Поспешные выводы не всегда верны

Каждый закрытый в себе человек предпочитает сохранять свои проблемы при себе, а не говорить о них другим, но в конце он всё равно срывается. Нервная система ни у кого не железная, поэтому сдаться в конце - вполне ожидаемо. Вчера, согласившись на встречу с друзьями дома у самого старшего, Бан Чана, Сынмин надеялся весело провести время с ними, но утренний разговор с матерью изменил абсолютно всё. Их отношения никогда не были из лучших. Его мать любит его осуждать. Сынмину это не нравится. Он из-за этого злится. Это была не единственная проблема. Стычки с учителями, первый в его жизни завал теста, свежая ссора с младшим братом. Не лучшее комбо. Всё и сразу. Сидя в кругу своих друзей, он немного отвлёкся от всего плохого, но напоминания об этом были везде. То Минхо поделился тем, что сдал тест на отлично. То Чанбин похвастался, что наконец-то увидится со своей матерью и они проведут весь день вместе. То младший брат Минхо приехал к ним, Феликс, отношения с которым у старшего Ли были очень крепки. Словно весь мир против Сынмина. — Ты с нами, Мини хён? – слышит он голос сидящего рядом Чонина. Ким правда не слышал, о чем шла речь до сих пор. — Куда? – словно очнувшись, спрашивает Сынмин. Друзья, которые сидели недалеко, звонко засмеялись с его нелепости. — Мы хотим в бутылочку сыграть. Ты с нами? – объяснят ему в чем дело Чанбин, всё так же продолжая улыбаться. — А... Да, да... – неуверенно отвечает Сынмин, опуская голову. Соберись. Нужно от всего отвлечься. — Всё в порядке? – Чонин взглянул на старшего с грустью в глазах, привлекая его внимание своим тихим голосом и лёгким касанием на его бедре. Ким пару раз кивает, так и не посмотрев в ответ, вставая с места чтобы усесться в кругу со всеми. Ян сел рядом с ним. — Я вот что предлагаю, – начинает Феликс. Он самый ярый фанат подобных игр. — давайте обходить детские вопросы и детские задания. Сделаем игру поинтереснее, что скажете? – обращается он ко всем, кто сидел в кругу. Все охотно кивнули. Бан Чан, Минхо, Феликс, Чанбин и Чонин. Джисон обещал присоединиться позже, а Хёнджин предпочёл за всеми наблюдать со стороны. Он уверен, что будет интересно. — Кто первый начинает? – задаёт вопрос Хо, обойдя взглядом всех. — Я. – охотно вырывается вперёд Ликс, хитро улыбнувшись. — Тот, на кого выпадает горлышко должен выполнить действие или же ответить на вопрос. Решает тот, кто крутит. Так будет лучше. – самодовольно улыбается младший Ли, прокрутив бутылку. Первым выпадает Бан Чан. Феликс делает задумчивый вид, осмотрев всю комнату, но в конце глаза останавливаются на нетронутой коробке с бутылками выпивки. — Выбери самое крепкое и выпей один стаканчик залпом. – строит невинное лицо младший. Бан Чан поднапрягся. Не любит он алкоголь и Феликс об этом прекрасно знает, но всё же говорит. Он выполняет, вызывая у других довольный смех и подбадривающие слова. От всех, кроме Сынмина. Следующей жертвой, уже рук Чанбина, стал Минхо. То, как один из самых старших танцует под сексуальную музыку, было интересно всем. Когда крутит Хо, горлышко падает на Кима. Парень легко улыбается, а вот сам Сынмин не сразу понимает, что случилось и почему все на него смотрят. — Твоё задание это поцеловать одного из тех людей, которые рядом с тобой. Это Бин или Чонин. Не выполнение - наказание. – строит хитрую улыбку старший Ли, но его слова заставили Кима поднапрячься. Задание не хотелось выполнять от слова "совсем", но зная Минхо хена, наказание будет ещё хуже, поэтому он и не пробует спорить. И всё же, Бин сразу отпадает. Феликс ему это не простит, пусть даже если это игра. Чонина целовать сомнительно. Внутри бушует страх и гореть он начинает в особенности тогда, когда он поворачивает голову к младшему и видит его взгляд. — Давай, мы хотим продолжить уже игру. – раздаётся где-то со стороны голос Минхо, но Сынмин уже не слушает. Он опускает глаза на губы Чона, к которым, на самом деле, манило давно. Теперь у него есть эта возможность и он должен воспользоватся ею как можно быстрее. Юноша тянется к губам напротив резко, касается своими нежно и целует до жути приятно для Чонина, что аж бабочки у того в животе начали летать. Получив ответ на свой поцелуй, Ким словно испугался. Он отстранился от младшего, быстро вернувшись в изначальное место с красными щеками и ощущением чужих губ на своих. Ян мягко улыбается такой реакции, но не говорит ничего. Парням, видимо, такой исход понравился судя по их бурной реакции и радостному смеху. Чонин тянется к бутылке и крутит её и когда она попала на Феликса, он улыбнулся. С подвохом. — Укуси Чанбина за мочку уха. – Чон знает, что это слабое место Со, Ликс как-то проболтался об этом. Чон смотрит хитро, а вот Чанбин взглянул на него со злостью, успев обозвать младшего на всех языках, которые он знает. Феликс выполняет. Бин внутри тонет от ощущений. — Я тоже играю. – вскрикивает Джисон, усевшись между ребят. — Тогда и я. – добавляет Хёнджин, который присел следом и сразу потянулся крутить бутылку. — Надеюсь, вы не против. – договаривает он перед тем, как заметить, что горлышко выпало на Чонина. Хван этого и хотел. — Думаю, ты это оценишь. – мягко улыбается он, изогнув одну бровь. — Пугаешь. – смотрит в ответ с интересом Ян. — Уединитесь с Сынмином. На час. – довольно улыбается Хёнджин, пока оба, и Чонин и Сынмин, с огромными глазами смотрят на друга. — Нет, Хёнджин. – мотает головой Сынмин, заскрипев зубами. — Тогда наказание будет ещё хуже. – тут он уже обращается к Киму. Джин знает, как относится Чонин к Сынмину и Сынмин к Чонину, поэтому и решился так поступить. Он уже знает, что может произойти. — И какое же наказание? — Вызываем для него девушку на ночь? – хитро улыбается Хван, слыша, как удивились ребята и засмеялись с такого. Хёнджин очень жесток, не поспоришь. Сынмину эта идея не нравится вообще. Он и так на пределе, поэтому и такое событие, как наказание Хвана, он не выдержит. Ким поднимается с места первым, потянув ладонь Чонину и подняв его следом, кидает злой взгляд на Хёнджина. — Час. Говорит он перед тем, как потянуть молчащего Чонина за собой в комнату на втором этаже. Все с игривым взглядом смотрели на то, как эти двое уходят чтобы остаться наедине, провожая их весёлыми криками поддержки и свистами, уже предвкушая то, что между этими двумя будет, а сами продолжили играть. Они ошиблись во всём. Старший пропускает Чонина в комнату и заходит следом, закрыв за собой дверь на замок. Ян смотрит непонимающе, но всё же решается начать разговор. — Ты правда хочешь сделать это? – вопрос младшего остаётся в воздухе. На него он не слышит никакого ответа ещё минуты две, которые Сынмин проводит стоя спиной к Чонину у самой двери, которую он запер. — Мини? В комнате темно. Что-то ещё видно только за счёт фонаря, который светил улицу за окном. Чонина пугает эта тишина и то, как Сынмин оборачивается к нему так и не поднимая голову. — Просто побудь со мной, пожалуйста. – единственное, что говорит Ким тогда, когда подошёл чуть ближе к младшему и стоял уже прямо перед ним. — Хён, что случилось? – озадаченно спрашивает Ян, наблюдая за Сынмином и пытаясь посмотреть ему в глаза. Увы, не получается. — Ничего... – срывается из уст старшего. Ким сам смотрит в глаза Чонину на пару секунд и падает головой тому на плечо. — Хён? – Чонин действительно удивлён этому. Он никогда не видел Сынмина таким. Таким слабым и беззащитным, который не может найти силу в себе хотя бы что-то сказать или сделать. Ян больше ничего не говорит даже тогда, когда притягивает старшего в свои объятия и чувствует, как с щёк того скатываются слезы прямо на его одежду. Он понимает, что Сынмину нужно для начала просто успокоиться и выпустить то, что он сегодня держал в себе. Чонин обнимает всё так же крепко и отпускать явно не собирается, но Сынмин сам отрывается, когда слезы перестали идти. — Прости, что ты видишь меня таким. Чонин мягко улыбается, смотря на него. Он тянется к его всё ещё мокрым щекам и большим пальцем вытирает следы слез, снова притянув к себе. — Ты не должен извиняться, Хён. – тихо говорит Ян, нежно касаясь ладонью спины старшего. — Расскажи то, что случилось. Я постараюсь помочь тебе. — Я просто устал, Нини. – выдыхает тот, обняв младшего в ответ. Ему сейчас комфортно именно так. — Тише... – Чон начинает нежно водить рукой по его спине, чтобы успокоить, но чувствует, что Мина накрывает истерика. — У меня скопилось всё и сразу. Я не могу это больше выдерживать. В этом проблема. – эти слова дались ему трудом из-за слез, которые заново наворачивались. Он снова даёт им волю. Кто говорил, что мужчины не плачут? — Ты ведь знаешь, что твоё эмоциональное состояние не должно зависеть от того, как с тобой ведут себя другие. Никогда не молчи о своих проблемах, Сынмин, это плохо. — Я боюсь кому-то рассказать о них. – отвечает Ким. — Они никому не нужны. — Мне. Рассказывай мне о том, что тебя мучает. Всегда. Я не откажу в том, чтобы поддержать тебя. – перебивает его Чонин, легкими движениями отдалив от себя парня и посмотрев ему в глаза, прильнул ладонями к его щекам. — Ты всегда был для меня важным человеком, Хён – Чонин смотрит в глаза напротив пронзительно, но в то же время с мягкостью. Сквозь темноту старший видит это. — Я буду рядом всегда. Обещаю. – Ян мягко улыбается, когда говорит эти слова. Сынмину хочется верить. И он делает это. Он доверяет Чонину и так. Младший теряет над собой контроль, когда тянется к губам напротив и мягко целует их, чувствуя весь жар, который бушует в его хене. Чувствует то, что Сынмину это нравится и он совсем не против. Мягкие касания губами дарят бесподобные ощущения и прерывать их не хотелось совсем, но стоит. Чонин отстраняется первым и тянет Сынмина к кровати, на которую ложится первым и притягивает Кима в свои объятия, уложив его рядом и голову на свою грудь. Обнимать его дарило спокойствие, а Ким чувствовал себя лучше, слыша биение сердца младшего. //// — Кто мы друг другу? – задаёт этот вопрос первым Сынмин, приподнявшись и посмотрев сквозь лёгкий свет прямо в глаза Чонину. Тот улыбнулся. — Я хочу, чтобы наши отношения стали на шаг выше. Я хочу, чтобы ты был моим парнем. – Ян смотрит прямо в глаза Киму, когда говорит это. Он настроен серьёзно. — Я тоже хочу этого. – мягко улыбается в ответ Сынмин. За два часа общения тут, старший отвлёкся от своих проблем с концами. Спасибо Чонину. Друзья их не тревожили всё это время, но когда эти двое спустились обратно к ним держась за руки, Хёнджин был счастливее всех. Главный сводник.