самым глупым - было поверить тебе в тот вечер.

прохладный ветер ударяет прямо в лицо, заставляя тело на секунду вздрогнуть. конец чертовой зимы. холода потихоньку уходят, оставляя за собой противную слякоть и сырость. а грёбаное солнце, которые сочло себя за спасителя ситуации, наоборот, все усугубляет. выглядит так мерзко. по улице, изученной уже слишком хорошо, шагает парень, печатая что-то в смартфоне. наверняка, ищет любимую песню, чтобы она играла во время всей дороги. щеки покрываются румянцем. волосы перебирает уличный сквозняк. повезло лишь рукам, спрятанным в большие карманы черной куртки. каждый прохожий обратит на него внимание. кто-то с отвращением, презрением. некоторый осмеливаются даже пустить смешок или начать обсуждать его привлекающую внешность за спиной. это так чертовски надоело ему. они все ищут в нем друга, врага, а может и кого-то до боли близкого. но если бы они знали, как ему плевать на их "желания". как хочется вцепиться клыками в шею, прокусить артерию, проколоть глаза уверенных тушек, а после превратить тело в мусор. всей плотью он ненавидел "себе подобных". но, правда, язык не поворачивается такое сказать. они лишь отбросы, недотягивающие до его уровня. никто не знает и малейшей информации о нем, но умудряются судить. конечно, их мнения не идут для него в счёт. только он когда-то волновал в нем подобное. а эти люди все такие навязчивые, уродливые. глаза их пусты, как и души, голова забита лишь чужими ошибками. в их руках тысячи ножей, которые они готовы воткнуть в спину едва знакомого человека, а язык настолько длинный, что, кажется, достанет до небес. думают, что читают его, словно книгу, а на самом деле представляют желаемое за действительное. не более. каждый хотел бы слушать с ним одну музыку, есть из одной тарелки, обмениваться мнениями и интересами. но никто и никогда не добьется данной цели. место для подобных "ритуалов" в его сердце уже давным-давно занято. ему нужен только один человек, не они - омерзительные рожи, с некрасивыми ладонями, смердящими сердцами и до тошноты отталкивающими манерами. хотят протянуть тебе руку. но не знают, что их плоть горящими ожогами отражается на нем. они раздражают до чертиков. голова у парня всегда опущена, либо глаза смотрят лишь в одну точку, не желая встретиться взглядом с каким-то чужеродным объектом. привычка искать его в других давно покинула парня. несмотря на все обстоятельства, на душе лишь теплый, приятный осадочек после всех событий. он всегда будет влюблен в пушистые волосы, глаза, манящие умереть в их омуте, холодные кончики пальцев, которые всегда касались его лица по утрам, пересоленный ужин и приятный голос, эхом отражающийся в ушах и сердце. «мое сердце принадлежит только тебе. прошу, позволь этому сердцу биться ещё долгое время.» - одна из фраз, проскользнувших в первую ночь вместе. и так будет по сей день. его сердце навеки занято лишь мягким и отзывчивым человеком, с безумными идеями и открытой душой. он был совершенно другим. таким ярким, среди всего этого серого мира. пускай, он был лишь маленькими человеком, по сравнению со всей вселенной, но его безграничная любовь расспылялась на каждого, кто того хотел. это и было одним из пунктов того, насколько они разные. порой, оба удивлялись, как судьба умудрилась их когда-то свести. но ведь не все так хорошо, раз события рассказываются в прошлом. все хорошее может закончится в любой момент, а ты даже и глазом моргнуть не успеешь, как останешься одиноким, словно никогда и не был в объятиях этого человека. комнату на век покидает солнечный свет и тепло. на кухне больше не пахнет свежей едой, а зеркало в ванной комнате больше не видит двух счастливых лиц, лишь помрачневшую физиономию. розовые очки тоже бьются. до сих пор вспоминаю. день был таким холодным, что совсем не похоже на стандартную погоду в это время. даже погода тогда знала о ужасном будущем двух парней, которые сейчас смеялись с несчастного кота, опрокинувшего банку с мукой прямо на свою тёмную макушку. мы наконец смогли побыть вместе в этот день после суматошной недели, посвященной учебе. это было отличным поводом приготовить шарлотку. безусловно, я находил в его поведении что-то странное, непривычное. в момент, когда ему позвонили, лицо его изменилось. да так, что улыбка стерлась будто ненужный набросок карандашом с бумаги. глаза померкли, а ком накопившейся слюны был проглочен, вызывая редакцию у кадыка. он проговорил около 15 минут, лишь потом собрался и ушел. мол, по делам. выглядело все это довольно странно. и все же, голову посетили милые мыслышки. можно ведь сделать приятный сюрприз для растроенного парня. но пока я ходил по магазину в поисках необходимого, он, похоже, нашел в этом подходящий момент, чтобы к чертям забрать все свои вещи. дома меня встретил лишь кот, одиноко мяукающий под дверью. каждый уголок я осмотрел. телефон давал сбои от беспрерывного пользования. но ни черта не нашел. и так ещё около двух лет безнадежных поисков. эта задача казалась абсурдной, ведь не приводила к нужному результату. в конечном итоге пришел к идиоме. «сново холодное утро пронзает меня. снова нужно открыть очи свои и шефствовать, всё вокруг прокляня. «скоро испускать свой дух я начну.» - втемяшилось мне в память. сново холодное утро пронзает меня.» - именно это и стало моим "девизом". именно эти строчки. и пусть так случилось. пусть постель и правда холодная, а сердце больше некому заставить биться как раньше. я все равно люблю. все равно, при единоц мысли о нем заставляют низ живота трепещать, а спина покрывается мурашками. я всегда буду рад ему. я всегда буду скучать. всегда буду любить. обиженная пустота. просто так униженная в какой-то момент. вот и все. сейчас остаётся лишь идти по переполненному кварталу, прокручивая в голове различные виды расчленения человеческих туш. «я ведь просто хочу обнять тебя. какого черта ты пропал? твоер обещание каждый месяц кажется ещё более абсурдным.» - размышлял парень. он действительно готов простить все, лишь бы больше не жить одному с переполненным сердцем. в тот момент, когда моторчик для его сердца вдруг ушел.. ушел и весь мир. он мгновенно потерял краски, кислород и интерес. все попытки вновь его отыскать были четны. после себя он оставил не так много, как хотелось бы. дряхлые воспоминания. совместимостная трапеза из лапши, ощущение холодных ладоней, парное кольцо и безграничное посещение приюта для животных. а ведь ему так искренне хочется вновь коснуться его. только и всего. «зачем мне весь мир и люди в нем, когда прямо сейчас ты целуешь мою шею?» - это была одна из его частых фраз. сам по себе матсуно был кокетливым парнем. хоть и внешняя оболочка характеризовала его иначе. глаза. глаза подобные бездне. он всегда смотрел на тебя так сильно, будто изнутри кричал о желании обняться. таким он был. странный, довольно. кончики пальцев всегда были холодными. поэтому каждый раз, когда он касался кейске, тот был вынужден утонуть в волне мурашек и приятных конвульсий. его касания - острый, холодный скальпель для парня. но Баджи снова и снова готов был тянуть плоть к лезвию. от одного лишь голоса блондина живот тянуло, а грудная клетка, казалось, разорвется. все в нем было идеально. густые, мягкие волосы просили зарыться в них пальцами. виски и затылок сбриты. когда он выходил из душа в одном грёбаном полотенце, паралельно мечтая во рту зубной щеткой, кейске так безумно желал схватить голубоглазого, словно дикий зверь очередную добычу, но быть чересчур нежным, лишь бы, не дай бог, не сделать больно. только не это. тело чифую тянуло к себе, словно магнит. и дело далеко не в пошлости и развратной представлении человеческой физиологии. просто абсолютно каждый сантиметр принадлежал кейске. просто он любил в нем каждое местечко на теле матсуно. только он мог бесконечно целовать белоснежную кожу и оставлять свои метки на ней. только ему позволялось трогать плоть этого ангела. если бы перед смертью баджи предоставили возможность сказать о последнем желании - незамедлительно бы он назвал бы имя своего ангела, прося уберечь его от всего, что навредит ему. но, к сожелению, он даже не смог сказать идиотское «люблю» напоследок. очередной день близился к ночи. кей зашёл в серое кафе, недалеко от моста. по классике взял черный кофе. чтобы скрыться от холода, сел за столик почти пустого заведения, дабы выпить напиток. знаешь, чифую. я всегда буду любить тебя. пускай ты сейчас далеко. твои волосы трогает кто-то другой, да и губы уже не я целую. но если когда-то ты вернёшься, я приму. забери у меня все, если того хочешь. забери сердце, деньги, руки, в которые ты всегда клал свои холодные ладони когда было холодно. изменяй, уходи, забирай, не люби. только дай мне шанс вновь вздохнуть тобой. дай шанс моей груди подняться от глубокого живого вздоха. пусти кровь по венам прямиком к сердцу. «я бы безумно хотел стереть тот день из памяти. я бы безумно хотел умереть. но улица тянется в коричневой слякоти. но тебя, я боюсь, уж никак не стереть.»