Fools

      Входные двери с тихим стуком закрываются, за ними следует двойной щелчок замка. Альбедо в этом плане педантичен, и надрочил своего соседа делать так же — два раза на ключ, один — на защёлку; ключ обязательно оставлять в вертикальном положении. Сяо только хмыкал на это, но всегда слушался.       Альбедо слегка улыбается, слушая копошение в коридоре и тихую ругань Сяо, у которого, как обычно, всё выпадало из рук (нет, нельзя вещи положить на тумбочку, надо выделываться). Он лениво потягивается и сползает с чужой кровати, поправляет осторожно простынь, чтобы не было заметно. Хотя Сяо и так вряд ли заметит.       — Привет, — Альбедо шаркает тапочками и останавливается около Сяо. От того веет морозным приятным холодом — зима за окном. — Ну что, сильно тебя замучили?       — Да не то слово, — Сяо хмурит брови и стаскивает с себя куртку, вешая её на крючок. — Я думал, я там умру. Папа привёл… О боже, он, кажется, такого же возраста как я.       — Привёл..? — с лёгкой улыбкой переспрашивает Альбедо, складывая руки на груди. Сяо только фыркает в ответ.       — Я такой голодный и уставший с дороги… Давай за ужином поговорим.       Ужином это назвать тяжело и в прямом, и в переносном смысле; остывшая магазинная лапша, рьяно съедаемая в пол двенадцатого ночи.       — Опять ты неясно чем питаешься, — бурчит Сяо, хоть от еды не отказывается. Не в том положении.       — Еда — не то, что меня волнует. Когда ты рядом, я могу себе позволить постараться над нашим ужином или обедом, а когда тебя нет — я не вижу в этом смысла. Я прекрасно справляюсь на быстрых углеводах, хотя, не спорю, это не очень полезно, — пожимает плечами Альбедо, незаинтересованно ковыряя лапшу. Он сел за стол только ради Сяо. — Так… Что же такого произошло на этих семейных выходных, что ты так морально и физически вымотался?       Сяо вздыхает и откладывает дешёвые деревянные палочки.       — Я думал, как обычно, проведу время с отцом. Ну, знаешь же сам, из-за учёбы мы мало общаемся и видимся. А он решил, что время показать своего… Мне даже страшно такое произносить! Парня.       — Так ты осуждаешь? — Альбедо выгибает бровь, внимательно рассматривая лицо Сяо. Он немного напрягается.       — Да нет… Не то, чтобы. Просто… Этому рыжему попуску двадцать пять. Он только на пять лет меня старше! — Сяо хватается за виски и массирует их.       — Разве разница в возрасте — проблема?       — Не в этом дело, — Сяо снова вздыхает и поднимается с места. — Мой отец в свои сорок с копейками — дикий наивняк. Я боюсь, как бы… Ему не разбили сердце и всё такое.       Альбедо расплывается в мягкой улыбке, смотря снизу вверх.       — Я уверен, твой папа прекрасный человек, и точно сам поймёт, если что-то не так. Не зря ведь он воспитал такого чудесного сына?       Сяо глядит на Альбедо неотрывно пару секунд, пока не отворачивается, резко пожимая плечами.       — Ага, — выдаёт он, выходя из кухни.       Альбедо качает головой и выбрасывает их остатки неудачного ужина.       Если дружить с Альбедо, можно нахвататься непрошенной эрудиции и даже небольшой душноты, не со зла, а потому что: «ребята, чтоб вы знали…». А если тесно общаться с Сяо, то ничего хорошего, скорее всего, не выйдет. С таким же успехом можно пересмотреть тридцать семь сезонов «Санта-Барбары» и «Отчаянных домохозяек» — ментально здоровее окажешься. Зато что тот, что этот — сплошной тупняк в межличностных отношениях.       Венти называл их коротко и ясно — придурками. Зачем мелочиться, если и так все по факту?       С Сяо они общаются с самого детства, и Венти искренне удивлён, каким образом тот вообще дожил до своего двадцатилетия с этой прямолинейностью и твердолобостью. «Овен», — поставила диагноз Мона, разводя руками. Венти только покачал головой, в очередной раз пытаясь убедить друга сделать первый шаг навстречу.       С Альбедо было как-то попроще, хотя всё ещё очень туго. Казалось, его друзья заметили влюблённость в хиккареватого соседа раньше, чем он; тот бы так и продолжал вздыхать о нём и просить в десятый раз попозировать для рисунка. Для Альбедо даже оставалось загадкой, почему сосед вечно отказывает и убегает.       «Наивняк», — сказал тогда Сяо про своего отца, который, на самом-то деле, приглядел своего (будущего, на тот момент) любовника ещё очень давно, и не вступал в отношения, пока не убедился — в милом и добром парне действительно столько милости, сколько и кажется. Наивняк — именно так бы и следовало назвать самого Сяо, в сотый раз игнорирующего скудные знаки внимания Альбедо.       Один кротко вздыхал, считая второго слишком незаинтересованным в подобном, а второй молчал и сторонился, не желая ввязывать первого в свои проблемы.       Жить вместе очень удобно, когда вы оба — простые студенты с подработкой; за полгода общего быта они прекрасно сжились вместе, хотя частенько ведут себя как престарелая супружеская парочка. Ссорились редко, но чего им вправду не хватает — так это умения озвучить свои желания. И мозгов, конечно же.       Кэйя однажды сказал: «они либо поебутся наконец, либо до конца жизни так и будут ходить вокруг да около». А на Альбедино «а может ему всё равно на меня?» ему захотелось удариться о стол.       — Мне этот фильм Кэйя советовал, — Альбедо клацает по вкладке и скипывает надоедливую рекламу. — У него неплохой вкус, так что, думаю, можем доверять. Но он сказал не читать описание, потому что там много спойлеров и вся интрига разрушится, — Альбедо сначала кладёт ноут на свои голые ноги, но Сяо моментально забирает комп у него из рук.       — Ты что, процессор нагреется и обожжёшься, — говорит Сяо и невзначай проводит рукой по ляжке Альбедо, где стоял ноутбук эти пять секунд.       — Да, прости, не подумал, — сглатывает Альбедо, невольно цепляя взгляд на руках Сяо.       Красивые. Большие, с длинными пальцами, с чёрными аккуратно выкрашенными ногтями. Отлично бы смотрелись на его талии или шее.       От последних мыслей кидает в жар, поэтому Альбедо берёт холодную колу со стола и поджимает ноги.       — Включаю, значит, — оповещает Сяо, отставляя ноут на столик. Он щёлкает выключателем позади себя и набрасывает плед на открытые ноги Альбедо. — Сейчас же замерзнешь и будешь хныкать, я тебя знаю.       — Я никогда не хнычу, я выражаю своё недовольство ситуацией, — цокает языком Альбедо. Но в целом, Сяо прав.       Чтобы видеть небольшой экран получше и поудобнее хватать поп-корн из миски в чужих руках, Альбедо подсаживается вплотную, касаясь своей коленкой ноги Сяо. Тот в пижамных штанах, но лучше бы был без, конечно — по мнению Альбедо. Сильным мужчинам штаны не нужны.       После привычной дудящей заставки наконец начинается фильм. И начинается с какой-то погони. Альбедо мысленно вздыхает.       Опасения подтверждаются уже через минут десять-пятнадцать фильма — кто-то уже успел умереть особенно мучительно, что Альбедо уже поп-корн в горло не лезет. Он не любит ужастики, хорроры, страшилки и всё с ними связанное, но, судя по нахмуренным бровям Сяо — тот очень сосредоточен и заинтересован.       Отвлекаться на телефон во время совместного просмотра некрасиво, так что Альбедо просто то и дело жмётся поближе или кутается в плед. Его брови методично поднимаются от кровавых сцен в фильме, а приоткрытые губы застывают с опущенными в презрении уголками.       Сяо смотрит практически не моргая, зависнув с поп-корном в руке.       Бог Всевышний, кажется, смиловался — фильм оказывается недолгим. По окончании, на сцене титров, Альбедо не выдерживает облегчённого выдоха, но, на своё удивление, со стороны слышит точно такой же.       Они встречаются взглядами.       — Нет, Сяо, не говори сейчас мне, что ты тоже не любишь ужастики, и смотрел, потому что думал, что мне нравится…       Сяо не отвечает, отворачиваясь. И краснеет так же густо, как и Альбедо.       Оба делают в голове пометку никогда не доверять вкусу Кэйи.       Вторая их попытка посмотреть что-нибудь вместе случается только через недели две: им обоим отменяют последнюю пару, поэтому можно было бы спокойно отдохнуть дома.       В этот раз оба вместе обсуждают, что хотят посмотреть, и останавливаются на «Сумерках». Альбедо — потому что внезапно захотелось пересмотреть, Сяо — потому что никогда не видел и интересно.       — Этот твой Эдвард — абьюзер, — говорит Сяо где-то по окончании второго фильма, складывая руки на груди. Альбедо усмехается.       — А Белла — ещё та манипуляторша. Тут все герои друг друга стоят, — пожимает плечами Альбедо. — Но всё ещё интересно смотреть на их попытки всё наладить.       — Ужас, — констатирует Сяо. — Ладно, но интересно. Мне нравится тот… Доктор.       — А, Карлайл. Да, он… Горячий, — Альбедо давит ухмылку и краем глаза смотрит на переменившегося в лице Сяо.       — А ты… Он — твой типаж? Или как это называется, — Сяо кашляет в кулак и делает вид, что сосредоточенно листает вкладки на компьютере.       — Я бы не сказал, но он хорош.       — Тогда… кто твой типаж? Я просто так спрашиваю.       Альбедо прикрывает глаза. Сейчас или никогда, верно?       — Люблю татуировки, пирсинг. Тёмный стиль одежды. Мне нравится, когда от него веет злой холодностью, но на деле — он заботливый и чуткий, — Альбедо прячет вспотевшие руки под плед и снова бросает взгляд на Сяо. Его лица не видно — он смотрит в экран ноутбука. — Люблю высоких, но это вовсе не обязательно. Ты-то всего на полголовы меня выше.       — А я тут причём? — наконец подаёт голос Сяо. Он звучит неуверенно и хрипло, а Альбедо качает головой.       — По моим предварительным данным, ты — придурок. Сейчас я имею достаточно веских доказательств, подтверждающих мою теорию, — Альбедо тащит Сяо за руку и заставляет его посмотреть на себя.       В эту же секунду вся былая уверенность Альбедо испаряется. Может, его соседу и вправду это всё не нужно? Может, Альбедо сейчас только разрушит их дружбу и тот съедет?       Сяо не даёт додумать этот самоугнетающий поток мыслей, притягивая Альбедо на себя за подбородок.       Может, Сяо пожалеет, потому что неправильно расценил действия Альбедо. В конце концов, им вечно не хватало простого человеческого «поговорить ртом».       Дыхание спирает, когда губы Альбедо оказываются так близко. Но времени на раздумья больше нет — Сяо его целует, кладёт обе руки на талию и прижимает к себе вплотную.       У Альбедо звёздочки перед глазами от такого напора. Он и не предполагал, что Сяо, его замкнутый и практически нелюдимый Сяо, настолько потрясающе целуется.       Чужой язык проходится по нижней губе, которую тут же легонько закусывают; Альбедо не сдерживает судорожного вздоха и вцепляется в майку Сяо.       Сяо тут же будто бы просыпается.       — Альбедо, стой, я… — он смотрит потерянно и неловко, но договорить ему не дают.       — Если ты сейчас извинишься, — Альбедо прикрывает глаза и проводит языком по своим губам, собирая мазки чужой слюны. — Я очень, очень-очень сильно расстроюсь.       Сяо не отвечает, вместо этого предпочитая активные действия — притягивает Альбедо на себя за талию и практически укладывает спиной у себя на коленях.       — Если бы ты знал, — начинает Сяо, невольно состроив брови домиком. — Ладно, потом поговорим, окей?..       — Окей, — Альбедо хватается за майку Сяо и тянет на себя, вынуждая того опустится ниже.       В этот раз и вправду не до разговоров. Позже они обязательно сядут вместе, посмеются с того, какие они оба дурачки, и потом нежно обнимутся, ведь теперь всё будет хорошо. Но это всё потом, потом.       Сейчас Сяо вновь целует Альбедо, целует глубоко и с напором, пропуская язык в податливые мягкие губы и вырывая отчаянные вздохи.       — До чего же ты чувствительный… — шепчет Сяо в самые губы, запуская ладонь под тонкую ткань домашней футболки.       Он ведёт рукой по талии и очерчивает пальцами тонкие белесые шрамы под грудью, цепляет набухшие соски и ловит себя на мысли, что очень хочет их облизать. Альбедо лежит на нём растрёпанный и открытый, дрожащий от любого прикосновения и поцелуя за ушком; светлые волосы, обычно аккуратно заплетённые, сейчас путаются в чужих руках.       — У меня давно никого не было, это обычное явление, — выдыхает Альбедо, хотя никто не спрашивал и не просил минутки эрудиции. Сяо не сдерживает смешка.       — Хорошо, тогда я буду очень аккуратным, — в подтверждение своих слов Сяо мягко целует Альбедо за ушком, но тот вдруг поднимается и усаживается на колени Сяо.       — Нет, — говорит он, устраивая руки на плечах Сяо. — Я не люблю, когда аккуратно. Хорошо?       — Хорошо, — в глазах Сяо отчётливо читается восхищение.       Альбедо стаскивает с себя футболку и отбрасывает её в сторону. На чужих сильных бёдрах сидеть умопомрачительно удобно, особенно когда большие руки оглаживают талию и лопатки, а губы — целуют везде, где достают.       Сяо, как и хотел, проводит языком по груди Альбедо, чем вырывает из того судорожный вздох; он прикусывает кожу чуть пониже и оставляет заметный засос на бледных рёбрах.       — Сяо, — Альбедо не соврал, что у него давно никого не было — в голове слишком плотно засел Сяо, поэтому интерес сосредоточился исключительно на сексуальном соседе; только теперь это вылилось в излишнюю чувствительность и слишком громкие вздохи.       — Не сдерживайся, мы всё равно здесь одни, — Сяо ведёт языком от шеи до ушка Альбедо, легонько дует и прикусывает мочку, оттягивая её.       Альбедо сжимает пальцы на плечах Сяо и хватается за край его майки, чтобы снять. Тот поддаётся и та летит куда-то туда же, куда до этого летела футболка Альбедо.       — Ты просто невероятно красивый, — говорит Альбедо, проводя руками по его талии. — Однажды… Впрочем, неважно, — он решает оставить болтливость на потом, и на пробу несколько раз ёрзает на бёдрах Сяо.       От неожиданности Сяо хрипло стонет, запрокинув голову назад. Он низко рычит и хватает Альбедо за плечи, усаживая его ровно.       Но Альбедо уже не хочет останавливаться — елозит снова, утыкается лицом в шею Сяо и оставляет там смазанный поцелуй. Сяо позволяет поиграть с ним вот так — Альбедо тихо стонет, напрягая мышцы таза.       — Прекращай меня дразнить, — угрожающе шепчет Сяо ему на ухо, опуская руки ниже. Он сжимает ягодицы Альбедо и слегка раздвигает, от чего тот снова резко выдыхает.       — Хочу — и делаю, — говорит он, слезая с Сяо и стаскивая с него штаны вместе с бельём.       Альбедо снова садится на его колени, ладонью проводит по истекающему смазкой члену Сяо и подносит влажную руку ко рту.       — Хорошо... Для тебя — что угодно, — сглатывает Сяо, наблюдая за тем, как Альбедо вылизывает свои собственные пальцы, запачканные в предэякуляте.       — У тебя есть смазка и презервативы? — спрашивает Альбедо, заканчивая работать языком. Сяо несколько раз быстро-быстро кивает и указывает на рюкзак, валяющийся на его кровати. — Носишь всё с собой? Интересно, — улыбается Альбедо, выгибая бровь. Сяо смущается и неопределённо пожимает плечами.       — Будешь много болтать… — пытается он.       — То что? — Альбедо стаскивает с себя шорты, оставаясь в одном белье. — Повалишь меня и возьмёшь? Не позволю. Сейчас я этим занимаюсь.       Сяо краснеет гуще, совсем не понимая, откуда в его милом и порой даже робком соседе столько… похоти. Он кладёт руки ему на ляжки, разводит слегка в стороны и щёлкает кромкой кружевных трусов.       — Хочу тебя съесть, — скулит Сяо куда-то в шею Альбедо, но тот качает головой и запускает руку ему в волосы.       — В следующий раз, пожалуй, — улыбается он и дожидается, пока Сяо раскатает презерватив.       Он поворачивается к Сяо спиной, ставит коленки по сторонам его ног и облокачивается на руки. Заводит одну ладонь назад и отводит в сторону ткань белья, обнажая капающие смазкой половые губы.       — Альбедо, — Сяо звучит отчаянно, но не решается схватить его за бёдра, хотя ужасно хочется слизать всё промокшее нутро до капельки.       Альбедо не реагирует на просьбу Сяо и не спеша вводит в себя два пальца. Дополнительная смазка пока не нужна — он и так сильно истёк под Сяо, поэтому фаланги проскальзывают легко. Он на пробу вводит третий палец и двигает вперёд-назад, тихо выстанывая что-то невразумительное.       Сяо кажется, что он сейчас сойдёт с ума.       Когда Альбедо выливает больше смазки, обхватывает рукой до боли стоящий член Сяо и медленно садится, всё так же не сняв с себя белья, Сяо сходит с ума стопроцентно.       Внутри уже всё клокочет жаром и желанием, но Альбедо выжидает пару секунд, привыкая к заполненности. Он обхватывает голову Сяо сзади рукой, а тот кладёт руки ему на живот и грудь, и наконец начинает двигаться.       Подхватывает сразу быстрый темп, потому что терпеть нет сил; громко выстанывает имя Сяо и сжимается, от чего тот рычит ему в затылок и больно кусается за плечи.       Сяо опускает свою ладонь чуть ниже, на низ живота Альбедо, ведёт по короткостриженным светлым волоскам и царапает внутреннюю сторону бёдер. Альбедо скулит, когда чужие пальцы находят клитор и оглаживают его в ритме с отчаянными движениями.       — Сяо, — стонет Альбедо, стараясь двигаться быстрее. Тот не выдерживает чужой всеотдачи и подмахивает тазом в такт, оставляя яркие засосы на шее и плечах.       Через несколько таких фрикций Альбедо до боли кусает губы и кончает, сжимаясь и выстанывая чужое имя. Он падает вперёд на руки и ещё пару раз двигает задом, чтобы довести до оргазма Сяо.       Тот закрывает лицо руками и практически скулит, невольно подаваясь бёдрами вперёд и изливаясь в презерватив.       Альбедо легко соскальзывает с Сяо и поворачивается на него, усаживаясь рядом.       — Хэй, Сяо, — мягко зовёт Альбедо, заметив, как дрожат чужие плечи. — Всё хорошо?       — Да, прости, — Сяо убирает руки от лица и обнимает Альбедо за талию, валит его на кровать, устраиваясь рядом. — Я просто... Ну, иногда могу заплакать после оргазма. — он шмыгает носом и дуется, когда Альбедо хихикает.       — Ты замечательный, — Альбедо широко улыбается и звонко чмокает Сяо в губы.       — Я всё ещё намереваюсь тебе отомстить, — всё так же дуется Сяо, но на поцелуй отвечает. — Отлижу тебя так, что у тебя коленки будут дрожать.       — Мне очень страшно, ещё бы, — Альбедо хмыкает и обнимает Сяо покрепче.       В телефоне светится несколько пропущенных от Венти и сообщение от Кэйи в общей беседе: «просмотр сумерек никогда не кончается чем-то хорошим, запомните, дети».