Что неведомо богам

Каждый шаг давался тяжело, так же, как и вдохни. Раскалённый воздух пустыни не подходил для спокойного дыхание. Казалось, что в этом царстве солнца и песка было жарче чем в самом аду. Пески затягивали, шаги были сложнее, а если ещё и неудачно встать, то можно было провалиться по колено в зыбучие пески. Мало приятного. Мало хорошего. Отвратительный песок, что, казалось, уже был в каждой части свободных одежд. Он ощущался на языке. В ушах, волосах. Везде песок и казалось, что кровь тоже стала песком, зыбучим, тягучим. Свободная льняная рубаха прилипла к телу, так же легко и быстро, как и волосы прилипали к лицу и спине. Взгляду не было за что зацепиться, все одинаковое. -Меня точно обманули, -произносит человек, поправляя шапку, что спасала от солнечного удара, но не перегрева. Очки были почти бесполезными, от них только кожа потела и краснела в местах стыка с очками. Но это были мелочи. От редких песчаных ветров спасало - уже спасибо. Юноша трясет головой и вдыхает раскалённый воздух. В пустыне определенно было хуже, чем в аду. Там под ногами хоть была твердая почва или незераковый камень. Хоть какая-то польза от места, кишащего лавой и разными тварями. Крепкая ладонь достает из тряпчаной сумки флягу с водой, в то время как другая опускает маску, скрывающую пол лица. Сделав глубокий вдох, юноша открыл флягу, чтобы сделать пару глотков. Но тут его взгляд цепляется за высокие шпили, что. Казалось, разрезали небеса, или, как минимум, протыкали их. Пиглин, а это был именно он, опустил флягу и смотрел на шпили несколько минут, дыша пустынным воздухом и ощущая, в какой-то момент, на языке привкус песка. Сжав зубы сильнее, песок скрипнул, раскалываясь на ещё более маленькие писчинки. -да ну... Нет, это мираж, но... Проверить можно. Мне уже ничего не остаётся, кроме этого, -юноша вздыхает, почесывая щеку и смотрит на шпили ещё какое-то время, пока все же не делает глоток спасительной влаги. Вода уже давно не была холодной, но она все равно спасала от жажды. Главным было не делать больше одного, максимум двух, глотков. Иначе вода кончится слишком быстро. Спрятав флягу и натянув маску назад, она, кстати, тоже виновата в усложненном дыхании в пустыни, юноша пошел к шпилям что видел вдалике. Он смотрел на них время от времени, проверяя, не развеялись ли они, как и многие другие миражи пустынь. Но они все ещё были на месте. Удивительно. Пиглин старательно старался рассмотреть острые шипы башен. Библиотеку, а точнее храм, где она хранилась, описывали как самое настоящее произведение искусства, сделанное из обработанного песчаника. Увы. С такого расстояния молодое дитя нижнего мира не могло сказать, из чего на самом деле сделан храм. Он его даже не видел. В небе все ещё мелькали его шпили. Если быть честным, то ему просто повезло их заметить. Они были столь высоки и тонки, что то и дело терялись в голубом небе и жаре пустыни. Раскалённый воздух плыл, глаза слипались от усталости и свернуть не туда, можно было слишком легко и быстро. Но пиглин упрямо находил шпили взглядом. Останавливался, когда терял их из виду, пережидал песчаные ветры, что становились сильнее. Скоро будет песчаная буря, ему следует скорее, или дойти до храма, или сделать небольшую яму и переждать бурю. Но он не сможет тогда идти, что раздражало молодую кровь. Ускорив свой шаг, юноша надеется на то, что он все же успеет. Но ему не везёт, и песчаная буря застаёт его неожиданного, ему приходится прижаться к земле, повернуться в сторону направления ветра и удерживать ткань на лице, чтобы не вдыхать песок в слишком больших количествах. Это было ужасно. Просто, черт возьми отвратительно. В этот раз ветер был сильнее, чем когда бы то ни было, а юноша уже столкнулся с некоторым количеством бурь. Он вдыхал спасительный кислород с отвратительными песчинками, молясь, всем известным ему богам своего народа, чтобы это скорее кончилось. Шапку то и дело пытался сорвать ветер, песок больно бил по открывающимся участкам кожи, от чего пиглин издавал тихое шипение. Его кожа ещё не так прочна, как у старших сородичей. Она более нежная и чувствительная. Потому такие хлесткие удары песка были болезненными, неприятными, просто отвратительными. От них оставались красноватые следы, а песок лип к потной коже, пробирался под одежды, путался в редкой шерсти на теле и ногах. Юноша не знал сколько пролежал в песке, пережидая отвратительную бурю. Минуты, или же часы? Увы, но часов с собой не было, приходилось ориентироваться по положению солнца. А оно уже отошло от зенита и начало идти на спад. Медленно, тягуче как лава. Пиглину казалось, что стало ещё жарче, но он встал и отряхнулся от песка, насколько мог. Струсил с себя мерзкие песчинки, что раздражали кожу, от чего хотелось чесаться. Вытрусив из штанов залетевший песок, странник начал искать взглядом шпили. Быстро найдя их, он кивнул сам себе и зашагал дальше. В душе начала теплиться надежда, что они настоящие. Ведь они не пропали после песчаной бури, ведь они всегда были видны, все то время что он шел. И они не отдалялись, а наоборот, становились больше, чётче.

***

Да! Это действительно были шпили храма! Невероятно. Радости молодого пиглина не было придела. Он подпрыгнул от радости, когда, взобравшись на очередную гору увидел огромное здание храма. Да, он нашел его, это не мираж, не иллюзия. Не желая ждать и минуты, путешественник начал быстро скатываться с горы вниз, стараясь балансировать и не падать. Песок раздвигаться под чужим весом, давая скользить как по снежной горке, создавая лишь маленькие волны песка. Это понравилось пиглину и он довольно улыбнулся, когда смог лучше проконтролировать свое тело. Но уже у подножья пиглин перескочил с ноги на ногу и начал быстро бежать в сторону храма. Он становился все ближе. Гигантский, величественный, просто невероятный. Колонны будто восходили из песка, имея продолжения в его недрах. На верхушках колонн, капители, будто были созданы самым искусным скульптором. Причудливые существа удерживали второй этаж, а статуи что были на балконах, и были ещё одними колоннами, - крышу. Пиглину казалось, что крыша была сделанной из стекла, или какого-то материала, что отражал свет, ведь казалось, что она горела в лучах заходящего солнца. Замедляясь, юноша рассматривал это невероятное творение чьих-то рук. Потому что он знал, что люди не способны на такое. Взглянув на их дома, это было легко сказать. Так же это были и не монстры. Разумными существами были разве что эндермены да пиглины. Но даже они не имели к этому отношения. Эндермены не распыляли свои навыки и умения на этот мир, а пиглины... Как же давно это могло бы быть? Слишком давно, чтобы утверждать, что это их рук дело. Подойдя к одной из колон, пиглин не удержался и коснулся ее. Холодная. Даже удивительно. Сначала она казалась обжигающе горячей, но потом юноша понял, что это не так. На поверхности - расплавленное золото, а внутри - замёрзший ад. Странное ощущение, обжигания кожи холодом. И это таки был песчанник. Тут, видимо, легче всего было его достать. Все здание было слегка мрачных тонов, наверняка из-за этого оно и было заметным. Заметными были шпили, что, видимо, были из того же материала и цвета. Почему-то изначально пиглин думал, что шпили сделаны из железа, а само здание должно быть более светлым. Ведь это храм знаний! А тут были лишь мрачные цвета и причудливые капители что смотрели тысячью пустых глаз на него. Посмотрев на статуи капители, пиглин качнул головой и выдохнул напряжённо. Место внушало, пугало, нервировало. Он нашел его, но теперь он боялся зайти внутрь. Что если ему будут не рады? Что если его не примут и выгонят, сказав, что он не образован, а те тексты что сокрыты там - для более умных, понимающих? Потряс головой ещё раз, юноша пошел к резной двери. Дверь была такой же огромной, как и колонны. Она была из темного дерева, почти черной, а металлические части были наоборот, яркими, светлыми. Подойдя ближе, он осмотрел металл и с изумлением понял, что это был не простой металл, а белое золото. Удивительно. Погладив причудливую металлическую лозу. По всей двери были протянуты полосы лозы, с редкими большими виноградными листьями и зёрнами того же винограда. Юноша отвлекся от созерцания тонкой работы кузнецов и положил ладонь на одну из дверей, надавливая на неё всем телом, чтобы открыть. Они были размером в три его роста, ужасно тяжёлыми, но приложив какие-то силу, он смог отворить ее, проталкивая внутрь. Дверь открывалась с громким скрипом, тяжело поддаваясь не человеческой силе пиглина. Отворив дверь, юноша выдохнул облегчённо и отошел от двери, сразу заглядывая внутрь храма. Темно. Это было ожидаемо. Хотя были редкие проблески света от небольших окон, что вырезаны в стенах. Но этот свет пропадет, когда солнце зайдет за горизонт. А пока помещение освещалось мягким жёлтым цветом. Вдохнув затхлый воздух, юноша поморщился и снял маску и шапку с очками. Вдохнуть вышло свободнее. Он растер места на лице, где кожу натерли очки. Посмотрев по сторонам, он заметил стойку с факелами и обрадовался. Пиглин быстро подошёл к стойке и осмотрел ее. Факелов было немного, но он надеялся, что их хватит для того. Чтобы найти библиотеку в этом большом храме. Взяв в руку одну из деревянных палок, юноша осмотрел ее, проверяя на сухость, после начиная искать то, чем можно было бы поджечь дерево. Найдя спички, это безмерно обрадовало пиглина и он сразу поджег первый факел, а оставшиеся связал в одну охапку, и закинул на спину. Глубоко вдохнув, юноша посмотрел в глубь здания и улыбнулся, невольно скаля клыки. Можно было начать изучение и поиски. Это не должно было занять так уж много времени. Как минимум юноша на это надеялся и смело пошел вперед, освещая себе путь факелом, внимательно смотря по сторонам, рассматривая внутренние интерьеры, украшения, статуи и фрески, росписи. В это время пиглин ещё не знал, что за ним внимательно наблюдала пара глаз, что сверкнула в тенях храма, за спиной маленького гостя.