Как стать весёлым президентом [Быстрое переселение]/如何养成一只风流总裁[快穿]

«Что ты сказал!» Маршал Лаксус внезапно встал и заревел. Солдат перед ним был ошеломлен им: «Нет, я не знаю, кто слил новости. Но пришёл наказ на выпуск ракеты НИИ военного ведомства.» Последние результаты исследований показывают, что ракета имеет дальность действия в сотни миллионов световых лет, а ее мощности достаточно, чтобы уничтожить планету среднего размера. Единственным недостатком является то, что на изготовление каждой ракеты уходит слишком много времени и ресурсов, поэтому она пока находится в стадии испытаний. Во второй раз лорд-маршал пожалел, что не вырезал людей в Сенате и не бросил их в море на корм акулам. Первый раз это было, когда Нельсон ворвался в его дом и попытался похитить Ло Тяньфаня _(:3)∠)_ «Кучка идиотов!» Маршал пнул стол перед собой и зашагал прочь, солдаты рысью за ним. «Люди в Сенате не знают, где взяли новости о том, что гуманоиды и Император Зергов сражаются на планете N-774, и они планируют взорвать Императора Зергов и гуманоидов вместе», — сказал Герцог Нельсон. — «Они также провели голосование в межзвездной сети, заявив, что пока Император Зергов будет убит, они будут уязвимы, и мы сможем уничтожить зергов по одному. Голосование поддержало большинство гражданских лиц и некоторые правые генералы, а еще они привезли специального человека для прямой трансляции процесса пуска ракеты «Синхан», и около 80% населения империи наблюдают за прямой трансляцией.» Синие вены на шее маршала Лаксуса чуть не взорвались, это военное ведомство где можно случайно включить в прямом эфире? Ракета все еще находится в испытательном периоде, а лишних ракет вообще нет. Убийство Императора Зергов не превратит зергов в месиво из песка, но заставит зергов дать дикий отпор. Его война с Императором Зергов была признана зергами, но Сенат так нагло нарушил его план... Хотя элитные зерги составляют лишь одну десятую от числа зергов, их сотни миллионов. Если зерги действительно хотят атаковать, первым падет Имперский город. А гуманоиды, где они удостоверились, что все гуманоиды находятся на звезде N-774? Если есть другие гуманоиды, которые еще не появились, раса, которая в несколько раз превосходит боевую мощь зергов, можно ли действительно победить её? Хотя ему плевать на жизнь и смерть этих людей, ему все еще нужна рабочая сила, чтобы найти Ноана. Кто поможет ему найти его, если они умрут? Маршал попал в засаду, прежде чем смог сесть на линкор. Эти люди, очевидно, уже были в засаде, намереваясь задержать его, чтобы ракета «Синхан» могли быть загружены плавно. К тому моменту, как маршал избавился от всех мешающих людей и прибыл в НИИ, ракеты уже были заряжены. Герцог Нельсон, фактический правитель Сената, держал в руках пульт и смотрел на угрюмого маршала, морщины на его лице превратились в отвратительный комок от смеха. Позади него находился барон, который вел прямую трансляцию с мозгом, а несколько правых генералов с извиняющимся видом смотрели на Лаксуса. «Маршал, это для будущего империи. Пока мы можем уничтожить Императора Зергов, мы можем остановить десятилетнюю войну.» «Пожалуйста, поймите, это для спасения империи под тенью зергов, его тоже можно попутно устранив скрытые опасности гуманоидов.» Лаксус хотел было сердито рассмеяться, - «Вы уверены, что убили Императора Зергов, и есть целых десять планет зергов, которые не соберутся вместе, чтобы дать отпор, с вместе, неужели так много, тысячей гуманоидов? Не будет больше гуманоидов, скрывающихся в межзвездном пространстве?» «Я верю, что наши солдаты могут победить зергов без лидера, и мы использовали спутники, чтобы исследовать..» Герцог нетерпеливо прервал Полковника. «Не переубеждайте нас. Он сказал больше чем может сделать, история увидит, что наше решение правильное, и наше решение только для империи!» Маршал усмехнулся, «Для империи? Нелегко удержать эти четыре слова в твоём бесплодном разуме.» Наоборот, очевидно что они уже были готовы, и даже если обе стороны сразятся, не было никакой гарантии, что он сможет вернуть себе пульт дистанционного управления. Маршал просто сделал приглашающий жест: «Тогда я желаю вам славного наследия в истории империи.» Герцог тихо фыркнул: «Ваше благословение.» Он нажал кнопку. Тело Императора Зергов уже было холодным, но он все еще поддерживал это жертвенное движение. Крылья окружали его ребенка на руках, а окровавленное сердце держалось на ладони, словно время остановилось в этот момент. Ло Тяньфань некоторое время сидел на корточках на земле, а когда встал, его глаза потемнели, а голова немного закружилась. Он не знает, это ли психологический эффект или это действительно так, что он чувствует себя полностью измотанным. Выйдя из небольшой области, окруженной Императором Зергов, армия зергов перед ним молча смотрела на мальчика, чей рот все еще был запачкан кровью их Императора. Наконец они поклонились и уважительно воззвали: «Ваше Величество!» Казалось, что он был признан зергами. Ло Тяньфань попросил элитных зергов, умеющих летать, перевести обычных зергов, которые не могут летать, с этой планеты. Обойдя скалу в одиночестве, он нашел Роджера, прислонившегося к скале. «Ан'ан, ты идешь домой?» Небесно-голубые волчьи глаза нежно посмотрели на потерявшегося мальчика, пытаясь поднять руку с отрезанным сухожилием, и взять мальчика за руки. Он никогда ничего не упоминал о Императоре Зергов, а говорил только о будущем: «Когда я вернусь домой, я отведу тебя на следующую планету, чтобы увидеть её, и я также могу отвезти тебя на север, чтобы поиграть в снежки и построить самый большой снеговика вместе. У нас будет милый ребенок или несколько. Когда ребенок вырастет, мы отправимся в другие галактики, чтобы увидеть...» Нос Ло Тяньфаня немного болел, и он сопротивлялся всепоглощающей печали в своем сердце, и мягко согласился. Чем лучше Роджер к нему относится, тем больше он чувствует себя отморозком. Они любят его, но он не может любить их. Помогая Роджеру вернуться на звездолет, звездолет больше нельзя использовать, и только что он был полностью уничтожен зергами. Хотя у Ло Тяньфаня есть [Мимикрия], он не может путешествовать по вселенной в одиночку, как зерги. Ему нужно дышать, и Роджеру тоже. Гуманоид только что сделал Роджеру простую повязку и не успел применить лекарство. Ло Тяньфань забрался в звездолет и порылся в аптечке. Нашел несколько разбитых коробок в углу и намазал Роджера лекарством. Хотя межзвездное спецлекарство действует быстро, сухожилия Роджера были перерезаны, и он не смог их соединить в ближайшее время. Пока он не поднимает тяжелые предметы, двигать руками и ногами не составляет большой проблемы. Роджер проверил, можно ли еще использовать спасательные шлюпки на звездолете.Три из четырех спасательных шлюпок были разбиты на куски. Спасательная шлюпка, рассчитанная на двух человек, может перевозить только одного человека. Поскольку эта планета занята зергами, сигнала не так много, и Роджер несколько раз пытался, но не смог связаться с внешним миром с помощью своего светлого мозга. Заметив самобичевание мальчика за спиной, Роджер повернул голову и поцеловал мальчика в гладкий лоб: «Это не вина Ан'ана». «Я позволю зергам связаться со спасателями.» Ло Тяньфань собирался позвать зергов. но Роджер остановил его. «Маленький идиот, теперь первая реакция других людей, когда они видят зергов, — это спрятаться, где ты сможешь с кем-то связаться.» Роджер коснулся кончика носа мальчика полубеспомощно-полуснисходительно, «Я отключил радар-сигнализатор на звездолете». Радар на циферблате был подключен к бесчисленным проводам, и Роджер сорвал его. Все говорят, что серьезные мужчины самые красивые. Ло Тяньфань сел в стороне и посмотрел на мужчину в темно-серой военной форме, что соединял провода. Время от времени он поворачивал голову, чтобы поцеловать розовые губы юноши, удовлетворенно улыбался, а затем поворачивал голову, чтобы демонтировать радар. Радар еще в хорошем состоянии, не поврежден, провод наполовину прошел, а на краю циферблата вдруг появляется красная точка, которая стремительно приближается. Лицо Роджера изменилось, он выбросил радар и рефлекторно сел в звездолет. «В чем дело?» Ло Тяньфань не знал, что происходит. Увидев выражение лица Роджера, он почувствовал себя немного неловко. «Ан'ан, держись подальше!» — раздался крик Роджера с корабля, и Ло Тяньфань отступил назад. Огромное тело серого волка мгновенно разрушило расколовшийся космический корабль, но звездолет также поцарапал тело серого волка несколькими глубокими видимыми ранами. «Роджер!» Ло Тяньфань наблюдал за серым волком с дрожащими ногами, который вытаскивал спасательную шлюпку: «Что ты делаешь! Твоя травма еще не зажила!» Ло Тяньфань не знал, что Роджер увидел на радаре, что заставило его запаниковать, но теперь, когда радар был погребен под обломками звездолета, он тоже не мог его видеть. Роджер снова принял человеческий облик, поднял мальчика и посадил в спасательную шлюпку. Быстро установив координаты, чтобы запереть мальчика, Ло Тяньфань мог только тщетно похлопать по стеклу. Ло Тяньфань смотрел, как Роджер открывает замок на левом запястье, его небесно-голубые глаза были полны любви и нежелания. «Подготовка к зажиганию, подготовка к взлету» Механический звук системы спасательной шлюпки перекрыл голос Роджера, и Ло Тяньфань мог лишь смутно определить форму его рта. «Малыш Ан'ан, не забывай меня снова, ладно?» — сказал он. Краем глаза на радаре спасательной шлюпки появилась красная точка, и механический голос повторил: «Обнаружено приближение ракеты, готовы взлететь. Обнаружено приближение ракеты, готовы взлететь.» На горизонте появилось маленькое пятнышко света, все ближе приближаясь, Ло Тяньфань почувствовал, как забилось его сердце, его чувство превосходства как переселенца исчезло, только полное бессилие, и крупные капли слез скатились по его щекам. мех на спине кролика. «Роджер… Роджер…» — всхлипнул Ло Тяньфань, этот человек, который превращался в серого волка, чтобы сделать его счастливым каждый раз, когда злился, умрет, потому что он решил спасти его… Роджер лежал за стеклом, небесно-голубыми глазами не моргая, он смотрел на мальчика, который безудержно плакал, как будто хотел вырезать облик мальчика в своей душе. Имя мальчика неоднократно шепталось в его устах, каждое из которых заканчивалось ностальгией. — Не оставляй меня… — Ло Тяньфань протянул руку, и ладонь мальчика через стекло прилипла к ладони Роджера. Ладони обращены друг к другу, как будто он все еще чувствует теплую температуру тела мужчины. Ракета пронзила небо, и спасательная шлюпка в последний момент совершила прыжок во времени. Земля треснула дюйм за дюймом, и пламя, казалось, вспыхнуло в голубых глазах мальчика, а небесно-голубые глаза мужчины были похожи на разбитое небо. Роджер вспомнил мгновения, проведенные с мальчиком, и тихонько сел на землю, целуя снятое буксировочное кольцо. Ноан, Ноан... мой маленький зайчик... Я не могу пойти с тобой домой... Я не могу иметь с тобой прекрасного ребенка, и я не могу держать тебя за руку, пока мы оба не станем слишком старыми, чтобы идти... Пламя распространилось и быстро приблизилось к человеку, сидящему на земле. Все воспоминания застыли на лице мальчика, который продолжал плакать, это был его изнеженный малыш, и каждая пролитая слеза, казалось, прожигала его сердце до глубины души. Маленький плачущий мешок... не плачь, ладно? Я плохо себя чувствую.