I’m home.

С тех пор как Чарли исчез, Квакити ждал. Залпом выпил бутылку виски, вдыхая ядовитый дым своих сигарет. Сидя на верхушке Космической Иглы, он смотрел как всё заколочено кварцевыми блоками, чтобы никого не впускать. С тех пор как Чарли исчез, Лас Невадас сделал паузу. Все, кто сражался помимо Квакити, с гордостью стояли и смотрели, молча, как мыши. Не уверенные, что делать, чтобы помочь помочь. Было столько всего, что можно было бы сделать. Это было такое ужасное зрелище для Квакити — стоять и смотреть на своего лучшего друга. Нет, его любовника. Хотя они никогда не ходили на официальные свидания и не называли друг друга иначе, чем друзьями… Квакити знал, что искра была. И, ох, как бы Квакити хотел вернуться. Давно прошли те времена, когда на счастливом лице играла весёлая улыбка, давно прошли те дни, когда Квакити мог оставаться счастливым годами, а не днями. — Ты ведь когда-нибудь вернёшься, правда? — спросил Квакити, стоя на том месте, где он когда-то хранил уничтоженную слизь. Когда он стоял в тёмной, тускло освещённой комнате, и всё, что он мог вспомнить — отвратительное зрелище растаявшей слизи и трагедии. Квакити усмехнулся, засунув руки в карманы брюк. Ожидание. — Я… интересно, слышишь ли ты меня всё ещё, Чарли, — сказал Квакити. — Хех, я помню однажды… Помнишь? Когда я гнался за тобой всю-ю дорогу из Лас Невадас, потому что ты украл мою шапочку. Он от души посмеялся над этим воспоминанием. Оказывается, Чарли действительно любил вещи Квакити. Квакити вздохнул, печаль переполняла его. — Я… Хотел бы я лучше защищать тебя, — он научил Слайма всему, чтобы тот мог занять его место, если случится что-то плохое. Чарли не должен был быть тем, кто умрёт в тот день. И эта вина и ужас, сидеть там, в яме с лавой, обнимая человека, которого так сильно любил Квакити. Тот факт, что его кожа горела, его не беспокоил… Всё, что он чувствовал в тот день это боль. Как будто он потерял всё, на что когда-либо надеялся, оно просто погасло, как свет. Погасло, как маленькое пламя. Унесённое ветром, бризом, унося с собой всё. Но… было одно обстоятельство. В левой руке Квакити держал веточку, которая торчала из волос Чарли, когда он был здесь. Эта маленькая веточка была тем, что хранило последние крохи Чарли в сердце Квакити. Палочка была для него как пепел. Он всегда носил её с собой… И никогда бы не отдал её или не бросил, чтобы та стала частью природы. — Я уверен… Однажды… Ты вернешься, — сказал Квакити, обрывая фразу. — Я стараюсь избегать болот… Понимаешь? Вот где обычно находятся слаймы… Но в пещерах я никогда не убиваю слаймов, которых встречаю. Это потому что… Они напоминают мне тебя, Чарли. Квакити прерывисто вздохнул, глаза начали слезиться, и слёзы потекли по щекам. — О, если бы я мог вернуться, — сказал он, вытирая слезы, грозившие вот-вот политься. — Если бы только Пёрплд не был глуп и убил бы меня…

***

— Прошли годы, Квакити! Он, вероятно, не вернется, — сказал Фулиш, стоя над своим другом, который сидел у стойки бара, поперхнувшись очередным стаканом виски. — Ты не можешь продолжать так жить. — Я могу. Я уже делал это раньше, — сплюнул Квакити, наливая себе ещё один стакан виски. — До тебя. До Фанди. До Сэма. До Чарли. Фулиш встал, тишина заполнила комнату, прежде чем вздох её нарушил. — Сэм - твой отец, — сказал Фулиш. — Так, по-твоему, что он думает об этом? Квакити помолчал, делая глоток виски. — Его больше нет рядом. Он всё ещё пытается поймать Дрима, — сказал он. Прошли годы с тех пор, как этот идиот в неоново-зелёной маске сбежал. И всё это с помощью жирной свиньи. И кто-то не должен был умирать в тот день. Но они сделали это, не так ли? — Боже, ты такой трудный! — Фулиш фыркнул, скрестив руки на груди. Он развёл их, схватил тёплый стакан с виски и бросил его на пол. Стакан разбился вдребезги, и виски разлилось повсюду. Квакити вскочил со стула. — Убирайся к чёрту! — закричал он. — Хм? О, правда? — Фулиш рассмеялся. — Собираешься выгнать меня за то, что я попытался спасти тебя от твоих жалких ошибок… Он схватил бутылку виски, разбив её об пол. Квакити схватил Фулиша за рубашку, потянул его к двери и прижал к ней. — Убирайся, хватит, блять, тратить моё время! — вскричал он, вернулся к столу и сел. Фулиш остановился и открыл дверь. — Да. Может быть, мне стоит надеяться, что Дрим придёт, чтобы убить тебя. Мы все знаем, насколько ты бесполезен с тех пор, как умер Слайм, — сказал он, собираясь уходить. — Его зовут Чарли, — пробормотал Квакити, не оборачиваясь, чтобы оглянуться на золотого человека. Фулиш остановился, обернулся и посмотрел на Квакити. — Повтори ещё раз? — спросил он. — Его имя. Чарли, — прошипел Квакити сквозь зубы. — Ты назвал мёртвую слизь? — сказал Фулиш, нахмурив брови. — Он не мёртв, — сказал Квакити. — Я знаю, что это не так. — Квакити… Прошли годы… — начал Фулиш, но был резко оборван. — Он. Не. Мёртв! — завопил Квакити, поворачиваясь на своём красном кожаном кресле лицом к Фулишу. Он помолчал, вытирая слезы, которые начали капать. Затем его голова поникла. — Послушай. Я знаю, что он ушёл. Я знаю… Я знаю… Я, блять, знаю, что он мёртв! Фулиш вздрогнул, его глаза немного расширились. Его рот открылся, но ни слова не сорвалось с его губ. Поэтому он закрыл его, всем видом выражая сочувствие и печаль, когда он увидел, как Квакити обернулся, больше не смотря на него. — Просто… Пожалуйста, пожалуйста, просто перестань напоминать мне, — задыхаясь, выдавил Квакити, слёзы текли по его щекам. — Пожалуйста. Фулиш вздохнул, не сказав больше ни слова, прежде чем покинуть комнату, закрыв за собой дверь. И Квакити сел, уронив голову на руки и заплакав. Ничто больше не было прежним. Ничего не было хорошо без Чарли.

***

Облака плыли по голубому небу, закрывая солнце и всё счастье, которое оно приносило. Которое Квакити научился не понимать. Почему у людей яркий, сияющий шар пламени и лавы, который может убить их, ассоциируется с счастьем? Квакити присел у фонтана Лас Невадас. Так много всего произошло с того дня, как исчез Чарли. Дрима бросили обратно в тюрьму вместе с Техноблэйдом, Филзой и Ники за то, что они помогли ему сбежать. Тюрьма охранялась скальной породой, обработанной красным камнем. Томми всё ещё боролся с ПТСР… в то время как Ранбу возвращался к жизни. Если бы только то же самое могло случиться с Чарли. — Ох, если бы я мог вернуться… — прошептал Квакити, пристально смотря на Космическую Иглу. Прошло 10 лет с тех пор, как Чарли исчез. И когда Квакити вновь посмотрел на Иглу, он подумал про себя… Может быть, ему следует потерять свою последнюю стоящую жизнь для самого себя. Может быть, ему стоит прыгнуть. Переломать себе все кости и помучаться некоторое время, прежде чем умереть. Без Чарли ничто не имело значения. Квакити встал и направился к Игле, прежде чем услышал голос. Тот, который был таким знакомым. И, тяжело дыша, он быстро обернулся. Встретился взглядом с человеком, которого так хорошо знал. Чарли. — Квакити из Лас Невадас? — сказал Чарли, его кожа немного подтаяла, одежда слегка потрепалась, но улыбка всё ещё яркая, как всегда. — Я дома.