Diamonds and Rust

Если верить перехватам переговоров военных, канцлер отменил приказ о взрыве. Было тихо. Жемчужный дворец всё ещё был окружён чарами, и менвиты даже не подозревали, что около Эсари обосновались арзаки. Во дворце все были заняты делом. Нориа писал сценарий к своему выступлению на «Небе Эсари», Гелли занималась бывшими узниками СКК, Элар читал найденные в библиотеке книги Шеннари. Оказалось, его предки с менвитской въедливостью описывали свои способности. Может, они именно поэтому так часто женились на полукровках — чтобы уравновесить недостатки и достоинства обеих рас? Вечером десятого отряд таки связался с Озёрным краем. Мон-Со опять затеял какую-то авантюру и просил Ильсора по возможности собрать всех арзакских колдунов в одну команду не позднее двадцатого рао. Ильсор понятия не имел, как это сделать, но Дириэ на всякий случай вычислил координаты их логова. Старый выставочный центр, который почему-то не заинтересовал менвитов. Одиннадцатого Элар осторожно слетал туда на разведку. Тихое место, относительно удалённое от обитаемых локаций. Здание — мечта штурмовика: восемь входов, много окон, всё просматривается… Когда Элар рассказывал об этом, Ильсор, спросил: неужели он предлагает именно штурм? Идею поддержал Нориа. Его команда вполне могла с этим справиться. Однако их было десять против одиннадцати, да и цель была не избавиться от эсарийцев, а договориться с ними. Сион выкопал в подземелье замка астилловые наручники, предназначенные для удержания колдунов. Это было уже лучше — эсарийцев хотя бы можно будет нейтрализовать перед беседой. Пригодился бы ещё серебряный обруч, но он, похоже, достался Верховному вместе с Элли. План прорабатывали два дня. В основном этим занимался Элар, хотя ему кое в чём помогал Нориа. Основу позаимствовали у операции на базе СКК, однако сейчас ситуация сложилась совсем иная. Нужно было действовать так же скрытно и гуманно, но в спасении, теоретически, никто не нуждался, да и противник был опаснее. Оставалось надеяться, что не все одиннадцать умеют драться. Четырнадцатого рао, оставив Ирлена повествовать Рамерии об арзакских свадебных обычаях, Ильсор, Элар, Гелли и команда Нориа отправились к эсарийцам. Всех прочих колдунов оставили во дворце, да никто из них и не рвался в бой — приходили в себя после слома картины мира. Впрочем, Элар настоял на том, чтобы на вылазку взяли Хиа. Она была единственной девушкой среди волшебников (не считая Гелли), и Ильсора это очень беспокоило. Все кристаллы были заняты — Элли, Раминой, Лионой, Стеллой и Гелли. Если Хиа могла колдовать (а она могла в отличие от менвитских псевдоволшебниц), то кто-то из пятерых должен был умереть. Наименее горьким вариантом лично для Ильсора оказалась бы гибель Стеллы, но и её было жаль. А вообще, Элли скорее всего. Или Рамина, если он ошибся со своей теорией. Обман, по словам Ваэри, сработал не до конца — с древними проклятьями шутки плохи. — Не переживай, — сказал Элар, выслушав рассуждения Ильсора. — Мы уже доорались до обвала, когда только решили действовать. Первый камень скатился, как только мы вышли в путь к Изумрудному городу. Мы висим над пропастью, держась за края скал, а камни бьют нас по пальцам. Кто-то неминуемо сорвётся. Ильсор только сейчас понял, что инициатором всего произошедшего, включая перевороты, был на самом деле генерал Баан-Ну, без приказа которого никто бы в Изумрудный город не пошёл. Это виделось странным, но вполне в духе генерала — порушить всё к Хоо ради… ради чего вообще он это делал? — Элар, ты про то, что кто-то сорвётся, как Элар говорил или как Шеннари? — настороженно спросил Нилиро. — Как военный лётчик Эларес вит Шенвер. Это ведь простая логика войны — её без жертв не бывает. А уж если война освободительная… Мы не можем просто выделить группу врагов и уничтожить их. У них ведь тоже есть семьи… У Верховного есть сестра, которая помогала нам. Вчера она вышла замуж. У генерала Ши-Мая три месяца назад внук родился — он полковнику хвастался. А значит, у него есть ребёнок и жена, вероятно. А у Тин-Мора, который с нами, есть отец, ненавидящий арзаков. И что, шестому убить его? Голос гулко отдавался в огромном пустом зале. Элар и Ильсор шли к центральной лестнице вместе с Нилиро и Хиа, а остальные проникали тайком. Эсарийцы скрывались в тенях наверху, но если Элар продолжал говорить, значит, они слушали. — А если всех их?.. — начала Хиа, но оборвала сама себя, дёрнув коричневый локон, вылезший из хвоста. — Тогда мы будем хуже, чем они, — сказал Ильсор. Девушку в план не посвящали, но она всё равно задала нужный вопрос. — Мы, по крайней мере, в большинстве своём живы, — подхватил Нилиро. — Ну, простые арзаки. Колдунов убивают, но остальные-то живут, пусть и под гипнозом. – Разве это не хуже смерти? — не выдержал кто-то из эсарийцев. — Гипноз прерываем, а вот смерть окончательна, — заметил Ильсор и обратился к эсарийцам: — У нас действительно есть план, как спасти арзаков без кровопролития. Давайте объединимся и спасём наш народ. Если вы считаете меня самозванцем, я уйду, как только арзаки будут свободны, и обязуюсь ничем вам не мешать. — Лучше уйди сейчас, — потребовал Тейлан. — Мы будем действовать так, как считаем нужным. — Но ведь он прав, — возразил Миэль. — Наша цель — освободить арзаков, а не избавиться от менвитов. Второе всегда было… сопутствующим, разве нет? — Миэль-Миэль, — укоризненно вздохнул Тейлан. — Чтобы мы могли построить новый мир, необходимо разрушить старый. Абатир! Третий колдун, использующий словоформы. Ланат мог делать это из-за кристаллов. Неужели Миэль и Тейлан — тоже?.. По залу пронёсся уже знакомый искажённый вой. Только теперь — в два голоса и немного ниже. Хоо, ну почему?! — Ложись! — крикнул Элар. Вовремя. Над упавшими промелькнули две шаровые молнии, красная и зелёная. Вслед за ними откуда-то сверху спрыгнули две тёмные изломанные фигуры со светящимися глазами. У одной их было три, как и у Ваэри, а у второй — два, правый и верхний. Красный и зелёный. У колдунов тоже есть световая дифференциация, значит… Ильсор повернулся к красной фигуре. Не думать, не уходить в расчёты. Просто схватить и обезвредить. — Вы продержитесь вдвоём до подхода Нориа? — еле слышно осведомился Элар. — Мы с Хиа поищем кристалл. — Шурши отсюда, — ответил Нилиро, примериваясь к торчащему из стены куску арматуры. Капитан кивнул на дверь под лестницей, и под следующую молнию они с Хиа нырнули туда. Ильсор увернулся от трещащего красного шара и всмотрелся в фигуру. Опознать в ней человека было проблематично, а вот белую нить управления колдун увидел. Как её порвать? На пятиминутный щит его одного не хватит — в прошлый раз впятером еле удержали. Ответная молния! Серебряная вспышка ослепила всех вокруг, и Ильсор, не успевший закрыть глаза, на миг оказался в мире атомов. Ему почудилось, что прямо перед ним рванула сверхновая. Не успел… А кто бы успел? Скорость света явно превосходит скорость, с которой приказ опустить веки дойдёт от мозга до глаза. Это не считая долей секунды на осознание. Преступно много, когда имеешь дело со светом. Из-за раздумий Ильсор пропустил очередную молнию и впаялся спиной в стену. Ну, хоть не в летающую арматурину, которой Нилиро отмахивался от Ланата. Свет, свет, свет… Ильсор хотел заставить «Диавону» летать гораздо быстрее, но ни один двигатель не смог бы выйти за очерченный физикой предел. А магия смогла бы? На пол! Кажется, лицо разбито, но зато молния прошла мимо. Получается, в состоянии куклы арсенал заклятий ограничен? А то помнил Ильсор это ранвишево «Кебрантар» с ядовитым облаком… Ещё одна красная молния. Удалось уйти перекатом… в угол! Да Хоо же! Итак, скорость света. Не выпустить молнию, а стать молнией. И-и-и… Виски пробила вспышка боли. Мир затрещал и стал немного размытым. А ещё — крайне медленным. Не как падающая капля битума, но весьма ощутимо. Получилось? Видимо, да. Ильсор, конечно, не стал молнией в прямом смысле — он всё ещё стоял на своих ногах; но… Но. Так, первым делом: кто где? Эсарийцы стоят наверху и смотрят. Нилиро загнан в другой угол. Ланат торжествует. Миэль запускает новую молнию. Тейлана нет. Элар! Нужно сказать Элару! «Не ори. Я слышу». Что? Услышал?! «Не задерживайся здесь надолго, иначе без колдуньи не выберешься». Интересно, долго — это сколько и в чьём измерении? Так, ладно. Пока есть возможность действовать, надо действовать. Ильсор на пробу шагнул в сторону. Миэль и молния не отреагировали. Что ж, можно попробовать обезвредить… Нет. Ставить эксперимент над братом нельзя категорически. Прости, Ланат, но выбор очевиден. Кристаллы… Гелли заранее вручила каждому в отряде по скальпелю. Ильсор оказался возле зелёной фигуры, разорвал нить мелкой — высокоточной — молнией и резким движением рассёк кристалл на лбу. Затем дёрнул Нилиро в сторону и вернулся в свой угол. Выйти из молнии. Мир ускорился так стремительно, что зарябило в глазах. Над головой пронеслась красная молния. Кристалл взорвался сотней осколков. Ланат в человеческом виде упал навзничь. Брызнула кровь. Нилиро отлетел к стене и ошалело затряс головой. Наверху заорали. Выделялся командный голос Нориа. Эсарийцы, считай, были нейтрализованы, но Миэль… Миэль, к счастью, не спешил, и Ильсор успел услышать сообщение Нилиро: Ланат мёртв. Хоо, и как теперь спасти Миэля? Да ещё так, чтобы не погибнуть в процессе? Красные молнии засверкали с удвоенной частотой. Они ранили кого-то наверху. Ш-ш-ш!.. — Нориа, сферу на нижний зал! — крикнул Нилиро. Старик разразился бранью, шмякнул кого-то башкой о стену и швырнул нужные чары Нилиро. Тот окружил Миэля щитом, и Ильсор, снова уйдя в молнии, в последний момент проскользнул между смыкающимся полем. Итак, что делать? Нить уже разорвана сферой. Что Ильсор сделал не так в прошлый раз? Начал не оттуда? Возможно. Он, можно сказать, взорвал блок питания звездолёта вместо того, чтобы аккуратно заменить перегоревшие диоды в рубке. Гелли начинала с ног потому, что боялась необратимых повреждений. Но что, если так и надо делать? Ильсор пригляделся. Кристаллов не видно. Стоп, а почему Миэль не меняет облик? Ваэри и Ланат вернулись в человеческую форму после разрыва нити… Ну, Тейлан, сволочь! Что ты с ним сделал?! Новая молния. Медленная. На щите появились точки будущих трещин. «Элар, не поможешь найти кристаллы?» «Я тут немного занят… Середина голени, предплечья, грудной кле…» Кажется, Ильсор отвлёк капитана в крайне неподходящий момент. Ладно. Итак, середина. Гелли начала с ног. Тыкать ножом родного брата — самое ужасное, чем Ильсору когда-либо приходилось заниматься. Но надо. Он успел вырезать четыре из шести кристаллов, когда почувствовал, что мир ускоряется. Видимо, у состояния молнии есть предел. Быстрее! Кристалл на груди. Руки дрожали то ли от страха за брата, то ли от усталости. Кристалл выпал и разбился где-то внизу. Мир вернулся к нормальной скорости. Затрещала совсем рядом красная молния. — Не надо, Эли, — тихо заговорил Ильсор, вслушиваясь в стоны ломающейся сферы. — Тише, братишка. Мы уже достаточно друг друга потрепали. Дай мне тебе помочь. Почти победа: Миэль вернулся в человеческий вид, лишь глаза оставались красными от зрачка до белка. Молния исчезла. Успокоился? — Вот и хорошо, котёнок. Закрой глаза — так лучше будет. Ильсор надеялся, что до этого момента Миэль не видел скальпеля. Предстояло самое сложное — вытащить кристалл из головы. К счастью, он держался неплотно — был вставлен не раньше десятого рао и не успел как следует вживиться. Буквально шестнадцать секунд — и всё. Миэль осел на пол. Ильсор еле поймал его и, отбросив скальпель прочь, прижал к себе. Брата слегка потряхивало не то от ужаса, не то от холода. Ильсор гладил его по спине и бормотал какую-то успокаивающую чепуху, пока Миэль не замер, опустив голову ему на плечо. Сфера исчезла, и вокруг тут же стало многолюдно. Если они закончили драться и подошли сюда, то сколько времени прошло? — Мы пришли к компромиссу, — заявил Нориа. — Элар нам чудесную новость принёс. — К нам вертолёт-разведчик летит! — вскрикнул кто-то. — Мы приплыли на катере, — сказал Нориа. — Ходу отсюда. Ланата — к рыбе. — Ардер! — скомандовала Гелли. Пахнуло жаром. — Или так, — согласился старик. Элар поднял Миэля на руки, и все колдуны направились вниз по берегу. Эсарийцы забрали только рюкзаки с личными вещами — кажется, им было не впервой менять место обитания. По пути Элар рассказал, что Хиа почти без его помощи нашла кристаллы. Их оказалось два. Красный и розовый. Сама девушка заявила, что второй показался ей вкуснее. Увы, почти сразу же Элара и Хиа заметил Тейлан. Он повалял их по коридорам, но сбежал от Гелли, явившейся на помощь. Кристаллы Тейлан забрал. Когда рассказ завершился, Элар достал из складок шарфа старый пластиковый снимок с поцарапанными уголками. На нём пили кофе и улыбались три человека: Тейлан, Гван-Ло и Лин-Фай.

***

Тейлан не просто разозлился, когда узнал про план Миэля. Он заявил, что тот человек никак не может быть Ильсором, и запретил даже пытаться связываться с ним. Раз уж этот прохиндей даже Верховного заставил поверить, что является именно Ильсором Олири, то он по определению опасен. Следующие сутки прошли для Миэля как в тумане — верный признак выгорания. Жутко болела голова. Четырнадцатого Ильсор пришёл сам. Уж теперь-то они смогут поговорить! Но… Опять подкрался туман. На этот раз болело всё тело, словно осколки кристаллов воспалились. Голову буквально разрывало на части, а впереди маячила цель, которую нужно уничтожить любой ценой. Однако цель исчезла. Зато по залу заметался неясный серебряный силуэт, нечто среднее между человеком и молнией. Миэль хотел догнать его, но не мог. А потом кристаллы стало рвать из тела. Больно. Хватит! Хватит!!! Снова эта молния! Цель… Убить… — Не надо, Эли. Тише, братишка. Арзакский… Даже эсарийцы общались между собой на менвитском. Якобы чтобы не выдать себя, случайно сболтнув что-нибудь при менвитах. А тут… Миэль увидел прямо перед собой Ильсора с разодранной щекой и серой пылью в волосах. — Вот и хорошо, котёнок. Закрой глаза — так лучше будет. Котёнок… Так его только старшие братья звали. Всё-таки это действительно Сори… …Когда Миэль открыл глаза, оказалось, что вокруг не зал склада и даже не его комната. Ну, то есть комната-то его… Их, общая с братьями. Почему-то в гостях у бабушки они предпочитали спать в одной комнате, хоть это и был дворец. Светло-зелёные стены, тонкий рисунок из колосьев. Большое окно с плотными тёмными шторами. Пушистый ковёр, целиком занятый Тамши. Собака подняла голову и, встретившись с Миэлем взглядом, мгновенно оказалась на кровати. — Она от тебя ни на минуту не отходила, — улыбнулся Ильсор, сев на край постели. — Мне удалось лишь убедить её не спать у тебя под боком. — Да-а, пожалуй, теперь нам вдвоём здесь тесновато будет, — фыркнул Миэль, потрепав Тамши за ухом. — Ну и гриву ты отрастила, подруга! Длиннее, чем у арса! — Как ты? — спросил Ильсор, по давней привычке взяв Миэля за руку. — Как будто нормально. Только душно. — Сейчас. Ильсор поправил одеяло и подошёл к окну. Сунулся за шторы и открыл форточку. Похоже, он не хотел, чтобы Миэль это заметил, но снаружи по небу плыли тяжёлые багровые тучи. — Что это, Сори? — Ничего… хорошего. Выздоравливай скорее, котёнок, а потом я тебе обязательно всё расскажу. Миэль улыбнулся: в детстве эта фраза могла разогнать любые, даже самые жуткие страхи. Жаль только, что они больше не дети…