заебало, правда. Заебал Скай со своими нравоучениями, заебала учеба, заебал Дэйн. Заебало все и заебали все.       Ривена заебала Терра. Она заебала своим существованием, зелеными глазами и мерзким смехом. Харви и ее уебищное «я-всегда-счастлива» состояние.       Да в ней все было уебищным, вот правда. Ее безвкусная одежда, пухлые руки, растрепанные волосы и неуклюжесть. Даже те взгляды, которыми она одаривала Ривена из раза в раз, были тошнотворными. Парень готов поставить сотку на то, что фея думала, что не палится. Ага, она не палится с тем же успехом, что и сам специалист, куря в коридорах Алфеи. Прямо беспалевная настолько, что обосраться можно.       Харви заебала своим присутствием. Она везде, как призрак. Слишком много. Появление Терры всегда вынуждало Ривена против воли оценить помаду, что была на ее губах. Он не хотел. Ему противно. Противно? Противно до скрежета зубов. Интересно, а она представляет, как этими губами целует Дэйна? Сосет его член?       Грязная. Тупая. Уродливая.       Она хуже Сожженных. Проникает в самую душу, выбешивает до мозга костей.       Ривен не ревнует, вовсе нет. Его бесит то, что Терра пытается скрыть свою заинтересованность в нем, пока бегает за Дэйном. Шлюха. Да, Харви просто толстая шлюха. А Ривену, кажется, стоит меньше думать о ней, потому что это того не стоит. Бессмысленно.       Не получается. Да еще и гребаные Сильва с Даулинг организовали совместные занятия для фей и специалистов. Сука, как будто Ривену было мало Терры. Мало смотреть на нее, мало чувствовать запах ссаных цветов, слушать ее блядский смех, похожий на хрюканье.       Но фея земли стала угасать. Парень, которому в принципе на нее похуй, это видел. Он видел, что девушка стала меньше улыбаться, ходила вечно бледная. А Ривен доебывался. Все эти типичные подколы и усмешки. Специалист хотел, чтобы ему ответили. Он хотел, чтобы Харви вышла из себя, как в старые добрые, послала его нахер или опутала смехотворными цветочками, но Терра ничего не делала.       Ничего. Просто отмахивалась, пожимала плечами, отворачивалась, будто у нее не было сил с ним спорить или что-то доказывать. И фея постоянно убегала куда-то, а потом возвращалась тихо, как мышка. Ривен бы не поверил, что Харви с ее габаритами способна тихо, но…       В его мыслях Терра стонала громко. Оглушительно, подобно взрыву, заставлявшему кровь в жилах стыть и кипеть одновременно.       Специалист правда корил себя за тот порыв. Вроде только один раз, но этот один раз значил очень много. Сорвался. Ривен не был фанатом дрочки в стиле малолеток с учетом того, что у него под боком была Беатрикс. Чистая правда. Но Беатрикс была занята какими-то своими делами, а член молодого здорового парня требовал внимания. Только и всего, да.       Губы Терры были не при чем. Как и то, что Ривен в деталях запомнил то, какой Харви была в его фантазиях. Горячая, ненасытная. Пышные бедра и горячее дыхание куда-то в его потную шею. Его зубы, вонзившиеся в правое плечо, ее язык, блуждавший по губам. Одежда на полу и сорванные глотки. Он в ней, такой теплой и нежной. И Терра отвечала так сладко и так искренне. Как никто другой прежде.       А потом еще один раз. Еще и еще.       А Беатрикс другая, плохая для всех.       Харви была плохой только для него.       Представлял ее везде: на столе Даулинг, в спальне, в коридоре. Называл ее своей. Подобно какому-то извращенному животному, который сорвался с цепи. И теперь самое страшное: в мыслях Ривена Харви это нравилось. Она принимала его любым и готова была на все, чтобы получить желаемое. Была похожа на рыжую подружку Ская, даже побеждая ее в намерениях спалить все к чертовой матери.       Спалить его сердце к чертовой матери и уйти, оставив после себя выжженное пепелище. Королева, не иначе. Его личный демон, которого следовало закрыть в самом темном уголке души.       Нахуй. Забыть, стереть из памяти, не думать о Харви. Слишком много чести для мерзавки. Курение спасало в такие моменты, и было глубоко насрать на риск оказаться пойманным. Никотин расслаблял, Ривен прислонился к стене, блаженно прикрыв глаза.       И о фее вроде удалось забыть, но эхо разнесло чьи-то грузные шаги. Терра, конечно, кто же, блять, еще? Парень едва ли не взвыл от досады. Стерва, которая вечно появляется невовремя. Сводит с ума. Ривен дернулся от злости, когда девушка показалась в проходе. Он нервно затянулся. — Это все из-за тебя.       Что? Повтори-ка, сучка. Что-что из-за Ривена?       Нет, милая, это все из-за тебя. Это ты виновата в том, что настолько выбешиваешь, что приходится напиваться до поросячьего визга, а потом идти трахать Беатрикс. И молиться на то, чтобы твое имя случайно не слетело с сухих губ. Это ты виновата в том, что приходится проебывать Скаю в спаррингах. Потому что ты всегда появляешься невовремя.       Ривен тихо усмехнулся и повернулся к девушке, отлипнув от стены. Его в очередной раз передернуло, но не потому, что было холодно или что-то подобное. Ему стало мерзко от заплаканного раскрасневшегося лица Терры. До тошноты мерзко. — Ты переела сладкого, и тебе сахар ебнул в голову? Что ты несешь, дура?       Жалко, Ривен. Звучишь жалко. Ничего лучше не мог придумать? От этого затошнило еще сильнее — сигарету пришлось выбросить и затоптать подошвой кроссовка. Нужно уничтожить эту дрянь, станет легче. Раздави ее. Ну же, Ривен, соберись. — Ты испортил все, что у меня было.       Ну неужели они хоть в чем-то солидарны. У Ривена было все: друг, девушка, хуй пойми зачем нужный Дэйн. Но Харви нужно было начать смотреть на него своими гнилыми глазами, краситься хлеще любой шалавы и носить короткие юбки. Это она все испортила.       А теперь стояла и плакала перед врагом. Идиотка.       Беги или будет слишком поздно.       Терра подошла ближе, едва ли не вынудив парня слиться со стеной. В один момент он мечтал обладать способностями ее братца, чтобы съебаться из этого чертового коридора. Не видеть Терру, не слышать. Не чувствовать ее дыхание рядом, не бросать косые взгляды на ее вздымающуюся грудь, скрытую зеленой тканью платья.       Беги.       Уходи.       Я тебя испорчу. Я порчу все, чего касаюсь.       Мне нельзя. Мне нельзя тебя…       Ривен даже на мгновение подумал о том, что магия фей зависела от эмоций, а состояние собеседницы не сулило ничего хорошего.       И это, блять, возбуждало. Возбуждало то, что она могла уничтожить его одним махом. Задушить, закончить начатое не так давно. — Ты о Дэйне что ли? Он того не стоит, поверь. Сколько бы ты ни старалась, Дэйн никогда на тебя не посмотрит. У него другой предмет интереса, — специалист даже засмеялся.       Теперь он исправился. Хорош, Ривен, хорош. Ударил в самое больное место. Так ей и надо. Терру нужно раздавить, как навозного жука. Задушить. Не она тебя, а ты ее. Парень упивался реакцией Харви. Она явно разозлилась. Пухлые кулачки сжались, брови нахмурились, а губы скривились в отвращении. Фея еще бы и ногой топнула, чтобы дополнить свое негодование. — Я проклинаю тот день, когда мы с тобой познакомились, Ривен, — Терра шипела, как ебаная анаконда.       Какого хера? Парня накрыло цунами негодования. Что заставило ее выпустить когти? Наконец-то. Неужели специалист зря все это время едва ли не на ушах ходил, добиваясь хоть какого-то эмоционального отклика? Достаточно было просто…а чего было достаточно? Харви ведь первая напала на Ривена, а он даже не успел над ней подшутить. Значит, причина ее злости была вовсе не в нем. А тогда… — Да что на тебя, блять, нашло?       И Ривен, конечно, проигнорировал то, что в последней своей реплике Терра назвала его по имени. Это случалось не так уж и часто, и вогнало парня в очередной ступор. Он изучал ее покрасневшее лицо, надеясь услышать вразумительный ответ, потому что ничего, кроме животной ненависти к этой особе, испытывать не получалось.       Ничего, кроме животной ненависти и липкого возбуждения. Ведь ночами она звала его по имени.       Ривен. Выдыхала куда-то в его ухо, царапала короткими ногтями спину.       А Харви все не отвечала. Ее глаза бегали от точки к точке, а потом она зажмурилась, слегка помотав головой. — Эй, Терра?       Ривену захотелось попросить Ская на следующей тренировке прописать ему в ебыч еще сильнее, чем обычно, потому что парень ощутил в груди некоторое волнение. За кого? За эту дуру? Пф, не смешите.       Но глаза феи закатились, а ее рука по инерции ухватилась за предплечье Ривена, сжав. Специалист, осознав, что ноги девушку уже не держат, обхватил далеко не идеальную талию, чтобы ее обладательница не свалилась на каменный пол. — Блять, ну какая же ты идиотка, — сердито бросил Ривен.       И хули ему с ней делать? Почему нельзя полежать в кровати, раз уж так плохо? Почему надо бежать к нему и вываливать на него все говно, которое скопилось в душе? И какого хера сам Ривен должен в ахуе стоять посреди одного из коридоров Алфеи и судорожно думать о том, куда деть Терру?       Можно было бы отвести Харви к ее подругам, но их спальни находятся в другом крыле, а переться туда с феей, которая все еще мешком висела в объятиях, не лучшая идея. Делать нечего. Тихо выругавшись себе под нос, Ривен поднял бездыханное тело на руки и потащил его в свою комнату.       Почему ты оказалась тут, Харви? Как попала в логово тигра? Пришла специально?       Боже, неужели когда Ривен пьяный в драбадан, Скай каждый раз вот так вот мучается? Это же нереально. Парень с трудом дополз до их с другом комнаты и с не меньшим трудом открыл дверь. Повезло, что блондина в помещении не наблюдалось. Наверняка он опять отжигал со Стеллой. Ну и придурок.       А Ривен тоже не шибко умный. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. Ага, спасибо. Парень, едва не споткнувшись о свою мятую футболку, в потемках добрался до своей кровати. Он положил Терру на синее покрывало и стал лихорадочно думать, что делать. Он бы не думал, если бы слушал Сильву, который когда-то рассказывал о том, как действовать в подобных ситуациях. Взмокший от стресса Ривен скинул с себя коричневую куртку и приоткрыл окно, чтобы не было так жарко. Специалист вспомнил о наличии запасов текилы, и ему в голову не пришло ничего лучше, кроме как попробовать привести Терру в чувство при помощи алкоголя, содержавшего спирт. Нет, вливать ей в рот он ничего не собирался, да и себе тоже, зато он налил немного жидкости на салфетку, которая послужила имитацией ватного диска, и провел ею под носом Харви.       Спустя несколько таких нехитрых маневров девушка дернулась. Ривен уже обрадовался тому, что он нихуйственный такой врач, оказывается, и что он скоро сможет избавиться от Терры и спокойно отдохнуть, но его мечты разбились, как дряблая лодка о прибрежные скалы. Харви начала характерно кашлять. — Блять, — протянул парень, — ну какого хрена, Терра?       Бежать за подобием тазика было некогда, потому что фея все еще лежала на спине, и присутствовал риск захлебнуться к черту. Ривен решил пожертвовать своим постельным бельем и слегка приподнял девушку. Все-таки жизнь любого существа, каким бы бесячим оно ни было, важнее, чем какое-то там одеяло.       Харви кашляла все сильнее. По-настоящему Ривен испугался, когда с ее губ стала капать кровь. Это он понял, несмотря на тусклое освещение, исходившего от единственного торшера, что оказался включенным. Не то чтобы эта кровать никогда не видела кровь, просто эта кровь принадлежала скорее первокурсницам, которых соблазнял парень.       Специалист приготовился лицезреть остатки обеда, который наверняка был довольно плотным, судя по аппетиту феи, но то, что он увидел, окончательно выбило из колеи. Ривен, придерживавший волосы Терры и думавший о том, почему она кашляла кровью, увидел, как перемешанные с алой жидкостью лепестки красных роз непонятной массой падали на одеяло.       Какого, мать его, хуя?       Ривен слышал эти пьяные рассказы на тусовках про бедняг, которые влюблялись не в тех людей и потом даже умирали от этого. Кажется, такая болезнь называлась ханахаки? И как вообще Терра могла вляпаться в это дерьмо? Какая же она все-таки дура. Специалист никогда не устанет повторять.       Харви рвало несколько минут. Комната наполнилась ужасным металлическим запахом, с которым не справлялось даже приоткрытое окно. Лоб девушки покрылся испариной, она была все такой же бледной. Когда ей полегчало, Ривен молча перенес ее на кровать Ская, чтобы убрать все следы маленького происшествия.       Маленького? Это ебаный пиздец, а не маленькое происшествие.       Пока Ривен убирал кашу из лепестков и крови, смывая ее в унитаз, и менял постельное белье, Харви неподвижно лежала, следя за ним. Специалист старался не подавать виду, что его в ванной затрясло, как незнамо кого, когда он смотрел на эти чертовы лепестки. — Можно я умоюсь? Я потом сразу же уйду. — Да куда ты пойдешь, дура? Не хватало мне еще, чтобы ты грохнулась где-нибудь на полпути, а потом свалила все на меня, — отмахнулся Ривен.       Почему? Почему ты решил оставить ее у себя, долбаеба кусок? Ты ее ненавидишь, але! Но вместо того, чтобы слушать внутренний голос, парень безмолвно наблюдал за тем, как Терра с напускной уверенностью шла к ванной. Скоро зажурчала вода. Специалист вцепился пальцами в волосы. Твою мать, как он вообще угодил в такую ситуацию? Он даже не знал, что делать. Оставил Харви у себя, а теперь они так и будут молчать? Великолепный план.       И вообще, они подобны параллельным прямым. Ривен не прекрасный принц, а Терра не сногсшибательная красотка. Он плохой, жутко сексуальный парень. Она же самая обычная заучка, объект его насмешек. Идеал и никчемность.       Нужно покурить. Кровяной запах обволакивал легкие, душил. Ривен достал завалявшийся вейп и сделал приличную такую затяжку. Он выпустил клубы сладкого дыма как раз в тот момент, когда открылась дверь в ванную, едва ли не вытолкнув слабую Терру в прохладную комнату. Девушка направилась к кровати Ская, явно не желая оказываться на одном клочке матраса со специалистом, но пошатнулась, что подкосило ее уверенность и все-таки вынудило опуститься на свежее белье, которым было застелено лежбище Ривена. — Можешь лечь. Не хочу, чтобы ты померла в моей комнате.       Парень услышал, как Харви с облегчением опустилась на подушку. Он спиной чувствовал ее прожигающий взгляд. Вечерний ветер колыхал занавески, вейп вновь зашипел, когда Ривен сделал очередную затяжку.       И кто был виновником такого состояния Терры? А какого, собственно, черта это вообще должно хоть как-то заботить хозяина комнаты? Но все-таки! Единственное логичное объяснение… — Это из-за Дэйна? — Ривен пересилил желание разбить голову о стенку. Ну кто его за язык-то тянул? Тишина, — не ответишь мне?       Парень обернулся, изучая Харви. Фея не сводила с него внимательно-вопросительного взгляда. — Об этом никто не должен знать, Ривен, — да ему похуй абсолютно, потому что Терра не ответила на сраный вопрос, — слышишь? — Мне плевать, я не собираюсь лезть в твое дерьмо. — Ривен, пожалуйста.       А что Ривен? Ривен молчал в тряпочку, наблюдая за тем, как огоньки торшера плясали в глазах Харви. Во все еще мерзких глазах Терры. Она никогда не говорила с ним так…как? Так тихо и искренне. — Хорошо, я понял, — выдавил из себя он. — Никто вообще не должен был знать, — продолжала девушка. — Понял я, понял, блять, — не выдержал специалист. Он сделал еще одну затяжку, — ты же фея цветочков, как ты могла не почувствовать рассадник в своем организме? — Я чувствовала, — мрачно ответила Харви, — но я все испортила. — Только не говори, что ты пыталась вылечить себя самостоятельно, — Ривен хмыкнул, не веря в то, что произнес. Но взгляд Терры только подтверждал его опасения, — я тебе уже говорил, что ты феноменальная идиотка? — Едва ли не каждый день, — фея закатила глаза. — Так вот, Терра, ты феноменальная идиотка! — торжественно заявил специалист, нервно улыбнувшись, — и все-таки это из-за Дэйна? — он повторил уже прозвучавший вопрос, который оставался не отвеченным. — С чего ты взял? — Харви сглотнула.       Почему тебя волнует это? — Ты сказала, что я все разрушил. Я же увел у тебя твоего дружка. Звучит логично, да?       Ривен пытался считать ответ по лицу феи. Но оно оставалось непроницаемым. Ну же, ответь, Харви. Не тормози. — Знаешь, чем пахнут розы, Ривен?       Парень вопросительно кивнул головой, опершись локтями на колени. Пальцы сжимали многострадальный вейп. — Чем? — Кровью, сигаретами и твоим парфюмом.       С нотками чего-то резкого, холодного. Мрачного, жестокого.       И Ривен, отвернувшись, засмеялся, спрятав лицо в ладонях. Громко, истерично, откинув вейп на кровать. Смеялся, смеялся, смеялся, пока, кажется, в уголках глаз не стала скапливаться влага.       Осознание. — Ты серьезно? — его голос дрогнул.       Не поверил.       Ты лжешь, стерва.       Говори мне правду.       Специалист снова посмотрел на девушку. Терра сжалась, пальцы теребили подол платья, нервно убирали выбившиеся из прически пряди. Она…смутилась? Да, блять, смутилась. Испугалась.       Серьезно, Ривен, она серьезно.       Ну какая же Харви все-таки дура. Такая дура, Боже.       А он узнал, как пахнут розы.