Хищник

      Карим - зверь       Захламлённая квартира старика наполняет разум печалью и утомленностью: жалкий скарб умершего никуда не годился, казался лишним в маленькой квартирке.       За полчаса ночи на улицах ни одной душонки, направленной в мою сторону. Тихий, однако, городочек, пенсионерский, особенно ночью. По сравнению с Московскими джунглями здесь бесшумный лесочек.       Скучные ночные минуты быстро дали повод раствориться в небытие, когда передо мной из уголка показалась хрупкая фарфоровая фигурка, ватными шажками, как новорожденный жеребенок, идущая в сторону здания. Мной выжидаемая жертва, медленно передвигаясь, теребила свою одежду ручками и испуганно крутила головой. Под светом мигающего, единственного не выключенного фонаря возле остановочной части, она резко обернулась, замечая мою, поглотившую ее, тень.       — Девушка, с вами все в порядке? — выдавливая из себя наигранное беспокойство, спросил я. Нужно выглядеть до отвращения дружелюбным и хорошим.       — Если скажу «да», вы мне не поверите? — она мило трясёт головой и явно осматривает меня. «Понравился, значит…» — проносится в голове, — «слишком долго уже.»       — Кажется, я вас знаю. Вы ведь моя соседка сверху! Простите, что я так грубо проигнорировал вас вчера! Я чувствую себя странно в темноте! — я улыбнулся и завёл шарманку о «прибытии к отцу», заготавливая самые пропитанные убеждения, которые бы жертва всегда намеревалась слушать, выпуская подозрение из недавно сцепившихся рук. Я был в сладком положении. Улица совершенно пуста, никого уже нет. Уже в рукаве есть несколько тузов, о решениях избавления от неё. Прекрасная ночь для обыденного убийства. Да. Простого, для совсем никчемных наемников. Заказ на эту кобылку оплатил мне несколько месяцев отсрочки от налогов и поездку в Норвегию. Думаю, все же стоит проникнуть в ее квартиру и уже приняться за дело. Я уже полностью погрузился в свои мысли, как девушка пискляво провизжала:       — Прошу прощения! Давайте забудем о том нелепом вечере, Юнона! А значит вы?..       — Мустай. — равнодушно ответил я, слегка растянув губы в улыбке. Взбудораживающее кровь предвкушение погасает, замечая, как выражение ее лица окрасилось радостной улыбкой. Нерв на лице больно дёрнулся, из-за чего я, наверное, на пару секунд скривился, но Юнона смотрела вниз на асфальт, шаркая через раз ногами. Создав вежливый акцент, я открыл перед ней подъездную дверь, голодно проглатывая, словно слюну, каждую принятую мной деталь, ступая с каждой ступенью в подъезде, как можно глуше, желав приступить через считанные секунды, раскрыть свою гнилую мораль.       Я поднимаю зрачки вверх, увидев третьего лишнего, располагая себя на ступени повыше. «Твою же мать! Какого хрена?»       Девка бросилась в объятия, натерпевшись от переживаний, к девушке, одаривая расцветающей улыбкой всё вокруг.        — Греточка, прости, что заставила так волноваться! Сегодня ужасный день, твоя связь прервалась больше чем в неудачный момент.        — Это ты не представляешь, сколько я сейчас выпотрошила нервов из себя, наверное, на целый год вперед. — говорит незнакомка и наигранно смеётся, прижимая одной рукой к себе голову Юноны, а второй — спину. И хоть для моей жертвы названная Грета сейчас была добрым ангелом, на меня она уставилась с уверенным осуждением, приглядываясь к каждой морщинке и недостатку на моем лице.       — Пожалуйста, не смотри на него так, это Мустай. Помнишь нашего пожилого соседа сверху? Это его сын. Он решил спровадить меня по пути. — подняв голову на Грету, сказала Юнона. И ее слова действительно убедили «лишнюю», она прикрыла глаза и похлопала Юнону по спине.       Забавно наблюдать, как именно, нарочно продлившая себе сегодня жизнь жертва, убеждает свидетеля о моей непричастности, — какая красивая глупость. Мои губы не сдержались в улыбке, спуская с крючка смешок. Щеки моего мешка с деньгами покрылись цветом вишневого пунша. Она смущается? Идиотка.       — Благодарю, вас Мустай. Спасибо за ваше решение проводить ее. Уже достаточно позднее время, не будем вас задерживать.       Громко шепнув доброй ночи вслед, я, до последнего входа за порог двери старика, держал висевшую на физиономии улыбку. Если бы не эта выжидавшая нас сука, я бы завершил свою работу и уже бы к утру отправился в аэропорт. Кто она вообще? Подруга? Сестра? Избавляться от нее будет лишней тратой времени. Блядь! Она уже проблема! У меня столько и минут нет, видно же насквозь! Она унюхала что-то неладное. А ведь она в подробностях убеждаться не стала, ненормально это. Нужно срочно кончать с этим!       Войдя в кухню, я достал ломтик порезанного сыра и колбасу, складывая их в тостовый прохладный хлеб и заправляя кефиром. В комнате совершено отсутствовал потусторонний мешающий свет, что мне очень нравилось. Хоть что-то приятное в этой квартирке. Сев за стул у балконной стенки, я заметил противоположный балкон на уровне своего.       Строго одетый мужик, чьи светлые от ночи волосы, устало свисали над глазами, держал в руках гарнитурные наушники, с недалеко отложенным ноутбуком для подключения связи, улавливая в поле видимости мое внимание. Зверским чутьем, яростью кипящих агонией эмоций, ударяя кулаком в кирпично основанную входную стену, я оставил трещину.       — Срань! Два серийных опытных наемников на одну кость?! Какого отродья послали Барсукова? Неужели, меня на такую дрянь недостаточно, — доставая из кармана телефон, я набрал уже давно выученный наизусть номер. — Босс, почему напротив моего окна находится белый пес? Вы же сами мне сказали «Убить суку на твоих руках».       Повисшее минутное молчание не позволяло мне освободить мысли. Отвечавший тяжелый баритонный вздох согревал холодом уши, прозвучал строго.       — Я отменяю заказ на убийство. Вашей и его задачей остается лишь изловить цель и привести ко мне.        — Босс…       — До связи, Хищник. — резкое прерывание и гудки. Чёрт.