Разбуди меня

***

Александр только вернулся с работы. Уставший, почти убитый, помятый. Болела спина. Наверное, он потянул поясницу, лишь бы не стало хуже. На ногах он, благо, всё ещё стоит; и спину прямо держать может - не складывается, как брошюра - и то хорошо. Он бросил мокрую куртку на пол, кое-как скинул грязные сапоги и еле дошагал до ванной комнаты. Он думал снять с себя и свитер, насквозь пропитавшийся потом, однако не лучшая это идея - отопление отключили. Весна, конечно, уже пришла, но, к сожалению, мороз уходить не собирается. Вот квартира и продрогла от холода. Скоро, видно, и Александру суждено замёрзнуть. Он неохотно умыл своё отёкшее лицо водой (тоже холодной), почистил зубы, причесался. Глаза покраснели - жуть. Было поздно. Возможно, ему стоит пойти спать как можно скорее… но спать не хотелось. Завтра всё то же самое: репетиции, работа, прочий рутинный быт - каждый день повтор. Это надоедает. Возможно, утром от этих мыслей и следа не останется. Всем нам порой нужна минутка слабости, правда ведь? Александр, вздохнув, направился в спальню. Ужинать он не решился. Да и не хочется. Его слегка тошнило. Или ему только кажется? Может, это лишь следствие внутренних самоуничижений? Неугодных мыслей в голове? Присев на край кровати, он укутался в одеяло и лёг, опустив голову на твёрдую подушку. С тумбочки он взял журнал на 30 страниц. Что-то о музыкальной индустрии. Он периодически покупает свежие выпуски в ларьке по пути домой. Этот купил вчера. Ему не особо интересно само содержание - читает редко - если вдруг попадается интересная тема. Но в этот раз он, как и всегда, пролистал до предпоследней страницы. Там были кроссворды. Надо ведь как-то убивать время, доводить себя до почти-спящего состояния. Иначе он не уснёт. И плевать, что итак достаточно поздно. Его мучает бессонница. То ли от тревожных мыслей, то ли от чего ещё… Не в радость Александру, зазвонил телефон, который он забыл в кармане куртки, оставленной в коридоре. Звон разнесся по всей квартире. Интересно, кому Русаков понадобился в столь позднее время? Скорее всего, кому-то из родственников. Александр надеется, что они на него сильно не обидятся, если тот не ответит. У него не было сил банально подняться с кровати, не то, что вовсе разговаривать с кем-то. Слишком требовательное и порой даже неблагодарное это занятие. Там наверняка ничего срочного. По крайней мере, ему хотелось в это верить. А если это кто-то с работы или из группы - то он, даже зная, что там нечто срочное, принципиально не поднял бы трубку. Его всё достало. Это на него не похоже. Он был готов на всё ради близких (и не очень) людей, даже если его тревожат и просят о чём-либо в нерабочее время. Но не в этот раз. Наконец, звонок оборвался. И вновь сладкая тишина. Жаль, что недолгая - перезвонили. Опять эта мелодия, вмиг ставшая Александру ненавистной. Он, поборов себя, подскочил с кровати, со злости швыряя журнал в сторону… Александр пришёл в коридор, вытащил с кармана куртки телефон и ответил на звонок: — Ало? — Ало, здарова! Ты извини, что я так поздно тревожу.. — Кто это? — Голос казался Александру знакомым, он уловил в нём особенные запоминающиеся нотки, характерную манеру речи, но так и не вспомнил, кто это… — Володя! Который Котляров, который вокалист порнофильмов! Точно. Это тот самый стрёмный тип, который месяц назад у Александра зажигалку попросил, а в итоге ещё разговорил его. После этого они порой переписывались, однако за последнюю неделю не отправили ни единого сообщения друг другу - затишье. И нет, они не ссорились, просто не было времени. У всех своя жизнь, свои дела. Да и они не были слишком близкими и хорошими друзьями, чтобы стабильно поддерживать контакт. К тому же, темы для разговоров исчерпывают себя. А их связывала только музыка, на которую и то у них были весьма различные взгляды. — Ах, да, привет, Вов. — Русаков даже опустил свою ярость. Повлияло ли на это то, что звонившим был Володя - неизвестно. Может, дело в чём-то другом? Чувства были противоречивые. — Ты извини, что я так поздно.. да-да.. поздно. Ты правда прости! — Котляров звучал неуверенно, слегка обрывисто, взволнованно, как море при северном ветру. Вкратце: просто нетрезво. — Ты пьян? — Расстроенно, но всё же прямо в лоб спросил Александр. — Да.. немного. Ты извини! Извини, если тебе неприятно. Но дело срочное.. но если ты будешь занят и это всё не выйдет провернуть, то ничего страшного.. ничего… — Володя тянул слова, словно варёную сгущёнку, иль плавленный сыр. — Что случилось? — Александр искренне беспокоился. Это ведь чужой ему человек, разве не так? Пару минут назад, он думал, что отказал бы в помощи даже самым близким друзьям, а сейчас… неужто его добросердечность вмиг вернулась? Но что стало тому причиной? А может, разнервничался он не столько за Володю, сколько за себя-любимого… или всё-таки за этого грязного алкоголика? Он думает о нём как и о паршивце, так и о глубоком человеке одновременно. Было в Володе что-то неуловимое… но была ли то тревога вызванная самим Котляровым, его двоякой личностью, или же тревога за самого Котлярова, как за друга? Сложный вопрос. И разбираться с ним здесь и сейчас бессмысленно. — Короче, там Слава, наш соло-гитарист, решил выебнуться и кинул заявку на какой-то гиг в твоём городе, который состоится через три дня.. короче, нас приняли, но я узнал об этом в самый последний момент, соответственно, а.. и, в общем, дело в том, что денег у меня мало; и я не знаю, как искать ночлег, который будет и комфортным, и пиздец каким дешевым, потому могу ли я остаться у тебя на ночь, пожалуйста? Всего на два дня, не более… если хочешь, то только на одну - свалю посреди ночи, что-то придумаю. — Ах, э-эм… — Русаков растерялся, но долго думать над решением не стал. — Да, конечно, приезжай. — О Боже, спасибо тебе, чувак! Ты даже не представляешь, как сильно выручаешь меня! Спасибо-спасибо-спасибо! — Володя зазвучал громко и радостно. Александру это стало бальзамом на душу. Чужое счастье способно осчастливить и его, судя по всему… А может, что это очередное исключение из правил… Но почему тогда именно он? — Пожалуйста, хах.. — Русаков даже сам улыбнулся. — Ты как добираться будешь? — Автобусом, наверное. — Хорошо… значит, я где-то тебя в городе перехвачу на машине. Не хочу, чтобы ты заблудился. Искать тебя я точно не буду. А то я подозреваю, куда ты можешь случайно забрести… туда я за тобой не полезу, знаешь. — Усмехнулся Александр. На самом деле, он бы обязательно пошёл его искать. Не позволил бы себе вот так взять и бросить. Они же почти не знакомы… — Ой, Сань, ну я же не ребёнок! К тому же, вообще старше тебя! Хотя на машине я был бы не прочь прокатиться, это да.. у тебя своя тачка? — Володя звучал как никогда смело и при том заинтересованно. — Своя. Но это скорее ведро, а не тачка. Володь, даже не рассчитывай на роскошь. Совсем губу раскатал, ну-ну. — Ой, всё. Хорошо, как скажешь. Уже занижаю все свои ожидания. Так я по твоему не разочаруюсь, значит? — Именно. — Да я уже итак разочаровался во всём, в чём только мог. Как минимум, в этой поганой жизни, а как максимум - в самом себе. — Ты только не погружайся в депрессивные псевдо-глубокие раздумья на ночь глядя. А лучше вообще в них не погружайся.. — Александр растерялся. — Не знаю, что тебе ещё сказать. Ты меня в тупик завёл… — Всё нормально, хаха! Просто я бухой. Хотя я такой почти всегда. Значит, это моё привычное состояние и искренняя мысля? — Воло-о-о-одь.. давай поговорим об этом в другой раз! Когда приедешь, к примеру. Я слишком сонный, чтобы о таком говорить. Не соображаю, понимаешь? — Да я тоже не соображаю. Пьяный ведь. Мы с тобой не слишком то отличаемся. — Хорошо, допустим. Повисло молчание. Александр, наверное, задумался. — Да ладно тебе, я стебусь! Не будь таким серьёзным - серьёзных часто ебут в рот. — Схитрил Володя. — Ой, блять.. — Александр глуповато рассмеялся. — Хорошо, ладно, приношу свои искренние извинения! Ты слишком хочешь спать и потому не воспринимаешь мой уебищный юмор, а? — Думаю, да. Пойду спать, ты прав.. — До встречи тогда! Спокойной ночи… — Да, давай.. и спасибо, тебе тоже.. Завершив разговор, Александр сразу же отправился в кровать. И, на удивление, уснул довольно быстро, впервые ощущая себя спокойно и не тревожась ни о чём да думая ни о чём… Хотя, нет, конечно, мысли в его голове всё же проскакивали время от времени. Но были они не о чём-то, а о ком-то…

***