***
После того, как съёмка подошла к концу, Юля, не стесняясь ни коллег, ни зрителей, спустилась на импровизированное «дно» к своему лучшему другу. Хоть она и не боролась за первое место в этом шоу, она была рада победе в выпуске, чем и хотела поделиться с другом. И, как только увидела его рядом, сразу же обвила руками шею Марка, прижимаясь к нему всем телом. Тот сначала был удивлён такому порыву, особенно здесь: Юля старалась не делать на публике чего-то, что могло бы усилить слухи об их отношениях, не считая, конечно, случайностей и её неожиданных шуточек. Но сегодня, наверное, сказалось её волнение и радость от того, что у неё всё-таки получилось. Тишман не стал больше раздумывать над всем этим и просто обнял её в ответ. Девушка закрыла глаза, кладя голову на его плечо, а Марк тем временем гладил её по волосам, которые для номера были заплетены в косу. Мужчина перевёл глаза с её макушки чуть выше и заметил хитрый взгляд Цоя, по которому понял, что тот, скорее всего, больше всех подозревает их в романе. Но Марк не стал обращать на это должного внимания, так как все уже постепенно начали расходиться и им с Юлей тоже нужно было выдвигаться. Паршута положила свою руку на его, согнутую в локте, и таким образом они направились в гримёрку. На всём пути Марк думал о своих разгоревшихся и совсем не дружеских чувствах к подруге. Он ценил их невероятно долгую дружбу, и каждый момент, проведённый вместе, был на вес золота. Но с каждым днём всё сильнее и сильнее хотелось чего-то большего. Иногда он даже видел тот самый огонёк в глазах Юли, но не мог сказать ей тех нужных слов. Он сам не понимал, что именно его останавливало. То ли опасение потерять её, ведь нередко самые лучшие друзья расходятся именно после таких моментов. То ли сам факт того, что его чувства могут быть отвергнуты, хотя, он прекрасно понимал, что за это переживал в меньшей степени. Где-то на подсознательном уровне он понимал, что боится ранить Юлю. После неудачно сложившихся отношений, из-за которых её психическое состояние оставляло желать лучшего, она долго не могла решиться на новый шаг. Марк долго пытался помочь ей выйти из того ужасного состояния. Она жила у него практически год, потому что он боялся оставлять её одну. Знал, что не сможет больше жить спокойно, если с ней что-то случится. Каждый день он пытался придумывать что-то, что сдвинуло бы дело с мёртвой точки, что спасло бы девушку. И, когда спустя долгие месяцы у него наконец-то получилось, Марк был так рад за неё, что не смог сдержать себя в руках и прижался своими губами к её, всего на долю секунды. Она, может, даже и не помнит этого момента, но он прокручивал его в памяти ещё очень долго. Вкус её губ, который он ощутил всего за какое-то мгновение, так ясно отложился в голове, что иногда кричать хотелось от невозможности поцеловать её по-настоящему. А потом съёмки их клипа. Когда они стояли на балконе, а лица их были в паре сантиметрах друг от друга, Марку приходилось концентрироваться на чём-то, что могло бы отвлечь его от мысли о губах девушки. Он был уверен, что у него не получилось скрыть свой влюблённый взгляд, и это подтвердили Ксюша с Артёмом, когда монтировали видео. Про те сцены, которые они снимали в поле, Марк вообще не мог вспоминать без боли где-то в районе сердца. Быть так близко к ней, обнимать её, носить на руках, но не иметь возможности сказать о своих чувствах… Это были самые сложные часы в его жизни. Но он смеялся. Смеялся рядом с ней, с каких-то их шуток, с Ксюши, которая безуспешно пыталась остановить их и настроить на нужный лад, ведь эти сцены должны быть более серьёзными, чтобы зритель лучше прочувствовал их. Марк был счастлив проводить время с Юлей вот так, даже несмотря на то, что она не знала о его чувствах. А сейчас, спустя четыре года, в течение которых его любовь к ней росла в геометрической прогрессии, он стоит в её гримёрке, чтобы наконец-то сказать ей обо всём. Он хотел, чтобы это произошло в совсем другой обстановке, а не вот так неожиданно и сумбурно. Но сейчас он ощущал напряжение внутри: ему необходимо было признаться ей именно в данный момент. Марк сделал глубокий вдох, собирая все слова в более-менее связный текст, но не успевает даже открыть рот. — Марк, у нас может выйти что-то большее, чем сейчас? — Юля стояла в шаге напротив него, заглядывая в голубые глаз и ища ответ. А он просто застыл в немом шоке. Они настолько прочно вошли в жизни друг друга, что девушка как-то смогла понять то, что он желал уже на протяжении нескольких лет. Именно это его и поразило так сильно, что, когда он пришёл в себя, увидел испуг в глазах девушки. Он понимал её, ведь тоже поддался бы страху, если бы в ответ на такой вопрос получил бы молчание. Поэтому он за мгновение преодолел расстояние между ними и сразу же впился в её губы. — Ты бы знала, — практически через каждую секунду он прерывался, чтобы сказать ей то, что хотел уже очень давно, — ты бы знала, как давно я хотел это сказать, — он снова приник к её губам, потому что не мог решить, что сейчас важнее, — как я хотел прикоснуться к твоим губам, Юля, ты не представляешь, — неплохо справляясь с дыханием и отбивающим чечётку сердцем, он всё-таки продолжал говорить ей это всё между поцелуями, — с того самого момента, Юль, я влюбился в тебя, как мальчишка, — он знал, что она и без пояснений поймёт, о чём именно идёт речь, — Прости, что заставил тебя ждать так долго. Юль, я люблю тебя, — он снова втянул её в поцелуй, но этот отличался от прежних. Именно в него Марк вложил все-все чувства, все эмоции, которые испытывал на протяжении этих лет. Именно им он хотел показать, что нет в его жизни человека, который был бы важнее этой девушки. А Юля, у которой не было никаких сил, чтобы что-то отвечать ему, просто вторила движениям его губ. По всем его словам и действиям она поняла, что, несмотря на свои опасения, своим вопросом она не разрушила их четырнадцатилетнюю дружбу, а дала толчок к действиям Марка. Юля была по-настоящему счастлива.***
После того, как Марк вернулся из воспоминаний, заметил, что Юля уже уснула, лежа на его плече. Он перебирал руками пряди её волос, улыбаясь своим мыслям. Всего лишь чуть больше трёх месяцев они состоят в отношениях, но Марк не считал, что всё развивается слишком быстро. За их спиной есть ещё и четырнадцать лет, в течение которых они оба узнавали друг друга и сближались всё сильнее и сильнее. Поэтому, несмотря на загруженность этих дней, пока что только в своей голове он уже готовился к свадьбе. Знал, что праздновать они будут дома, что приглашены будут совсем немногие — только самые близкие друзья и родственники. Знал, что Юля будет не против всего того, что он придумал, только если какие-то незначительные детали исправит. Около недели назад Ксюша с Артёмом сняли ему видео, за которое он готов был обоих расцеловать и подарить им всё, что они только пожелают. Конечно, он написал песню для Юли, к которой они и сделали видео. Это настолько окрыляло его, что он чувствовал себя на седьмом небе от счастья в процессе записи. Те же самые лучшие друзья помогли выбрать ему и кольцо, которое уже месяц лежит там, где Юля никогда его не найдёт. Вся скрытность, с которой он готовился к такому важному событию, заряжала его энергией, которую необходимо было куда-то выплёскивать. Поэтому на всех съёмках программ к Новому году он был чуть ли не самым ярким человеком из всех, что присутствовали там. В положительном ответе Юли он был уверен полностью. Марк видел её любовь, чувствовал, как она относится к их отношениям, знал, что она сама давно уже мечтает о семье, о крепкой мужской руке, о детях. На тему детей он не мог размышлять спокойно: сердце постоянно уходило куда-то ниже пяток, как только он представлял маленьких карапузов, бегающих дома. У Юли было примерно то же самое, поэтому они оба слишком смущались, когда заходила речь на эту тему. Но Марк часто рисовал у себя в голове мальчика с голубыми глазами и темными волосами, сидящего на руках у его жены. С такими мыслями Тишман перелёг поудобнее, чем потревожил сон Юли. Она открыла глаза, встречаясь с его взглядом, и улыбнулась. Получив в ответ такую же улыбку, она оставила поцелуй на его щеке и легла на его плечо, расположив руки на его груди, и снова отправилась в тот сон, где она со своим мужем, до безумия счастливые, гуляют по Патриаршим, с обеих сторон держа за руки своего маленького сына.