Разбитые зеркала

«Кто-нибудь слышит мой крик? Неужели я зарыта под землю? Кто-нибудь слышит меня? Неужели разговариваю сама с собой?»

Солнечный, неяркий, словно цвет белого вина, свет разливается по дощатому, скрипучему от одного шага полу. По этому полу растекается густая кровь, распространяет свой удушливый, тошнотворный, грязный запах. Растекается медленно, иногда напоминая мелкую рябь на поверхности воды. Но тут и нет намека на воды, кроме на грязь и прикормку для вампиров.       …я не еда, не вещь! Грязная кровь растекается, источает греховный запах. Это так отвратительно… Да, можно помыть пол до блеска, но в памяти это кровь останется, как и у малышки Кэрри её первые месячные. Кровавым и неприятным пятном запомнятся у меня, трагедией у неё. Удушливым морем слёз у нас обеих, только с разными причинами. Слабо дышу, почти не слыша биения своего сердца. А должна, не то умру.

«Говоришь, «Я тебя избрал, пометил, теперь ты моя». Он говорит: «Я тебя пометил, избрал, теперь ты моя»"

Хотя смерть — легкое спасение от грешного мира, неважно каким путем возникшее. Чужими кровожадным голодом и клыками или естественной смертью. Это неважно. Главное — не страдать, не унижаться от чужого эгоизма и насилия, в котором вампиры живут. Эти вампиры… не только сломанные дети, но и погрязшие в разврате монстры. Настолько погрязшие, порочные, что дрожь пробирает мое тело. Настолько ужасные, что теперь моя собственная кровь — моё грязное проклятие, мой грех. Этим грехом я помечена, который так любим этими монстрами. Кровь моя — мой источник жизни. В их руках — она наркотик, в их клыках она тягучей слизью с рваной кожей — сладость, в моих руках и бледной шее — мерзость. Этот грех мерзок, неприятен тем, заставляет меня чувствовать себя вещью для вампирских потех.

«Говоришь, «Я тебя избрал, пометил, теперь ты моя». Он говорит: «Я тебя пометил, избрал, теперь ты моя»

Кровь продолжает растекаться, истекая с моих босых, обтянутых кожей ног. Противная, красная жидкость размазывается повсюду: по полу, костлявым ногам и внутри меня, вытекая со сгустками.       Я грязная, я грязная…       …загрязнена их клыками, я грязная…

«Кто-нибудь слышит мой крик? Неужели я зарыта под землю? Кто-нибудь слышит меня? Неужели разговариваю сама с собой?».