твой символ - огненный опал

1 сентября 1989 – ФРЕД И ДЖОРДЖ УИЗЛИ, НЕМЕДЛЕННО ОТСТАНЬТЕ ОТ НЕСЧАСТНОГО МАГГЛА И ВЕРНИТЕСЬ К ТЕЛЕЖКАМ! – Близнецы нехотя перестали кружить вокруг смотрителя Кинг-Кросса, который последние несколько минут подвергался бомбардировке вопросами об обычном мире от любопытных маленьких магов и потихоньку начинал подозревать, что сходит с ума. – Давайте-давайте, поезд отходит через 10 минут! – Ну маааам! – Близнецы с притворно расстроенными лицами окончательно перестали обращать внимание на такого забавного маггла и вместо этого затеяли свою любимую игру — попытки запутать мать, кто из нихдвоих кто. Миссис Уизли подгоняла мальчишек к барьеру как могла, игнорируя смех «я-не-Фред» и «шутка-Джордж-это-я», и внутренне очень сетовала, что двое старших сыновей уже прошли на платформу 9 ¾ и не могли помочь ей обуздать сорванцов. Наконец, она сумела заставить Фреда с Джорджем разогнать тележки и миновать барьер между этим миром и магическим. Секунда на облегченный выдох, и вот женщина суетливо засеменила следом за детьми сквозь кирпичную кладку барьера. И тут же стала свидетельницей того, как Перси отчитывает близнецов за неподобающее поведение. Нередкое зрелище, но Молли смутило то, что виновато опущенных голов было три, и третья — русая. – Перси, милый, что произошло? – Молли уперла руку с сумкой в талию и обвела присутствующих другой. – И чья эта девочка? Третий сын многозначительно прокашлялся и кивнул на провинившихся: – Фред и Джордж врезались в нее на выходе из барьера, а юная мисс, – Перси замялся и вопросительно глянул на девочку в надежде узнать имя, но получил только злой взгляд исподлобья и закаченные вверх глаза. – Юная мисс швырнула в Фреда заклятием, ускоряющим рост волос. Видимо. Миссис Уизли обошла детей, встала рядом с Перси, и действительно – Фред щеголял роскошными усами и вид у него был предовольный. Он ткнул близнеца локтем под ребра и усмехнулся. – А я говорил, что стану мужчиной быстрее тебя! – Что за чушь! – Мать коротко взмахнула собственной палочкой на манер бритвы, и усы осенним золотом осыпались на брусчатку. – А ну живо в вагон, поезд… Поезд дал третий пронзительный гудок и дети кинулись к дверям. Мальчишки быстро нашли ближайшее свободное купе и высунулись в окно помахать матери напоследок. Точнее Джордж высунулся, а Фред услышал за спиной легкие шаги и вылетел обратно в коридор как раз вовремя, чтобы увидеть как уже знакомые русые волосы исчезают в конце вагона. – Чарли, Перси! – Громогласный оклик заставил всю четверку Уизли начать проталкиваться к началу платформы. – Я смотрю, ваша семейка действует по принципу «один ушел — двое пришли». Сколько еще будет? – Еще двое осталось, Хагрид, – Чарли улыбнулся полувеликану и положил руки на плечи младших братьев. – Это Фред, а это Джордж, но они будут тебя убеждать, что все с точностью до наоборот. – Яяясно-ясно, поди те еще проказники? – Не то слово, – устало хмыкнул себе под нос Перси, а близнецы просияли. – Присмотришь за ними, чтобы они не утопили себя и других? Хагрид кивнул и, пропуская старших Уизли мимо себя, снова громыхнул: – ПЕРВОКУРСНИКИ, СЮДА! – А где это мы должны утопиться? – Синхронно спросили близнецы, но вместо ответа получили: – Сейчас сами все увидите. Они все-таки чуть не пустили лодку ко дну посреди Черного Озера. Остаток пути пришлось проделать под бдительным оком лесничего и будущих однокурсников – никто из них не собирался тоже сидеть по пояс промокшими. – Итак, сейчас вы выстроитесь в шеренгу и будете как можно более спокойно ждать пока я не назову ваше имя. – МакГонагалл строго осмотрела столпившихся перед ней детей и задержалась на растекшейся по мраморному полу лужей. – Вас это касается в особенности, мистер и мистер Уизли. Она наставила на них палочку, и от их одежды и пола повалил пар. – Нужно, конечно, постараться, чтобы нарваться на наказание еще до распределения, но я вас поздравляю – минус 20 очков с вашего будущего факультета и увидимся завтра утром у меня в кабинете. – Но профессор, – попытались зароптать мальчишки, но были тут же перебиты. – А теперь попрошу всех за мной! – Макс Гаскарт! Мимо Фреда протолкнулась девочка с такими же рыжими волосами как и у них с братьями, и на секунду он даже удивился, что это тут забыла их младшая сестра, но вот двойник повернулась у табурета лицом к остальным, и он с еще большим удивлением понял, что это та самая девчонка с платформы, что наградила его усами. – Так вот как тебя зовут, – он улыбнулся сам себе и прокатил ее имя пару раз туда сюда на языке. – Макс, Макс… Слушай, а… Фред повернулся к брату, но тот, не обративший внимания на задумчивость первого, поделился уже своим наблюдением. – У нее фамилия как у того чувака, про которого газеты в том году писали, ну, помнишь, того, что вылетел из школы и, перебравшись к друзьям из Ильверморни, основал рок-группу! – Стой, хочешь сказать, она – сестра Алекса Гаскарта? – Недоуменный взгляд был встречен восторженным. – Да ну, у Гаскартов разве не три сына? – Да точно она, я тебе отвечаю! – Блин, если правда, то это же… – Wicked… – пробормотали они в унисон. Тем временем думавшая дольше обычного Шляпа наконец зашевелилась и раскрыла рот: – СЛИЗЕРИН. Серебристо-зеленый стол разразился вежливыми аплодисментами – странная реакция на то, что сестра звезды факультета присоединилась к ним же, любой другой факультет ликовал бы, но никто из змей даже не улыбнулся. Даже для них прием был чересчур холодным. К девочке были прикованы все взгляды, но только Фред заметил, как на лице младшей Гаскарт промелькнуло плаксивое выражение, что тут же спряталось за маской надменного превосходства над остальными. – Анджелина Джонсон! – ГРИФФИНДОР. – Фред Уизли! – ГРИФФИНДОР. – Шляпа даже коснуться его головы не успела. – Джордж Уизли! – ГРИФФИНДОР. – И снова ни секунды раздумий. 5 сентября 1989 Близнецы адски опаздывали на первую же пару по трансфигурации. Не то чтобы их это волновало, но если кто-то узнает, что только что они «случайно» разнесли три статуи на спуске в подземелья – вычетом очков они не отделаются, а выяснять, насколько креативно МакГонагалл преобразит уже висевшее на них наказание в виде отдраивания совятни, не очень хотелось. – Заблудились? – Заблудились. Фред выдохнул и потянул дверь кабинета, тут же притягивая к себе и брату все взгляды. Профессор вздернула острую бровь и на мгновение по-кошачьи нахмурила нос. – Мистер и мистер Уизли, потрудитесь объяснить, почему вы позволили себе опоздать на занятие аж на 20 минут? – Мы заблудились. – Близнецы немигая уставились на профессорскую чернильницу на столе. – Еще не запомнили все переходы. Бровь профессора, не верившей ни единому их слову, взлетела еще выше. Она вздохнула и собралась было огласить, сколько очков вновь теряет ее же факультет, но тут дверь снова распахнулась, и в кабинет промаршировала Макс Гаскарт с рукой на перевязи. Фред, да и все, отметили, что на сей раз ее волосы были иссиня-черными, а девочка швырнула целой рукой сумку на первую свободную парту и посмотрела на преподавателя: – Упала с лестницы, вывих плеча, близнецы отводили меня в Больничное крыло. Но я надеялась, что даже так, они успеют вовремя. Ошиблась. МакГонагалл вновь вздохнула и жестом велела всем троим сесть. – Минус пять баллов с Гриффиндора, минус пять со Слизерина. Мисс Гаскарт, даже с учетом обстоятельств, вы могли бы догадаться попросить мадам Помфри отправить мне записку. Продолжим. Фред оглядел класс на наличие других свободных парт и за отсутствием оных сел рядом с Гаскарт. Джордж, сутулясь от непривычного одиночества, быстро прошел в конец класса к последнему свободному месту рядом с пацаном из Когтеврана. Профессор продолжала рассказывать о теме урока, но Фред совсем ее не слушал, уставившись на профиль соседки. Та сосредоточенно записывала за МакГонагалл и, казалось, полностью игнорировала существование любопытного рыжего мальчишки. Через пару минут он не выдержал и, не разжимая губ, спросил: – Зачем? Макс даже не повернулась к нему. – Так было проще. Не хотела дожидаться пока МакГонагалл закончит вас пережевывать. И так сильно задержали урок. – Хм. – Фред задумчиво постучал себя по скуле и усмехнулся. – Спасибо. – Я это не для вас сделала, если ты не понял. – Да какая разница-то? Ты же соврала, что мы тебе помогли, а не с лестницы столкнули. Так что хватит строить из себя черти что, ты же не строитель. Фред не помнил, где услышал эту маггловскую присказку, но она окупилась – Макс не сдержала улыбку и даже почти засмеялась. – Мерлин, Уизли, никогда больше это не используй. Звучит отстойно! – Ммм, только если перестанешь звать меня по фамилии. В замке много Уизли. – Он заговорщицки пошевелил бровями и наконец добился, чтоб Гаскарт развернулась лицом к нему. Девочка смотрела на Фреда со смесью вызова и понимания, что так просто она от него не отделается. – То есть я еще должна теперь научиться вас двоих различать? А не жирно будет? – А что такого в том, что я хочу быть уверенным, что ты обращаешься именно ко мне? Макс хихикнула и кинула быстрый взгляд на МакГонагалл, чтобы убедиться, что та не заметила отвлекающуюся парочку. – Особенным хочешь быть, а, Уизли? Рыжий поудобнее облокотился о парту и кивнул. – Почему бы и да. Макс снова хихикнула и, забив на лекцию, подперла щеку кулаком, с улыбкой глядя на соседа. – Допустим, ты меня уговорил, Фред. 9 сентября 1989 До конца недели у алых и изумрудных не было совместных уроков, так что хотя Фред и подбегал к знакомой при каждом удобном случае, неизменно таща за собой и брата, далеко их общение не продвинулось. Но в субботу утром произошло нечто, неожиданным образом сплотившее троицу. Когда Макс спустилась на завтрак в Большой Зал, было уже достаточно поздно, и большая часть учеников разошлась кто куда, но стол слизеринцев был забит битком и гудел как улей. И что-то в этом гуле голосов не понравилось девочке, поежившейся от недоброго предчувствия. – Эй, Гаскарт! – Окликнул ее кто-то из студентов постарше и помахал свежим выпуском «Пророка». – Чего тебе, Селвин? – Девочка недовольно сморщила нос и сделала пару шагов к столу факультета. Предчувствие усилилось, и она почувствовала подкатывающий приступ тошноты. – Ой, как борзо-то, смотрю настроение хорошее? Слышал, твой старший братец кони двинул? Если захочешь попла- Эй! Макс не дослушала. Она в два прыжка преодолела оставшееся до стола расстояние и выхватила у Селвина газету. Главный заголовок заставил ее побелеть как полотно и схватиться за край стола. В окно влетела запоздавшая сова и кружа опустилась около девочки. Даже птица выглядела очень расстроенной и нервно дергалась. Макс деревянными пальцами отвязала от лапы письмо, механически почесала сове шейку и разломала сургуч. «Милая, я не хотела омрачать твою учебу, но отец настоял, что ты должна знать. Если мы опоздали, и ты успела прочесть статью – прости.» Дальше она не вчитывалась, сорвалась с места и вылетела из Большого Зала, сбив с ног близнецов, только что отчитавшихся перед деканом о прогрессе в чистке совятни, куда они ходили каждый вечер под надзором Филча. — Что за? – Фред успел увидеть, как за поворотом исчез край бежевого кардигана, и не раздумывая бросился следом. Погоня по горячим следам привела его к раскидистому дереву у Черного озера, но там никого не было. Мальчик встревоженно оглядывался по сторонам, пытаясь отдышаться, и, так и не найдя ни намека на то, что Гаскарт тут была, прислонился спиной к дереву. Съехал было со вздохом вниз по стволу, но тут же подскочил обратно. – Что ты тут забыл, Уизли? – Пустой голос окликнул его сверху, и рыжий задрал голову. – Только не говори, что за мной побежал. Он практически огрызнулся в ответ, но красные белки на фоне мертвенно-бледного лица сидевшей в ветвях девочки ввергли его в шок. Поэтому он просто помотал головой и тихо попросил: – Спустись. К его удивлению она кивнула и легко спрыгнула вниз, прижимая к груди «Пророк» и письмо и свесив голову. Не стала противиться, когда Фред потянул бумаги на себя – сил просто не было. Рыжий пробежал глазами по заголовку, резко втянул носом воздух и прижал слизеринку к себе, выронив при этом газету, с первой страницы которой на мир улыбался парень лет двадцати с яркого цвета – это было видно даже на черно-белом колдо – волосами, и огромные буквы кричали: «АВРОР ЗАПЫТАН ДО СМЕРТИ». Макс не плакала. Она правда хотела, но слезы все никак не шли. Внутри было тихо как на пепелище. Ее мир просто взял и сгорел в Адском пламени в одночасье. По-осеннему теплая и ясная погода сейчас воспринималась как намешка. Они с Фредом молча стояли какое-то время, и он осторожно гладил ее по волосам. На тропинке возник взволнованный Джордж с пакетом еды и флягой. Он коротко пожал ладонь девочки и кивнул в сторону дерева. Близнецы сели по обе стороны от Макс, словно пытаясь оградить ее от мира, и Джордж протянул ей еду с соком. – Я не… – Ее голос звучал очень хрипло и низко. Она нахмурилась и отодвинула от себя еду. Фред перегнулся через ее ноги и вновь сунул ей под нос пакет. – Тебе надо. Просто поешь. Пожалуйста. Глаза мальчишек горели серьезностью, и через пару минут гляделок Гаскарт сдалась. Еще через две она почувствовала, как по щекам что-то течет, и перестала жевать свой сэндвич, ловя слезы рукавами кардигана. Вдалеке начала расти черная точка, постепенно превращавшаяся в декана Слизерина. Завидев Снейпа, Макс спешно сморгнула последние соленые капли и откусила огромный ломоть хлеба с курицей. К тому моменту когда профессор поравнялся с детьми, она уже допивала остатки сока под восхищенные взгляды Уизли. – Профессор. – Мисс Гаскарт, скажите, почему я должен искать вас по всей территории школы? – Забыли палочку в кабинете и не смогли отправить сообщение магическим способом? – Вопросом на вопрос. Ее голос все еще был грубым, но уже не таким безжизненным. Ей стало лучше. – Извольте не дерзить, мисс Гаскарт, и пройти вместе со мной в кабинет директора. За вами прибыли родители. Девочка поднялась с земли и отряхнула траву с одежды. Братья тоже поднялись, чем заслужили едкую ухмылку мастера зелий. – Уизли, вам нет нужды сопровождать подружку, уверяю, со студентами своего факультета я ничего не сделаю. – Что вы, профессор, мы не стали бы в вас сомневаться, только вот, представляете, тоже должны вернуться в замок. – Придраться было не к чему, и Снейп, недовольно взмахнув мантией, развернулся, возглавляя процессию. Мальчики победно улыбнулись друг другу и Макс и закинули руки ей на плечи, подбадривая. – Пойдем. В кабинете Дамблдора было на редкость оживленно. Когда профессор зелий впустил внутрь свою ученицу, от стола, помимо миссис Изобель Гаскарт, отпрянула и Минерва МакГонагалл. Что декан Гриффиндора здесь делала? Школы смерть ее брата не касалась, не касалась же? Тогда почему женщины то и дело нервно переглядывались, словно не успели о чем-то договорить? — Макс, солнышко! — Мать крепко обняла ее, совсем как недавно Фред, и выдохнула. — Ты как? Девочка что-то промычала в плечо, стискивая ткань мантии на родной спине. — Алекс знает? — Да, он должен прибыть порталом завтра утром. — Мам? — Что, милая? — Кто?.. — Изобель стиснула дочь еще сильнее, и та не смогла закончить вопрос. Да и озвучь она его, ответа бы не получила, она поняла это. Миссис Гаскарт выпрямилась, смахнула непрошеную слезу и обратилась к Дамблдору. — Я надеюсь проблем с учебой у Макс не будет из-за отсутствия? Старик блеснул полумесяцами очков и ободряюще улыбнулся им обеим, прежде чем переплести пальцы под носом: — Не волнуйтесь, преподаватели уже оценили Макс как способную студентку, так что пропущенная неделя никак не отразится на ее отметках. В конце концов, это первый курс, не пятый. Да и, полагаю, ваша дочь может попросить у одноклассников записи, когда вернется. Все будет хорошо. «Хорошо», девочка хмыкнула себе под нос, мусоля невольную насмешку директора над их ситуацией. Убит ее старший брат, как все может быть «хорошо»? И какая вообще разница, сколько она пропустит? Она бессмысленно осматривала кабинет, пока мать заканчивала обсуждать что-то с директором. — Макс, пойдем, отец нас ждет. Гаскарт воспрянула и взяла предложенную ей Изобель руку. Женщина решительно поджала губы и подвела дочь к камину. Зеленая вспышка, и пара исчезла в пламени. Дамблдор перевел взгляд от вернувших рыжий окрас языков огня на двух деканов. — Что ж, — МакГонагалл поправила очки и сложила руки. — Министерство определенно спустит это дело на тормозах. Погиб сотрудник аврората, один из лучших, а Фадж даже комментарий не дал! Ни он, ни начальник отдела! О чем они вообще думают? — О том, Минерва, что это первый случай за девять лет. Такого не было с тех пор, как... — Снейп осекся, будто обжегшись. — С тех пор, как Белла довела Лонгботтомов до Мунго. Северус прав, Минерва, Фадж паникует. — Это то, что он делает лучше всего, — недовольно воскликнула профессор трансфигурации и испуганно прикрыла тонкие губы пальцами, оглядываясь на портреты. Тот, что вызывал ее опасения, щеголял пустым холстом. — Финеас Найджелус сегодня не с нами? — Я попросил его заглянуть в Отдел Тайн. — А. Что ж, джентельмены, вынуждена вас оставить. Домашние задания сами себя не проверят. — Удачи, профессор МакГонагалл. Дверь захлопнулась за женщиной и Снейп заходил перед столом, заложив руки за спину. Его явно что-то терзало, но он не мог выразить это словами. — Мои соболезнования, Северус. — Брюнет резко повернулся к директору, и в черных глазах на мгновение отразилось пламя. Холодное мертвое пламя. — Почему вы не отправились вместе с Изобель? — Вы прекрасно знаете, почему, Дамблдор. До похорон еще несколько дней, мне нет смысла ошиваться у Гаскартов в гостевых комнатах. К тому же... — И все же, вам, должно быть, тяжело. В конце концов, Изобель ваша кузина по матери, и вы — крестный Макс. Они — ваша семья. У Северуса едва заметно дернулось веко. Мерлин знал, насколько он ненавидел такие вот разговоры, больше смахивавшие на монологи Дамблдора, по душам. Старик словно издевался, прекрасно зная, что души у Снейпа давно нет. — Тяжело, наверное, знать, что Томас... «Что Томас был убит вашими собственными руками ради моего плана». Ненавидел всем своим естеством.