Океан под стеклом
1 декабря 2021 г., 22:14
Чуя прижимается к телу Осаму и недовольно морщит носик, фыркая как ёжик.
— Чу? Ты чего? — шатен обнял его одной рукой, другой удерживая свое пальто.
В ответ парень лишь сильнее прижался, молча продолжая дуться как мышь на крупу.
— Я понял, — Осаму улыбнулся и кинул пальто на стул. — Иди сюда.
Дазай подхватил рыжего на руки, а Чуя как маленький ребёнок схватился за парня, прижимая ноги к его телу. Такой обиженный и молчаливый рыжик выглядит настолько мило, что сахар в крови поднимается. Дазай посадил его на стол, чтобы он был на уровне глаз и посмотрел на красное личико Чуи. Он погладил пальцем его щёку и с тёплой улыбкой глядя в его глаза.
— Малыш, что ты такой расстроенный? — спросил шатен.
Чуя чуть опустил голову и ещё больше стушевался. — Я соскучился… Имею право!
Бывает у рыжего так, что любовь к Осаму выводит из равновесия и доводит до дрожи в руках от желания прижаться к нему. Точно также же и сейчас: Чуя занимался своими делами, но в какой-то момент до безобразия сильно хотел поцеловать Осаму и просто чувствовать его запах; снова понимать, что он рядом. Это и есть любовь —ощущение присутствия. А ещё это так резкий приступ головной боли из-за чего тебе просто необходимо принять лекарство. В случае Чуи, лекарство —это присутствие Осаму рядом. И ему больше ничего не нужно. Достаточно лишь посмотреть в его нахальные глаза и понять, что это и есть дом.
Дазай поцеловал рыжего с улыбкой, из-за чего у Чуи словно снова крышу сорвало. Он начал целовать его быстрее, горячее и в разных местах лица, включая и шею. Шатен смеялся от этой жажды рыжего и гладил его по волосам, пока парень буквально жадно зацеловывал его. Иногда Осаму кажется, что Чуя маленький рыжий маньяк, хотя это выглядит невообразимо мило.
— Погоди, погоди, — шатен остановил его и взял за руки. — Ты же помнишь, что мы хотели в океанариум пойти?
Чуя хлопал глазами, будто что-то вспоминая. Ему больше интересно почему поход в океанариум имеет право отрывать его от процесса покрытия поцелуями лица Осаму? Возмутительно! Но это новый шанс затащить шатена в какое-нибудь уединённое местечко.
— Помню, — наконец отозвался рыжий.
— Тогда собирайся.
— Прямо сейчас?!
— Ну, да. Нам ещё с Огаем и Элис нужно встретиться, — ответил Дазай и пошёл в комнату. — Поэтому начинай собирать свою ахуительную рыжую попку и выходим!
Чуя фыркнул и спрыгнув со стола пошёл собираться. Осаму как никогда умеет поддеть тему и заставить рыжего скрутить губы в недовольные формы. Но это чаще всего подогревает его на интерес, чтобы потом тоже состроить из себя некую капризную мадам. Через минут 10 рыжий уже собрался и натянув на голову шляпу, игриво щёлкнул по её краю с самодовольной улыбкой. И снова перед ним в зеркале стоит само очарование. И это очарование собирается сразить на повал самого Дазая Осаму. Вспомнив его слова Чуя повернулся боком и посмотрел на свою вышеупомянутую ахуительную попку, полностью согласившись со словами шатена.
Дазай ещё какое-то время возился в ванной. Было слышно шум воды. Он или моется или умываться. Но если он залез в ванную и сидит намывается, то Чуя скорее всего его утопит. Хотя вряд ли Дазай будет против. С полной уверенностью на то, что рыжий сейчас будет гавкать, он зашёл в ванную и заметил стоящего над раковиной шатена. Он аккуратно расчесывал волосы и иногда мочил расческу под струёй воды. Чуя кажется забыл о том, что у парня часто электризуются волосы, особенно если он носит свитер. Рыжий умилительно усмехнулся и подошёл к парню, обнимая его со спины.
— Я готов.
— Я почт-и-и-и, — сосредоточенно тянул Осаму, проводя расчёской по последней непослушной пряди.
Накахара с хитрой ухмылкой потянулся руками куда-то ниже пояса парня и быстро проник рукой под брюки шатена. Тот шумно выдохнул, чуть не задохнувшись и едва не выронил расческу, уперевшись руками в раковину. Резко загорелись уши, а волосы, кажется, снова встали дыбом. Рыжий играет с огнём и сам это прекрасно понимает. Дазай нервно посмеялся и упорно сдерживая себя повернулся к Чуе. Он заметил, как самопохвально улыбается парень и шевелит рукой в стиснутых ремнём брюках Осаму. Шатен и не знает, что сказать, потому что им нужно выходить, а рыжий заигрывает так, будто у них вся ночь впереди. Но такое вполне возможно после океанариума, когда Осаму будет наказывать рыжую ехидину за его ловкие ручки.
— Чуя нам… — начал шатен, но больше не смог выговорить ни слова как из его груди вырвался стон. Он практически упал на плечо рыжего заливаясь краской ещё больше. — Нам нужно выходить…
Чуе безумно смешно от того, как смущается и постанывает парень, пока он ловко работает ручкой в его брюках. В такой момент он чувствует себя выше. Не в плане роста. В плане того, что он будто взял в свои руки контроль над Осаму. По сути так и есть, ведь он взял в руки кое-что покруче. Чуя рассмеялся громче и тем самым заставил Осаму в недоумении скосить брови. Ему смешно от того, что шатену сейчас слишком хорошо, что даже ноги не слушаются? Неудивительно. Он может так разогреть такую обстановку до красна и бросить. Потом убегать и смеяться, а ночью плакать от удовольствия и боли в связанных конечностях.
Чёрт, если рыжий сейчас не прекратит то, во-первых, Дазай кончит себе в трусы, и они точно никуда не пойдут, а во-вторых ахуительной рыжей попке точно не поздоровится.
Чуя посмеивался и наконец вынул руку из его брюк, после Осаму смог расслабленно вдохнуть. Он хотел было что-то сказать рыжему, но что-то дыхание всё ещё перехватывало. Чуя на позитиве вышел из ванной, оставив шатена краснеть дальше и чувствовать чёртово возбуждение. Маленький рыжий чёрт… Этой ночью ему точно не поздоровится.
***
Всё остальное время Дазай ходил и поглядывал на довольную рыжую морду, задумываясь о том, всё ли они такие хитрые? Всё это семейство рыжих-бесстыжих… На самом деле очень необычно видеть, как искренне и без выкрутасов Чуя ведёт себя сейчас. Выделенный выходной день и такая серьёзная организация как Портовая-вашу-мать-мафия пошла в океанариум. Чудно. Действительно чудно видеть их в обычной одежде и с самым обычным настроением; приветливыми улыбками. Огай выглядит как образец хорошего отца и с довольной улыбкой идёт впереди всех, пока вокруг бегает Элис с мягкой игрушкой в руках и шляпой Накахары на голове. Она ласково звала его «дядя Чуя» и в такие моменты была особенно близка к нему. За всем этим наблюдал идущий позади всех Дазай. Он чаще смотрел на рыжего и искренне не понимал почему Чуя не может быть таким же каждый день. Конечно он и в обычные дни тот ещё кадр, но сейчас это что-то нереальное. Он такой чувственный и обычный; общительный и более не вспыльчивый. И знаете… Восторженные крики Элис о больших красивых рыбках ни за что в жизни не сравнятся с любопытным взглядом и открытым ртом Чуи, уперевшегося носом в стекло. Он смотрел на проплывающую мимо большую рыбу и обеими ладонями прикоснулся к стеклу. — Нихера себе… — восхищался он и следил глазами за рыбой. — Красивая… Дазай остановился рядом и посмотрел на этот уходящий в самый потолок аквариум. Его размеры действительно завораживают и сводят с ума. Количество рыб тоже заводит ум за разум, особенно когда попадаются какие-то цветные, расписные и прочие. Этот коридор по которому они шли был полностью окружён аквариумом, и эти рыбки проплывали даже над головой. — Смотри, — Осаму пальцем показал на выплывающую откуда-то сбоку акулу. Она была довольно большой и такой красивой, будто не настоящая. Чуя прислонился спиной к телу шатена, а тот снова использовал голову рыжего как подставку. Они наблюдали за тем, как медленно, будто демонстративно проплывает мимо акула. — Ты знаешь, что за вид? — тихо и расслаблено спросил Чуя. — Акулы? Нет, но скорее всего… — шатен пытался вспомнить хоть какое-нибудь название, но ихтиология явно не его. — Не помню. Дазай усмехнулся и уткнулся носом в рыжую макушку. Он повернул голову в сторону Огая и Элис заметив, как мужчина кинул ему то-ли одобрительный взгляд, то ли просто подмигнул. Это выглядело так, будто отец гордится за своего сына, но ха-ха, если бы… Мори просто знает об этих двоих более чем достаточно, поэтому всегда понимает похожие ситуации. Дазай обнимал рыжего и смотрел как Огай вместе с блондинкой уходит куда-то в другой отсек. Теперь они вдвоём под толщей воды, что разделяет стекло. Им отключают внешний мир, отсоединяют провода и наконец уходит городская суета. Проще Осаму перестать перечитывать ту книгу, нежели отказаться от такого момента. Ведь это бывает так редко. Накахара не всегда ведёт себя так тихо и спокойно; Дазай не всегда хочет покончить с собой. Конечно это грубо сказано, а вы сами попробуйте жить с рыжим и хоть когда-то улавливать тонкие моменты тишины и дни, когда Осаму не нужно вытаскивать из петли. Дазай уткнулся губами в рыжую макушку, после чего Чуя повернулся к нему с всё той же игривой улыбкой. — Знаешь, Дазай, — уверенно начал рыжий и слегка щёлкнул пальцем по рубашке парня. Затем он выдержал некую паузу и снова поднял на него глаза: — Я буду любить тебя как будто у меня амнезия. А Дазай, в таком случае, спрячет все лекарства, уничтожит всех врачей и спрячет их двоих от мира, чтобы он не смог её вылечить. Сейчас шатен не свяжет и двух слов, потому что за какие заслуги, чёрт возьми ему досталась эта рыжая поэтесса? Так красиво говорит, что не свойственно ему, как и тишина. Чуя смотрел на шатена ещё не долго. Его роста всегда хватало, чтобы схватить Осаму за волосы и притянуть к себе, заключая в тёплый, нежный поцелуй. И даже сквозь него он умудрялся смеяться безо всяких масок; нежиться к шатену, обнимая его шею руками. Дазай разрывается между осознанием своей ошибки в слишком редких словах о любви и полной противоположности Чуи, когда он влюблён. Теперь словно тихое горное озеро, чьи воды под безмятежной поверхностью стремительно несутся к водопаду.
