Ради тебя....

У Джейсона было узкое представление о красоте. Для обычных людей красота это цветы, крупные хлопья снега зимой, модели с глянцевых обложек журналов. Для Джейсона же цветы – просто сорняки с резким запахом, снег мерзко залетает в нос и зиму он ненавидел, а модели – куклы без души, наряженные в дорогущие тряпки. Сослуживцы описывали своих девушек и жен, соревновались у кого красивее и лучше. Джейсон почти не слушал их, занимаясь чисткой своей винтовки, пока один из солдат не привлек к себе внимание хмурого лейтенанта: - Джей, а тебя кто-нибудь ждет дома? Колчек ответил, не отрываясь от своего занятия: - Мать твоя, письма каждую неделю от нее получаю. Привет просила тебе передать. Комната отдыха наполнилась смехом и одобряющими свистами. Да, в его подразделении все любили такие тупорылые шутки. Все, кроме непосредственно Джейсона. В свои тридцать он чувствовал себя лет на пятьдесят, такой же сварливый и вечно недовольный. И юмор такой он не понимал и не поддерживал. Ходили шепотки, что у него просто бабы давно не было, вот их лейтенант и злой как черт. Идиоты спермотоксикозные. Колчек каждый раз плевался на молодняк, который думал только нижней головой, а верхней почти не пользовался. Хотя не ему их судить. Джейсон плохо помнил период своей юности и жизни до армии, потому что большую часть времени либо пил, либо кололся, либо и то, и другое одновременно. Врачи на военной медкомиссии долго удивлялись его живучести. Всё изменилось в одночасье. Теракт 9/11, о котором он узнал спустя неделю по телевизору, перевернул всю его жизнь с ног на голову. У Джейсона Колчека наконец-то появилась цель и четкое разделение людей на Хороших и Плохих. Хорошие – его соотечественники, его сослуживцы и братья по оружию, те кто говорят на понятном ему языке и у кого в документах в графе «гражданство» указано «Соединенные штаты Америки». Плохие – черножопые обезьяны с оружием, террористы и подлизы Саддамовой задницы. Те, от кого за милю разило кровью и песком. И Джейсона, и его командование такой расклад полностью устраивал. Джейсон послушный, Джейсон отличный боец, Джейсон выстрелит туда, куда ему скажут и будет молчать при этом. Так он быстро дослужился до своего звания, заслужил уважение среди других и заработал репутацию. Его могли любить, могли ненавидеть. Но никто не рисковал переходить ему дорогу и не приведи Господь оказаться на его пути. Начальство хвалило его, пророчили большое будущее и отправляли на самые аморальные задания, с которых Джейсон возвращался с победой и новыми шрамами, некоторые из которых нельзя увидеть и о которых никто не знал. Единственные, кому Джейсон позволял себя подкалывать или панибратствовать, были Джоуи, Мёрвин и Никки. Единственные, к кому он не боялся повернуться спиной. Единственные, кто знал, что Джейсон Колчек – живой, мать его, человек. Тяжелый характером и упертый как стадо баранов, но хороший человек. «Хорошие люди не попадают в ад». Так вроде принято считать. Тогда почему Джейсон оказался здесь? Почему земля раскололась под его ногами и низвергла в самые темные уголки ада, где из каждой тени слышится стрекотание и тихое лязгание острых когтей о камни? Почему повсюду слышится запах смерти? За что его отправили в ад? Когда Салим, ох уж этот Салим, присел на корточки около края платформы и заговорил о своем сыне, у Джейсона внутри что-то надломилось. Он смотрел на мужчину перед собой, на его испачканную грязью и кровью форму, местами порванную когтями чудовищ, смотрел на то, как меняется взгляд почти черных глаз. Как из них пропадает вся боевая уверенность, а на их место пришел страх. Самый простой страх. И в этот момент он увидел перед собой человека. Такого же, как и он сам. Обычного человека, лишенного выбора и оказавшегося здесь не по собственной воле. У него так же идет кровь, он так же боится смерти и хочет вернуться домой. Которого где-то там, на поверхности, ждет любимый сын. Джейсон почувствовал кольнувший холод на кончиках пальцев. Сколько умерло от его руки на этой войне? Сколько таких же, как Салим? У кого была семья, друзья, вся жизнь впереди. Одна пуля – и нет человека. Как с той девушкой на КП. Раньше её смерть не лежала на душе Джейсона столь тяжелым грузом, да он и не задумывался особо об этом. Но смотря на Салима, на врага, ставшего другом, он впервые за долгое время оглянулся назад и позволил себе подумать. И всё то, что он думал глубоко похоронил внутри себя, вылезло наружу. Он убийца, подчиняющийся убийцам. Его руки по локоть, нет, по шею в человеческой крови. Все его убеждения, вера и причины оказались просто каменной маской. Но стоило Джейсону начать говорить откровенно, маска слетела с лица и разлетелась на сотню осколков у их ног, разбившись об пол. И Джейсон впервые за долгое время открыл глаза. Перед ним стоял мужчина. Сильный, смелый, способный совмещать в себе трепетную заботу о ком-то и холодную рассудительность. В его руках старая ржавая труба превратилась в грозное оружие, а Салим из солдата превратился в воина. Джейсон видел, с каким странным, завораживающим изяществом тот убивает демонов одного за другим, как блестят черными агатами его глаза после очередного боя. И именно в этот момент Джейсона осенило. Салим не был красивым в традиционном понятии этого слова. Широкая шея, перепачканное грязью круглое лицо, большие глаза. Экзотическая внешность далеко не каждому пришлась бы по вкусу. Всем приятнее смотреть на щеглов с кудрявыми волосами по плечи или на подкаченных блондинов вроде Эрика. Джейсон был не согласен. Для него Салим был красив. Ему нравилась в нем аура спокойствия и безопасности, нравилось слушать его голос и ловить слабые улыбки. Нравилось чувствовать его рядом. И эта мысль пугала лейтенанта до синих чертей. Джейсон без промедления, без тени сомнения бросился за Салимом в пекло. Плевать на протесты Рейчел, Эрика и Ника. Они не знают Салима так, как знает он. Они не понимают его так, как он. Они не сражались с ним бок о бок. Он не стал им кем-то большим, чем просто солдат армии врага. Джейсон успел вовремя. Салим невредим. Но вампиры окружили их со всех сторон, патроны кончились в самый не подходящий момент. Обойма выпала из дрожащих рук. Громкий крик Салима привлек внимание, а в следующую секунду в опасной близости пролетает метко брошенный лом и попадает в грудь подкравшемуся сзади демону. Джейсон шокировано смотрел, не в силах оторваться, как иракец почти танцуя добил тварь двумя сильными ударами. - Ты реально в меня этой штукой бросил?! Ни капли осуждения или злобы, только чистое восхищение. - Ну да. – сказал Салим, вытащив кол из сморщенной груди вампира. На его губах появилась широкая, довольная улыбка. - Я прицелился. Джейсон вернул иракцу улыбку, размышляя про себя: «Ради тебя и в ад спуститься не жалко»