Дымка

Проводя пером по бумаге, раздавался неприятный звук: я писал свою предсмертную записку. Почему же так все сложилось? Наверно лучше начать с детства...

***

Мне раньше очень нравилось проводить время со своим младшим братиком. Один же день изменил все. — Подойди ко мне сегодня вечером. — сказал мне отец. На что я кивнул и помчался к брату, чтобы поиграть, но его не оказалось в своей комнате. Мне пришлось спрашивать у служанок не видели младшего, и одна из них сообщила: «Господина на неделю отправили в Москву», – удивившись этому. У меня возник вопрос: зачем отец отправил туда брата? Я частично понял, когда пришёл в этот же вечер ко мне Империя. Это было странно, так как он никогда ко мне не заходил в комнату. Но как только по моей спальне разразился запах спирта, я понял — он был под аффектом алкоголя. Мне стало немного страшно, что со мной сделают, ведь папа никогда не пил при нас. Высокий мужчина медленно подошёл ко мне, и рядом сёл. В отличие от трезвого состояния, РИ всегда был холоден на чувства, пьяный он стал чутким, мягким и нежным, такой отец мне нравился. Старший начал гладить по голове, а после аккуратно взял за подбородок. Расстояние становилось все меньше и меньше, в конце концов я чувствовал чужое дыхание на своих губах. Империя немного помедлил, но не остановился и впился в губы. И его язык начал блуждать по моему рту. Меня окатила приятная волна, когда он им провёл по нëбу. Мне хотелось большего, но чего я не знал. Хорошо, что мой первый раз прошёл нежно, в отличие от последующих, ведь папа больше не пил – я бился, кусался, вырывался, было очень больно, и все мои попытки отказаться от этого были пресечены. Но такие же отношения нормальны?

***

Когда мы играли с братиком, я решил его поцеловать в губы, считая нормальным такое, отец же делал также. Младший не одобрил, укусив мой язык, оттолкнув меня подальше от себя. Я испугался, упав на землю. — Ты что творишь? Хочешь сделать меня из этих? Я думал ты... — не смог закончить слов, мой брат развернулся на 180 градусов, и убежал, чуть ли не плача. Разве это не нормально? Оставшись один лежащий на грязной земле, размышлял что нормально, и что таким не является.

***

Без стука, резко отворив дверь, я вошёл в кабинет отца. — Почему я должен быть твоей игрушкой для секса? — злостно прокричал, скрестив руки. Мои слова Империя проигнорил, продолжая все дальше читать книгу. — Отец ответь. Почему ты так поступаешь со мной? Это же не нормально между отцом и сыном, даже просто между парнями. — горько произнёс слова и подошёл ближе. — А, ты не знаешь? — обратив взор на меня, он продолжал монотонно говорить, — Ты мне не родной сын. — Вздрогнув, после произнесенной в конце фразы, я весь задрожал от скопившихся эмоций. — А мой брат? — отводя вверх взгляд от сидящей страны, мне пришлось держаться, чтобы не заплакать. — У вас одна мать, а отец разный. — продолжил читать книгу Российская Империя, безразлично относившись к сложившейся ситуации. — Значит он твой единственный родной сын? — горько пролепетал я. — Да. — сухо ответил монархист. — Я больше не буду с тобой заниматься этим. — дрожащим голосом закончил разговор, развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью, направляясь по длинным коридорам к своей комнате. Ещё чуть-чуть и мои слезы могут течь. Хлопок, щелчок – дверь закрыта. Я уже тут, в том месте, где смогу быть в полном одиночестве. Скатившись у дверцы на пол, обнимая себя, моё тело дрожало, а из глаз капали слезы. Я не могу жить спокойной жизнью человека, но и страной не могу стать. Официально же я сын страны, и в итоге стану недосоперником для брата. Моя мама являлась обычным человеком, а участь лежать в гробу, настигла после вторых родов, на которых появился единственный наследник Российской Империи, а кто же настоящий отец я не знал. Только один родной остался мне человек – единоутробный брат, который меня избегает, после того случая. Нет никого кто мне поможет. Все это из-за Российской Империи, который помимо всего выше перечисленного меня использовал, как девушку лёгкого поведения, ну или если проще сказать — шлюху. Несправедливо. В этот же момент, прикрытые занавески скрывали, там находящуюся Луну, какую мне не было известно. Пока я тихо ревел, в моей комнате поднялся сильный ветер. Пришлось через силу встать и закрыть сквозняк. Распахнув шторы, блеклый свет отразился в глазах, которые устремились искать открытое окно, но как не старался, такового не оказалось: все закрыто наглухо. Чёрный туман начал сзади меня окутывать, испугавшись, я обернулся, отойдя, впритык до подоконника. От страха перед неизвестным мне пришлось зажмуриться. — Не бойся, я тебе помогу — раздалась по спальне монотонная речь молодого юноши, которая заставила открыть глаза. Напротив, меня стояла страна — узнал из-за флага на руке. Без освещения было трудно разглядеть, что там изображено, но яро выделялся серп и молот верхнем углу, а также синяя полоса. — Я Российская Федерация, могу исполнить любую твою просьбу, взамен, если ты также исполнишь мою. — черная дымка витала в воздухе, а юноше на это было безразлично. С недоверием я отнёсся к посторонней стране, но решил все же сказать. — Помогите убить Российскую империю — я взглянул исподлобья, изучая реакцию, возможно спасителя, на мои слова – лицо его оставалось без эмоциональным. —Хорошо я тебе помогу — ровным тоном он произнёс, потирая шею. Как только страна убрала руку, на том участке тела можно было заметить кровоточащий засос. —А ваша просьба? — неуверенно я задал вопрос, смотря на ранку. — Через 11 лет я прибуду, сюда, только гораздо младше. Твоя задача разъединять меня с твоим младшим братом. — со злостью проговорил он, увидев на что я смотрел, и прикрыл этот след на шее. Кивнул, ожидая какое следующее действие предпримет государство, при этом пытался понять, как он может знать все на перед. — Пока что рекомендую аккуратно сближаться с РИ, выведывая его слабости, до моего прибытия сюда. — холодно произнося, он что-то начал искать в сумке. Хотел я уже выговорить: «не могу исполнить это», – но дымка окутала его, и РФ пропал. Нет, я не буду сближаться с Российской Империи.

***

Странно, месяц прошёл, а с "отцом" мы никак не пересекались. Неужели Империя меня послушался, и больше ко мне не притронется? Вроде я должен счастлив от этого? Но больше беспокоило меня чувство разочарования в себе. Был уже вечер, надоев находится в своей комнате, я решил прогуляться до кухни, чтобы перекусить. Пустота. Чего же мне не хватает? Может заботящихся и любящих родителей? Грустно смотрел вниз, рассуждая, не спеша шёл по одному из знакомых коридоров, повернув за угол, во вдалеке должна находится точка назначения. Тяжело вздохнув, я поднял взгляд. Но сделать ещё один шаг не осмелился, из-за Российской Империи, который шел в мою сторону. Остановившись, я начал изучать аристократичную фигуру, которая даже не обращает на меня внимание. — Российская Империя, извините меня, я повёл тогда с вами дурно. — преклонился перед проходящим мимо меня страной, которая безразлично смотрела на все, уже собираясь уйти ещё дальше. Но я схватил рукав, тем самым задержал его. — Можете со мной хоть что угодно делать, пожалуйста. — склонил голову и отпустил рукав, слушая отделяющие шаги. Что же делать? Я на все готов, только для того чтобы ты уделил чуточку внимания, хоть не являюсь твоим сыном, но я хочу любви и ласки родителей. Так остался один стоять, только через некоторое время очнулся, не попав на кухню, я ушёл к себе. Через неделю Стукнув несколько раз по двери, я ждал, когда мне позволят войти, услышав разрешение, мне пришлось зайти в кабинет. Сглотнув, я с опущенной головой, дошёл до середины кабинета, боясь сделать хоть ещё один шаг. — Значит ты на все готов? — обратил внимание на меня Империя, из-за чего моё сердце забилось, а я смущённо отвёл глаза. — Да. — неуверенно проговорил. — Почему? — бесстрастно спросила страна. — Что? — не понимал вопроса. — С какой целью ты хочешь ко мне приблизиться? — уточнил он. — Я просто хочу выжить в этом мире. — грустно проговорил. — Понятно. У тебя есть одно задание, как выполнишь его, я подумаю прощать ли тебя. — прожигал он во мне взгляд, отчего вздрагивал после каждого его слова, боясь, как жертва перед хищником, — Ты должен остановиться революцию — —Хорошо. — десятилетний ответил я, ломая голову: как мне обычному мальчишке, не имеющего ничего, выполнить невозможное?

***

1907 год. Июнь. —Я знал, что у тебя ничего не получиться. Слава богу, революция закончилась. — молчал, смирившись, выслушивал все от РИ, — Так уж быть, я прощу тебя — страна поднялась со стула, и начала подходить ко мне, а я задержал дыхание от ожидания. И опять оказался в постели, все как в прошлые разы — больно и не приятно. Но главное что на меня обращают внимание.

1914 год.

Давно остывший пролитый чай на столе, которым никого не интересовался. Смотря на губы рядом лежащего человека со мной на кровати, моя грудная клетка, то поднималась, то опускалась. Мне захотелось задать вопрос, который долго мучал меня. — Какой была моя мама? — осмелился сказать я, пытаясь все ещё отдышаться. — Ты копия её — тяжело вздыхая, проговорил он. Молчание. Любопытно, он спит со мной лишь потому что похож на неё? Я пытался вспомнить маму, но ничего не выходило. Смысл в этом какой? Поэтому отбросил эту тему для разговора. И решил спросить по лучше про события нынешнего времени. — Не боишься проиграть в этой войне? Или вдруг подошлют кого-нибудь и убьют. Я же беспокоюсь, вы как люди. — первую появившуюся мысль вывалил вслух, чтобы не слышать эту раздражающую тишину. — В последнем ты не прав, мы отличаемся от людей. — Тем что вы можете прожить в два или три раза больше? — усмехнулся я и задал вопрос. — Не только. Сейчас покажу. — привстал с постели Империя. Щёлкнув руками, в воздухе появилась колода карт. Удивившись такому, я дальше наблюдал за действиями Империи, который раздумывал над чем-то. — Нууу, не томи — положил на его грудь руку, и начал медленно спускаться, доведя почти до низа живота, карты исчезли, а он остановил мою руку, дальше взялся за мою талию, притянул и заключил в очередной французский поцелуй. Воздух закончился, и пока я глотал заветный воздух в лёгкие, РИ продолжил. — Страны отличаются тем что имеют некие предметы, которые они тщательно стараются скрыть от других государств. Вот у меня имеются карты, которые предсказывают будущее. — удивился этим словам, а после я вспомнил того юношу, страну из будущего. Значит он тоже имеет этот предмет? — А как он у тебя появился? — взглянул исподлобья, ожидая ответ. — Я не обязан это тебе говорит. — жёстко ответил он, после чего мы опять слились в очередном поцелуе. Так тянулись тихо дни мои: высшее общество влияло на меня дурно, ведь я становился таким же лицемерным, а того боязливого мальчика теперь не существовало, как и человека, который осмелиться пойти против действий Империи. Вскоре появился РФ, перед Новым годом, я выполнял указания юноши из будущего, также моё решение по убийству Российской Империи сходило на нет. Так как мне не хотелось-бы терять его. Скорее наоборот, еще больше проводить времени вместе.

Но мы однажды проснёмся нигде - Среди мёртвых идей, мёртвых людей

***

«Встретимся позже» – вот что мне ответил юноша из будущего, оставив одного в шкафу. У меня только остался один шанс, спасти РИ, ведь без него я не смогу жить. Чтобы не чувствовал к нему. Ожидал недолго, некоторые люди притащили бывшую Империю, а после появился мой брат. Отпустив своих товарищей, он ликовал, ведь главный ненавистный объект единственного наследника, связанный, стоит на коленях, перед ним. Глаза Империи смотрели сквозь Союза, а голова чуть наклонена назад, с приподнятым подбородком, стараясь показывать остатки своей гордости, хотя с большим количеством ран, выглядело смешно. Вот все что я смог увидеть через щёлку в дверце шкафа. —Хоть тебя пытался спасти брат, но нельзя существовать стране, которая покинула власть. — громко раздался голос страны. — ... — Хорошо, что я не имею не каких к тебе тёплых чувств ни к тебе, ни к твоему любимому отпрыску. Взгляд Монархиста прояснился, выйдя из тумана, и был теперь направлен в очи моего брата. — Все молчишь. Скажи правду, я не родной тебе сын? Поэтому ты так вот со мной? — злостно прокричала страна, а я прикрыл рукой свой рот, это заявление меня разозлило. Я завидовал брату. — Наоборот. — не закончив свою речь, Союз перебил возмутившись. —Что наоборот? Почему ты не можешь всë нормально объяснить по-русски. А, забыл, ты же наверно его уже не помнишь, пока подражал Франции? — долгая пауза, а потом младший продолжил — Я вас презираю, ваш образ жизни и даже буду рад, что я не твой сын — на эти слова моя зависть вспыхнула, ярким огнём, ведь хотел бы быть я родным сыном, как он. —Послушай меня, пожалуйста, не перебивая. Ты мой родной сын, а вот твой брат - единоутробный. — сжав кулак, дальше я подслушивал разговор стран. — У нас с ним одна мать, а по твоим утверждениям я твой сын, тогда кто его отец? — возмутился союз, наставляя пушку на монархиста. — Ей пришлось родить, хотя её изнасиловали, ведь аборт я ей не позволил сделать. Насильника так не мог найти — понятно так мой отец насильник. —Тогда как он является твоим правопреемником? Ну же ответь, отец. Зачем ты спал с ним? — мои глаза расширились от страха. Неужели он видел все это? Стыд, гнев, смущение — перемешались. — Ты единственный можешь владеть территориями. А то что между нами было, является ошибкой. — конечно, я главная ошибка природы. Голова вскипела от кучи чувств, и не нашёл я лучше всего выстрелить в РИ. Приоткрыв побольше дверцу, выглянул и наставил ствол. Переволновавшись, я попал в руку, стоящей на коленях стране. А Союзу пришлось защищать своего отца, ведь у него ещё было несколько вопросов. Атаковав первым, я быстро вырубил брата, повезло что людей он выгнал отсюда. Медленными шагами, приближался к бывшей стране. Действовал я на горячую голову, из-за того что мной руководили чувства. Мне стало противно от самого себя, который спал с этой личностью. Мне ужасно больно, направлять на него курок, но надо. —Хотелось бы вместе умереть, но мы все равно окажемся в одном аду. — приставив к голове огнестрельное оружие, — Ты тварь, которая насиловала десятилетнего ребёнка. Как мне жить вообще? Я ошибка и ничтожество, именно из-за тебя все мои проблемы. — закончил говорить, и как только РИ хотел что-то сказать, открыв рот, я нажал на курок. И мой насильник, отец, страна, Империя, упал замертво на землю. — Ахахахах — засмеялся я, увидев мёртвое тело, — Его больше нет, я убил его — произнося эти слова, отчего-то мне стала не по себе, при этом упал на колени. — Как жить мне теперь? Пожалуйста, очнись. Хей, очнись! — потряс плечо мёртвого, — Нет, ты не должен меня бросать. Если бы ты не говорил те слова, то я бы не вспомнил, что я твоя ошибка, и не сорвался. Мне надо было выслушать твои последние слова. — говорил я в тишину, обнимая его тело, а после заключив в последний поцелуй. Опомнившись, встал, постояв над телом, запомнил эту картину: пустые глаза страны, кровь текущая из головы, белоснежная аристократичная кожа покрытая садинами и синяками, — все это смотрелось безумно красиво. — Думаю мы скоро встретимся, после того как я выполню просьбу одной страны — произнёс напоследок, стараясь исчезнуть подальше от Союза.

***

Выводя последнюю букву, закончил письмецо. — Российская Федерация я все сделал как вы приказывали. — обернулся в сторону, стоящей сзади страны.